В далеких глубинах космоса тихо парила планета, полная жизни.

Издалека видно, что её поверхность покрыта густыми зелеными и синими цветами. Над ней медленно плывут облака, реки извиваются, словно серебряные ленты, протянувшись от материковой глубинки до самого океана, а горные хребты тянутся нескончаемой чередой.

Всё выглядело естественно и гармонично.

Словно это первозданная планета, нетронутая никакими разумными существами, мирно дрейфующая в бескрайнем море звезд изо дня в день, из года в год.

Но это лишь иллюзия.

Поверхность планеты кишила бесчисленным множеством яростных зверей.

Их формы были причудливы и разнообразны. Одни были похожи на гигантских тварей с вывернутыми наружу мышцами, другие на искаженные гибриды растений и плоти, третьи и вовсе утратили любые черты своего первоначального вида. В их глазах читаелся лишь безумие и жажда убийства. Они непрерывно сражались друг с другом, словно в чудовищном котле для выведения ядовитых существ, порождая всё новых и новых могущественных вожаков.

Резня не прекращалась ни на секунду.

Но внезапно, в одно мгновение, все яростные звери замерли.

Словно что-то почувствовав или получив некую безмолвную команду.

Они одновременно подняли головы и устремили взгляды в одном направлении, туда, где находилась планета Бернардо.

В то же самое время глубоко в земной коре этой планеты...

Здесь не было твердых пород, лишь бурлящая магма и колоссальное давление, способное раздавить любую материю.

А в самом центре ядра горел сгусток пламени.

Его цвета постоянно меняются: то ослепительно-белый, то темно-красный, то принимающий оттенки, не существующие в реальности.

А в самом сердце пламени пульсирует непрерывно искажающийся контур существа, не имеющий определенной формы.

— Он... пожирает мою силу.

— Тот дракон... в нем есть другая сила, похожая на мою, но в корне иная.

Пламя заколыхалось, излучая явные ментальные флуктуации, похожие на возбуждение.

— Ешь досыта, расти вволю.

— Когда его талант еще немного разовьется, хотя бы до формы зачатка Высшей Силы, тогда я и приду собрать урожай... К тому времени он станет для меня отличной пищей. Он поможет мне избавиться от этого жалкого существования, и, возможно, я получу шанс возродиться.

Пламя колыхалось еще несколько секунд, а затем постепенно успокоилось.

Бесчисленные яростные звери снова опустили головы и вернулись к тому, чем занимались до этого. Резня продолжилась, плоть и кровь разлетались во все стороны, словно этой мгновенной паузы никогда и не было.

Тем временем на планете Бернардо.

Гарос и не подозревал о том, что происходит в далеком космосе.

Вместе с Сероль он гулял по Изумрудному Городу — столице Королевства Зеленых Пустошей, наслаждаясь видами её владений.

Послеполуденное солнце пробивалось сквозь густые кроны деревьев, оставляя на земле пестрые тени.

Ветер шелестел в листве, принося с собой запах трав и влажной земли.

Сероль держала Гароса под руку, слегка склонившись к нему.

Её длинные волосы мягко развевались на ветру, и кончики прядей время от времени касались его руки, оставляя легкий аромат трав и деревьев.

Эти двое представляли собой невероятный контраст. Он был высоким и могучим, внушающим трепет без малейшего проявления гнева. Его фигура походила на обнаженный меч. Широкие плечи, крепкая спина, уверенный шаг и пронзительный взгляд, словно ожившая статуя божества. И она, обладательница невероятной красоты, в короне и роскошном платье.

По идее, такая пара должна была привлекать множество взглядов прохожих.

Но, как ни странно, горожане спешили по своим делам, и ни один из них даже не смотрел в их сторону.

Казалось, между ними и окружающими возникла невидимая стена: прохожие автоматически обходили их, а их взгляды скользили мимо, словно они видели нечто, совершенно не заслуживающее внимания.

— Твое заклинание внушения весьма неплохо.

Тихо заметила Сероль.

— Твое тоже.

Ответил Гарос.

Он использовал заклинание внушения, и Сероль применила нечто подобное.

Два заклинания наложились друг на друга, создав мощный когнитивный фильтр.

В глазах прохожих они были лишь обычными путниками, не стоящими внимания.

Так они и шли сквозь толпу, наслаждаясь свободным временем.

