— Уа-ха-ха-ха-ха!!!

— Эй, да ладно, правда, что ли? Тогда за выпивку сегодня платишь ты!

Шумный трактир. Все пили, ели, галдели — каждый спешил наслаждаться жизнью. И среди этого гомона…

— Вот. Тысячелетний Снежный Женьшень.

Я протянул эликсир даосу с круглым лицом — господину Чану.

— …Что?

— Я слышал, вы ищете эликсир. Возьмите.

— Откуда вам известно, что я ищу эликсир, — это ладно… Но ведь он стоит целое состояние, не так ли?

— Стоит.

— …

Маска беззаботности слетела с лица Чана, явив искреннее замешательство. Сначала на нём читалось: «Где вы это достали?» Затем: «Почему вы отдаёте это мне?» И, наконец: «Кто вы вообще такой?»

— Итак, вы принимаете подарок?

— …

Я решительно опустил коробку с эликсиром ему в руки.

[18-й этаж пройден.]

— Если возжелаете всем сердцем, то сможете вернуться в реальность.

Перед глазами всплыло долгожданное сообщение. Это означало, что я прошёл восемнадцатый этаж.

Значит, достаточно просто сильно захотеть вернуться — и ты в реальности. Можно было уходить прямо сейчас. Но я не собирался останавливаться. Если бы я хотел просто выйти, я бы нашёл другого смотрителя или перестал регрессировать, как только накопил достаточно богатства.

Ещё будучи главой гильдии, я слышал рассказы других игроков. Обычно смотрителям требовалось что-нибудь вроде хорошего оружия, головы врага или приличного укрепляющего снадобья. Это не те вещи, что легко достать, но и не невозможные. Способный игрок, потратив от силы месяц-три, мог раздобыть что-то подобное.

Иными словами, подаренный мною Тысячелетний Снежный Женьшень далеко превосходил стандарты господина Чана.

Вот именно. Я ожидал скрытой награды или чего-то равнозначного.

— Как вы его добыли?

Чан со странным блеском в глазах разглядывал эликсир в своих руках. Эксперты утверждали, что вряд ли этому женьшеню и вправду тысяча лет. Скорее, от двухсот до пятисот. Но даже так он считался в этом мире вещью поистине редчайшей. К тому же от растения ощутимо исходила внушающая трепет стужа.

Короче говоря, это было, блядь, безумно дорогое сокровище. То, что игрок вроде меня никак не мог добыть.

— Это важно? Важно лишь то, что я хочу вам его подарить.

— Бескорыстной милости не бывает.

— Здесь она есть.

Разумеется, я не собирался рассказывать ему всю подноготную своих регрессий и просто обошёл подробности стороной. Отчасти — из ожидания награды. Отчасти — из любопытства, как отреагирует этот мужчина.

Он же — «смотритель». Должно быть хоть что-то.

— Я не могу просто так взять это.

Словно отвечая на мои ожидания, глаза Чана ярко вспыхнули.

— Если вы так хотите отдать мне это… одолейте меня в поединке.

— Думаете, это возможно?

— Это моё условие. Не можете принять его — забирайте подарок обратно.

Мужчина, настаивающий на том, чтобы отдать редчайшее сокровище, и мужчина, требующий победить себя, чтобы принять его.

Почему он отказывается от подарка? Из-за своего скверного характера? Или за этим кроется нечто большее?

— Хорошо.

Но отступать сейчас я, конечно, не собирался.

---

Уединённая горная поляна, где ещё виднелись следы диких зверей. Мы с Чаном стояли лицом друг к другу.

— Вы назвались мечником, но где же ваш меч?

— Из-за безденежья пришлось сдать его в ломбард.

— …

— Сейчас я уже могу позволить себе выкупить его обратно… но сражаться настоящим клинком — это слишком жестоко, не находите?

Чан подобрал с земли первую попавшуюся ветку и бросил её мне.

— Вот этим вполне достаточно.

Сам он тоже взял толстую ветку и сжал её обеими руками, словно меч.

