---

— А ну-ка.

Моника покрутилась на одном месте прямо перед Тоби, демонстрируя себя в новом наряде.

— Та-дам. Школьная форма.

Если бы это было сказано более жизнерадостным голосом и с живым выражением лица, Тоби, возможно, для приличия и ответил бы что-то вроде: «О, и правда форма». Но Моника и этим утром выглядела сонной, а её тон был абсолютно плоским. Зачем она вообще решила сказать это «та-дам»? Может, на самом деле у неё отличное настроение? Хоть по ней этого и близко не видно.

— …Ну, по крайней мере, теперь ты хоть похожа на ученицу этой школы, а? — озадаченно проворчал Баку, висевший на парте.

Моника ничего не ответила. Она лишь ласково похлопала Баку по боку: хлоп, хлоп.

— О-о-о! — к ним мелкой трусцой подбежала Рюко. — Вчера только всё решили, а сегодня форма уже готова! Тебе очень идёт!

— Скажи же, — Моника снова крутанулась.

Может, у неё и впрямь на редкость хорошее настроение. Это, конечно, замечательно, но Тоби изо всех сил сдерживал желание крикнуть: «Да погодите вы!»

Она же вообще больше ничего не скрывала, так?

И голос Баку она совершенно точно слышала, верно?

Да и Рюко хороша. Когда Тоби вчера намекнул ей, что всё, похоже, именно так и обстоит, она ведь жутко удивилась. Почему же теперь вела себя так, будто ничего не произошло? Словно это обычное утро второго дня с тех пор, как они познакомились с новенькой.

Конечно, у Рюко могли быть свои соображения на этот счёт, и она просто старалась вести себя естественно. В конце концов, в классе перед утренней перекличкой не стоит поднимать темы о зингаях. Это логично. И всё же.

— Я вообще-то не люблю такую строгую одежду, но иногда можно, — заметила Моника.

— Как бы это сказать… она заставляет внутренне подтянуть дисциплину! — подхватила Рюко.

— Меня не заставляет.

— Э-э?.. Не заставляет?

— У меня всегда всё в штатном режиме. Главное — сохранять душевное равновесие.

— Понятно. Душевное равновесие… Как глубоко! Ах, кстати, а в твоей прежней школе была форма?

— Была вроде… Кажется, была. Но я её почти не носила.

— Моника, ты, должно быть, очень ценишь свободу?

— Да нет. Просто пока ты жив, тебя в любом случае что-то связывает.

— И то верно. Ограничения всегда есть. Правила там, законы… — закивала Рюко.

О чём они вообще говорят?

— Послушайте… — не выдержав этого абсурда, подал голос Тоби.

Моника наклонила голову набок с коротким «м?» и снова потрогала Баку.

— …Слышь, ты, — зарычал Баку.

Моника тут же картинно перекосила голову в другую сторону.

— М-м?

Она явно издевалась. Рюко прикрыла рот кулаком и кашлянула: «Кхм-м». Похоже, едва сдерживала смех. Нашла время смеяться.

Тоби встал со своего места.

— Ты куда? — спросила Моника.

Он не обязан был отчитываться, но против воли буркнул: «В туалет!» — и быстрым шагом вышел из класса.

Пока его нет, Моника могла и вовсе растерзать Баку. Стоило ли взять его с собой? Но идти в туалет, таща на плечах целый рюкзак — это слишком странно.

«Прости, Баку. Я быстро», — мысленно извинился Тоби, справляя нужду.

Пока он мыл руки, в туалет вошёл парень с длинной чёлкой.

— Доброе утро, Отогири.

Асамия Шинобу слегка поклонился, поймав его взгляд в зеркале над раковиной.

— А… — Тоби закрыл кран и достал из кармана носовой платок. — Доброе утро.

Асамия не прошёл мимо, как обычно. Тоби обернулся. Взглянув на Асамию уже напрямую, а не через зеркало, он заметил, что тот крепко сжимал в руке смартфон, а лицо у него выглядело как-то странно.

— Да у тебя в каждой руке по цветку, я так погляжу, — бросил Асамия.

Цветы?

В руках?