Пройдя около четверти часа, они вышли на широкую площадь.

Она была вымощена аккуратными синими каменными плитами, а по краям цвели цветы всех возможных оттенков.

В самом центре площади возвышалась гигантская, невероятно реалистичная статуя зеленого дракона. Дракон расправил крылья, словно готовясь взлететь, и каждая чешуйка на нем была вырезана с поразительной точностью.

То и дело к статуе подходили жители Королевства самых разных рас, чтобы выразить свое почтение королеве.

Гарос слегка поднял голову.

Его взгляд скользнул мимо статуи и остановился на гигантском древнем дереве.

Оно напоминало дуб, но было просто колоссальных размеров, можно сказать монументальных.

Оно росло в самом центре Изумрудного Города. Его ветви были раскидистыми, а самая высокая крона пробивала облака. Тень от него накрывала почти половину города. В огромных ветвях то и дело мелькали силуэты драконов, порхающих меж листвы, словно лесные птицы.

— Это дерево величественно, словно чудо света. Оно явно не простое.

Произнес Гарос.

— О, оно досталось мне совершенно случайно.

С улыбкой ответила Сероль.

— Угадай, откуда оно?

Гарос немного подумал и сказал: — Из Империи Наусир? Оно похоже на легендарное Мировое Древо.

Сероль покачала головой и раскрыла тайну: — Нет, я принесла его из мира сновидений.

Гарос скосил на неё глаза.

Под его взглядом Сероль продолжила: — Когда я совершала прорыв к легендарному рангу, я попала в глубинные слои сновидений.

— Это было очень странное место. Всё расплывалось, словно опрокинутая палитра с красками. Я долго бесцельно блуждала там, пока в какой-то момент не увидела семечко.

— Оно просто висело передо мной, испуская слабое свечение.

— Я протянула руку, и оно упало прямо мне в коготь.

— А когда я проснулась, оказалось, что я забрала это семечко с собой в реальность. Представляешь это чувство? Нечто из сна оказалось в реальном мире.

— Я посадила его, и к сегодняшнему дню оно выросло в это исполинское дерево. Я называю его «Сонным Дубом».

Гарос кивнул, глядя на Сонный Дуб, и сказал: — Семя из сна, проросшее гигантским деревом в реальности... звучит как сказка, в которую трудно поверить.

Он сделал паузу, погрузившись в раздумья.

Внезапно ему в голову пришла одна мысль.

— Сероль, тебе не кажется, что глубинные слои мира сновидений по своей сути могут быть чем-то вроде внешнего плана? То есть они существуют реально.

Сказал Гарос.

Сероль кивнула: — У меня уже давно были такие подозрения, но пока ничего нельзя утверждать наверняка, да и в наследии драконов об этом мало что сказано.

— Став легендой, я несколько раз пыталась снова проникнуть в глубинные слои сновидений, но каждый раз ощущения были разными.

— Иногда казалось, будто я вхожу в настоящий мир, где есть горы, реки и здания, а иногда я словно проваливалась в хаос, где ничего не разобрать.

Сероль вздохнула.

— Жаль только, что такие глубинные слои сновидений я могу исследовать лишь в одиночку. Другие существа не способны сохранять там ясность ума. Даже ты. Когда ты спал в последний раз, ты находился именно в глубоком сне.

«Это еще как сказать...»

«Если я побываю там пару раз, возможно, я тоже смогу сохранять ясность рассудка в глубинных сновидениях».

Подумал Гарос.

Тем временем Сероль посмотрела на профиль Гароса и сменила тему.

— Это гигантское дерево — мой дворец, что-то вроде твоего Драконьего Двора.

— Хочешь зайти и посмотреть? Внутри кроны очень просторно, воздух свежий, всё как во сне. Там полно диковинных цветов, необычных фруктов и многого другого, чего не встретишь снаружи. Тебе понравится.

Гарос покачал головой: — Давай сначала просто погуляем по твоему городу.

Сероль кивнула, не настаивая.

Она снова взяла Гароса под руку и повела его дальше.

Они обошли площадь и свернули в переулок.

По обе стороны плотно теснились жилые дома, сложенные из дерева и камня; стены зданий сплошь заросли виноградными лозами и цветами.

Вскоре они вышли из переулка.

