Восемнадцатый день в море...

Бескрайний океан раскинулся во все стороны — волны поднимались и опускались, как дышащие великаны. Солнечный свет дрожал на воде, раскрашивая всё в серебро и синеву. Корабль шёл плавно, тихо поскрипывая под напором ветра и волн.​

"Ну и как далеко мы?" — тихо спросил Разеаль, не отрывая взгляда от горизонта. Его чёрный костюм трепал солёный бриз..​

Йограй стоял рядом, скрестив руки; слабый свет в его глазах отражал морскую даль. "Минут тридцать" — сказал он, глянув на положение солнца. "Может, меньше, если течение будет сильным."​

"Понятно" — просто ответил Разеаль, едва кивнул и развернулся. Больше он ничего не сказал.​

Он подошёл к середине палубы и, к всеобщему ужасу, остановился прямо там.​

А потом, без предупреждения, тень под его сапогами дрогнула и расползлась — как чернила, пролитые по холсту.​

Из неё начали выливаться вещи.​

Склизкие, мокрые вещи.​

Органы. Чешуя. Глаза. Жабры. Целые груды рыбьих частей ..сердца, печень и куски плоти, всё блестело на солнце. Они валились кучами, шлёпаясь по деревянной палубе влажными, липкими ударами.​

Запах ударил через несколько секунд.. резкий, солёный и тошнотворно металлический.​

"Фу-у-у! Опять он за своё..." — простонала Мария, прижав платок к носу. Её обычно безупречная осанка тут же распалась, она откинулась назад с отвращением. "Клянусь, этот корабль скоро будет вонять хуже, чем яма с трупами!"​

Разеаль даже не посмотрел в её сторону. Из-под тени выползли его чёрные щупальца, извиваясь тонкими змеями, и с жуткой точностью начали рассекать, сортировать и анализировать эту органическую кашу.​

Он занимался этим уже несколько дней.. ловил морских чудовищ и крупную рыбу из глубины, вскрывал их и складывал части. Он не объяснял зачем, но делал это явно очень... своеобразно...​

Аврора, сидевшая неподалёку, вздохнула и обмахнула лицо. "Он такой уже четыре дня подряд" — пробормотала она, наблюдая, как очередной неузнаваемый кусок с влажным шлепком падает на палубу.​

"Не напоминай" — простонал Леви, прижав к носу предплечье; лицо скривилось от мучения. "Я даже есть не могу — стоит только представить этот запах."​

"Вот, возьми." Аврора полезла в свою мягкую розовую сумочку ..маленькую, изящную, совершенно неуместную рядом с этим жестоким окружением — и достала платочек. Ткань была вышитой и едва пахла духами.​

Но пока она рылась внутри, чтобы найти его, половина её вещей высыпалась наружу ..гребни, ленты, мелкие безделушки, запасные платки ..всё разлетелось по полу.​

Она издала короткий, растерянный звук и быстро наклонилась, но прежде чем пальцы дотянулись до первой вещи, рядом уже опустилась другая рука.​

Леви присел и молча помог ей собрать всё обратно.​

Когда Аврора подняла голову, он уже протягивал ей мелочи одну за другой; в уголках губ дрогнула слабая улыбка.​

Аврора моргнула, чуть удивлённая. "О... спасибо."​

"Между нами не нужны эти 'спасибо' " — сказал Леви с напускной серьёзностью, едва улыбаясь.​

Аврора наклонила голову и ответила маленькой вежливой улыбкой, убирая вещи обратно в сумочку. "Я просто была учтива. Я же не говорю, что было бы грубо, понимаешь."​

Леви кивнул, будто обдумывал её слова. "Ну, мне просто не нравится.. но раз уж ты так настаиваешь, чтобы благодарить меня" — вдруг сказал он, уголки губ дёрнулись, — "тогда давай поделим."​

"Поделим?" — Аврора моргнула.​

Он тихо кашлянул, пытаясь сохранить серьёзное лицо. "Ты берёшь 'спасибо', а я — 'тебе'. Поровну. Ну?... то есть."​

Наступила пауза.​

Аврора просто уставилась на него, приподняв одну бровь. "...Ааааа?"​

Эта протяжная, недоверчивая интонация выбила Леви из равновесия. "Э.. ничего, ничего" — быстро сказал он, замахав руками.​

Он снова кашлянул, пряча неловкость, и кивнул на её ладонь. "Эм, твой платок."​

Аврора вздохнула и закатила глаза. "Ладно-ладно.. Идиот." Она всё равно протянула ему платок..​