Тоби на секунду опустил глаза на платок в правой руке и на всё ещё мокрую левую. Никаких цветов он в руках не держал. Он на полном серьёзе задумался об этом, пока до него не дошло. Нет, дело не в этом. Это же говорят о ситуациях, когда парень окружён девушками.

— …Это ты к чему?

— Извини.

Голос Асамии прозвучал непривычно низко. Его глаза и так были наполовину скрыты длинной чёлкой, но он опустил голову ещё ниже.

— Несу какой-то бред.

Тоби качнул головой в знак того, что всё в порядке. Он был немного удивлён, но не обиделся. Скорее, сам Асамия выглядел так, будто едва сдерживал гнев. На что он злился? На Тоби?

Асамия поспешно удалился. Тоби вытер руки платком и тоже вышел из туалета.

Всё это оставило у него в душе неприятный осадок. Возможно, стоило что-то сказать вслед? Но Асамия явно был не в духе.

Может, Тоби как-то умудрился задеть его за живое? На ум ничего не приходило, но нельзя было утверждать наверняка.

Тоби чувствовал укол тревоги. Ему казалось, что они с Асамией стали постепенно сближаться. Совсем чуть-чуть, но всё же. По сравнению с другими одноклассниками — уж точно.

Неужели он ошибся?

Причина оставалась загадкой, но, похоже, Асамия его возненавидел.

+++ + ++++

— …Кругом какие-то странности.

Погода стояла отличная, и во время обеденного перерыва во внутреннем дворике было довольно шумно. Все немногочисленные скамейки были заняты, и Тоби сидел на одной из них. Не один.

— И не говори, — Баку висел у него на плече.

И это было ещё не всё.

— Точно, — справа от Тоби, закинув ногу на ногу, сидела Моника.

— …Получается, так? — а слева примостилась Рюко.

Скамейка была достаточно широкой, чтобы на ней свободно поместились трое. На других лавках ученики теснились по четыре-пять человек. Так что занимать такую скамью вдвоём с Баку было бы непозволительной роскошью.

Сидеть втроём — ладно.

Но почему именно в таком составе? Вот в чём вопрос.

Хайзаки с лейкой в руках отирался неподалёку от парковки на той стороне дворика. Зачем ему вообще эта лейка? Что он собрался поливать? Хоть бы он перестал так часто коситься в их сторону. Это раздражало. Если хотел что-то сказать, подошёл бы и сказал. Только глаза мозолит.

— Сплошные странности, — повторила Моника, потянулась с протяжным «у-у-ух» и буднично добавила: — Кстати, я их вижу. Зингаев.

— Мо…

Рюко, видимо, хотела окликнуть её по имени, но осеклась. Она подалась вперёд и, округлив глаза, уставилась на Монику справа от себя. Тоби тоже не ожидал от новенькой такого внезапного признания, поэтому слегка растерялся. Впрочем, он и так был в этом уверен процентов на девяносто.

— Так и думал.

— Заметил? — Моника приподняла одну бровь и слегка усмехнулась уголком губ. — Слишком очевидно вела себя?

— И?

— Что «и»?

— У тебя самой-то есть зингай, Моника?

Похоже, пока Тоби не задал этот вопрос, Рюко о подобном даже не задумывалась.

— Ах… И правда, раз ты их видишь, значит…

— А вы поищите, — Моника раскрыла руки ладонями вверх, словно показывала фокус: смотрите, руки пустые, никаких секретов.

Рюко поднялась со скамейки и приблизилась к Монике почти вплотную. Она не просто разглядывала её с ног до головы, а скорее принюхивалась, как ищейка с отменным нюхом. Хотя если нет крайней степени близорукости, то незачем так приближаться, и так бы всё увидела…

Может, он прятался? Тоби заглянул под скамейку, но тщетно. Во дворе было убрано на совесть — ни соринки, даже обратная сторона скамьи оказалась чистой.

— У меня никого нет, — объявила Моника, дождавшись, пока они обыщут всё вокруг.

— Это как так? — Баку слегка заёрзал.

Раз дело касалось зингаев, ему было искренне интересно.

— Кто бы знал, — Моника скрестила руки на груди и уставилась взглядом куда-то в небо. — Не помню. И не знаю.