В конце его находился перекресток, в центре которого росло гигантское дерево гинкго.

Ствол был настолько толстым, что его не смогли бы обхватить и десять человек, а крона накрывала своей тенью весь перекресток.

На ветвях висело множество разноцветных ленточек, красных, синих, желтых и зеленых, которы были густо исписанны текстом. Они слегка трепетали на ветру, напоминая разноцветные листья.

— Это Дерево Желаний.

Сказала Сероль.

— Жители Королевства Зеленых Пустошей верят, что если привязать к этому дереву ленточку и написать на ней свое желание, то оно обязательно сбудется. Эта традиция появилась в самом начале основания королевства и сохранилась до сих пор. Сначала лишь пара солдат привязывала ленты перед походом, молясь о благополучном возвращении, но потом этот обычай распространился и стал традицией всего королевства.

Гарос подошел к дереву и присмотрелся к надписям на лентах.

«Надеюсь, этот год пройдет спокойно».

«Пусть бедствия поскорее закончатся».

«Долгих лет Ее Величеству Королеве».

«Пусть королевство процветает».

Самые разные желания, большие и маленькие.

— Твой народ, кажется, очень любит тебя.

Произнес Гарос.

На этих ленточках с желаниями он увидел множество добрых слов в адрес Зеленой Королевы. Некоторые были написаны очень искренне, другие просто и прямолинейно, но во всех чувствовалось глубокое уважение.

— Скорее, они меня боятся.

Поправила его Сероль: — Они боятся меня, потому что, управляя королевством и противостоя врагам, я сильна, решительна и непоколебима в своих решениях. Они знают, что я могу защитить их в это неспокойное время и обеспечить им мирную жизнь.

— В то же время, мне всё равно, любят они меня или нет.

Сероль посмотрела на Гароса; её лицо стало серьезным.

— Если правитель становится зависимым от любви своего народа, он становится слабым, нерешительным и мягким.

— Королевство Зеленых Пустошей возвысилось в эпоху хаоса, и я сама прошла по лезвию ножа. Если в один прекрасный день я стану слабой, королевство погибнет вместе со мной. Поэтому я предпочитаю, чтобы они меня боялись, а не любили.

Гарос промолчал.

Он вспомнил историю возвышения Сероль.

Падение метеоритов, принесшее разрушения и бедствия, бушующее Проклятие Бешенства, непрекращающаяся война орков и эльфов, вся Оротара словно оказалась брошенной в гигантскую мясорубку.

Прежние королевства распадались в прах, а бесчисленное множество существ гибло в хаосе.

И именно в этом хаосе Сероль взошла на престол, подобно комете.

Она действовала решительно, никогда не брала свои слова обратно и не проявляла ни капли слабости или страха.

Те, кто пытался бросить вызов её власти, не находили покоя даже после смерти и лишались шанса на раскаяние.

Разумеется, Гарос также собирал информацию о ней.

Например, в глазах жителей Королевства Зеленых Пустошей она была безжалостной драконьей королевой, не ведающей ни слез, ни сострадания. Некоторые даже втайне называли её «Изумрудным Тираном».

Однако Гарос знал, что это лишь одна из сторон её личности.

В его присутствии Сероль всегда была живой и сияющей, что резко контрастировало с её репутацией.

Этот контраст был огромен, но Гаросу это казалось весьма забавным.

Они продолжили свой путь, миновав перекресток и выйдя на более оживленную улицу.

По обе стороны располагались почти исключительно таверны и рестораны. Воздух был пропитан ароматами еды и выпивки. Жители самых разных рас входили и выходили, создавая атмосферу шумного праздника. Вывески над дверьми таверн были самыми разнообразными: на одних был нарисован ревущий медведь, на других пенящееся пиво, на третьих окровавленный меч.

— Это развлекательный квартал нашей столицы.

Сказала Сероль.

Взгляд Гароса скользнул по тавернам и остановился на одной из них.

Над входом висела деревянная табличка с вырезанным кубком и картой; под ней стоял полурослик и громко зазывал посетителей.

— Заходите, заходите! Наша таверна представляет новинку — карточные бои! Самое популярное развлечение в Изумрудном Городе! Неважно, ветеран вы или новичок, здесь вы найдете веселье!

— Победитель получает приз, а проигравший ничего не теряет! Заходите и попробуйте!

