Когда Сюань Ханьянь заговорила о грядущих испытаниях, был ли Лун Дандан на самом деле так спокоен? Не испытывал ли он недовольства и злости? Конечно, испытывал. Но вместе с тем он всё понимал. Как и сказала Сюань Ханьянь, именно потому что его положение слишком важно, Федерация обязана была проявлять крайнюю осторожность.

Более того, среди трёх испытаний то, которое изначально должно было стать самой серьёзной формой упрёка — принесение клятвы сердца, — сейчас было тем, чего Лун Дандан желал больше всего. Ведь его клятва будет принесена под свидетельством Трона Божественной Печати Вечности и Творения.

Он ясно помнил, что Повелитель Лич — его отец — когда-то сказал ему: если и существует хоть один шанс всё изменить, то, возможно, именно Трон Божественной Печати станет этим шансом.

Хотя с его нынешней силой он всё ещё был слишком слаб, чтобы заслужить признание этой сверх-реликвии и, тем более, существа, стоящего во главе Двенадцати Стражей, всё же хотя бы увидеть настоящий Трон Божественной Печати означало получить первое представление о нём и хотя бы немного приблизиться к пониманию.

Именно поэтому Лун Дандан без колебаний согласился на испытание.

Видя, что его лицо по-прежнему оставалось спокойным, Сюань Ханьянь слегка кивнула и с тихим вздохом сказала:

— Со стороны Святого Храма Рыцарей можешь не волноваться. Мы будем поддерживать тебя всем сердцем. Всё-таки ты — часть нас.

Тут Цзи Суйфэн с некоторым раздражением сказал:

— Не только вашего Святого Храма Рыцарей — он и наш, из Святого Храма Магов! Так что не стоит приписывать его только себе.

Сюань Ханьянь бросила на него взгляд:

— Ну а ты можешь поручиться, что все шесть наставников вашего Святого Храма Магов его поддержат? Если бы это было так, может, и проверка не понадобилась бы.

Цзи Суйфэн горько улыбнулся:

— Ладно, признаю. Мы и правда не такие единодушные, как вы. Иначе почему именно вы столько лет остаётесь первыми среди Шести Святых Храмов? Но что касается меня лично, я полностью доверяю Дандану. Я маг растений — уж отличить, истинный ли в человеке свет, мне несложно.

Растениям нужен свет для роста. Этот Божественный Маг растений был исключительно чувствителен к светлой стихии. И Лун Дандан, и Лин Мэнлу вызывали у него подсознательное ощущение близости — такую чистую светлую силу невозможно было подделать.

— Тогда прошу Святой Зал поскорее всё организовать, — спокойно сказал Лун Дандан.

Сюань Ханьянь кивнула:

— Решение об этом уже принято. А раз ты завершил прорыв, то, думаю, всё начнётся в самое ближайшее время.

— Хорошо.

Сюань Ханьянь пристально посмотрела ему в глаза:

— Дандан, я знаю, что всё это по отношению к тебе несправедливо. Если смотреть с точки зрения человека, ты ведь не сделал ничего плохого. Но ты должен понимать, какие надежды и какая ответственность изначально были возложены на тебя Федерацией. Ты не можешь быть на одном уровне с обычными людьми. Потому я надеюсь, что ты сможешь это понять.

Лун Дандан снова кивнул:

— Вы правы. Я всё понимаю. Я постараюсь доказать себя во время испытания. А что касается того, останусь ли я наследником, на самом деле это не так уж важно для меня. Для меня важно другое — иметь возможность выйти на поле боя, сражаться с Царством Нежити, внести свою лепту, чтобы мои родители и брат получили хотя бы крошечный шанс на спасение.

Сюань Ханьянь тяжело вздохнула:

— Ты хороший мальчик. Тогда мы пока вернёмся. Отдохни как следует. Когда назначат точную дату испытания, тебе сразу сообщат.

— Благодарю наставников, — сказал он, слегка склонившись.