— Че-ё-о-о?!

Тоби крепче сжал ремешок, усмиряя вскипевшего Баку. «Не помню», — сказала Моника. И перед этим сделала паузу. Сначала подумала, а уже потом выдала это своё «не знаю».

— Как бы там ни было, я вижу зингаев. И чувствую их присутствие, что-то вроде ауры, — Моника перевела взгляд на Рюко.

Точнее, на её сумочку. Она смотрела прямо на красную сумочку-пошет, висевшую у Рюко на плече.

— Тогда… — Рюко приоткрыла сумку, и оттуда тут же высунулась голова Чинураши.

Моника прищурилась, протянула руку и осторожно коснулась рожек Чину. То ли ей не понравилось, то ли она просто испугалась, но Чину мгновенно спряталась обратно в сумку. Моника слегка повела плечом.

— Раз они есть, значит, они были с самого начала.

— Моника, ты… ты вообще кто такая?.. — Баку озвучил мысли Тоби.

— Секрет, — отрезала Моника. — Точнее, не могу сказать.

— Это ещё что за новости!

— Взрослые обстоятельства?

— Какие ещё взрослые! Ты ж в средней школе учишься! Соплячка ещё!

Когда тебя называет сопляком рюкзак, который сам-то мало похож на взрослого, это должно быть обидно, но Моника даже бровью не повела. Её лицо вдруг стало отрешённым, будто душа на миг покинула тело.

— Моника? — Рюко наклонилась к ней и помахала рукой перед глазами.

Это, кажется, вернуло Монику в чувство.

— …Мне нужно кое-что сделать, — Моника упёрлась подбородком в кулаки, поставив локти на колени. — Поможете мне?

— И это ты так просишь людей о помощи?! — вставил свои пять копеек Баку, и Тоби был с ним полностью согласен.

— Ну, ты-то не человек, — резонно парировала Моника.

— Э-э-э… Моя помощь тоже потребуется? — спросила Рюко.

Моника уверенно кивнула:

— Конечно. Мне нужна помощь Тоби и Рюко. И двух ваших зингаев заодно.

— Ах мы теперь ещё и «заодно»?! — взвился Баку.

— А ты будешь главной движущей силой?

— О-о? Ну, если я главный, тогда я ещё подумаю.

— …Может, перестанете решать всё за меня? — Тоби бросил мимолётный взгляд на парней, гонявших мяч во внутреннем дворике. — И вообще, мы тут не одни. Кругом люди…

— Нас никто не подслушивает, — Моника попыталась зевнуть, но вовремя подавила зевок. — Даже если у кого-то и есть зингай, видят их немногие. Вы — редкий случай. Чтобы в одном классе из тридцати пяти-шести человек оказалось сразу двое видящих…

— Редкий случай… — пробормотала Рюко с озабоченным видом.

— Ты говорила, что эта школа какая-то особенно странная. Это ты нас имела в виду? — спросил Тоби.

Моника нахмурилась. Значит, нет? Дело не в том, что существование Тоби и Рюко — это странность. Тогда в чём?

— Навскидку — у каждого десятого, если не чаще.

Тоби сразу понял, что именно она имеет в виду.

— И так было всегда?

— Нет, — Тоби покачал головой. — Мне тоже кажется, что их стало много. Раньше… раньше такого точно не было. Не скажу, с какого именно момента, но… их количество растёт.

— Теперь, когда ты это сказал!.. — Рюко, похоже, тоже смутно это замечала.

Она осторожно указала пальцем на компанию из пяти парней и девушек, сидевших на скамейке напротив. На плече у одного из мальчиков примостилось нечто, жутко похожее на плоского геккона.

— У него на плече… такое маленькое… Я в последнее время часто вижу подобные штуки…

— Очень странно, — Моника убрала руки от лица и скрестила их на груди. — От таких мелких вреда вроде нет. Но я видела и довольно необычных зингаев. Хочу это расследовать. Но я ведь только перевелась.

— И тут, получается, наш выход? — догадалась Рюко.

— Именно.

— Если это под силу такой скромной мне, то я готова на всё!

Вот что значит — договорились на раз-два.

Но правильно ли это? Тоби, во всяком случае, такой поворот событий совсем не радовал.