— Сегодня действует специальная акция: одержи три победы подряд и получи эксклюзивную карту! Количество ограничено, спешите!

Гарос бросил взгляд на Сероль.

— Карточные бои?

Сероль улыбнулась: — Это новое развлечение, которое недавно вошло в моду. Поединки с использованием магических карт. На каждой карте изображены разные существа с разными способностями, а при их розыгрыше появляются магические световые эффекты.

— Хочешь посмотреть?

— Почему бы и нет, звучит забавно.

Они вошли в таверну.

Внутри она оказалась гораздо просторнее, чем можно было судить снаружи.

В зале стояло несколько десятков столов, и почти каждый был занят.

Сцена карточных боев была очень оживленной.

Каждый стол был накрыт специальной магической скатертью с нанесенной разметкой для дуэлей, по которой пробегали слабые отсветы. Игроки сидели по обе стороны стола, сжимая в руках колоды карт, и по очереди выкладывали их на скатерть.

Как только карта оказывалась на столе, активировалась её магия.

Из карты вырывался свет, формируя в воздухе трехмерное изображение.

Одна карта проецировала ревущего красного дракона; дракон открыл пасть и выдохнул облако пламени. Жар был настолько реалистичным, что искажал воздух вокруг, а существо противника, охваченное огнем, рассыпалось на мириады светящихся точек. Другая карта проецировала эльфийского воина с длинным мечом; воин взмахнул клинком, бросившись на монстра оппонента, и вспышки света сопровождались звоном скрещивающихся клинков.

Изображения выглядели невероятно живо, словно в бой вступали миниатюрные копии реальных существ.

Более того, симулировались не только визуальные эффекты, но и звуки, и даже ауры: когда ревел красный дракон, ощущалась вибрация, при дыхании пламенем — жар, а при ледяной атаке — холод.

Гарос постоял немного в стороне, наблюдая.

— Как называется эта игра?

Спросил он.

— «Слава Героев».

Сероль кивнула: — Изначально её придумали несколько заклинателей от скуки, но со временем она набрала популярность. Правила не слишком сложны, но игра требует глубокой стратегии.

В этот момент раздался громкий крик.

Кто-то разыграл карту.

В одно мгновение из карты вырвался ослепительный свет, затмивший даже лампы в таверне.

Свет собрался в воздухе, формируя гигантскую фигуру.

Это был облик Сероль в виде гигантского дракона: изумрудно-зеленый, с чешуей, кристально чистой, как нефрит.

Световая фигура медленно расправила крылья, которые почти накрыли весь стол; вокруг нее появились изумрудно-зеленые руны, источающие таинственную и могущественную ауру.

«Словно во сне!»

Крупные буквы появились под световым изображением, обозначая её навык.

В то же время облик снова изменился.

Силуэт зеленого дракона стал иллюзорным и туманным, словно фантом из сна. Везде, где он пролетал, существа противника погружались в глубокий сон и падали одно за другим.

Лицо противника резко изменилось, он судорожно начал перебирать карты в руке, но было слишком поздно.

Ситуация на столе, в которой он доминировал, мгновенно перевернулась; чаша весов полностью склонилась в другую сторону.

— Вот это да!

— Её Величество Королева слишком сильна. Как только она появляется на поле, игра заканчивается. Против нее просто нет шансов.

Противник вздохнул и отложил карты; на его лице не было особого разочарования, скорее искреннее восхищение мощью, которая его сокрушила.

Гарос слегка прищурился, глядя на карту.

Он заметил, что, помимо светового изображения Сероль, на оборотной стороне карты мелким шрифтом была подробно расписана её легендарная биография.

【Королева Зеленых Драконов Сероль, основательница Королевства Зеленых Пустошей.】

【Королева возвысилась в эпоху хаоса, в одиночку объединив все королевства в регионе Зеленых Пустошей. Её решения остры, как клинок, её воля крепка, как сталь. Она никогда не отступает, не колеблется и не проявляет слабости. Она — самая могущественная драконья королева на континенте Оротара.】

【...】

Прочитав этот текст, Гарос усмехнулся.

— Решения остры, как клинок, воля крепка, как сталь...

— Написано очень красиво и пафосно. Впрочем, это совсем не вяжется с тем, как ты ведешь себя в моем присутствии.

Сказал он.

