— Знаешь ли… — подала голос Виктория. В её тоне сквозило нечто вроде сдержанного терпения.

На самом деле, она и впрямь терпела. Да что там — она терпела буквально всё.

Во-первых, даже если закрыть глаза на то, с какой невозмутимостью он притащил её в подобное место… Хотя было очевидно, что он задумал, она понимала: если уж согласилась на «свидание», то шанс оказаться здесь был крайне велик.

И всё же… Даже если так…

— Хотя бы номера нам разные снял бы! — не выдержала она.

Как бы далека ни была Виктория от романтических свиданий, она прекрасно знала: оставаться в одном номере на самом первом свидании — это полнейший абсурд. И это ещё если не брать в расчёт, что он выбрал чертовски странное заведение. Она мало что смыслила в таких вещах, но даже ей было ясно: кровать, подозрительно огромная для двоих, — это явный намёк. Не говоря уже о планировке: гостиная, почему-то совмещённая с ванной комнатой.

— Нет.

Несмотря на её отчаянную мольбу, ответ прозвучал твёрдо.

— В конце концов, я пригласил тебя именно ради этого.

— …

Хочет сказать, что планировал затащить меня сюда с самого утра, как только позвал к себе в номер?! Я…! Этот тип…! Этот извращённый подонок…! Дурная слава бежит впереди него…! Серьёзно, зачем я вообще…?! Ради этого мужчины —?!

В этот момент её мысли оборвались, а тело сковало оцепенение.

А? Что я… Ради этого мужчины…? Что это за фраза вертелась у меня на языке?..

— …

Я что, только что… призналась сама себе? Что сегодня, когда я проводила время с этим человеком… моё сердце «трепетало»… из-за него…?

— …

Пока Виктория была в шоке от собственного открытия и невольно замешкалась, Дауд, наблюдавший за ней, склонил голову набок.

— Ты не собираешься в душ?

— …Что?

— Ну, в смысле, конечно, нам стоит это сделать. Тут и спрашивать нечего.

— …

Что ты имеешь в виду?! Что мы собираемся делать такого, что требует предварительного принятия душа?! Что именно?! И с чего это «нам стоит»?!

Пока в голове Виктории роились вопросы, Дауд, глядя на неё так, словно она сказала что-то странное, продолжил:

— Я к тому, что если мы не помоемся, от нас будет вонять, нет?

— Ты хочешь сказать, что от меня воняет?!

— …Нет, не хочу.

Виктория взвизгнула от возмущения, и Дауд, нехотя ответив, поднялся с места.

— Если не хочешь, может, я схожу первым?

Да делай что хочешь! — мысленно рявкнула Виктория, тяжело дыша. Но стоило ей услышать следующие слова, как её тело снова окаменело.

— А ты пока подготовься.

— …

Подготовься? К чему? К чему я должна готовиться?!

Очередная буря вопросов захлестнула её разум. Тем временем Дауд, закончив фразу, скрылся в ванной.

— …

Виктория осталась сидеть на кровати, прикрыв лицо рукой и что-то невнятно бормоча. Из ванной в углу комнаты повалил густой пар, и её замешательство лишь усилилось. Кто я? Где я? Какого чёрта я должна делать с этим типом после этого?! К чему я должна готовиться?!

Пока её вопросы уже начинали перерастать в философский трактат о бытии, Дауд, быстро ополоснувшись, вышел из ванной. Вода капала с его тела.

— …

И как только Виктория увидела его… её перегретый мозг окончательно отказал. Она тут же закрыла глаза обеими руками и закричала:

— Ч-ч-что ты делаешь?! О-оденься, прежде чем выходить —!!

— …А зачем, по-твоему, я вышел? Чтобы взять одежду…

Дауд ответил на её крик невозмутимо и продолжил идти. С каждым его шагом капли воды, стекавшие по телу, оставляли на полу соблазнительные следы.

— …

Виктория знала, что пожалеет об этом. Но в итоге всё же начала понемногу раздвигать пальцы, закрывавшие глаза.

О-о-ох… Т-тело у него лучше, чем я думала…

У Дауда не было грузного, перекачанного тела — скорее, мощное и подтянутое. Если сравнивать с животными, он был больше похож на леопарда, чем на медведя. Конечно, она догадывалась, что он в хорошей форме, ведь очертания мышц угадывались даже под одеждой. Но увидеть это вживую — совсем другое дело. Она сглотнула подступивший к горлу ком.

Ух ты…

Плечи, спина, грудь, руки, ноги — всё это было прекрасно. Но особенно выделялось одно… Его пресс. Если быть точной, шесть кубиков, очерченных так чётко, словно их высекли из камня. По долгу службы ей доводилось видеть немало тренированных мужчин, но… она впервые видела такое в столь двусмысленной обстановке.

Пока она в оцепенении «изучала» его тело, Дауд, вытираясь полотенцем, позвал её, склонив голову:

— Эй, Виктория.

