— Кажется, в английском языке городские легенды называют «фольклором»… По всей видимости, подразумевается, что это истории, которые передают из «уст в уста». Но когда ты пытаешься найти источник этих историй, некоего «друга своего друга», вдруг понимаешь, что его никогда и не существовало.

Что касается мошенника, здесь нам с Сэнгоку больше не о чем было говорить. То есть больше не осталось ничего, о чём я мог бы ей сообщить, поэтому, коротая время до возвращения Цукихи и Карэн, мы решили обсудить тему слухов.

Ладно, слегка преувеличил: нашу болтовню с трудом назовешь обсуждением. На самом деле мы перебрасывались мнениями ради развлечения. Сомневаюсь, что от этой беседы будет толк в будущем.

Однако если на время забыть о слухах, которые распускал мошенник, и немного поразмышлять, на ум приходит один факт: во время весенних каникул уже был подобный случай.

С тех пор прошло несколько месяцев. Тогда я ещё не готовился к экзаменам и не имел дел со странностями. Слух о «вампирше» я узнал от Ханекавы, с которой раньше никогда не общался, поскольку мы учились в разных классах.

О вампирше с волосами цвета золота.

Железнокровной. Теплокровной. Хладнокровной вампирше.

Деве исключительной красоты. Я помню, что этот слух гулял среди школьниц.

Заклинания мошенника и слух о «вампирше» объединяло одно обстоятельство: они распространялись среди девочек-подростков.

Нельзя точно сказать, будто у этих, на первый взгляд, разных вещей есть что-то общее. Вполне возможно, что девушкам просто нравится чесать языком о том о сём, в отличие от парней.

Говорят же, что девушки куда чаще парней формируют новые тренды. Значит ли это, что мошенник специально нацелился на эту группу лиц, поскольку знал, что вероятность зарождения фольклора здесь выше?

— ...Ну, нет, так называемое «говорят» — тоже слух по сути… Есть же девочки вроде тебя, Сэнгоку, которых слухи обходят стороной, да и я ведь узнал про вампиршу, несмотря на то, что сам парень.

— Точно. Поэтому, братик Коёми, надо рассмотреть рассматриваемый вопрос о слухах, вращающихся в широком кругу, повсеместно, не ограниченных конкретными целями.

— Ну да.

«Рассмотреть рассматриваемый вопрос»? Звучит сомнительно. Ну, похоже, у Сэнгоку так же плохо с родным языком, как у меня, поэтому я не буду на этом зацикливаться. Не время и не место, чтобы бороться за чистоту речи.

— Процесс, с помощью которого распространяются слухи. Или процесс, позволяющий кому-то распространять слухи? Как тот мошенник провернул такой трюк?

Как распространялись городские легенды?

Как распространяли уличные сплетни?

— Но, если тот мошенник отлично понимал, как провернуть дельце, тогда, как мне кажется, он вышел на оптимальное соотношение затрат и эффективности для своих трюков.

— Братик Коёми, разве люди ограничиваются одним лишь расчётом? Надеко не встречалась с ним лично, поэтому точно не знает, но… Если исходить из рассказанного братиком Коёми, этот человек, похоже, из тех, кому просто нравится обманывать других людей…

— Ну, и такие бывают…

Нет, дело не в «нравится» или в «не нравится».

Это уже какой-то вид болезни… Или у него карма такая.

Выходит, мошенник вроде него выбрал такую профессию отнюдь не по желанию. Возможно, у него просто не было иного пути.

Если так думать, он уже предстаёт в образе жертвы. Вот что-что, а таких мыслей у меня в голове не было.

Как ни крути, а он — преступник.

Чёрт бы его побрал!

— Так, нам, наверное, надо не смешивать запуск трендов и получение прибыли с этих самых трендов. Мы утверждаем, что тот мошенник прогорел, но…

Он мог «избавиться от акций» или что-то вроде того перед самым обвалом цен, да?

Всё-таки есть разница между попыткой водить за нос общественность и наживой на доверчивости толпы. Точно! Это и следовало понять с самого начала разговора.

— Мы ведь вовсе не хотим быстро разбогатеть за счёт схемы мошенника, выяснив, как расходятся тренды, то есть раскрыв его секрет.