Сероль слегка покраснела и поспешно перевела тему: — Посмотрев на эту игру, ты заметил что-нибудь интересное?

Гарос неторопливо произнес: — Эти карты только кажутся игрой. На самом деле это инструмент, который ты используешь для поддержания своей власти и укрепления авторитета. Каждый, кто играет в эту игру, может лично убедиться в твоем могуществе, а эти текстовые описания подспудно формируют твой образ в их умах.

Уголки губ Сероль приподнялись.

— В этом весь ты, мгновенно зришь в корень сквозь внешнюю оболочку.

— Изначально эта игра задумывалась ради развлечения, но по мере её развития, не без поддержки королевства, она действительно стала служить именно этой цели.

Немного подумав, она добавила: — Королевство Ола могло бы сделать нечто подобное. Это укрепило бы твою власть.

Гарос покачал головой.

— В этом нет нужды.

— Подданные Ола и так фанатично преданы мне. Мой образ глубоко укоренился в их сознании, и нет необходимости укреплять его подобными методами.

Он говорил чистую правду.

Поклонение подданных королевства Ола достигало уровня религиозного фанатизма.

В созданной им системе он был не просто Императором, а символом веры.

Каждая победа и каждая экспансия лишь укрепляли этот образ. Подданные передавали из уст в уста истории о его деяниях, а барды воспевали его подвиги.

Сероль же, по сравнению с ним, выглядела в реальности не столь впечатляюще.

Поэтому ей и требовались дополнительные средства для укрепления своей власти.

С Гаросом всё было иначе.

Многочисленные победы в сочетании с непрерывным идеологическим воспитанием уже заложили незыблемый фундамент его образа в умах подданных.

Сделав паузу, он добавил: — Тем не менее, эта игра действительно может разнообразить жизнь подданных.

— В королевстве Ола не так много развлечений. Будет неплохо внедрить эту игру, чтобы дать им повод повеселиться.

— Но не ради укрепления власти?

Уточнила Сероль.

— Верно.

Ответил Гарос: — Просто чтобы они могли хорошо провести время.

Хотя изначально он создавал королевство ради собственных интересов, накопления сил и получения ресурсов, он не возражал против того, чтобы улучшить жизнь своих подданных, если на то была возможность.

Сероль улыбнулась и посмотрела на Гароса.

— Договорились, я прикажу отправить правила и дизайны «Славы Героев» в королевство Ола. Однако мне любопытно: каким бы ты хотел видеть свой собственный образ в игре?

Гарос задумался на мгновение и ответил: — Я думаю, просто образ гигантского дракона это слишком однобоко.

— Например, у меня могут быть разные формы: обычная человеческая, истинный облик дракона, боевая форма с тремя головами и шестью лапами, ультимативная форма и так далее. Каждая форма должна иметь разные навыки и эффекты, чтобы создать больше глубины.

— Карты каждой формы можно использовать по отдельности, а можно комбинировать, что добавит больше стратегических вариантов.

В глазах Сероль появилось удивление: — А ведь можно и так! Я об этом даже не подумала.

Время шло.

Когда Гарос и Сероль вышли из таверны, небо над Изумрудным Городом уже начало темнеть.

Лучи заходящего солнца пробивались сквозь ветви Сонного Дуба, оставляя на земле пестрые тени.

Прохожих на улицах становилось всё меньше, а в переулках зажигались огоньки.

Дневная суета постепенно уступала место ночной тишине.

Сероль легонько потянула Гароса за руку: — Ну, теперь мы точно пойдем в мой дворец? Я ведь приготовила для тебя сюрприз.

Гарос скосил на неё глаза: — Кажется, ты с нетерпением ждешь моей реакции?

— Еще бы.

Сероль усмехнулась: — Не так уж много вещей в этом мире способны тебя удивить.

Она сделала паузу и добавила: — К тому же, я готовила этот подарок очень долго. Если бы ты задержался еще немного, я бы сама принесла его в королевство Ола.

Они перестали скрывать свои истинные облики.

Сероль расправила крылья и, превратившись в изумрудно-зеленого дракона, взмыла в небо; взмах её крыльев поднял сильный ветер, закружив опавшие листья и пыль.

Гарос тоже принял свой истинный облик. Окутанный красной Ци дракона, он взмахнул крыльями и последовал за ней.

