После прохождения 23-го этажа. Моя съёмная квартира.

Чхве Дживон не было. Я прошёл этаж быстрее, использовав лазейку, так что это было вполне ожидаемо. Подождём — и она вернётся.

— ...Может, в игры поиграть.

Схватившись за гудящую голову, я рухнул на кровать. Я выложил кучу денег за новый матрас, так что теперь он не уступал по мягкости кроватям с первого этажа. Моему измученному стрессом мозгу срочно требовался отдых.

— Хорошо-то как.

Иметь любимого человека — это прекрасно, но иногда нужно и побыть одному. Если бы я сказал Дживон, что хочу провести время в одиночестве, она бы, конечно, отнеслась с пониманием. Но мне было просто стыдно просить об этом, да и свободного времени в последнее время не было... В общем, я наконец-то наслаждался сладкими минутами покоя.

Так прошёл день. Второй. Третий. Четвёртый.

— ...Нет? Не может быть. Это же Чхве Дживон.

Теперь тревога перевесила удовольствие от одиночества. Я боялся выйти из дома, вдруг она вернётся в моё отсутствие? Так и сидел в четырёх стенах, убивая время за просмотром скучных фильмов.

Она погибла? Да нет, этого не может быть. Это же Чхве Дживон. Та самая Чхве Дживон.

Она жива. Это точно. Тогда в чём причина моей паранойи? Слишком сильный ментальный урон на 23-м этаже? Или...

Неужели Чхве Дживон стала для меня слишком дорога?

Мой единственный спутник, способный понять меня в этой бесконечной регрессии. Моя неизменная опора. Любимая. Герой Земли.

Теперь я просто не мог представить свою жизнь без неё. Быть вместе с ней стало чем-то само собой разумеющимся. И будущее без неё... ужасало меня.

Назовите это зависимостью — и будете правы. Но разве у всех влюблённых не развивается лёгкая зависимость?

— К тому же я и правда в дерьмовом состоянии.

И то, что моё состояние сильно ухудшилось, тоже было фактом. Психика расшаталась... Я и раньше был таким, но теперь даже запоминать имена людей стало невыносимо трудно.

Зачем запоминать имена, если после отката времени мы всё равно станем незнакомцами? Зачем помнить лица, если я снова и снова буду повторять одно и то же? Даже если кто-то представлялся мне, я пропускал это мимо ушей.

Я же решил, что буду видеть в людях людей, а сам опять скатился? В последнее время я защищаю их не от душевного порыва, а словно механически. Просто потому, что так заведено.

— А ради чего я вообще начал карабкаться по башне?

Я заглянул в пыльный склад памяти. В углу тускло поблёскивало одно бережно хранимое воспоминание.

— ...Я хотел стать героем.

В последнее время я двигаюсь скорее из чувства долга, чем из честолюбия, но когда-то я и впрямь хотел стать героем. Спасать мир и купаться в лучах славы. Конечно, сейчас я не могу действовать в открытую из-за того, что нельзя раскрывать секрет регрессии, но...

Когда я прошёл обучение и в интернете появились первые свидетельства очевидцев, или когда я читал слухи о таинственном «божественном даосе», повелевающем белым туманом... Мне было чертовски приятно. Сердце щекотало, а уголки губ сами ползли вверх.

— Может, стоит... немного поработать на публику?

Разве то, что мне нравится быть в центре внимания, не доказывает в каком-то смысле, что я ещё человек? Потому что я признаю существование «других». Вон, в книгах всякие бездушные психопаты-регрессоры вообще плевать хотели на чужое мнение.

Да, популярность. Надо бы подзаработать популярности. Светить лицом, как предлагала Дживон, я не хочу, а вот стать узнаваемым — это точно пойдёт на пользу моей несчастной психике.

Может, заделаться мстителем в маске? Есть, конечно, в этом образе «тёмного героя» какой-то душок конченого задрота, но это вечная классика, которая всегда работает.

Или раскрутить тему с «даосом»? Правда, просто «даос» — это скучно. Сделаем «Меч-бессмертный». Ну, знаете, в одной новелле, что я читал, был персонаж — Бессмертный Меч Люй Дунбинь, и он был нереально крут.