— Не стоит так легко давать обещания…

— Но мне правда хочется помочь! Мы ведь теперь подруги.

— Подруги? — Моника широко распахнула глаза и даже приоткрыла рот от удивления.

У Рюко тут же поползли вверх брови. Моника выглядела ошарашенной до невозможности, а Рюко — испуганной. Ну что за парочка. Даже немного комично со стороны.

— …Я… я ошиблась?..

— Подруги, значит, — Моника резко поднялась и положила руку Рюко на плечо. — Ну да. Подруги. Рада знакомству, Рюко.

— Да!.. — слишком громко выпалила та.

Моника даже слегка отшатнулась. Тоби тоже малость опешил.

— Ишь, как обрадовалась-то… — проворчал Баку.

Ну, раз Рюко довольна, то ладно. И раз Рюко впрягается, Тоби тоже никуда не деться. Хотя «никуда не деться» — это, пожалуй, громко сказано, но в итоге он всё равно в это ввяжется.

Но можно ли верить Монике?

Тоби не был уверен. Напротив, она вызывала кучу подозрений. В конце концов, на вопрос Баку она так и не ответила.

Кто же на самом деле такая Асахи Моника?

+++ + ++++

До конца обеденного перерыва оставалось ещё немного времени. По настоянию Моники Тоби и Рюко направились к кабинету класса 2-1. Как утверждала Моника, именно там обитал весьма необычный зингай. По дороге Тоби заметил, что за ними хвостом тащится Хайзаки. Моника, конечно, подозрительная, но и поведение Хайзаки вызывало массу вопросов.

Когда впереди показалась табличка второго «А», Хайзаки резко пошёл на сближение.

— А, извините, буквально на секунду!

— …Хайзаки-сан? Что-то случилось? — хотела было отозваться Рюко, но Моника бесцеремонно вклинилась между ними:

— Чего надо, дяденька?

— Асахи-сан, я не с тобой говорю. Мне нужно обсудить важное дело с Отогири-куном и Ширатамой-сан…

— Так говори здесь. Или это секреты, о которых нельзя болтать при всех?

— Ну, это…

Лицо Хайзаки как-то обмякло, и он издал глухой, жалобный звук, похожий на «о-о-ох». Видимо, попала в точку, и возразить ему было абсолютно нечего. И этот стон послужил ему ответом за неимением других аргументов.

— …Ребята, если что-то случится, сразу говорите мне. Очень вас прошу… — выдавил он напоследок эти бессильные слова и поспешил ретироваться.

По сути, Моника его просто выставила.

Рюко стояла с потерянным видом.

— Хайзаки-сан какой-то странный, вам не кажется?..

— Он тоже с приветом. Пошли.

Судя по тону Моники, они с Хайзаки действительно были знакомы раньше.

У них точно есть что-то общее.

Зингаи.

Они оба подозрительно много о них знают.

Заглянув в класс 2-1 через заднюю дверь, они увидели, что на месте находилась примерно половина учеников. Моника указала на троицу, увлечённо болтавшую у первых парт.

Все три — девочки. Одна сидела, двое других стояли рядом.

— Вон там… — всё было понятно без лишних слов.

Над плечом сидевшей девочки порхало что-то маленькое и тёмное, похожее на бабочку. И не одно. Существа было два. Точь-в-точь как бабочки, но этого просто не могло быть. Залети в класс обычная муха или комар, кто-нибудь обязательно стал бы отмахиваться. А уж если бы там летали бабочки или мотыльки, поднялся бы самый настоящий переполох.

Значит, ученики класса 2-1 этих бабочек просто не видели.

— Ой… Хиираги-сан?.. — Рюко вытаращила глаза.

— Знаешь её? — спросила Моника.

Рюко, не отрывая взгляда от этой Хиираги, закивала:

— Да. Это Хиираги Итоха-сан. Мы в прошлом году учились в одном классе. Мы подруги. Правда, как нас расселили по разным классам, почти не виделись… Э? Почему у Хиираги-сан…

«Зингай». Наверное, это она и хотела сказать, но вовремя осеклась.