Два гигантских дракона, один за другим, пролетели сквозь ветви Сонного Дуба, направляясь к его кроне.

Крона Сонного Дуба вблизи впечатляла еще больше, чем издали.

Толстые ветви переплетались, образуя естественные мосты, каждая из которых была настолько широкой, что по ней мог спокойно пройти гигантский дракон. Листья были размером с парус, а в их прожилках струился слабый свет, словно звезды из сна были пленены в них.

Даже огромные драконы казались ничтожными на фоне этого чуда природы.

Сероль мастерски лавировала среди ветвей.

Наконец, она остановилась перед огромным логовом, сплетенным из бесчисленных лиан и ветвей.

Логово выглядело так, будто выросло само по себе, но в то же время было тщательно спроектировано. Лианы и ветви образовывали сложные структуры: стены, купола и коридоры, а на входе висел занавес из сплетенных цветов.

Вокруг логова покоилось несколько зеленых драконов. Их ленивые позы мгновенно исчезли при виде Гароса, появившегося за спиной Сероль.

До этого они спали на ветвях или чистили чешую, но при виде красно-железного дракона все как один вскочили, и в их глазах читалась настороженность.

Красно-железный дракон выглядел сурово и внушительно.

Хотя на его лице не отражалось никаких эмоций, он всё равно излучал такую подавляющую ауру, что другим драконам становилось трудно дышать.

Одна из старших самок выпрямилась; в её драконьих глазах было полно сомнений; она посмотрела на Гароса несколько секунд, а затем перевела взгляд на Сероль.

— Ваше Величество, а это...?

Сероль лениво вильнула хвостом: — Не напрягайтесь, мы не враги.

С этими словами она повела красно-железного дракона внутрь логова.

Один из самцов смотрел в спину Гароса; выражение его глаз постоянно менялось.

Внезапно он тихо воскликнул: — Красно-железный дракон... Эта аура и стать... неужели это Алый Император из Аталана, Красный Император?

Его слова заставили других драконов вспомнить некоторые слухи, которые они слышали.

После короткой паузы зеленые драконы обменялись взглядами.

— Неудивительно, что ему позволено войти в логово Её Величества... И вправду, только этот Алый Император мог заслужить благосклонность нашей королевы. Я еще удивлялся, почему Её Величество, которая всегда держится так холодно со всеми, вдруг стала такой радушной с чужаком.

— Но значит ли это, что мы теперь в союзе с Ола?

— Если так, то для нас это отличная новость.

— Я слышал, что этот Красный Император может расправляться с Предначертанными как с детьми. Он уже не уступает Золотому Королю Драконов.

Драконы перешептывались между собой.

Тем временем внутри логова.

Внутри оно оказалось гораздо просторнее, чем снаружи.

Бесчисленные ветви естественным образом изгибались, образуя купола и колонны. Пол был устлан мягким мхом и цветочными лепестками, среди которых россыпью сияли золотые, серебряные монеты и драгоценные камни. В целом эта конструкция напоминала естественно образовавшийся дворец.

— Как тебе стиль моего дворца?

Спросила Сероль.

Гарос осмотрелся. Его когти ступали по мягкому, но прочному цветочному ковру, и он ответил: — Свежо и естественно. Драконы здесь могут чувствовать себя расслабленно. Очень хорошо, похоже на твой мир сновидений. Когда я впервые попал в твой мир сновидений, ощущения были похожими.

Хоть он и был здесь впервые, ему всё казалось знакомым.

Внезапно красно-железный дракон остановился.

Он поднял голову и увидел, что в центре купола, сплетенного из лиан и ветвей, в воздухе парит гигантская сфера, плотно обвитая изумрудными лианами, словно гигантский кокон.

— А это?

Слегка прищурившись, спросил красно-железный дракон.

— А ты очень наблюдателен, сразу заметил.

Сероль улыбнулась: — Это и есть мой подарок тебе.

Она слегка взмахнула когтем.

Лианы, словно под действием невидимой силы, начали расходиться, как живые; они снимали слой за слоем, обнажая то, что находилось внутри.

Это был изрешеченный кратерами осколок метеорита.

Размером он был примерно с голову красно-железного дракона. Его форма была неправильной, поверхность испещрена вмятинами и трещинами. Сквозь паутину трещин пробивался темно-красный свет, словно внутри пульсировало жидкое пламя.