"Спасибо" — сказал он, стараясь не расплыться в ухмылке, взял платок и прижал к носу.​

Мария, сидевшая за круглым столом неподалёку, наблюдала за всей сценой. Она издала отчётливый звук отвращения, опустив платок от лица.. глядя на них обоих с таким выражением, будто ей физически неприятно.​

Трудно было сказать, сколько времени на самом деле прошло с тех пор, как они вышли из порта ..бесконечная синь вокруг давно слилась в один бесконечный день. Уже двадцать дней в море. У каждого дня был свой странный ритм — круговорот тишины и разговоров, скуки и неловкости.​

За это время некоторые связи укрепились.​

Аврора и Леви, например, неожиданно сблизились.. их разговоры, их маленькие моменты..​

Мария же оставалась язвительной, как всегда, хотя её жалобы стали скорее привычкой, чем настоящей ненавистью.​

И был Разеаль.. такой же далёкий, как сам горизонт.​

Большую часть времени он проводил один — обычно сидел на палубе или у борта, держа в руках свою странную чёрную книгу. Читал — неизвестно что..​

Он почти не говорил, если не было необходимости; а когда говорил — коротко.. кивок тут, слово там. Ну и ещё он немного помогал Леви тренироваться по вечерам — и на этом всё.. если не считать его странностей.. ведь несколько дней назад он начал творить какое-то реально подозрительное дерьмо.. типа вскрывать морских тварей прямо посреди палубы и так далее — мерзость, да и только..​

Пять минут спустя.​

Разеаль стоял в самом центре этого всего.​

Он начертил на палубе большой круг собственной кровью. Под полуденным солнцем он слабо мерцал: тёмно-багровые линии вырезали на досках странные, замысловатые руны.​

Внутри круга он разложил сотни предметов — органы, серебряную или какой там оттенок чешую, и части тел морских существ, собранные за последние дни. Запах стоял густой и сырой — смесь соли и разложения, от которой воздух становился тяжёлым.​

Рыбьи сердца едва заметно пульсировали остатком жизненной сущности. Тысячи жабр дёргались, будто всё ещё пытались дышать. Тысячи переливчатых чешуек блестели на свету, складываясь в узоры — как зеркальные созвездия внутри круга.​

И среди всего этого Разеаль стоял неподвижно — взгляд острый, нечитаемый, сосредоточенность точная, как у человека, который делал это бесчисленное количество раз.​

Со стороны это выглядело как ритуал. И ритуал — тёмный.​

Йограй наконец решил нарушить тишину. Он уже какое-то время наблюдал, прислонившись к борту с лёгким недоумением. "Ну..." — начал он, подходя ближе, — "и что конкретно мы тут делаем?"​

Разеаль сначала не ответил. Его взгляд был прикован к массиву крови и органов, будто он измерял что-то невидимое в воздухе.​

Потом, не поднимая глаз, спросил: "Ты говорил, что народ Атлантиса тоже человекоподобен? Что разница лишь в их запахе, сущности — они могут дышать под водой и отращивать чешую на коже, когда погружаются?"​

Йограй моргнул. "Эм... да, есть и другие отличия, но в основном — да.. Я так говорил, но.. к чему это?"​

Разеаль наконец чуть повернул голову; уголок губ едва заметно приподнялся. "Скоро узнаешь. А пока... отойди."​

Йограй нахмурился, не понимая. "Отойти? Зачем—"​

"Просто отойди."​

Тон Разеаля не оставлял места для споров.​

Озадаченный, Йограй больше ничего не сказал и отступил на несколько шагов. Остальные.. Мария, Аврора и Леви — уже смотрели на Разеаля, чувствуя что-то необычное.​

Даже на расстоянии они ощущали странную энергию, исходящую от круга. Она была холодной и острой, но при этом тяжёлой.. как давление, которое нарастает перед бурей.​

Разеаль сделал последний шаг назад — так, что носки сапог встали прямо у внешнего края кровавого круга. Пальцы медленно поднялись, лицо оставалось спокойным и сосредоточенным.​

С кончика его пальца сорвалась одна капля крови.​

Она упала бесшумно ..плюх — на край круга.​

И мгновенно вся формация отозвалась.​

Кровавые линии вспыхнули, засияли жутким багровым светом, будто сама палуба ожила. Тёмная мана потекла из тела Разеаля, закрутилась вокруг него, как дым, а затем хлынула вниз — в круг.​