— Я-я не смотрела!

— …Я ведь даже ничего не сказал… — вздохнул он. — В общем, не могла бы ты не пялиться так пристально? Мне немного неловко…

— …

Всё это время он молчал, но, похоже, заметил её взгляд с самого начала. Лицо Виктории вспыхнуло, став краснее спелой редиски.

— …Я не пялюсь! И смотреть-то не на что! Ты слишком высокого о себе мнения!

— Вот как? Ну и хорошо.

Он ответил с горькой усмешкой:

— Моё тело немного изуродовано, так что я не люблю показывать его другим.

— …?

Услышав это, Виктория с недоумением окинула его взглядом с ног до головы. Изуродовано? Это сильное, подтянутое тело…

…А.

Только теперь она заметила то, что ускользнуло от неё из-за общего напряжения. Шрамы. Они покрывали всё его тело.

— …

Среди людей, чья работа связана с постоянными сражениями, всегда найдутся идиоты, любящие похвастаться своими ранами. У многих из них на телах виднелись ужасающие следы былых битв. Виктория видела таких немало. Но она могла поклясться, что никто из них… не ходил по лезвию ножа так часто, как этот человек.

Одного взгляда на его шрамы было достаточно, чтобы понять, с какой угрозой он сталкивался. Она знала, что он весьма искусен во многих аспектах, но даже это не уберегло его от таких отметин.

— …

Если это так…

Ему нечего стесняться.

Первая мысль, пришедшая Виктории в голову. В её глазах он должен был гордиться ими, ведь эти шрамы — цена, которую он заплатил за исполнение возложенного на него тяжкого долга.

— Не думаю, что всё так плохо, — пробормотала она. — По крайней мере, на мой взгляд… Выглядит нормально…

Глаза Дауда слегка расширились.

— …Спасибо, — ответил он с меланхоличной улыбкой. Казалось, он был искренне благодарен ей за эти слова.

— …

Ух… Лучше бы он не делал такое выражение лица…

Почему-то её сердце забилось чаще, когда она увидела его улыбку, и это её ужасно раздражало.

— Я-я имею в виду, т-технически, э-это выглядит даже круче, чем я… Н-нет! Я не это хотела сказать!

На середине фразы Виктория пришла в себя и попыталась снова испепелить Дауда взглядом.

— Серьёзно! Если ты продолжишь заставлять меня говорить такие странные вещи, клянусь, я уйду!

— …

Но… я никогда не просил тебя говорить ничего подобного… — подумал про себя Дауд, но проявил такт и промолчал.

— …Не злись. В любом случае, у нас есть немного времени. Почему бы нам не обсудить кое-что важное?

— Что?

Что-то… важное? Виктория захлопала глазами, тупо глядя на него.

— К счастью, звукоизоляция здесь лучше, чем я думал. В общем… я убил графа Николаса.

В этот момент Виктория замерла. Её тело, до этого пылавшее от странного жара, и сердце, колотившееся в бешеном ритме, внезапно остыли.

— Я знал, что он связан и с Серас, и с тобой, так что прости, что поступил так. У меня не было права забирать его «последний момент» по своему усмотрению.

— …

— Поэтому… — он продолжил, неловко улыбаясь Виктории, которая сидела ни жива ни мертва. — Я собираюсь передать его «второй шанс» вам обеим.

— …Его второй шанс?

— Этот ублюдок скоро воскреснет. Правда, выглядеть он будет… немного жутко… — он продолжал спокойно. — Но каким бы ужасным он ни стал, он будет гораздо «сильнее»… Так что убить его обычным способом не получится.

— О чём, чёрт возьми, ты говоришь…?

— Ну, не будем об этом слишком много. Просто знай: этот ублюдок воскреснет, и вы вдвоём должны будете его убить.

— …

Она не была уверена ни в чём другом, но… одна фраза в его словах сильно её задела. Что он сказал? Эта женщина и я должны сделать что «вместе»?

Следующие слова Дауда лишь подтвердили её опасения.

— Поэтому, чтобы убить этого ублюдка, мне нужно, чтобы вы помирились.

Выражение лица Виктории стало угрожающим. Любой, кто не был полным идиотом, понимал, к чему клонит этот разговор. Но прежде чем она успела возмутиться… Дауд небрежно сбросил ещё одну бомбу:

— Так я смогу посеять свои семена в обеих вас одновременно.

— …

Какого хрена несет этот сумасшедший?!

— Посеять… Что?!

— Посеять свои семена внутри вас.

— …

— Мне нужно сделать это с обеими одновременно, чтобы эффект сработал. Потому что это, э-э, лучший способ усилить вас двоих.

— …

— Вот почему мне нужно, чтобы вы помирились…

— …Заткнись на секунду. Пожалуйста.

Она имела в виду именно то, что сказала.