Что еще более жутко, эти трещины слегка расширялись и сужались в ритме дыхания, напоминая кровеносные сосуды живого существа.

Зрачки Гароса слегка сузились.

В этом осколке он почувствовал присутствие Безумного Огня.

Та же безумная, жестокая, искаженная аура, что и у того, который он поглощал раньше, но плотность была совершенно иной.

Концентрация Безумного Огня в этом осколке была почти материальной.

Этот кусок метеорита был словно запечатанный источник Безумного Огня.

— Ты уже догадался, что это.

Голос Сероль стал серьезным.

— Это один из осколков того самого метеорита, который принес метеоритный дождь, обрушившийся на Оротару.

— Я хотела подарить тебе целый метеорит, но Проклятие Бешенства слишком сильно влияет на меня, я не могла приблизиться к ним вплотную. Кроме того, почти все целые метеориты либо растащили орки и эльфы, либо вокруг них обосновались могущественные вожаки яростных зверей. У этих вожаков хаотичное и безумное мышление, и они в некотором роде противостоят мне.

— Поэтому мне удалось добыть лишь этот осколок.

Сероль лукаво улыбнулась, её тон снова стал легким: — Доволен? Он твой.

Гарос не стал отказываться.

Он сделал жест когтем, и осколок метеорита подлетел к нему.

Он попытался поместить его в пространственный инвентарь, но у него ничего не вышло.

Однако для Гароса это не стало проблемой: взмахнув когтем, он непринужденно разорвал пространство и забросил осколок в свой пустынный малый мир, который он использовал для тренировок.

— Это именно тот подарок, который мне нужен.

Гарос посмотрел на зеленую драконицу и сказал: — Сероль, чего ты хочешь взамен?

Сероль лукаво улыбнулась: — Помнишь, о чем я когда-то тебя спрашивала?

— Я спрашивала, как заслужить твою благосклонность. Нужно ли мне, как в любовных романах, дарить тебе тщательно подготовленные подарки, показывать свою искренность и уникальность, долго и страстно добиваться тебя, чтобы завоевать твое сердце?

— Ты тогда не дал мне конкретного ответа.

— Но сейчас кажется, что я всё делаю правильно.

— О, и еще я должна поблагодарить твоего сына Ларию. Он дал мне много хороших советов. Он сказал, что ты любишь практичные вещи, поэтому я и приготовила для тебя этот подарок.

— Спрашиваешь, что я хочу взамен?

— Гарос, ты знаешь, чего я хочу.

Договорив, зеленая драконица победоносно улыбнулась, её глаза горели огнем победителя. Она гордо подняла голову и направилась к Гаросу.

Красно-железный дракон не остался стоять на месте.

Он шагнул вперед, каждый его шаг отбрасывал всё более густую тень от его массивного тела. Он двигался не быстро, но каждый его шаг нес в себе непреодолимое давление.

Увидев, что красно-железный дракон не отступает, а идет навстречу, зеленая драконица на мгновение опешила и замерла, инстинктивно желая сделать полшага назад.

Но красно-железный дракон уже расправил крылья.

Его гигантские крылья, словно тучи, сомкнулись, накрыв зеленую драконицу.

Внутри них было очень жарко; воздух наполнился запахом металла и огня, обрушившись на неё, как горная лавина. Эта давящая аура окутала её со всех сторон, заставляя каждую чешуйку мелко дрожать под этим почти агрессивным напором.

Из горла зеленой драконицы вырвался тихий скулеж.

Она инстинктивно попыталась отвернуться, её изящная шея слегка откинулась назад.

Красно-железный дракон не дал ей шанса отступить.

Он опустил голову и сомкнул челюсти на длинной шее зеленой драконицы.

Это не был грубый укус, он сжимал челюсти с легким нажимом, его зубы медленно скользили по краям её чешуи. Достаточно, чтобы она почувствовала их остроту, но не пробивая её изумрудную броню.

Зеленая драконица напряглась всем телом.

Она отчетливо чувствовала траекторию движения его зубов, скользящих по её чешуе, начиная с шеи и ниже; каждая чешуйка, к которой он прикасался, словно вспыхивала крошечным огоньком, и жар передавался по нервным окончаниям.

Вскоре она словно лишилась костей, её тело обмякло.