— Хе-хе-хе.

Одни только мрачные фантазии уже поднимали настроение. Воображение — вот лучший допинг.

Сцена №1. Центр Сеула. День.

Среди руин разрушенного здания группа игроков сражается с гигантским монстром.

Они выкладываются на полную, но их теснят.

Игрок 1: «Чёрт, так мы...»

Игрок 2: «Берегись!»

Игрок-танк отлетает в сторону. Больше нет сил. Отчаяние накрывает всех. В тот самый миг, когда они зажмуривают глаза...

Появляется загадочный мужчина и одним ударом разрубает монстра пополам. Его лица не разглядеть, но стелющийся вокруг таинственный туман придаёт ему особую загадочность.

Игрок 1: «К-кто вы?»

Загадочный мужчина: «Кто я?»

Игрок 1: «Д-да. Я знаю всех игроков S-ранга...»

Загадочный мужчина: «Тебе и не нужно знать».

Он с холодной элегантностью использует «Молниеносный Шаг» и исчезает. Только тогда опомнившиеся игроки бросаются искать его, но всё, что остаётся — это замёрзшая, разрубленная пополам туша монстра да клубящийся по земле туман.

Так было положено начало легенде о «Мече-бессмертном»...

— Хе-хе-хе...

Весело. По-детски, но весело. Валяться на кровати и фантазировать было постыдным, но чертовски увлекательным занятием. Я и не заметил, как настало время спать.

Сейчас, может, и не до этого, но когда придёт время ждать нашествия монстров, у меня точно будет полно свободного времени. Вот тогда и попробую. И психотерапия, и развлечение, и сохранение инкогнито. Настоящее «три в одном», разве нет?

На следующий день.

— Дживон!

— Джунхо!

Чхве Дживон вернулась. Она выглядела слегка уставшей из-за «помехи», но в целом была в порядке. (Когда я в первый день после возвращения глянул на себя в зеркало, то, признаться, испытал небольшой шок.)

— Ты в порядке? Почему так долго?

— А? Что ты имеешь в виду?

— Ты ведь никого не убила? Все десять на 23-м этаже оказались людьми. Ты знала об этом?

— Знала, знала. Слушай, Джунхо, а ты сам-то как?

— Да я-то в полном порядке.

Чхве Дживон прижала ладонь к моему лбу и озабоченно вгляделась в лицо. Сейчас мне и правда было намного лучше, так что никаких следов не осталось. Я и сам надеялся, что она не будет волноваться.

— Кстати, почему ты так задержалась? На 23-м этаже.

— Разве не ты проскочил его слишком быстро? А я... прошла его вообще легко.

— ...В каком смысле?

— Понимаешь, в моём случае...

Когда Чхве Дживон вошла на 23-й этаж, её у костра ждала только одна женщина. И надпись в воздухе сменилась на [2/2]. Но этаж всё не начинался. Делать было нечего, и Дживон с незнакомкой принялись болтать о том о сём. Благодаря навыкам общения, отточенным в чисто женских школах, они мгновенно подружились.

— Я в этом деле реально спец — быстро находить общий язык с девушками.

Когда ты не один, терпеть было не так уж и трудно. Чхве Дживон безропотно ждала у костра. И когда прошёл день, а может, и два...

— Накатил туман... и я всё забыла.

Чхве Дживон потеряла память из-за тумана. Точнее, её не просто стёрли — сверху наложили новые воспоминания. Двое у костра превратились в восьмерых. Память о двух проведённых днях исчезла полностью. Башня просто взяла и удалила все воспоминания, заставив поверить, что раскол на две группы был с самого начала.

Ну, а раз было сказано про «двух ложных существ», тут любой бы попался. Но...

— ...Бун-бун всё это время помнила всё как есть.

— ...Что?!

Видимо, белый туман не действовал на неодушевлённые предметы. Или же сознание духа меча было для него неуязвимо. Пока Чхве Дживон мучилась от непонимания, Бун-бун тихонько шепнула ей: «Дживон, вначале вас было двое».

