Глава 156. 

– Для справки, это не слова, сказанные из сочувствия, – продолжила говорить Лириэт мужчине, который застыл с широко распахнутыми глазами. – Я говорю это исключительно потому, что мне нравится проводить время с Вами, Ваше Высочество Принц. 

После воссоединения всё, что я делала с принцем Рафаэлем, было весёлым. 

Будь то совместный поход по магазинам или встречи в кафе с разговорами – просто всё. 

– Более того, мы с Вашим Высочеством разделяем воспоминания 8-летней давности. В этом случае разве будет странным, что мы станем друзьями? – даже говоря это, девушка думала, что ведёт себя бесстыдно. 

Я предложила подружиться сейчас, а не 8 лет назад, через месяц нашего общения. 

Я определённо груба. 

Лириэт тайно испытала сожаление. 

– Конечно! – Рафаэль, который какое-то время бездумно смотрел на неё, вдруг широко улыбнулся. 

Эта улыбка была невинной, как у ребёнка. На мгновение он стал похож на 8-летнего мальчика, а не на 18-летнего молодого мужчину. 

Милашка, – Лириэт бессознательно схватилась за грудь. 

Боже мой, как Его Высочество может быть таким милым? – чтобы скрыть своё смущение, юная леди прочистила горло и протянула мизинец. 

– В честь того, что мы стали друзьями, мы дадим обещание, – сказала Лириэт Рафаэлю, который наклонил голову. 

Обещание. 

Да. Мне нравятся обещания, данные ей, – Рафаэль медленно обхватил мизинец девушки своим. 

Когда он коснулся руки Лириэт спустя 8 лет, её кожа всё ещё оставалась нежной и тёплой. 

Тудум, тудум, тудум, тудум, – сердце Принца забилось так сильно, что, казалось, могло взорваться. 

– Если нам в какой-то момент понадобится помощь, мы скажем друг другу. Потому что именно такими должны быть друзья, – голос девушки достиг ушей Рафаэля. 

– …… 

Она знает? 

Это первый раз, когда кто-то протягивает мне руку и просит дать обещание помочь без каких-либо условий. 

Она всё ещё заставляет меня плакать, – молодой мужчина кивнул с лицом, которое выглядело так, словно он не знал, плакать ему или улыбаться. 

***** 

– Тогда увидимся в следующий раз. 

Это из-за сегодняшнего необычайно красивого заката? Лириэт, махавшая ему рукой, ярко сияла. 

Когда Рафаэль пришёл в себя, он уже лежал в своей комнате в Императорском дворце. 

Он помнил, как смотрел в спину уходившей девушке, но не мог понять, как отвёл от неё взгляд и оказался во дворце. 

Я точно не в своём уме, – стиснув зубы, Рафаэль схватился за левую часть груди. 

Несмотря на то, что с момента, как они с Лириэт попрощались, прошло много времени, его сердце продолжало быстро биться. 

Точно так же, словно лишь спустя 18 лет после его рождения оно научилось биться. 

Мужчина закрыл глаза с озадаченным лицом. 

Когда Рафаэль осознал мир, он уже был один. 

Его мать умерла вскоре после его рождения, а Император, на мгновение ослеплённый ей, никогда не искал ребёнка, стыдясь того, что его разумом овладела ничтожная женщина. 

В такой обстановке юный Принц не мог получить должного ухода. 

Угловая комната, куда не проникал даже солнечный свет. Слуги, что плохо воспитывали Рафаэля. 

Они всегда запирали его в комнате и выпускали наружу лишь в дождливые дни, чтобы мальчик мог омыть свое тело, потому что они не могли находиться рядом с ним из-за запаха, или заботились только, когда Рафаэль болел. 

Хуже всего было с едой. 

Вся еда уходила слугам. 

– Мне тяжело находиться в таком месте, но нужно правильно питаться. 

Слуги отдавали Рафаэлю лишь остатки еды. 

Ребёнок, которого не учили правильному столовому этикету и который всегда был голоден, хватал еду руками и торопливо клал её в рот. 

– Это из-за примеси крови ничтожной женщины, – смеялась прислуга, смотря на это. – Ничем не отличается от нищего. 

– Это верно. Какой из этого ублюдка член Императорской семьи? 

Даже когда Рафаэль лично слышал эти слова, он не думал, что они постыдные, плохие или что нужно грустить. 

Слышать подобные вещи для него было естественно. 

Прежде всего, прислуга была единственной, кто приносил еду в комнату, куда никто не заходил. 

Я бы умер без этих людей, – поэтому мальчик всегда прятался вне поля зрения людей, в небольшой угловой комнате. Чтобы никак их не обидеть. 

Слуги, занимавшие обшарпанные комнатушки, собирались вместе и целый день вели беседы. 

Они пессимистично оценивали своё положение прислуги брошенного Принца. 

Подобная жизнь Рафаэля изменилась, когда ему было 5 лет. 

Мальчик, как обычно сидел на полу и доедал еду, оставленную прислугой. 

