— Помоги… Помогите…

Хрупкая девочка дрожала всем телом. На вид — сама беззащитность и слабость, но я не теряю бдительности. Существует ведь ничтожная вероятность, что я брошусь помогать без задней мысли, а потом последует классический поворот «ты попался!». Возможно, моя миссия «выживание» как раз и заключается в том, чтобы выжить, столкнувшись с этой девочкой. Может, она и есть то самое «завершение всего», та, кого я так опасаюсь — Кончина этого мира.

Но почему, спросите вы, я всё равно иду к ней, хоть и настороже? Да потому что я регрессор. Даже если ошибусь, я смогу подняться снова. Если меня предадут — я просто потру затылок, получив сзади по башке, и пойду дальше. А вот если я заколеблюсь сейчас, и всё пойдёт наперекосяк — вот это будет настоящей ошибкой.

И, как я полагаю, сейчас самое верное — спасти эту девочку. Корейское правительство, или какая-то иная могучая сила, охотится за ней. Тому свидетельством все новости, все электронные табло — все возможные средства оповещения. Причина мне неизвестна, но они отчаянно хотят вернуть её.

— Эй, малая.

— Да…

— Ты же знаешь, что тебя повсюду ищут?

— Да…

— А ты сама чего хочешь? Отвести тебя к ним?

— …Нет, не хочу. Я не хочу возвращаться…

Лицо девочки мгновенно исказил ужас. Этого объяснения было достаточно.

— Ладно, понял. Залезай на спи… А, в доспехах неудобно. Тогда просто понесу тебя и побегу.

— Мне… Мне страшно…

— Потерпи немного.

Сначала я бежал со скоростью, немыслимой для обычного человека, но, увидев, что девочка перепугалась, немного сбавил темп. Я планировал как можно быстрее добраться до безлюдного места, но быстро понял, что просчитался.

— …Что это за тип? Мне показалось?

— Эй, снимай, снимай. Давай в Reels выложим.

Мужчина в сверкающих доспехах, уносящий в охапке маленькую девочку, — такое просто не могло не привлечь внимания. Даже выбирая самые безлюдные и топкие берега реки, я всё равно замечал, как люди издалека доставали телефоны, завидев меня.

— Придётся снять доспехи. Потерпи ещё чуть-чуть.

Так дело не пойдёт. Я осторожно опустил девочку на мокрый речной берег и быстро скинул с себя броню. Под ней оказалась тканевая одежда — видимо, стандартная выдача Башни. Выглядело, конечно, нелепо, но внимание привлекало куда меньше, чем железные латы.

— Идти можешь?

— Н-нет…

— Понял.

Говорят, хочешь спрятать дерево — спрячь его в лесу. Лучшим вариантом мне казалось просто идти за руку, но раз уж она не может, пришлось нести её на спине.

— Залезай. Уткнись лицом и притворись спящей. Можешь даже по-настоящему уснуть.

— Хорошо…

Забравшись на спину, девочка тут же провалилась в сон. Похоже, она и впрямь была измотана до предела.

— …

— …

Так мы и пошли. Стоило девочке оказаться у меня на спине, как пристальные взгляды мигом исчезли. Пара пожилых прохожих умилённо улыбнулись нам, но в остальном было поразительно тихо — на нас не обращали никакого внимания.

— Дочка ваша? Тяжело, наверное.

— Ха-ха, да нет.

Улыбаясь в ответ, я продолжал лихорадочно прокручивать в голове варианты. Раз уж ситуация сложилась так, город опасен. Не могу утверждать наверняка, но власть вряд ли окажется на нашей стороне. Полиция? Скорее, это серьёзная угроза.

Скажете, преступники-обыватели ведь как-то прячутся? У всех тех, кто успешно скрывается в городах, есть сообщники. И самое главное — у них есть «убежище».

А я — чужак. Изгой. У меня нет не то что убежища — в кармане ни гроша. Единственный способ раздобыть денег, что приходит на ум, — обнести прохожих. Но в наше время все пользуются картами, так что и это бессмысленно.

Значит, благами цивилизации мне не воспользоваться. Наоборот, камеры видеонаблюдения представляют потенциальную угрозу. Нужно уходить в провинцию. А лучше — в горы.

Но как добраться до гор? Это же Сеул. Машины, само собой, нет. А на автобус нет денег.

— …

Хотя… обязательно ли «садиться» в автобус?

— А… Куда мы идём?

Сквозь дрёму донёсся голос девочки.

— К реке.

Сначала выберемся из Сеула, а там подумаем.

---

Солнце садится. Я часто думаю, что закат — поразительно красивая вещь. И мне нравится, что эту обыденную красоту можно увидеть где угодно.

— Где… Где мы?

— Хм, я и сам не знаю.

Перед самым отправлением автобуса мы незаметно шмыгнули в багажное отделение. Кажется, автобус шёл куда-то в сторону Канвондо. Со временем повезло — подгадали идеально.