Воздух задрожал.​

Температура упала.​

Все это почувствовали.. даже если тёмная мана была для них невидима, инстинкты вопили: происходит что-то странное.​

Доски под ногами завибрировали, словно море внизу отвечало на зов.​

"Ритуал Тёмной Похлёбки Моря..." — голос Разеаля был низким, ровным и холодным, тень вытянулась во все стороны. "...начинается."​

В следующий миг кровавый круг взорвался реакцией.​

Разложенные органы зашевелились.​

Сердца дёрнулись. Жабры сжались. Чешуя вздрогнула. А потом, один за другим, они поднялись с палубы ..взлетели в воздух, потянулись к центру круга, будто их тянула невидимая сила.... "Что?.." — прошептал Леви, сам не замечая, как делает шаг вперёд.​

Парящие органы начали вращаться. Сначала медленно, потом быстрее.​

Кровь, покрывавшая их, смешивалась в воздухе, сплетаясь как багровые нити — и за считанные секунды центр круга превратился в миниатюрный смерч.. вихрь красного и чёрного.​

Рука Марии инстинктивно дёрнулась к кинжалу. "Что этот урод опять творит...?"​

Аврора молчала — розовые глаза были прикованы к вращающейся массе. Несмотря на мерзость зрелища, в нём было что-то завораживающее.. то, как оно мерцало и ужасом, и красотой одновременно.​

Леви наклонился вперёд, не в силах отвести взгляд. "Что это вообще такое?"​

Словно отвечая, смерч ускорился. Парящие куски начали разрываться.. их крошило, рвало, перемалывало в жидкость — и эта жидкость тут же уходила внутрь вихря.​

Звук был как далёкое перемалывание — мокрое, неприятное, но ритмичное. Через мгновения все тысячи органов и чешуек исчезли.. поглощённые.​

Осталось только вращающееся ядро жидкости.​

Оно быстро сжималось — плотнее и плотнее — пока не стало размером всего с чашку: густая чёрная жидкость парила в воздухе, слабо светилась, будто живая.​

Все смотрели в ошеломлённой тишине.​

И затем.. вращение остановилось.​

Чёрная жидкость полностью замерла, зависнув над кровавым кругом. Её поверхность блеснула один раз — и стала гладкой, почти стеклянной, с тонкими прожилками белого света, которые переплетались внутри.​

Это выглядело как нечто между ядом и божественной красотой.... противоречие, запертое в жидкой форме.​

Разеаль медленно поднял руку. Тени снова задвигались, разделяя массу ровно на пять частей. Каждая часть собралась в маленькую каплю жидкости..​

Он взмахнул пальцами, и капли поплыли к каждому: одна — к Авроре, одна — к Леви, одна — к Марии, одна — к Йограю, а последняя зависла прямо перед его ртом ..​

"Вот" — просто сказал Разеаль. "Выпейте это."​

Повисла долгая пауза.​

"А? Что?"​

Все замерли, когда пять капель повисли прямо перед лицами — каждая была наполнена странной густой чёрной жидкостью. Капли зависли на мгновение, а потом легко опустились им в руки.​

Запах ударил сразу.. что-то между железом, солью и гниющими водорослями.​

"Фу-у." Лицо Марии скривилось от отвращения, когда она уставилась на то, что держала. Жидкость внутри была тёмной, маслянистой и крутилась с тонкими белыми прожилками, которые двигались, будто живые. "Я не буду пить эту мерзость" — отрезала она, тут же отступая и держа пузырёк подальше, словно там болезнь.​

Разеаль, стоя у края кровавого круга, даже не поднял взгляд. "Заткнись и пей" — сухо сказал он. "Это поможет вам дышать под водой, когда мы доберёмся до Атлантиса. И ещё замаскирует ваш запах, чтобы атлантийцы не почувствовали, что вы чужаки."​

Он поднёс свой пузырёк к губам.. и, не колеблясь, выпил залпом.​

Густая жидкость пошла по горлу, как жижа — чёрная и горькая. Он даже не поморщился.​

Остальные же смотрели на него так, будто он только что выпил яд.​

Йограй приподнял брови — явно удивлён, но без особого волнения. Аврора поколебалась секунду, потом пожала плечами. "Ну... раз для этого, то ладно" — пробормотала она.​

Они оба выпили.. спокойно, без лишних эмоций. Ну, разумеется: они бессмертные. Их почти ничем не убьёшь.. так что им, по сути, плевать.​