Хиираги. Тоби её не знал. В прошлом году они с Рюко учились в разных классах. Да и в начальной школе он её вроде не встречал. Чёрные, прямые и длинные волосы. Очень худая. Прямо-таки истощённая. Плечи узкие-узкие. Из приметного в ней были разве что эти две порхающие бабочки.

Не бабочки.

Зингаи.

Должно быть, это зингаи Хиираги.

— Получается, в прошлом году их не было? — задумчиво уточнила Моника.

Рюко ответила без колебаний:

— Не было. Абсолютно точно.

— Значит, итерация.

— Итерация? — вопрос Баку прозвучал одновременно с вопросом Тоби.

Моника даже не улыбнулась.

— Вообще-то, изначально их видят все, — выдала она нечто из ряда вон выходящее. — У каждого они есть. Что-то такое, что видит только сам человек. Но со временем почти все перестают их видеть. И тогда эти штуки исчезают. Говорят, это естественный процесс.

— …О-о-о-ой, — Рюко крепче прижала к себе сумочку с Чину. — Вот оно как, оказывается. А я просто… так и не перестала видеть. И поэтому…

Баку утробно зарычал: «М-м-м…» Тоби тоже не мог так просто принять это на веру. Тот момент, когда он начал видеть Баку, отпечатался в его памяти с идеальной чёткостью. Это случилось сразу после того, как они расстались с братом. Тот одноглазый мужчина принёс Баку. Для Тоби это не было вопросом «вижу или не вижу». Брат исчез, и он встретил Баку. С тех пор они всегда вместе.

Он всегда так думал.

Когда они жили вдвоём с братом, никакого Баку не было.

Только они вдвоём.

С братом.

…Или он что-то забыл?

Почему эта мысль пришла ему в голову именно сейчас?

— Стоит один раз потерять эту способность — и всё, с концами, — продолжала глухим голосом Моника. — Но бывает, что у человека, который их не видит, случается итерация. Звучит, конечно, уж слишком заумно… Короче, то, что исчезло, возвращается. Проявляется снова.

— …Значит, и с Хиираги-сан то же самое?

— Раз раньше никого не было, выходит, что так. Такое редко, но случается, так что в самом по себе факте ничего страшного вроде бы нет.

— Н-но есть что-то ещё?..

— Количество, — Моника подняла указательные пальцы обеих рук. — Обычно один на одного. Не всегда, но в большинстве случаев. Одно существо, одна особь, одна штука — считай как хочешь, но один зингай на человека. Так сказать, отношения хозяина и слуги один на один.

— Я Тоби не слуга! Я его партнёр! — молния на рюкзаке Баку едва не разошлась от злости. Он был в ярости.

Моника примиряюще погладила его, будто говоря «тише, тише».

— Руки убрала!

— Когда их больше одного — это уже редкость, — Моника проигнорировала выпад Баку и продолжила: — Тем более при итерации. В некоторых случаях это может быть опасно.

Пахло жареным. Конкретно так воняло. Хотя, наверное, всё началось далеко не сейчас, просто Тоби до сих пор ничего не замечал.

Сам термин «зингай» Тоби узнал совсем недавно. Но даже не зная названия, он прекрасно с этим жил. Мало ли в мире вещей без названия. Даже если ты не знаешь, что низкий бортик по краю крыши называется парапетом, он всё равно там есть. Это обычное дело — в мире полно безымянных вещей, которые просто существуют. Тоби не то чтобы было всё равно, но он никогда не воспринимал это как загадку, которую нужно во что бы то ни стало разгадать.

Наверное, потому, что считал, будто видит это один.

У Тоби свой мир. Мир, который видит, слышит и чувствует только он, и этот мир наверняка отличается от мира других людей.

Но оказалось, что это не так.

— …А другие… ну… итерации есть? — голос Тоби прозвучал слишком тихо, и Моника, возможно, просто не услышала, поэтому ничего не ответила.

Рюко тем временем заглядывала в класс второго «А», заворожённо наблюдая за бабочками Хиираги.

— И всё же эти бабочки… они такие милые. И цвет красивый.

На первый взгляд они казались обычными чёрными бабочками, но на крыльях у них были ярко-голубые полосы. Насчёт «милые» можно было поспорить, но то, что они довольно красивые — факт.

