Перевод: Astarmina

За такое короткое время она совершенно забыла о своей любимой свекрови и муже.

И как будто мало того, что она забыла о них, она даже начала подумывать о зачатии ребенка графа, хотя уже была замужем за другим мужчиной!

Ее глаза наполнились слезами.

Она была в ужасе от собственных мыслей о том, чтобы полностью положиться на утешение графа.

— Ты безумная, Агнес. Действительно безумная.

До сих пор она деловито расхаживала по комнате, но в тот момент, когда уловила свое отражение зеркале, остановилась.

Там, в зеркале, была женщина, облаченная в безукоризненно белые священные одежды.

Агнес долго смотрела на свое отражение. Почему-то ей казалось, что она смотрит на незнакомку.

Удивительно здоровые, румяные щеки, блестящие серебристые волосы, светлая и эластичная кожа.

Живые глаза...

— Хa...

По лицу Агнес потекли слезы.

До этого в ее жизни не было ни единой секунды, когда она считала бы себя красивой.

По крайней мере, до этого момента, когда увидела себя в зеркале.

***

— К сожалению... На этот раз ей снова не удалось зачать ребенка.

Доктор произнес эти слова осторожно, словно действительно сожалел, и беспомощно улыбнулся.

Сегодня утром Агнес прошла очередной осмотр.

Ей сказали, что это было простое медицинское обследование, но, по правде говоря, оно должно было проверить, беременна ли она. К сожалению, врач не смог сообщить новости, которой граф ждал с нетерпением.

Вместо этого внешность Агнес заметно изменилась чуть более чем за два месяца.

До приезда сюда она так недоедала, что выглядела как кожа да кости, но теперь она прилично прибавила в весе.

Ее ранее слабое, изможденное лицо теперь не было таковым.

И, кроме того, она казалась более расслабленной. Достаточно сказать, что она казалась совершенно другим человеком.

Доктор мысленно цокнул языком. Все эти изменения произошли благодаря доброй воле графа.

— Действительно?

Не выдавая ни одной из сокровенных мыслей, Раон бесстрастно спросил.

По сравнению с Агнес, которая выглядела в полном расцвете сил, Раон был полной ее противоположностью. Он выглядел невероятно изможденным.

Его неповторимо красивая внешность, несомненно, все еще сохранялась, но душевные терзания, казалось, стали для него очень тяжелым бременем.

«Действительно. Его светлость усердно служил Богу, но я не знаю, о чем он сейчас думает».

О том, что граф делил постель с Агнес после того, как заставил ее выпить снотворное, знали только три человека: доктор, дворецкий Кловис и старшая горничная.

Раон очень старался, и доктор это знал. Сообщая плохие новости, он также чувствовал себя ужасно опечаленным.

Хотя граф ничего не сказал об этом, вина, которую он, должно быть, испытывал, была ощутимой. Доктор не мог не заметить.

— Похоже, она не сможет зачать ребенка сразу, потому что последствия дисбаланса питания сохраняются в течение длительного времени. Пока, пожалуйста, не беспокойтесь об этом. Давайте понаблюдаем и увидим.

— Спасибо за работу. Увидимся снова на следующем осмотре.

— С вами все в порядке, Ваша Светлость? Вы не очень хорошо выглядите.

Выглядевший так, словно мог упасть в обморок в любой момент, Раон изо всех сил попытался ответить:

— Я в порядке.

— Я знаю, что у вас, должно быть, трудные времена. Я буду молиться за вас каждый день, Ваша Светлость

— Спасибо тебе.

После ухода доктора Раон впервые за долгое время посетил подземную молитвенную комнату.

Он перестал приходить в это место после того, как признался себе, что действительно хочет Агнес. Все в молитвенной комнате было покрыто пылью.

Опустившись на колени, он посмотрел на статую и сложил руки вместе.

— О, Боже Всемогущий. Даже если это произойдет в отдаленном будущем, я искренне надеюсь, что настанет день, когда смогу понять значение испытаний, которые Ты мне подарил. Даже если посмею усомниться в Твоей воле, я знаю, что Ты никогда не позволишь мне сбиться с пути...

Раон говорил так, словно был очарован, но внезапно остановился.

И не успел опомниться, как лицо его стало пепельного цвета.

Раздался громкий шум.

Раон ударился головой о холодный пол, но не издал болезненного стона.

— Черт возьми.

Закрыв глаза, он испустил проклятие.

Лицо мужчины было переполнено необузданными эмоциями.

Громкий звук удара повторился.

Он продолжал биться головой об пол снова и снова.

В конце концов, когда кожа на его лбу была разорвана, потекла кровь.

— О, Боже Всемогущий. Я почувствовал облегчение.

И когда Раон наконец снова открыл глаза, обычное спокойное выражение вернулось на его лицо.

— Я почувствовал такое облегчение, что она не была беременна. Нет, скорее, я почувствовал радость.

Было очевидно, что, как только она забеременеет, законная причина для вожделения Агнес у него исчезнет.

Когда ему пришло в голову, что, возможно, он больше не сможет снова быть единым целым с ней, он оказался перед ужасной дилеммой.

Раон очень нервничал, пока врач осматривал Агнес.

Он был переполнен таким непреодолимым беспокойством о том, что произойдет, если она забеременеет. В груди возникла такая тяжесть, что он не мог нормально дышать.

В конце концов, однако, он услышал от врача, что на этот раз Агнес не смогла забеременеть. Раон испытал явное облегчение.

Он не мог бороться со своими грязными желаниями.

Он холодно улыбнулся.

— В конце концов, я превратился в монстра...

Закончив молитву, Раон потерял сознание прямо там, где был.