Засекли ли нас камеры? Засекли. Сто процентов засекли. Поэтому, когда я почувствовал, что автобус набрал скорость на шоссе, я просто выломал дверь багажника изнутри и спрыгнул. Спрыгивать на ходу — затея, конечно, дурная, но я выжал из своего тела сверхчеловека максимум и приземлился без травм. Дверь перед прыжком я захлопнул обратно, так что никто не пострадал. Наверное.

Движения на трассе было мало, так что я не попал под колёса. Пройдя вдоль дороги, мы свернули в ближайший лесистый холм, а оттуда — в горы, без особой цели. Во-первых, я хотел избегать людских глаз. Во-вторых, с высоты удобно замечать приближение чужаков.

К тому времени, как мы добрались до вершины, солнце уже почти зашло. Девочка за спиной выглядела вымотанной до предела. Пора было дать ей отдых.

— Х-ха, х-ха, х-ха…

Тяжело дыша, девочка вдруг низко поклонилась мне:

— Спа… Спасибо вам большое, что помогли.

— …Ага.

Будь я на её месте, первым делом спросил бы: «Почему ты мне помог?» Но, видимо, это чистая душа. Либо она принимает добро за чистую монету, либо просто ни о чём не задумывается.

— Как тебя зовут?

— Моё имя? Арым. Говорят, на чистом корейском это значит «та, что может объять всё». А вас как зовут?

— Меня зовут Джунхо. А фамилия у тебя есть?

— Фамилии… нет.

— …

Арым уже щедро расставила зловещие флаги. Девочка в бесцветной белой одежде, без фамилии — тут поневоле в голову лезут десятки мрачных сценариев.

— А ты не знаешь… почему тебя преследуют?

— Простите… Я и сама не знаю.

— Тогда почему ты не хочешь возвращаться?

— Воспоминания смутные… но там было больно… мучительно… Я не хочу туда обратно… Это слишком тяжело…

— М-м-м… А как ты вообще сюда попала?

— Этого я тоже… Просто очнулась, и уже была снаружи…

Судя по всему, она сбежала из какой-то секретной лаборатории или подобного учреждения.

Но что любопытно — у неё сохранились воспоминания о «внешнем мире». Если бы она с рождения жила и выросла в лаборатории, то не имела бы никаких базовых знаний. А у Арым они, похоже, были.

— Хм-м…

Что же делать? Расспросить её я хотел о многом, но давить на девочку, которая только-только сбежала, было бы жестоко. Сбором подробной информации займусь, когда она успокоится.

— Спать хочешь? Давай поищем, где можно лечь. Я где-то видел, что если набрать листьев, будет мягко.

— Да, хорошо.

На всякий случай распространив ману пошире, я двинулся искать место для стоянки. Корейские горы вряд ли порадуют пещерами, так что я планировал остановиться, как только найду подходящую поляну.

— Вон там вроде нормально, да?

— …Да…

Усталость брала своё — голос Арым затихал. Что уж там, для первого знакомства она была просто душка. Я даже подумал: если у меня когда-нибудь будет дочь, я бы хотел такую же.

Наверное, именно в тот миг я на долю секунды потерял бдительность.

*БА-БАХ!!!*

— Кха!..

Плечо пронзила сокрушительная боль. Во все стороны брызнули кровавые лепестки. Звук был не «хрусть», а «хрясь» — звук, который человеческое тело издавать не должно ни при каких обстоятельствах.

Я был настороже, мана была разлита вокруг. Я успел среагировать и слегка повернуть корпус. Но увернуться от пули было невозможно. Максимум, что я смог, — принять её плечом вместо груди. Пока жгучая боль разливалась по телу, время потекло как в замедленной съёмке.

Далеко, на вершине противоположной горы, слабо блеснул отражённый свет. Снайпер.

— Дяденька!..

Арым в ужасе уставилась на меня. Расширенные глаза. Открытый рот.

*БА-БАХ!!!*

— Кья-я-я-я-я!

Раздробленные колени. Её тоненькие ножки вывернулись в обратную сторону, и она рухнула на землю. Это было последнее, что я увидел.

[Вы получили урон.]

[Вы возвращаетесь к моменту первого входа на 21-й этаж.]

Я потерял сознание.

---

— …

— Косплей?

— Может, кино снимают? Или для YouTube?

— Можно сфоткать? Круто выглядит.

Не обращая внимания на реакцию прохожих, я рухнул на ближайшую скамейку. Нужно было привести мысли в порядок.

— Снайпер…

Я знал, что в Корее есть снайперы, но никогда не слышал, чтобы их использовали в реальных операциях. И уж тем более — чтобы они стреляли в гражданских.

Последнее, что я видел, тоже было весьма красноречиво. Снайпер целился мне в грудь. Это значит, меня хотели убить. А вот Арым стреляли по ногам. Значит, её хотели взять живой. И были уверены, что смогут спасти её от потери крови до того, как она умрёт.

— Фу-ух…

Если в ход пошли снайперы, можно с уверенностью сказать: за Арым охотится корейское правительство. Целое государство против одной девчонки.

Как бы там ни было, теперь моя цель ясна. Выбор между хрупкой девочкой и безжалостной властью — тут любой на моём месте решил бы так же.

Я спрячу Арым от всего мира.

На неделю. Или даже дольше.