Мягкие перепонки на внутренней стороне крыльев слегка дрожали, передавая приглушенное дыхание зеленой драконицы, прерывистое, словно чем-то сдавленное и вырывающееся наружу с трудом. Её передние когти впились в землю, вонзаясь глубоко в мох и лепестки цветов и оставляя неглубокие борозды среди лиан.

Затем зеленая драконица укусила массивную лопатку красно-железного дракона.

Движение было неуклюжим, челюсти сжаты, словно в попытке сопротивления, но оно было настолько слабым, что скорее походило на покорность; её зубы лишь слегка касались поверхности его чешуи.

Гарос почувствовал легкое прикосновение к своей чешуе.

Наконец, он выпустил её шею, поднял голову, и его лицо отразилось в глазах зеленой драконицы, а его дыхание обдало её жаром.

— Сероль, мне всё-таки больше нравится, когда ты думаешь, что держишь всё под контролем.

Сказал он.

Его голос был низким, полным неторопливой уверенности, что резко контрастировало с её недавним горделивым поведением.

Сероль хотела что-то ответить, попытаться сохранить лицо.

Но в её голове была полная неразбериха, и она не могла подобрать ни слова.

В конце концов, ответом зеленой драконицы стало лишь то, что она уткнулась головой в его шею и с силой впилась зубами в чешую на краю его челюсти.

Увидев это, красно-железный дракон перестал поддразнивать её.

Он издал низкий горловой звук. Кончики его когтей зацепились за мелкую, нежную чешую на стыке её грудного панциря и чешуи на животе, медленно скользя вдоль узора чешуи. Его движения были очень легкими, словно он перебирал струны музыкального инструмента, но каждое касание вызывало у зеленой драконицы неудержимую дрожь.

Её тело напряглось, а затем снова задрожало мелкой дрожью.

Драконьи крылья непроизвольно взмахнули пару раз, подняв легкий ветерок, который заставил закачаться лианы вокруг.

Зеленой драконице казалось, что её чешуя вот-вот загорится.

Места, к которым он прикасался, словно подожженный фитиль, разносили жар по кровеносным сосудам по всему телу: от поверхности чешуи вглубь плоти, а затем к костям и внутренним органам.

Она хотела что-то сказать, хотела попросить красно-железного дракона остановиться, но в то же время не хотела, чтобы он останавливался.

В итоге из её горла вырвалась лишь серия невнятных стонов.

Тем временем логово начало реагировать на состояние своих хозяев.

Тихо свисавшие ветви начали извиваться и вытягиваться, как живые существа. Из узлов с невероятной скоростью пробивались новые почки, их нежно-зеленые кончики мелко подрагивали в воздухе, а затем быстро распускались в мелкие листочки.

Среди листьев с поразительной скоростью наливались и распускались крошечные бутоны.

Всё логово словно нажали на кнопку, превратив его из статической конструкции в живое дышащее существо.

Крылья Гароса полностью распахнулись.

Широкие перепонки полностью скрыли их силуэты в тени крыльев, погрузив пространство под ними в двусмысленный полумрак.

Его хвост обвил её хвост.

Два драконьих хвоста сначала слегка соприкоснулись, а затем медленно переплелись, от кончика до самого основания, и трение драконьей чешуи издавало тонкий, частый металлический звон.

Его хватка была непреклонной. Он сжимал её крепко, но при этом не причиняя вреда.

Его поцелуи спустились с её шеи к лопаткам, скользя вниз по линии позвоночника, зубы скользили по краям её чешуи.

В то же время зеленая драконица закрыла глаза.

Её веки сомкнулись, скрыв изумрудно-зеленые зрачки, а её крылья также медленно сложились, их перепонки загнулись внутрь, укрывая обоих драконов под одной крылатой тенью.

Лианы в логове наконец-то распустились полностью.

Бесчисленные бутоны расцвели в одно мгновение, их лепестки раскрывались слой за слоем, обнажая сердцевины. Цветы падали на переплетенные хвосты двух драконов, скрывая эти переплетенные чешуйки и мышцы под морем цветов.

Свисающие ветви начали сплетаться воедино, одна за другой, слой за слоем.

Ветви переплетались, скрещивались и закреплялись, постепенно образуя непроницаемый естественный полог, изолируя то, что происходило в самых глубинах, от внешнего мира, скрывая их от посторонних глаз.