— …

Признаться, я подумал: «Было бы обидно регрессировать сейчас». Так что бой на палках меня более чем устраивал. К тому же был шанс, что, если меня лишь слегка заденут по касательной, я не регрессирую.

Впрочем, хватит отступлений.

Вот что значит — высокое мастерство. Даже просто держа в руке ветку, он излучал давление. Кожу покалывало. Казалось, меня вот-вот порежут.

— Ха-ха…

Убедившись, что этот мужчина настроен серьёзно, я тоже сжал ветку и встал напротив. Что ж, проверим, чем я располагаю сейчас.

Холодной маны, или стужи, нет. Это свойство изменившейся маны из моего настоящего тела, но не та сила, что доступна мне здесь. Если бы я съел тот снежный женьшень, что-то, наверное, изменилось бы, но, во-первых, это тело — не моё настоящее, а во-вторых, смысла в этом нет, ведь я сражаюсь ради того, чтобы подарить его Чану.

Тогда, может, у меня достаточно маны? Тоже нет. Её, конечно, заметно больше, чем у обычного человека, но «давить маной» — не выйдет. К тому же противник — тоже воин, так что превосходства в мане у меня нет.

Боевой опыт? Судя по загрубевшим рукам Чана, он тоже прошёл через кровавую баню. Здесь у меня тоже нет перевеса. Как и в технике меча, наверное.

То есть я не могу с уверенностью сказать, что превосхожу его хоть в чём-то. А учитывая риск регрессии от любого удара, можно считать, что я в явно невыгодном положении.

— Иду.

Но с каких это пор я веду только выигрышные бои? Разве не в характере регрессора — биться головой об стену, даже если не выходит?

Что, если регрессирую? Тогда просто пройду этаж, и всё. Сначала надо выложиться по полной, а жалеть можно и потом.

Я крепче сжал ветку.

— Ха!

Я метнулся навстречу врагу.

*Хрясь!*

Две ветки с треском столкнулись, кора брызнула в воздух. Я нанёс довольно мощный удар сверху, но Чан, подставив ветку горизонтально, легко блокировал его.

Ну да, было бы даже обидно, если бы я так просто выиграл. Я перевёл дыхание, собрал силы и вновь взмахнул веткой.

Голова. Пах. Корпус. Снова голова. Мои атаки были резкими и острыми. Сначала я целил в уязвимые места, но затем ветка, извернувшись, стала нацеливаться на менее важные части — запястья, ноги. Каждый выдох служил плацдармом и ступенью для следующего удара.

Беспрерывная череда атак. Я теснил его на пределе возможностей этого тела, обрушивая бездыханный град ударов. Из-за бесчисленных вращений кончик ветки то и дело издавал свирепый, рассекающий воздух звук.

С другой стороны, Чан, отражавший мои удары… был непостижим.

Вроде бы яростен, но мягок. Вроде бы плотен, но порывист. Казалось, он отступает под моим натиском, но тут же, используя отдачу, наносил острую контратаку. Мои свирепые выпады он парировал лёгким, почти незаметным движением.

— …

— !..

*Хрясь! Хрусть!*

Бесспорно, наступал я. Но при этом паниковал тоже я. Стоит мне хоть раз пропустить контратаку — я проиграл. Да что там, я и так уже был на грани поражения. Если я не создам перемену, пока у меня ещё есть силы, я проиграю стопроцентно.

Пора бросать кости.

— Фу-ух.

— ?!

Внезапно я пробудил дремлющую ману. Чан тоже спешно вскинул свою внутреннюю энергию, но инициатива была за мной.

Я разлил ману по телу и отчётливо ощутил каждое сокращающееся мышечное волокно. Мана, окутавшая ветку, не несла холода, но взамен наполнила её свирепой силой.

Нет, этого мало. Активировать «Молниеносный Шаг» невозможно, но вложить его принцип в движение ног — вполне. Нужно выиграть время для концентрации.

