На третий день пребывания в хижине раны на спине Шарона почти зажили, небольшие порезы исчезли, и, казалось, что магический круг регенерации все же не был уничтожен полностью.

Эйрин испытывала противоречивые чувства. С одной стороны, она радовалась, что Шарон восстанавливается, с другой – испытывала смутное разочарование.

В отличие от нее, он был абсолютно спокоен. С раннего утра бегал вокруг хижины, пока не взмок от пота, затем с аппетитом съедал мясо, которое нарезал накануне. После этого отправлялся собирать ягоды для Эйрин.

Хотя сегодня было не так поздно, как вчера, тревога не покидала её. Прошло уже больше десяти дней с тех пор, как она покинула Империю ради церемонии помолвки. [Разве это не проблема? Однако Шарон не проявлял ни малейшего интереса к тому, что происходило за пределами этого уединенного уголка. Ему, казалось, было безразлично, что замышляет Клейдон, что стало с наследным принцем и как теперь будут добываться магические кристаллы.]

Старая, грязная хижина, жесткая кровать, еда, состоящая лишь из мяса – все это было ему чуждо, но он нисколько не жаловался. Более того, Эйрин поразило, что здесь он выглядел даже более довольным, чем когда-либо в официальной резиденции.

[Неужели он уже добыл достаточно магических кристалов, чтобы решить все свои проблемы? Времени на это у него точно не было…]

Размышления прервались, когда Шарон внезапно поднес к её губам жареный фрукт. Эйрин уклонилась.

«Я сыта, больше не могу.»

«Ты сыта, потому что ела.»

«Я съела достаточно.»

«Еще один.»

Не обращая внимания на её протест, он все же вложил кусочек в её рот. Эйрин тяжело вздохнула, но все же начала жевать. Она была уверена, что не сможет съесть больше ни кусочка, но сладкий сок пробудил новый аппетит.

«А что с каменоломней? Там ведь был сильный пожар…»

«Она обрушилась.»

«Что?»

«Все опоры там были деревянными.»

Эйрин замерла, перестав жевать, и пристально посмотрела на Шарона. Она не ожидала, что пожар действительно уничтожил шахту. [Значит, теперь магических камней невозможно добывать?]

[Конечно, каменоломню можно восстановить, но сейчас на это не было ни времени, ни ресурсов. Клейдон наверняка уже объединял дворян, чтобы свергнуть Винсента.]

«Вы в порядке?»

«Из-за чего?»

«Из-за шахты. Ведь она была для вас самым важным.»

«Нет.»

«Что?»

«Самая важная для меня – ты, бабочка.»

Эйрин ошеломленно посмотрела на него.

«Это шутка?»

«Разве похоже на шутку?»

В его взгляде не было ни капли насмешки. Она опустила взгляд на оставшийся фрукт. В камине пылал огонь, и почему-то ей стало жарко.

«В Академии мы жили парами. Делали все вместе – спали, ели, отдыхали.»

«Невозможно не сблизиться.»

«Моим первым соседом был карманник. Грубый, с отвратительным характером. Он знал, что я дворянин, но относился ко мне хуже некуда.»

«Звучит так, будто вы не ладили.»

«Сначала да. А потом я привык. Даже его ругань помогала мне не сойти с ума в той дыре. Он стал первым другом, которого я завел.»

«Что с ним стало?»

«Я убил его.»

Эйрин вздрогнула.

Во время адаптационных тренировок их заперли в одиночной камере. Шарон продержался неделю, стараясь не поддаться, но в конце концов…перегрыз ему горло.

«С тех пор я не позволял себе привязываться. Если что-то становится важным, это превращается в слабость, а значит, я должен быть готов рискнуть жизнью, чтобы защитить это.»

Он замолчал.

«И вот…Я снова, как идиот, позволил себе слабость.»

Шарон усмехнулся, вспоминая, сколько раз пытался убить Эйрин…И не смог. Возможно, он всегда подсознательно знал, что вместо того, чтобы уничтожить её, будет носить ей ягоды, как какой-то белка.

«Это ты.»

Его признание прозвучало просто, без лишних слов и ложных надежд. Он знал, что она не сможет ответить на это.

И, как он и ожидал, Эйрин молчала. Её взгляд стал напряженным, глаза увлажнились, словно вот-вот наполнится слезами.

Шарон не любил видеть её слезы…разве что в постели. Поэтому он сменил тему:

«Я пойду, поджарю еще фруктов.»

«Что с кольцом?»

Он замер.

«Скорее всего, оно уже готово. Я отдам его тебе, когда вернемся.»

«Вы действительно собираетесь отдать его мне?»

«Ты ведь сама сказала, что хочешь его.»

«…Если я захочу что-то еще? Например, узнать правду о магических кристаллов?»

Шарон слегка приподнял бровь, не понимая, куда она клонит.

«Когда я вернусь в Империю, мне придется рассказать о шахте Великому герцогу. Иначе моя тетя Сара будет в опасности.»

«Делай это.»

Эйрин стиснула зубы.

«Вы думаете, что я не смогу?»

«Нет, думаю, сможешь.»

«Тогда почему вам все равно?! Великий герцог разорит вас! Вы должны меня остановить!»

«Не вижу в этом смысла.»

Её раздражение нарастало. [Почему он был таким спокойным? Почему она тревожилась за него, а не наоборот? Если бы у него был план – одно дело. Но он даже не пытался что-то придумать.]

«Вы сами сказали, что я не могу вам навредить.»

«Значит, делай, что считаешь нужным. А я разберусь с последствиями.»

Выбор оставался за ней. Как и ответственность – за ним.

Эйрин закрыла глаза.

«Мне холодно.»

«Я подброшу дров в камин.»

«Просто обнимите меня.»

Шарон усадил её к себе на колени. Она обхватила его за шею, прижавшись лицом к широкому плечу. Биение его сердца отдавалось в её груди.

[Человек. Не демон.]

Все тревоги словно растворились в его теплых руках. [Да, выход должен быть. И, возможно, он говорил именно об этом.]

Дремота подкралась неожиданно. [Слишком много бессонных ночей.] Эйрин зевнула, но тут же резко подняла голову, почувствовав что-то необычное. Она взглянула на него с раздражением, а он лишь пожал плечами.

«Ну, если бы я не возбудился в такой ситуации, я был бы идиотом.»

Эйрин тяжело вздохнула.

Она сама притянула его за шею и прижалась к его губам. Шарон, казалось, был искренне удивлен.

«Бабочка?»

«Не говорите ничего.»

А утром за ними пришли агенты особого подразделение

Время вернуться в реальность.