Сюань Ханьянь и Цзи Суйфэн ушли. А на лице Лин Мэнлу по-прежнему оставалось негодование.

— Дандан, это нечестно.

Лун Дандан сжал её ладонь, тихо вздохнул и сказал:

— В этом мире вообще нет абсолютной справедливости, правда? К тому же я ведь и правда поступил неправильно, самовольно отправившись в Царство Нежити. В такой ситуации, когда вся моя семья осталась там, разве не естественно, что Федерация и Святые Храмы мне не доверяют? Как сказали наставники, моё положение другое, и с этим ничего не поделаешь.

Гнев на лице Лин Мэнлу понемногу рассеялся. Она посмотрела на его спокойное лицо и мягко сказала:

— Если тебе тяжело, скажи мне. Ты не обязан рассказывать всё остальным, но со мной ты можешь поделиться. Хотя бы так станет немного легче. — Произнеся это, она сама шагнула к нему и обняла его, прижимаясь к груди.

Лун Дандан поднял руку, хотел было коснуться её длинных волос, но в итоге всё же опустил её и тихо сказал:

— Не волнуйся, со мной всё будет в порядке. Я буду держаться. Если я не стану достаточно сильным, то у меня действительно не останется ни единого шанса их спасти.

Ждать пришлось недолго. Спустя три дня Лун Дандан получил уведомление. В сопровождении товарищей они прибыли на главную испытательную арену при Штабе Святого Храма.

Это место обычно использовали для поединков и тренировок высокоуровневых профессионалов седьмого ранга и выше, проходящих службу в штабе. Оно никогда не было открыто для посторонних.

Сегодня его полностью закрыли. Испытание предназначалось только для одного человека — Лун Дандана.

Переступив порог, Лун Дандан сразу почувствовал, насколько тяжёлой была здесь атмосфера. С одной стороны испытательной арены выстроились в ряд десять наставников, сидевших на креслах с ровными, серьёзными лицами.

Одновременно, с другой стороны, одна за другой мерцали световые проекции. На них вспыхивали знакомые и незнакомые лица. Вместе с присутствующими в зале наставниками, это были все тридцать шесть наставников Шести Святых Храмов, включая глав Святых Залов — без единого исключения.

Не присутствовали лишь те наставники, кто должен был по регламенту воздержаться — например, наставники Святого Храма Рыцарей и Святого Храма Магов — а также те, кто находился на передовой и не мог вернуться.

Товарищей Лун Дандана, включая Лин Мэнлу, остановили у входа и не пустили внутрь. Только ему одному позволили ступить на арену испытания.

Увидев эту картину, Лин Мэнлу почувствовала, как прежнее отторжение и сопротивление внутри немного ослабли. Ради Лун Дандана здесь собрались все тридцать шесть наставников — этого было более чем достаточно, чтобы показать, насколько Святой Зал придаёт ему значение. С этой точки зрения, по крайней мере для Лун Дандана, это была не худшая новость. Конечно, при условии, что он сумеет пройти три испытания. В противном случае дело, вероятно, закончится куда серьёзнее, чем просто утратой права быть наследником.

Лун Дандан шагнул вперёд и остановился лишь перед десятью наставниками, сидевшими в зале. Он скрестил правую руку на груди и выполнил рыцарский салют. Затем поднял руку, словно сжимая невидимый посох, и сделал магический поклон.

Среди десяти наставников двое, сидевших в центре, явно имели наивысший статус. Одним из них был Глава Святого Храма Жрецов, а вторым — Глава Святого Храма Ассасинов.

Хотя с этими двумя главами Лун Дандан лично не был близко знаком, на Турнире Наследий он уже видел их. Каждый из них представлял собой вершину своего пути — жрецов и ассасинов — в системе Шести Святых Храмов.