Но Мария не верила. Она поморщилась, сморщив нос, и уставилась на странное зелье. "Фу... отвратительно" — пробормотала она. Она посмотрела на Разеаля, который уже вытирал рот большим пальцем, будто это ничего не значило.​

Он не сказал ни слова — просто посмотрел на неё. Такой молчаливый взгляд, который означает: "Ты правда хочешь испытать моё терпение?"​

Мария тяжело вздохнула, секунду злобно сверлила его глазами, а потом буркнула: "Ты выкинешь меня за борт, если я откажусь, да?"​

Он на это ничего не сказал..​

И Мария просто стиснула зубы, зажмурилась и опрокинула свою порцию. Густая чёрная жидкость скользнула по языку.. холодная, металлическая и абсолютно отвратительная. Всё тело передёрнуло от вкуса.​

Леви, наблюдая, тоже скривился. "Чёрт..." Он помедлил пару секунд, а затем тоже заставил себя выпить.​

Несколько мгновений всё было тихо.​

А потом..​

"Блееее!"​

Каждый из них.. кроме Разеаля — сорвался к борту, давясь и с трудом сдерживая рвоту.​

Мария рухнула на колени первой, её вывернуло за борт. Аврора согнулась рядом, кашляя и сплёвывая; красивые тёмно-чёрные волосы упали на лицо, пока она хватала ртом воздух. Даже Йограй навалился на перила, издав глухой, омерзённый звук, и закашлялся.​

Леви выглядел не лучше. Лицо стало чуть зеленоватым, он схватился за живот и снова и снова сплёвывал за борт.​

Звук общего рвотного надрыва разнёсся над морем.​

Разеаль просто стоял, скрестив руки, с каменным лицом.​

"Какая драматично" — сухо сказал он, покачав головой.​

Мария посмотрела на него между вдохами — лицо белое. "Драматично?!" — рявкнула она, пытаясь отдышаться. "Ты называешь это.." — её снова передёрнуло на середине фразы, — "это мерзкое ядовитое пойло драматичным?!"​

Она грубо закашлялась и снова сплюнула в море. "Клянусь, это самое отвратительное, что я пробовала.. у-у-у, будто смерть проглотила!"​

Аврора опёрлась на перила рядом, вытирая рот тыльной стороной ладони. "Оно... такое горькое... я даже описать не могу." Она снова закашлялась, голос сорвался. "Почему оно жжёт и замораживает одновременно?"​

Леви, между сухими позывами, выдавил: "Такое ощущение, будто мой язык пытается сбежать изо рта..."​

Даже Йограй, после последнего кашля, простонал. "Ну" — прохрипел он, — "это было хуже, чем есть сырого осьминога..."​

Разеаль проигнорировал всех. Он просто отвернулся от хаоса и пошёл к борту с противоположной стороны. Его тёмный костюм слегка трепал морской ветер.​

"Хватит ныть" — сказал он ровно. "Вы ещё спасибо скажете, когда будете дышать под водой, а не тонуть."​

Он шагнул на край борта и посмотрел вниз, в бескрайний океан. Солнечный свет мерцал на волнах, но под ним.. вода была бесконечной и тёмной, как бездонная пустота, ожидающая его.​

Он чуть повернул голову к ним, голос был спокойным, но острым. "Ждите меня. Я скоро вернусь."​

И прежде чем кто-то успел отреагировать.. он прыгнул.​

Раздался громкий всплеск.​

"Ээээйййй, пацааааан!" — тут же заорал Йограй, обернувшись в ту сторону. "Там акулы!"​

Но было уже поздно.​

Остальные собрались у борта, туда, где Разеаль прыгнул, и заглянули в глубину — но увидели лишь синюю воду, уходящую в бесконечность.​

"Что с ним не так?" — пробормотал Йограй..​

Мария закатила глаза, всё ещё бледная, но уже приходя в себя. "Оставь его. У него, наверное, опять жопа чешется.. пошёл туда, почесаться.. ну.." — сухо сказала она. "Я имею в виду, каждые пару дней он находит новый способ почти убить себя. Как хобби у него, я не знаю.."​

Она тоже стонала, обмахивая себя рукой. "А-а-аргх, мне кажется, у меня сейчас желудок взорвётся..."​

Она достала белый платок из пространственного кольца и начала тереть им язык, будто пыталась соскоблить отвратительный вкус. "Фу... даже это не помогает."​

Тем временем Аврора и Леви были слишком заняты тем, чтобы справиться со своим состоянием и избавиться от горечи чёрной воды; оба тоже начали ощущать странное.. словно эта штука уже начала действовать.