— А? — Сэнгоку сделала удивлённое лицо и, чтобы скрыть замешательство, тут же продолжила, — а, д-да. Конечно.

Видимо, она планировала разбогатеть на скорую руку…

Нет, даже за такое не стоит её ругать.

Законную прибыль и цель честно заработать деньги не должны встречать упрёками. Но, будучи старшеклассником, который однажды влез в долг размером в пять миллионов иен, я невольно задаюсь вопросом: есть ли люди, которые предпочли бы так сильно зависеть от легальных источников дохода?

— Но, братик Коёми, если кто-то может пустить слух или создать тренд специально, если вообще есть такое искусственное ноу-хау, то это правда здорово! Величайшее открытие века! Таким образом может возникнуть новое социальное явление!

— Эм, что-то не хочется вызывать социальных явлений… Да и вообще, если подумать, до конца не ясно, была ли мода на страшилки или городские легенды на самом деле создана искусственно.

— Н-но, Надеко уже слышала что-то подобное. Сразу вспоминаются собрания людей, которые решают, что будет модным в новом сезоне, причём заранее, за год.

— А-а… Это я тоже слышал. Но только не всегда вещи входят в моду по распоряжению людей на таких собраниях...

Бьюсь об заклад, что Ошино объяснил бы нам это куда доходчивее.

В нашем мире действительно есть организации, способные диктовать моду и создавать тренды и без участия мошенников.

— Ладно! Давай для начала определим, что значит «популярное», ведь мы хотели порассуждать именно об этом с самого начала, верно?

Ну, пусть я и сказал, что от наших рассуждений вряд ли будет толк, и болтаем мы ради развлечения, я все же надеялся, что мы сумеем разработать план противодействия потенциальным мошенникам. Подобные типы ещё не раз могут заглянуть в наш город и развернуться в нём на полную.

Знай своего врага и знай себя .

В любом случае я всё не мог понять, чем слухи отличаются от городских легенд, ведь если сортировать эти истории по принципу правдивости и ложности, они все окажутся ложью.

В нашей реальности невольно смешались правда, хитрость и обман.

— Определить… Если мы говорим о слухах, которые разносит ветер… То, о чём можно узнать от «друга своего друга»? Такое определение, да?

— Трудно найти пресловутого «друга своего друга». К тому же узнать что-то от «друга своего друга» не что иное, как просто услышать что-то из уст друга. В таком случае слухи распространялись по схеме «испорченный телефон»…

Вот на этом моменте и началось наше с Сэнгоку совещание.

Не какое-нибудь собрание серьёзных людей, решающих, какой будет мода в следующем году, нет. Правда, чтобы воссоздать такую же атмосферу, мы с Сэнгоку убрали все закуски и поставили стол.

Блокноты открыты, карандаши в руках — буквально всё напоминало нам о школьных занятиях. Ну, устроенное мной и Сэнгоку совещание наверняка бы закончилось, так толком и не начавшись, будь с нами Ханекава.

— «Не успеешь и глазом моргнуть, а ты уже в курсе» — вот первое определение. Наверное. Да. Другими словами, ты всё равно получаешь информацию, даже если не стараешься её раздобыть…

— Точно. Как раз подходит к «заклинаниям», популярным в моей школе. Не успела я оглянуться, как о них заговорили на каждом углу… Будто эпидемия случилась.

— Эпидемия...

— Если проводить аналогию, то слухи похожи на какой-нибудь грипп.

— То есть такие же заразные, так получается? Если рассматривать слухи как своего рода эпидемию, то есть смысл порассуждать в этом ключе. Хм…

Реально ли считать слухи «болезнью» и думать, что ими можно «заразиться»? Можно предполагать, но всё равно очень трудно установить, где и от кого ты подхватил заразу… Больной понимает, что заражён, когда проявляются серьёзные симптомы.

Очень кстати, если говорить о слухах, разносимых ветром.

А может, это уже не ветер, а простуда .

— Выходит, мошенник, который промышлял в нашем городе, своего рода биотеррорист. А ещё это схоже с тем, что я слышал о «трёх правилах эпидемии»…

«Эм-м», — промычал я, пытаясь вспомнить, чем именно.

Об этих правилах я узнал, разумеется, от Ханекавы. В принципе, мои знания, по большей части, базируются на том, что я услышал от Ханекавы или Сендзёгахары.

— О-о... И какие они? Три столпа?

— Нет, три столпа — это уже что-то вроде «дружба, усилие, победа». Так…

Три правила эпидемии.

Или же три правила пандемии.

— Первое — высокая скорость заражения. Второе — обширная область заражения. Третье — сдерживание не работает. Вот эти три правила, насколько мне помнится. И они вполне применимы к слухам.

— Скорость, дальность и сила — так получается?

Сэнгоку сделала из этого игру.

Кстати да, она же любит играть!

— Про скорость и дальность более-менее понятно… Но что значит «сдерживание не работает», братик Коёми?

— Эм... то и значит. Как только болезнь распространится массово, её уже не остановить. Точнее, не остановить с легкостью…

— Но «слухи живут семьдесят пять дней», разве не так?

— Да. Правда, в этой фразе заключён и другой смысл. В течение семидесяти пяти дней тебе остаётся только бездействовать. На слух никак не повлиять.

Вот почему Огненные Сёстры отступили: иного выбора не осталось. Они просто опоздали. Потому что единственный способ защититься от эпидемий и инфекционных заболеваний — быть на шаг впереди и заниматься профилактикой.

— Понятно… — кивнула Сэнгоку с серьёзным видом.

Она делала всё возможное, чтобы поддержать атмосферу настоящего совещания. Очень мило с её стороны, но безрезультатно. Всё равно чувствовалось, что мы говорим об этом не всерьёз, а будто бы понарошку.

Возможно, и мои попытки высказать своё мнение выглядели вялой имитацией…

— Самозарождающиеся и искусственные слухи, как те, что распускал мошенник, по сути одинаковы. Вряд ли он планировал контролировать «заклинания», стоило им войти в моду после всех его стараний…

И неважно, успешен его план или нет, ведь, получается, этот тип изначально хотел тиражировать схему своего бизнеса ради… тиражирования? А потом бесследно исчезнуть из города, прекратив контролировать ситуацию. Так, что ли?

Напоминает подсечно-огневое земледелие ...

— Если говорить о Мошеннике-сане, скорость распространения его заразы просто впечатляла… Первая партия «заклинаний» дала результат уже через пару месяцев.

— И область заражения… Под колпаком оказался весь город.

Удивительно, каких результатов достиг всего лишь один человек!

Нет, я нисколько не хвалил его, даже не думал об этом, но когда мы с Сэнгоку стали разбирать схему мошенника, то невольно восхитились его предприимчивостью. Он просто невероятен!

— Так, теперь последнее из трёх правил… Давай подумаем, как же оно проявляется. Раз мошенник смог додуматься, то и нам с тобой это по плечу!

Нет, думаю, мы не так предприимчивы, как этот тип.

Ну, слово не деньги.

С другой стороны, нет ничего дороже бесплатного.

— Сэнгоку, вот что бы ты делала, будь у тебя такой шанс? Эм… Если бы решила растиражировать какую-нибудь историю о странностях… Если бы хотела провернуть такой трюк?

— Хм-м… Надеко трудновато осознать, какие шаги нужно предпринять, чтобы сделать что-то популярным…

Подумав немного, Сэнгоку всё же ответила:

— Самый простой и быстрый способ, скорее всего, сделать что-то популярное ещё популярнее. Да?

О-о...

Сэнгоку призналась, что не знает рецепта, как ввести что-нибудь в моду, однако самостоятельно придумала методику. На удивление, очень конкретную и достаточно убедительную.

— Если существует какой-то фундамент или база, для тебя уже расчистили путь... Согласно нейробиологическим исследованиям, в тех местах, где единожды установился синапс, передача электрического импульса в последующие разы происходит быстрее, да?

Может, и не надо было приплетать нейробиологию. Я просто рисовался перед Сэнгоку. Мне хотелось выглядеть интеллектуалом в её глазах. Но не будем о том, получилось у меня или нет.

— Если нужно больше вариантов, тогда подойдут и случаи, когда люди возвращали популярность вещам, которые были в моде когда-то в прошлом… Говорят же, что у историй о призраках есть десятилетний или столетний цикл, в течение которого появляются похожие истории... Как ты заметила, такой способ — самый простой и быстрый.

— В-вот как?

Сэнгоку застеснялась.

Как мило.

— Э-хе-хе.

— Но, пользуясь этим методом, ты не можешь создать тренд по своему желанию. Он не будет таким, как тебе хочется. Хотя способ сгодится, если твоя цель — просто создать какой-нибудь тренд.

— А… Извини.

— Тут не за что извиняться…

У Сэнгоку неискоренимая привычка извиняться по любому поводу.

Пока мы не заговорили о методах создания трендов, Сэнгоку умудрилась ни разу не повиниться, и я уж подумал, что она сумеет сдержаться до конца посиделок, но, увы, для неё это нереально.

Не хотелось бы вспоминать того отвратительного мошенника, а уж тем более использовать его в качестве примера… Но этот тип, пожелай он распространить какую-либо историю максимально эффективным способом, непременно бы воспользовался слухом о «вампирше», расхожим среди девчонок.

И всё же мошенник пошёл по иному пути, что означало одно: он не мог получить с этой истории прибыли. Слух о «вампирше» не принёс бы ему желаемого дохода.

Так он рассудил.

— На весенних каникулах слух о вампирше был популярным, вернее, легко обрёл популярность, потому что вампиры и так у всех на слуху.

— Точно. Едва ли кто-то в Японии о них не знает… На экранах телевизоров, в манге, фильмах… и даже играх — везде крутят что-нибудь про вампиров. Это не просто тренд, ставший популярным в прошлом, а что-то большее, поскольку тема так разошлась среди людей…

— Хм. Разошлась, говоришь…

Ну...

Обычно тренд, успевший широко разойтись в массах, почти тут же незаметно выходит из моды. Но это не наш случай: мы с Сэнгоку обсуждаем ситуации, когда тренд не вышел из моды, а набрал популярность.

— То, что у всех на слуху… Другими словами, если что-то раскручивается с опорой на уже известный бренд, то такой товар легко растиражировать, хоть сам по себе он не отличается взрывной популярностью. Да ему это и не нужно в таком случае. А что, если ноу-хау мошенника не в том, чтобы сделать популярное ещё популярнее, а в том, чтобы никому неизвестное вдруг обрело популярность?

— Хм-м… Тогда берём телевидение и всё такое прочее, как я уже говорила совсем недавно… Как же они называются…

— Средства массовой информации?

Тиражировать что-то с помощью телевидения, газет и журналов — типичный способ заразить людей идеями.

— А, да! Точно! СМИ! Тогда это пропаганда? Или реклама?

— Реклама… Ну, если не ограничиваться рекламой, всё, будь то правда или вымысел, крутится в СМИ с целью «популяризировать» и «распространить».

Ничего удивительного.

Нередко теории, созданные изначально без цели распространения среди широких масс, оказываются достоянием общественности. И, несмотря на неожиданную популярность, довольно-таки часто не приживаются в обществе. Успешные люди частенько говорят: «Я не думал, что мою идею так хорошо встретят», и это лишний раз доказывает либо их скромность, либо непрямое хвастовство.

— Это связано с вещами, которые мы недавно обсуждали, однако то, что начинают рекламировать по телевидению или в газетах, уже имеет хоть какую-то известность к моменту публикации, так?

— Хм… Ну, может быть.

Если предположить, что роль СМИ — превращать информацию, «известную узкому кругу лиц», в «известную всем», то лучше использовать эти возможности, чтобы продвинуть какой-нибудь тренд. И совсем другой разговор, если ты владеешь парочкой СМИ… Но я сильно сомневаюсь, что мошенник имел сколько-нибудь влияния, тем более политического…

Думаю, он такой же специалист как Ошино и ни к каким властным структурам не причастен.

— Если рассматривать СМИ как инструмент влияния, то вполне естественно на него полагаться, если необходимо что-то сделать популярным. Например, если мы говорим о школе, в качестве посредников выступали бы учителя или старосты классов… Всё в таком духе.

— Точно. Если бы Надеко пыталась распустить какой-нибудь слух (стараясь учитывать соотношение затрат и эффективности?), то положилась бы на Цукихи-чан, — сказала Сэнгоку. — Она знаменитость среди девочек средней школы. Передать влиятельной Цукихи-чан какой-нибудь слух — всё равно что сотне людей рассказать. Но это сработает только в том случае, если Цукихи-чан будет распускать слух ради меня. Так-то она всегда держит рот на замке.

— Это да. Даже мои пытки её не берут.

— П-пытки?

— Да нет, что ты! — я махнул рукой, поясняя, что это всего лишь шутка.

В общем, из Цукихи ничего не вытянешь — это неоспоримый факт. Если представить, что слухи подобны вирусам, тогда моя сестра — мощнейшая иммунная система.

Ведь она не просто не поддалась уловкам мошенника: Цукихи хотела изгнать его из города. Если нельзя контролировать распространение слухов, стоит хотя бы устранить их источник.

— Если нужно сделать что-то известным на весь мир, можно обратиться к какой-нибудь «звезде», разместить её лицо на рекламном щите и всё в таком духе…

— Под «звездой» подразумевается известная персона… Тогда он или она точно должны иметь немалую популярность. Значит ли это в итоге, что для обретения популярности нужно встать в один ряд с чем-то достаточно популярным?

Насколько я мог судить по голосу Сэнгоку, этот разговор ей порядком наскучил. Конечно, она и виду не подала, но мне очевидно, что она успела растерять интерес к этому вопросу.

Ну, в отличие от такого придирчивого старшеклассника, как я, простая ученица средней школы, подобная Сэнгоку, найдёт полученный нами вывод достаточно скучным.

«Продаваемое продаётся, потому что его продают» — любят говорить бизнесмены, но это не значит, что само высказывание сколько-нибудь интересно.

Ведь популярность набирают необязательно хорошие вещи.

«Худшие деньги» вытесняют из обращения «лучшие». Но даже если вся правда заключена в этом законе, я продолжаю идти вперёд.

— ...Не думаю, что наш мошенник воспользовался схемами, которые мы перечислили. Конечно, мы ухватили суть, но… Вряд ли для этого он связался с каким-нибудь влиятельным человеком. Скорее, он замышлял, чтобы такой человек узнал слух от третьих лиц, от «друга своего друга».

— …

— Будь я на месте того мошенника…

Не хотелось бы ему уподобляться, но я как-нибудь смирюсь с этой временной ролью.

— ...мне бы совсем не хотелось входить в контакт с влиятельным человеком. Недавно в разговоре всплыло имя Цукихи-чан, но мошенник в конечном счёте покинул город, так и не встретившись с ней, при том что с Карэн-чан он однажды пересёкся…

— Значит… чем влиятельнее человек, тем опаснее?

— Ага. В общем, как бы мне лучше выразиться? Звучит противоречиво, но… Тут нужен вирус, способный самостоятельно наращивать популярность, и тогда можно забыть о планировании и рекламе; не требуется подключать пропаганду и искать помощи со стороны бизнеса… Да, такой вирус просто идеален.

— Ну да… Однако сидеть сложа руки и ждать, когда что-то станет популярным — не то же самое, что ждать у моря погоды? Речь идет не об искусственных трендах, а о самозарождающихся… Получается, ты просто надеешься на стечение обстоятельств, так?

— В таком случае…

В таком случае схема, которой пользоваться мошенник, такова: распространять как можно больше историй о странностях и заклинания по принципу «клевещи побольше — что-нибудь да пристанет». Может, в его схему заложена вероятность того, что рано или поздно одна из его историй наберёт популярность.

Возможно, он полагался на волю случая.

Понадеялся на невидимую руку бога, так сказать.

— Как можно надеяться на стечение обстоятельств при таких наработках и планировании?.. Ну, ладно, давай пока поставим точку в обсуждении ноу-хау по созданию трендов… Давай будем исходить из предположения, что мошенник использовал лишь прописные истины и распространял очевидную информацию в огромных количествах…

— Да.

— Теперь сузим предмет обсуждения до содержания трендов. Что легче всего становится популярным? Если не брать в расчёт предмет, который тебе хочется вывести в тренд?

То, что легко занимает умы людей…

То, что крайне заразно и распространяется легче лёгкого.

— Будь то слухи или истории о призраках, или даже какой-нибудь продукт, когда тебе хочется сделать что-то популярным, важно довести это до кондиции, превратив в нечто легко тиражируемое. Если взять для примера историю о призраках, то она будет у всех на устах просто потому, что в ней есть что-то «страшное»... так?

— Но не будет ли что-то «слишком страшное» менее популярным? История должна пугать, но так, чтобы ею хотелось поделиться. А если она слишком пугает, то её никто не сможет толком рассказать…

— Хм.

Похоже на границу между фильмами ужасов и сплэттерами . Если не знать меры, ничего хорошего не выйдет.

— Любой, если он обратится к прошлому, заметит, что популярность всякого тренда приходит и уходит. Думаю, если проанализировать историю популярности даже странных вещей, разошедшихся среди масс, и трендов, которые никто не мог предугадать, можно заметить нечто общее между этими явлениями.

— Те самые три правила возникновения пандемии?

— Скорее, это будут три столпа, на которых держится закономерность, ведь есть исключения из правил.

О них мне рассказала Сендзёгахара, а не Ханекава. Но говорила она несколько иначе. Впрочем, вот эти три правила:

— Легко понять, легко достать и легко поделиться. Как-то так.

— Понять, достать, поделиться?..

— Ну, про «легко понять» и так всё ясно. Нельзя сделать популярным что-то запутанное или изначально трудное для понимания. Тренд с меткой «только избранные поймут» не очень-то заразительный…

С другой стороны, наверняка кто-то озадачился вопросом, как популяризировать сложные тренды и найти способ для их распространения в обществе. Или, раз уж так просто с трендом не разобраться и не понять до конца, вполне допустимо поверхностное восприятие.

Например, телевизоры, мобильные телефоны, компьютеры. Большинство людей не понимает, как работают эти приборы, но всё равно часто пользуется ими в быту…

— А что насчёт «легко достать»?

— Дешевизна, одним словом… Но дело не только в цене. Например, как бы дёшево ни стоили алмазы, достать их сложно, потому что камни сами по себе редкие. И, наконец, что касается «легко поделиться». В принципе, это что-то, чем люди могут насладиться все вместе. Какой бы хорошей ни была та или иная вещь, если ей обладает только один человек, она вряд ли растиражируется. Куда легче, когда идеями, формирующими тренды, успешно обмениваются люди, способные объединяться ради одного дела и делиться мыслями друг с другом.

Итак, мы с Сэнгоку определили, почему «заклинания» мошенника оказались востребованными. Прежде всего, этот тип работал по схеме, где первичный товар выдавался бесплатно, а вот за дополнительные услуги приходилось доплачивать, но я не могу отделаться от мысли, что мошенник изначально нацелился на отношения, которые складываются между людьми.

Отношения между людьми...

Он хотел ухудшить их. Такой вот тренд.

Может, это и есть пример того, как «худшие деньги» вытесняют из обращения «лучшие»…

— «Быть популярным» созвучно фразе «быть горячим» , что создаёт впечатление, будто ты на шаг впереди… Но если слишком налегать на правила, то немудрено отклониться от первоначальной задумки: можно запустить тренд не так, как хотелось бы.

— Точно… И даже если популяризировать что-то неожиданное, вряд ли поднимется ветер и подует в нужную тебе сторону… Всё, что остаётся — полагаться на дело случая.

На попутный ветер.

«Пожалуй, как-то так», — сказала Сэнгоку.

— …

Так ли?

Мне всё равно не верилось в это.

Тот мошенник.

Кайки Дэйсю. Не в его стиле полагаться на волю судьбы в мошенничестве, ведь он считает это дело своей профессией. Зная его, могу сказать только одно: такой человек не стал бы хвататься не то что за невидимую руку бога, но и за лапу дьявола.