— Внешность обманчива, — обронила Моника.

И почти сразу после её слов…

Зингаи-бабочки сорвались с плеча Хиираги.

Две бабочки разлетелись в разные стороны.

Одна опустилась на шею короткостриженой девочки, прямо под затылок, а вторая устроилась на левом ухе длинноволосой.

Крылья зингаев плавно заколыхались, а потом, на мгновение замерев, замерли неподвижно в раскрытом состоянии.

— …О-о-ох, — одна из девочек опустилась на свободный стул. — Это, наверное, после обеда так… Спать охота, прямо рубит.

— Понимаю, — длинноволосая тоже присела рядом. — Такая тоска. Только поешь, и сразу опять учиться. Бесит, да?

— Домой хочу, сил нет, — та, что с короткой стрижкой, уткнулась лицом в парту. — С самого утра какое-то разбитое состояние. В последнее время так вообще…

— Ты как, в порядке? — Хиираги сочувственно погладила подругу по спине.

— Эй, глянь туда… — Баку слегка заворочался.

Тоби сразу вспомнил то ощущение, когда он залез в парту Асамии и схватил того тёмно-синего зингая. В животе резко заурчало от голода. И это при том, что они только что поели в столовой. Он просто не мог быть голоден. Это чувство шло не от него. Это у Баку проснулся аппетит.

Вдруг Хиираги обернулась. Лицо у неё было какое-то грустное, осунувшееся. Заметив Рюко, она робко улыбнулась и приветливо помахала рукой.

— Ах… — Рюко высоко подняла руки и замахала в ответ.

От избытка чувств она даже начала слегка подпрыгивать, и как раз в этот момент Моника легонько подтолкнула её в спину, отчего Рюко едва не потеряла равновесие.

— …Э-э?..

Моника молча мотнула подбородком в сторону класса, мол, «иди давай».

— А? Ну… ладно…

Рюко неловко переступила порог класса. Раз уж вошла, отступать было поздно — она направилась к Хиираги, лепеча что-то вроде: «Сколько лет, сколько зим!»

И в тот же миг…

Обе бабочки разом сорвались с мест, оставив девочек, на которых сидели раньше, в покое.

— Эти зингаи… — глухо произнесла Моника и облизнула губы. — Кажется, они почуяли опасность.

Бабочки не стали хаотично летать по классу. Они послушно опустились на волосы Хиираги, став похожими на изящные заколки.

— Даже если хозяин не подозревает о существовании своего зингая, сами зингаи отлично видят чужаков.

— Моника, — Тоби прижал руку к животу.

Баку так и подмывало сожрать этих бабочек. Он едва сдерживался. К чему приведёт такая неосмотрительная трапеза? И Тоби, и Баку это прекрасно понимали.

— А? Что?

— Ты говорила, что хочешь всё разузнать.

— Ну да.

— Разузнаешь — и что потом?

— А что потом?

— Опять уходишь от ответа.

Моника тихо фыркнула:

— А сам-то? Ты всегда честен?

— …Я?

— Всегда говоришь только правду? Обо всём можешь рассказать?

Тоби промолчал. Обо всём ли он мог рассказать? Например, той же Рюко. Кто знает. Но то, что у него есть секреты — это факт.

— У каждого есть вещи, о которых не хочется говорить. Или нельзя, — Моника добавила это едва слышным шёпотом. — Ведь так?

— …Ты просила нас о помощи, — Тоби по-прежнему не доверял ей так слепо, как Рюко.

Но и просто отмахнуться от неё он тоже не мог.

— Ты случайно не пытаешься просто использовать нас в своих целях?

Его беспокоило то, как легко Рюко согласилась помочь Монике, поэтому оставаться в стороне он не мог. Наверное, причина была в этом. Но, скорее всего, не только.

Моника опустила глаза. Спустя пару секунд она прямо посмотрела на Тоби:

— Если соберусь, я так и скажу.

Асахи Моника явно не была образцом честности. Скорее уж, её можно было назвать врушкой.

— Ты — ладно, но Рюко — моя подруга.

И всё же Тоби почему-то был уверен, что друзей она не предаст.