Главу Святого Храма Жрецов звали Юнь На, это была Великая Святая на пике силы, её уровень, по меньшей мере, достигал четвёртого уровня девятого ранга. А ведь нужно понимать, что за девятым рангом каждый шаг — словно новая небесная лестница. Чтобы достичь девятого ранга первой ступени, требовалось собрать сто тысяч единиц духовной силы, а на второй ступени — уже двести тысяч. Девятый ранг четвёртой ступени означал, что этот человек принадлежал к крошечной верхушке сильнейших существ в мире. К тому же профессия жреца изначально считалась одной из самых медленно развивающихся среди шести великих классов.

Глава Святого Храма Ассасинов носил имя Святой Шань Лэй. Он был легендарным героем-ассасином, чья сила также превышала четвёртую ступень девятого ранга. Всё его тело скрывала чёрная мантия, лицо было сухим и старческим, а фигура — хрупкой и согбенной, точно у человека, доживающего последние дни. Даже глаза его казались мутными и выцветшими. Но сомнений не было: из всех тридцати шести наставников именно он был, пожалуй, самым опасным.

В этот момент взгляды всех наставников обратились на Лун Дандана. Сегодня он был облачён в стандартное рыцарское облачение, его стройная фигура выглядела безупречно подтянутой. На красивом лице не отражалось никаких эмоций, а глубокие и ясные глаза спокойно смотрели прямо перед собой. Даже стоя перед таким количеством легендарных героев, он не выказывал и тени страха.

Юнь На посмотрела на него, чуть кивнула и с лёгкой улыбкой сказала:

— Не зря ты стал чемпионом Турнира Наследий — ты действительно лучший из молодых. Лун Дандан, здравствуй. Это испытание чрезвычайно важно для тебя. Мы надеемся, что ты подойдёшь к нему в своей наилучшей форме. И, пожалуйста, пойми: решение о его проведении далось наставникам крайне тяжело.

Лун Дандан молча кивнул, ничего не ответив. В глубине души он ясно понимал: после того как он самовольно проник в Царство Нежити, вряд ли его всё ещё могли считать кандидатом на место Главы Святого Зала. В его биографии появилась непростительная трещина. И нынешнее испытание было, по сути, проверкой, достоин ли он хотя бы права остаться наследником и иметь возможность однажды стать наставником.

Но разве сейчас он думал обо всём этом? Ему было важно лишь одно — его семья, далёкая, оставшаяся в городе Стихийного Бедствия. Его одержимость была куда глубже, чем могли бы вообразить все эти наставники.

В этот момент раздался чуть глуховатый голос Святого Шань Лэя:

— Сейчас начнётся первое испытание. Судя по твоим выступлениям на Турнире Наследий, ты уже обладаешь способностью сражаться с девятым рангом. Теперь, когда ты совершил прорыв и достиг восьмого ранга, твоя сила возросла ещё больше, и ты должен показывать ещё более высокий уровень. Чтобы всё было справедливо, мы проведём случайный выбор: из десяти присутствующих наставников будет выбран один, который станет твоим противником. Тебе предстоит выдержать бой с ним в течение не менее пяти минут — только тогда испытание будет считаться пройденным. Если ты не выдержишь, тебе придётся вернуться к закрытой медитации и тренировкам до тех пор, пока ты не достигнешь девятого ранга. После этого испытание пройдёшь повторно.

Глаза Лун Дандана слегка дрогнули. Выдержать бой с наставником пять минут… Ведь сила у десяти сидящих наставников была разной. Были и те, кто владел вторым уровнем девятого ранга, и двое глав — Святой Шань Лэй и Юнь На — стояли на четвёртом уровне девятого ранга. А разница между двухсот и четырехсот тысячами единиц духовной силы — это пропасть, и сравнивать их просто бессмысленно.

— Если выпадет наставник девятого ранга третьего уровня или выше, он временно подавит свою силу до уровня девятого ранга второй ступени, — добавил Святой Шань Лэй, снимая с него последний вопрос.

В конце концов, он всего лишь восьмой ранг. В бою с ужасающим противником четвёртой ступени девятого ранга… Да о каких пяти минутах могла идти речь? С таким разрывом в силе едва ли он бы выдержал и пять секунд.

— Понял, — Лун Дандан слегка склонился в поклоне.