Один из слуг, наблюдавший за этой сценой тёмными глазами, внезапно выдохнул: «У-угх!» и рухнул, истекая тёмно-красной кровью. 

То же самое произошло с двумя другими слугами, сидевшими рядом с ним. 

Они в конвульсиях упали на пол с покрасневшими лицами. 

Один из слуг сумел обратиться к маленькому Рафаэлю, глаза которого были широко распахнуты: 

– По, позови лю, людей…… 

Рафаэль никогда не выходил за пределы угловой комнаты. Но без колебаний выбежал из неё. 

Эти люди перестанут двигаться, если оставить их так. 

Они больше не смогут приносить мне еду. 

Тогда я умру. 

Горничная, впервые встретившая Рафаэля, от изумления приоткрыла рот. 

Спутанные волосы и рваная одежда. 

Ребёнок, выглядевший более грязным, чем самый ничтожный слуга, работавший в Императорском дворце, схватился за подол чистого платья горничной: 

– Помогите. 

– ……! – к счастью, горничная не проигнорировала его слова. 

Она поняла, что Рафаэль – выброшенный Принц, и спешно направилась в отдалённый дворец. 

Мальчик побежал за ней с отчаянным выражением лица. 

Но, когда горничная прибыла на место, трое слуг, лежавших на полу, уже стали холодными трупами с фиолетовыми лицами, залитыми кровью. 

Врач Императорского дворца начал разбирательство. 

– Еда, которую ели слуги, содержала яд, – вскоре прояснил он ситуацию. 

То, что слуги Принца ели то, что им не полагалось есть, не было серьёзной проблемой. 

Подобное обращение с юным Принцем, которого игнорировал Император, было неудивительным. 

Но был один момент, который смущал врача. 

– Ясно, что еда, полученная слугами, съедена полностью, но почему с Вашим Высочеством Принцем всё до сих пор в порядке? – спросил врач, смотря на Рафаэля, который наблюдал за ним. 

– Не знаю. Простите, – пожимая плечами, ответил юный Рафаэль, который был очень напуган ситуацией. 

– …… – врач осмотрел тело мальчика с потрясённым лицом. 

Если не считать красноватой крапивницы на тощих ручках, у юного Принца не было никаких признаков отравления. 

Несмотря на то, что он съел смертельный яд, который мгновенно убивает здорового взрослого человека……! 

Врач сообщил об этом Императору: 

– Ваше Величество, у Его Высочества принца Рафаэля, похоже, особый организм. 

Первой мыслью Императора, находившегося в компании соблазнительной женщины с полностью обнажённым телом, было: Кто такой Рафаэль? 

Через некоторое время Император вспомнил о своём сыне, о котором забыл на несколько лет. 

Результат позора, рождённый вульгарной танцовщицей, – лицо Императора исказилось от плохих воспоминаний. 

Однако он подавил собственный дискомфорт, решив, что доктор не станет упоминать Рафаэля из-за чего-то банального: 

– Что это значит? 

– Яд не подействовал? – спросил Император с загоревшимися глазами, когда услышал объяснение врача. 

– Да. В отличие от других членов Императорской семьи, Его Высочество принц Рафаэль не проходил никакой подготовки по развитию устойчивости к ядам. Однако то, что с ним всё в порядке, трудно объяснить иначе, как врождённой устойчивостью. 

– …… 

– Однако неясно, ограничивается ли это ядом, который он принял в этот раз, или устойчивость распространяется и на другие яды. 

В глазах Императора не было особого интереса. 

С давних времён в Императорской семье Аделаида были частые попытки отравления. 

Чтобы предотвратить это, они стали развивать свою устойчивость, принимая яды в течение длительного времени, но у подобного были свои пределы, и тело часто повреждалось. 

Но тело, которое абсолютно непроницаемо для ядов.  

– Проведи эксперимент, – приказал Император, сверкая глазами. – Выясни, насколько особенным является этот ребёнок в вопросе ядов. 

Это были ужасающие слова, которые только мог сказать отец своему ребёнку, которому было всего 5 лет. 

Но врач поклонился, ничего не говоря. 

После этого он кормил Рафаэля различными ядами. 

Змеиный яд. Цветочный яд. Яд скорпиона. Яд рыбы фугу. Яд из грибов. 

Однако никакое количество яда не было смертельным для Рафаэля. 

Всё, что появлялось, – это красная россыпь крапивницы на белоснежной коже. И даже она быстро исчезала. 

Выслушав заключение Императорского врача, Император вскинул брови: 

– Я никогда не думал, что ребёнок, который просто пятнал моё имя, может обладать такими способностями. И правда, благословление Богини. 

Несколько дней спустя Рафаэль предстал перед Императором в чистой выглаженной одежде, надетой на тело, пахнущее мылом. 

Я впервые в жизни увижу отца. 

Только никаких особых эмоций Рафаэль не испытывал, потому что никогда не знал о его существовании. 

Но одно понимал чётко. 

Этот человек может растоптать меня, когда захочет, – мальчик опустился на колени и склонил голову. 

Как раб, встречающий своего хозяина. 

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –