Похоже, у каждого на этой летающей штуковине в виде корабля-поезда есть при себе батареи маны. У кого-то всего парочка низкого качества, у других по одежде распиханы десятки.

Многим не нравится мой пристальный взгляд и подсчёт камней маны, но обычно им хватает одного взгляда на мою корону для решения оставить меня в покое.

Сомневаюсь в их осведомлённости о природе [Мана-Короны], однако подобные навыки встречаются достаточно редко. Никто не хочет связываться со мной. Особенно сейчас, когда они лишены возможности восстанавливать потраченную ману.

Как и они, я тоже экономлю ману, несмотря на её огромные запасы. Моя корона, мой резервуар и моё тело. Я бы сильно удивился наличию на этом летающем корабле-поезде кого-то с большими запасами маны. К тому же после тренировок с Лисс я постоянно работаю над эффективностью. Меня до сих пор бесит моя неспособность сделать кое-что за эти две недели, поэтому я постоянно тренируюсь.

Жаль, что теперь мне ещё реже доводится тратить всю свою ману без остатка. Хотя с другой стороны, разве возросшая эффективность не означает наличие большего количества маны? А больше маны это всегда хорошо. Поэтому я отношусь к эффективности куда серьёзнее прежнего.

Всего несколько часов назад благодаря этому моя [Манипуляция Маной] повысила уровень. А незадолго до этого вырос и уровень короны.

Почувствовав приближающееся ко мне присутствие, я позволяю ему подойти. Им оказывается парень примерно моего возраста с ничего не выражающим лицом, длинными каштановыми волнистыми волосами и голубыми глазами.

На поясе у него висят два коротких меча, а его движения выглядят очень ловкими и тренированными. Он сначала наступает на мыски, а уже затем переносит вес на всю стопу.

В отличие от большинства окружающих, у него есть лишь одна батарея маны, зато очень высокого качества. Крупный синий камень маны вделан прямо в центр его выкованной из чёрного металла кольчуги. Судя по его движениям, она весит совсем немного.

"[Мана-Корона]?" — спрашивает он.

Парень тоже облокачивается на перила и смотрит на раскинувшуюся внизу Пустыню Маны.

"[Не-твоя-блять-проблема-Корона]," — поправляю я его.

"Понятно," — невозмутимо отвечает он.

Не желая уходить первым по причине своего более раннего появления здесь, я тоже продолжаю смотреть на пустыню. При этом я даже сейчас пытаюсь засечь источник вмешательства в мою ману.

Пока что мой конструкт ⌠Мантия⌡ не доставляет этому явлению проблем. Как и использование [Домена Маны] с его концентрацией внутри моего тела. Эффект Пустыни Маны либо невероятно силён, либо чертовски хитроумен.

"Если ситуация пойдёт по пизде, не хочешь объединить наши группы в случае необходимости? Я уже обхожу другие сильные отряды и предлагаю им то же самое. Вместе с моим набралось уже четыре, а ваш станет пятым и последним."

"Из-за моей [Не-твоя-блять-проблема-Короны]?"

"Из-за неё и [Короны Молний] твоей подруги."

Я снова изучаю его. С учётом остальных присутствующих он кажется довольно сильным бойцом.

"Тесс, тут один парень предлагает нам присоединиться к их суперсекретному альянсу из пяти сильных групп. Держаться вместе, если всё пойдёт по пизде."

Я отправляю это сообщение по нашей связи.

"Он сильный?"

Я снова бросаю взгляд на парня.

< ◇ >

Убийца Рассвета, ур. 265

< ◇ >

"Мне нравится название его класса. Убийца Рассвета, 265 уровень, да и снаряжение вполне приличное. Несколько высших эпических шмоток."

"Кажется, я его уже видела. Можешь пока согласиться и сказать ему встретиться со мной на палубе минут через тридцать."

"Сделаю."

"Договорились. Наш лидер будет здесь через тридцать минут, тогда и поговорите. Блондинка с короной."

Он смотрит на меня всё с тем же отсутствующим выражением лица и слегка склоняет голову набок. Словно его что-то удивило.

"Хорошо," — произносит он.

После этого я оставляю его в покое и ухожу. На лестнице я сбавляю шаг, слегка уменьшаю эффект ЭОТ и на мгновение прислоняюсь к стене.

Проклятье, какая же эта штука злая.

И всё же я отказываюсь смотреть на свои характеристики из страха разочароваться. Немного погодя я спускаюсь обратно и позволяю себе немного расслабиться только после входа в нашу комнату.

Мой монолитный стул из маны… нет, мой манолитный стул всё ещё стоит на месте, а на нём лежит Бисквит.

"Еда!"

"Я ничего не нашёл."

"Пропала?"

"Что-то вроде того."

"Пропитание?"

"Наверное, через неделю."

Следующего сообщения не поступает. Бисквит выглядит слишком потрясённым для продолжения разговора. Подойдя к своему манолитному стулу, я поднимаю его, сажусь и кладу его к себе на колени.

Когда он поворачивается, я встречаюсь с ним взглядом. Его глаза широко раскрыты от шока.

"Всё будет хорошо," — произношу я.

Я глажу его, треплю по макушке и даже немного почёсываю, пока он слегка не успокаивается.

"Ты мне обещал, так что не ешь окружающих, ладно?"

"Еда!"

Он жалуется на мою дерзость упомянуть нечто столь глупое.

"Просто проверяю."

Я притягиваю его ближе и откидываюсь на спинку стула.

"Теперь мы можем говорить вслух. Софи улучшила свою сеть, и я сомневаюсь в чьей-либо способности нас подслушать, но не мог бы ты проверить на всякий случай?" — просит Тесс.

Я выполняю её просьбу. Похоже, она права. Сеть создана для обнаружения подобных попыток и блокировки прохождения звука.

Внеся несколько быстрых изменений благодаря имеющемуся у меня доступу, я киваю Тесс. Даже она кажется удовлетворённой результатом.

"Тебе не стыдно постоянно спихивать всю нудную работу на Тесс?"

Майя поворачивается ко мне.

"Хочешь, чтобы я разбирался с этими ублюдками?"

Это заставляет Майю замолчать. После недолгих раздумий она, похоже, меняет свою позицию. И всё же, к моему удовлетворению, она ничего не произносит. Должно быть, она прекрасно понимает моё отношение к подобным делам, и это её раздражает.

"«Злую сферу?»" — спрашиваю я.

"«Злую сферу»," — вздыхает Майя.

Я создаю сферу, модифицированную специально для неё. Её цель заключается в помощи с [Вооружением] для укрепления её конструктов из маны.

Я получил массу удовольствия от работы над ней. Я верю, что подобные вещи помогут мне с ремеслом и, как ни удивительно, повысят эффективность использования моей маны.

"Вы двое тоже."

Я поворачиваюсь к близнецам и отправляю каждому по сфере.

Их варианты немного отличаются и больше сосредоточены на чистой [Манипуляции Маной]. Никаких меняющихся частот, только постоянное изменение требуемого для поддержания сфер объёма маны.

Уже привыкшие к этому, парни хватают их.

"Вот опять Нат заставляет нас играть с его шарами," — вздыхает Деннис.

"Даже с двумя," — на полном серьёзе кивает Аарон.

"Софи, помнишь, как они говорили, что…"

"Я, блядь, прекрасно это помню, Нат. Тебе не обязательно втягивать меня в…"

"Ну, они наговорили чутка больше. Но я понимаю, если ты не хочешь этого слышать."

Это заставляет Софи замолчать. Она бросает взгляд на близнецов, чьи сферы сжимаются… кхм… исчезают. Хех.

Они слегка бледнеют. Я чувствую их попытку установить приватный канал связи для разговора со мной через [Связь], но блокирую это усилие.

В итоге Софи просто качает головой и поворачивается к Тесс.

"Хочешь, я пойду с тобой на разговор с этим парнем?"

Блондинка уже стоит на ногах.

"Почему бы и нет," — кивает она.

"Нат, пожалуйста, не издевайся над мальчиками."

"Хочешь послушать, что они говорили о тебе? Там…"

Я поднимаю руку и блокирую выпущенную в меня молнию, а затем ещё одну.

Она добавляет ещё с десяток молний размером с мизинец и выстреливает ими в быстрой последовательности. Это даже вынуждает меня применить кинетическую энергию для ускорения своих движений. И всё же в данный момент это лишь игривые тычки. Вероятно, столь же опасные, как выстрел из пистолета, но игривые.

Пока Софи и Тесс направляются к двери, Бисквит спрыгивает с моих колен и быстро семенит к ним.

"Еда!"

Радостно кричит он и присоединяется к девушкам.

"Пожалуйста, проследи, чтобы он не ел окружающих. Они грязные," — кричу я вдогонку Тесс.

"Мудак!"

Восклицает повернувшийся ко мне Бисквит. Затем он выбегает наружу следом за ними.

Дверь закрывается, и защита снова активируется. Я остаюсь в комнате с нашими младшими и Майей.

"Как думаешь, в Обучении полно молодёжи?" — спрашиваю я Майю.

При этом я заново создаю сферы для неё и близнецов, поскольку первые уже исчезли.

"Молодые быстрее адаптируются. Возможно, причина в этом," — пожимает она плечами.

Майя хмурится и сосредотачивается на своей сфере.

Прекрасно зная, как сильно раздражает вмешательство в тренировки, я оставляю её в покое и переключаюсь на собственные эксперименты. Моя бесконечная погоня за мастерством владения маной и повышением эффективности.

Из-за отсутствия необходимости двигаться или ходить я повышаю мощность ЭОТ и чувствую жжение в мышцах. Постоянное болезненное напоминание на задворках сознания. Без боли нет результата, верно? Кто-то мог бы убить меня за одно лишь знание о моих тренировках мышц простым сидением на месте. Но рано или поздно мне понадобятся Лили и её модификации.

Я начал глубже изучать ЭОТ, и эта штука оказалась куда интереснее моих первоначальных предположений. Она состоит из нескольких частей. Одни больше сосредоточены на ловкости, другие – на силе, третьи – на телосложении.

В данный момент, если я всё правильно понял, её главной целью выступает моя сила, за которой следуют ловкость и телосложение.

При таком раскладе история повторится, и моё телосложение не сможет справиться с остальными возросшими характеристиками. Оно уже привыкло к мане, и я помогаю ему множеством способов, но сила и ловкость – это совершенно другое дело.

Модификация тела кажется единственным верным путём. Плюс небольшая модификация самой эмблемы, но сейчас я бесконечно далёк от подобного уровня мастерства.

Какая-то часть меня задаётся вопросом: уж не специально ли Таракасандра всё это устроила?

Ха.

Кого я обманываю? Конечно, специально.

Эта эмблема именно такое зло, как я и думал.

◯

Деннис Далтон

Натаниэль просто сидит на месте. Угрожающе сидит.

По какой-то причине даже это сидение, кажется, доставляет ему проблемы. Время от времени на его коже появляются разрывы, из которых сочится кровь. В какой-то момент один из его пальцев дёргается и с громким хрустом выгибается в обратную сторону.

Это заставляет его открыть глаза и бросить взгляд на рану буквально на секунду, а затем снова их закрыть.

Чем бы он ни занимался, я в этом не участвую. Я также не хочу, чтобы над моей головой парили четыре такие сферы, как у него. Одной уже более чем достаточно для паники.

Несколько часов спустя он встаёт на ноги, явно двигаясь с огромным трудом. Он называет это Начертаниями Усиления Бремени и утверждает, что это для тренировки кинетической энергии. Снова и снова он повторяет простой набор движений и бормочет вещи вроде: "Всё не то", "Ощущается неправильно", "Она делала это иначе". А затем он осыпает проклятиями некую Сандру.

"Кто, блядь, такая Сандра?"

Слышу я голос Аарона.

"Я даже знать не хочу. Как думаешь, он заставит нас делать то же самое?"

"Скорее всего. Ты же слышал рассказы Кима о том, как Нат иногда его тренирует."

"Пиздец."

"Ага, полный пиздец..."

Спустя несколько часов наша группа выходит на палубу вместе с ещё несколькими отрядами. Согласно расписанию, сейчас наше время дежурства. Но до сих пор на наш жуткий корабль никто не нападал.

То ли от скуки, то ли из склонности к суициду, то ли просто от непроглядной тупости, две небольшие группы общей численностью в десять бойцов начинают провоцировать наш отряд.

Уверенные в своём численном превосходстве, они сперва насмехаются над Натом. Он падает несколько раз из-за своих тренировок, которые продолжает даже сейчас. Его лицо выглядит ещё более отстранённым, чем обычно, из-за глубокой концентрации на процессе, и он кажется совершенно неосведомлённым о происходящем или попросту слабым. И всё же он бросает взгляд на эту группу, ничуть не обеспокоенный, а затем возвращается к своим тренировкам.

Ким первым порывается вступить в бой с этими ублюдками для защиты Ната, но его останавливает Тесс.

Наш корейский друг просто не понимает, почему Нат спускает им это с рук. Он никогда так не делает. Но к этому моменту Ким уже должен был всё усвоить. Иззи и Тесс повторяли нам это бессчётное количество раз.

Обычно Нат ведёт себя очень спокойно и терпеливо, когда вред причиняют лично ему. Ему словно даже комфортнее подобное отношение со стороны окружающих, будто он к этому привык. Разумеется, существует черта, пересечение которой означает для тебя конец, но эта черта очень широка.

Всё стремительно меняется в ситуациях, когда Нат не является целью подобных нападок.

Донимающая нас разношёрстная толпа из представителей трёх разных рас замечает рвущегося в бой Кима и начинает насмехаться уже над ним. Тесс вздыхает, прекрасно зная о грядущих последствих. Она остаётся на месте и жестом приказывает нам сделать то же самое.

Осмелев от нашей реакции, которую они принимают за страх, ублюдки отталкивают Ната в сторону и начинают тыкать Кима. Тот подчиняется приказу Тесс и тоже сдерживается.

Нат открывает глаза и наблюдает. Его взгляд холоден, но в то же время исполнен глубокого любопытства. Недружелюбный, но с проблесками удивительной мягкости.

В отличие от нас, у Ната много маны, поэтому Тесс позволяет ему разобраться с ситуацией.

В воздух взмывает оторванная рука. Её бывший владелец смотрит на своё плечо, а затем переводит взгляд на уже стоящего рядом Ната. Прежде чем мужчина успевает хотя бы закричать, очередной удар отправляет его в полёт через всю палубу.

Нат снова приходит в движение, и его манеру перемещения можно назвать лишь жуткой. Короткие рывки с невероятной скоростью, каждый из которых заканчивается мощной, плавной атакой.

"Р-разве он не специализируется на дальнем бое и масштабных бомбардировках?" — получаю я сообщение от Аарона.

Нат бросается от одного бойца к другому. Его движения абсолютно непредсказуемы. Иногда он замирает прямо посреди атаки, словно инерция собственного тела его совершенно не заботит. Даже я не могу предугадать направление его следующего удара.

Одного за другим он избивает всех членов этой группы за считанные секунды, не используя ни единого внешнего навыка. Только своё тело и кто знает что ещё. От него не исходит ни малейшего всплеска маны, и действует он пугающе эффективно.

Парень, крайне редко вступающий в ближний бой, сейчас разрывает на куски отряд из десяти бойцов выше двухсотого уровня так, будто это сущий пустяк.

Напоследок он хватает кажущегося их лидером мужчину за шею и перебрасывает через перила. Остальные члены группы остаются валяться на палубе. Со сломанными костями, оторванными конечностями и пробитыми его ударами дырами в телах, но всё ещё живые. Лишь их выброшенный наружу лидер приземляется прямо на белый песок.

Никто не требует остановить корабль, никто не пытается ему помочь. А Натаниэль просто стоит на месте, с любопытством наблюдая за происходящим.

Мужчина начинает кричать и бежать в попытке догнать корабль. Из-под его ног вырываются всплески маны – набор барьеров, которые он наслаивает один на другой.

Но всё тщетно. С каждым его шагом белый песок взмывает в воздух и с лёгкостью пробивает барьеры. Точно так же он прошивает его ноги насквозь. Словно какая-то кошмарная наждачная бумага, сдирающая с него кожу, плоть и кости тем сильнее, чем дольше он бежит.

Всего несколько мгновений спустя ниже его колен остаются лишь куски костей и плоти. Мужчина падает на песок, и вокруг него расплывается лужа крови.

К этому моменту мы уже отдаляемся на приличное расстояние. Нат переходит на корму корабля, чтобы подольше понаблюдать. Вокруг его зрачков появляются золотые кольца.

Снаружи дует ветер, поднимая белый песок, который даже сейчас постоянно перекатывается по высоким дюнам. Его волны разбиваются о лежащее тело. С каждым порывом от него остаётся всё меньше и меньше, пока не исчезают даже последние жалкие останки.