— Начинаем, — спокойно произнёс Святой Шань Лэй.

В следующее мгновение с небес упал луч света, сперва озаривший наставника, сидевшего на самом левом краю. Затем луч стал с молниеносной скоростью перескакивать от одного наставника к другому, не соблюдая ни малейшей закономерности.

Спустя десять с лишним секунд глава Святого Храма Жрецов Юнь На громко произнесла:

— Стоп!

Сияние в тот же миг застыло и замерло в центре, прямо над главой Святого Храма Ассасинов — Святым Шань Лэем.

Увидев это, среди товарищей Лун Дандана, ожидавших у входа на арену, уже кто-то невольно вскрикнул.

Даже если соперник подавит свою силу до второго уровня девятого ранга, разница в мастерстве боевых техник и опыте боя всё равно оставалась огромной. Как человек, стоящий на самой вершине искусства ассасинов в нынешнем мире, Святой Шань Лэй, без сомнения, был самым тяжёлым испытанием сегодняшнего дня. Удача явно была не на стороне Лун Дандана.

Сам он, однако, сохранял полное спокойствие и пристально смотрел на Святого Шань Лэя.

Глава Святого Храма Ассасинов медленно поднялся. Его рост был невелик — всего около метра семидесяти, тело даже слегка сутулилось, худое и хрупкое, будто он был дряхлым стариком, чья жизнь догорает.

— Ты можешь выбрать тип боевой арены, — сказал Святой Шань Лэй, взмахнув рукой.

В тот же миг перед Лун Данданом вспыхнула световая панель.

Этот луч исходил с потолка испытательной арены. На панели один за другим проявились разные изображения и надписи:

Лес, Пустыня, Арена, Океан, Холмы и Небо.

Это, без сомнения, были доступные для выбора боевые локации. То, что Лун Дандану позволили самому выбрать, было последней уступкой в его адрес. При поединках разных профессий окружение действительно могло оказывать влияние. Хотя, конечно, на уровне девятого ранга эффект среды заметно снижался.

Лун Дандан ненадолго задумался, затем поднял руку и коснулся панели в одном из её секторов.

Когда он это сделал, многие наставники в зале невольно удивились.

В отличие от наставников Святого Храма Рыцарей и Святого Храма Магов, представители остальных четырёх храмов знали о Лун Дандане гораздо меньше — он слишком стремительно взлетел. Для большинства наставников он был тем, кто буквально выстрелил на Турнире Наследий.

— Ты точно определился? — В глазах Святого Шань Лэя тоже промелькнул лёгкий оттенок удивления. Он явно не ожидал такого выбора.

— Да, — Лун Дандан серьёзно кивнул.

— Хорошо. Тогда так и будет. У тебя есть десять минут на подготовку. После этого начнём испытание, — спокойно произнёс Святой Шань Лэй.

— Понял, — Лун Дандан опустил руку, убрав ладонь с панели. В его глазах мелькнул особый блеск.

Место, которое он только что выбрал, называлось: Небо.

Да, он решил провести бой в Небесах.

Для ассасинов низших рангов, возможно, этот вариант и не был бы лучшим. Но начиная с шестого ранга, когда появляется способность раскрывать духовные крылья, небо становится для них идеальной ареной. Без укрытий, с открытым пространством, где можно в полной мере использовать своё преимущество в скорости. Для такого мастера, как Святой Шань Лэй, это означало, что ему и вовсе не нужно будет полагаться на скрытность.

С точки зрения профессии, рыцари в какой-то степени сдерживают ассасинов. Но небо вовсе не считалось привычной ареной для рыцарей. С позиции тактики куда более логичным выглядело бы выбрать арену — замкнутое пространство, где у рыцаря есть преимущество. Но Лун Дандан всё равно выбрал небо.

Он опустился прямо на месте и скрестил ноги. Почти мгновенно его дыхание выровнялось, а весь облик наполнился удивительной тишиной. Казалось, он вошёл в состояние медитации буквально за один миг.

Перевод: = mESSiAh =