*Топ!*

Я с силой ударил ногой по земле. Взметнувшиеся в воздух частицы почвы не только заслонили обзор, но и послужили снарядами, атакующими глаза. Это можно назвать подлостью, но я очень хотел победить.

— Кха!

Чан покачнулся. Миг, когда он потерял равновесие, был краток, но я успел принять стойку. Согнул обе ноги, правая рука — на рукояти ветки, левая ладонь упирается в её конец для поддержки атаки.

Единственный выпад, в который я вложил всё своё прозрение. Я бросил в него всё, что имел, с мыслью: если это заблокируют — я проиграл.

Нет, это невозможно заблокировать. Внутренняя энергия Чана ещё не восстановилась. Его стойка была нарушена. Его правый глаз был затуманен частицами почвы. Я победил.

Ещё мгновение — и моя ветка, несущая свирепую мощь, вонзилась бы ему в солнечное сплетение…

— …

Взгляд Чана изменился.

— А?

Кончик его ветки мягко коснулся кончика моей. Техника, которую невозможно повторить намеренно.

И в тот же миг моя ветка остановилась. Словно кто-то нажал «паузу» в игре. Словно невидимая рука схватила её в воздухе. Она остановилась, не передав мне ни малейшей отдачи. Просто замерла.

«Мягкое одолевает твёрдое». Сколько бы я ни прилагал сил, сколько бы ни изворачивался, ветка стояла как вкопанная, будто её закрепили в пространстве.

— Слишком торопитесь. И боитесь ран. Это весьма странно, учитывая достигнутый вами уровень.

Он просто произносил слова, но от него за версту веяло таинственностью. В лёгкой усмешке, тронувшей его губы, сквозила глубокая мудрость. А у самой земли колыхался едва заметный туман.

Это был уже не тот человек, с которым я сражался минуту назад. Он был на ином уровне. Нет, даже назвать это «иным уровнем» неловко. Он был в совершенно другом измерении.

— Однако… вы прекрасны. Я вижу ваши старания. Но вам бы понять, что не стоит держаться лишь за одну сторону. В мире ведь не только чёрное и белое.

Воистину, бессмертный даос. Тот образ, что он явил сейчас, был близок к божеству. Не подделка, что я когда-то разыгрывал, а самый настоящий небожитель.

Естественная тяжесть, что исходит лишь от того, кто прожил бессчётные годы. Таинство, порождённое возвышенным уровнем.

Потёртая одежда, молодой облик и круглое лицо остались прежними, но сейчас этот мужчина был более всех остальных достоин зваться бессмертным.

— У вас… получится.

Пока я как зачарованный смотрел на него, мужчина мягко улыбнулся и протянул мне обратно Тысячелетний Снежный Женьшень. И я потерял сознание.

[18-й этаж пройден.]

---

— Поздравляю.

— …

*Хлоп. Хлоп. Хлоп.*

Звук сухих аплодисментов. Тот самый ангел, которого я видел при первом появлении на восемнадцатом этаже, хлопал в ладоши.

Значит, я всё-таки прошёл его. Стужа, что снова гуляла по телу, ощущалась непривычно. А переполненное силой тело казалось неуклюжим.

Нет, не это важно.

— …Бессмертный, значит.

Я прокручивал в голове только что увиденную сцену. Он сказал: «У вас получится». Похоже, неведение о том, что это Башня, было игрой. Или, быть может, та возвышенная личность, что дремала внутри его тела, на мгновение проявила себя.

Я вспомнил его последние слова и показанное им движение. В мире не только чёрное и белое. Для меня, разрывавшегося между путём Чхве Дживон и путём старика, эти слова прозвучали очень весомо.

Ну что ж… может, вернуться в реальность? Прошла ли уже Чхве Дживон этаж к этому времени?

— Вы должны забрать это с собой.

Я уже собирался покинуть восемнадцатый этаж, но ангел остановил меня.

Я перевёл взгляд вслед за его пальцем.

— …Ха-ха.

Там, где я только что cтоял, по-прежнему покоился Тысячелетний Снежный Женьшень.