— ...Да это же чит.

Выходит... на этаже, где туман специально стирал память, она всё это время всё помнила?! Это же... это же просто жульничество какое-то.

— Так что, зная, что все десять — люди, я намеренно избегала конфликтов. А когда мы вытерпели «помеху» и продержались пять дней, из-под земли вдруг полезли склизкие щупальца. Как только мы их убили — всё закончилось. Пока они прятались, они были опасны, а в прямом бою они так себе.

— Значит... источник «помехи» — это и были те щупальца? А раз на пятый день они вылезают сами, то всё, что нужно, — просто продержаться?

— Именно. Со мной там был один профессор из университета, так вот он сказал, что 23-й этаж, в отличие от обычной «Мафии», не даёт вообще никаких зацепок, чтобы вычислить преступника. И самое рациональное поведение в такой ситуации — ничего не делать.

— ...Софистика, конечно. Но, похоже, создатели башни именно этого и добивались. Если разобраться, здесь нельзя просто гадать — для улик нужны основания. А раз это в принципе невозможно... то правильный ответ — не играть в угадайку.

Дживон пожала плечами. Рассказывая, она непринуждённо сняла доспехи и направилась в ванную, откуда вышла уже в домашней одежде. Рухнув на мягкую кровать, она всем своим видом показывала, что слова «я в порядке» были не совсем правдой.

— ...Думаю, на этом этаже будет просто куча жертв. Когда все на взводе, любая мелочь кажется подозрительной.

— ...Это точно.

— А ты, Джунхо? Как ты прошёл его так рано?

— А, я?

Не желая волновать её, я смешал в ответе правду с ложью.

— Да просто повезло. На второй день люди сцепились друг с другом, выворотили пару плит, а там оказалась глубокая нора.

— ...Серьёзно?

— Ага. И регрессировал я совсем чуть-чуть. Всего два раза. Гляди: я ведь в полном порядке. И «помеху» получал всего ничего.

— ...Ну, хорошо.

— Конечно, хорошо. В общем, я реально в абсолютном порядке... А ты не хочешь отдохнуть? Не устала?

— Вообще-то устала. Можно я немного посплю?

— Конечно, конечно. А я пока в магазин сгоняю.

Я вышел из квартиры, чувствуя облегчение от того, что не выдал своего пошатнувшегося рассудка. Делиться болью и получать утешение — это, конечно, прекрасно, но... я не хотел, чтобы Чхве Дживон знала о моей зависимости. Да и пока мы вместе — я в норме. Так что можно просто потерпеть.

---

«Ты как, в порядке?»

Стоило Чхве Дживон лечь в кровать, как Бун-бун спросила, всё ли с ней хорошо.

Острый нюх Чхве Дживон сразу уловил, что Ким Джунхо лгал. Так было ещё в обучении. Это была сущая мелочь, но люди всегда подают знаки, когда врут. А Чхве Дживон умела их замечать.

— В порядке.

По правде говоря, Чхве Дживон и сама была не до конца честна. Потому что ей тоже было что скрывать.

Чхве Дживон... вернее, Бун-бун знала истинную природу «помехи». Бун-бун видела её своими глазами. И рассказала обо всём Дживон.

«Помеха» показывала... как тебя бросают. Она показывала, как самый дорогой тебе человек предаёт и уходит.

Почему на 23-м этаже все реагировали по-разному? Да, многое зависело от личной стойкости, но ещё и от того, как каждый воспринимал ситуацию, «когда тебя бросили».

Чхве Дживон понимала. В той «помехе», что видел Ким Джунхо, была она. Это она жестоко отвергла его, осыпала унизительными проклятиями. Потому что в её собственной «помехе» это был он.

Чхве Дживон знала. Что психика Ким Джунхо... трещит по швам куда сильнее, чем кажется.

И всё же... она промолчит. Постарается не показывать виду.

Ведь если он не может без неё жить...

— ...Всё будет хорошо.

Ей просто нужно всегда быть рядом...