Час спустя.

Далеко под поверхностью, в глубине бескрайнего моря, сияющего светом и цветом, по дну океана раскинулся целый город — яркий, живой и невозможный.​

Город мерцал под волнами. Eго строения были полностью сотканы из кораллов — красных, синих, фиолетовых и золотых — образуя башни и мосты, что едва заметно пульсировали энергией. Каждая стена казалась живой, каждая улица светилась мягко, словно дышала. Весь пейзаж создавал впечатление живого, движущегося организма — гармонии магии и морской жизни, спаянных в цивилизацию.​

Несмотря на то, что всё было глубоко под водой, здесь не было темно. Напротив — всё светилось лучистой люминесценцией: стаи золотых рыб проплывали под коралловыми арками, светящиеся ракушки освещали дорожки внизу, а яркие лучи света пробивались сверху так, будто само солнце опустилось на дно, чтобы жить среди морского царства.​

И что странно — хотя это и было под водой, давление здесь ощущалось лёгким, почти как воздух. Вода не душила и не давила. Она была мягкой, невесомой, почти сказочной.​

Это было место, что не должно было существовать — и всё же оно было здесь... Атлантис.​

На самой окраине этого огромного кораллового города вода над ним вдруг пошла рябью.​

И затем​

Резкая полоса движения рассекла светящуюся поверхность, стремительно прорезая воду вниз. Она оставляла за собой сияющий след в море, словно падающий метеорит.​

Полоса становилась всё больше и больше по мере падения, тянув за собой свет и пузыри.​

Это был не предмет. Это были две фигуры... мальчик и девушка — Разеаль и Мария — оба сорвавшиеся вниз из хаоса Обратных Врат высоко наверху.​

Их вышвырнуло в глубину; они кувыркались в синей бездне, беспомощно закручиваясь, подхваченные мощным течением, которое выплюнуло их и теперь гнало куда ему вздумается.​

Разеаль одной рукой намертво сжимал ладонь Марии, держал так крепко, что это почти причиняло боль. Оба летели вниз через воду пулей, и течение тащило их, как игрушки.​

Под ногами — ничего, опоры — нет, притормозить — невозможно, контролировать скорость — нечем. Единственное, что им оставалось... это падать.​

"Ааааааа!" — закричала Мария, и её голос странно отдался в воде.​

Даже она не могла понять, как вообще кричит... рот открыт, лёгкие всё ещё полны воздуха, а звук почему-то проходит сквозь жидкость, будто сквозь воздух. Ей было плевать, как это работает. Она видела только, как мир вращается, как течение хлещет ей в лицо, и как дно внизу приближается всё быстрее и быстрее, с пугающей скоростью.​

В её распахнутых глазах отражался светящийся город, проступающий под ними; огромные коралловые конструкции с этого ракурса выглядели скорее как заточенные лезвия. Прямо под ними — светящееся квадратное здание размером с небольшую гору, яркое, лучистое... и они летели прямо в него.​

Её разум опустел. Места для мыслей не было, осталась только паника.

Руки дёргались инстинктивно, хотя хватка Разеаля была железной. Она не могла ни пошевелиться, ни сообразить... лишь смотреть, как дно становится отчётливее и ближе с ужасающей скоростью.​

Она видела, как светящиеся коралловые шпили тянутся к ней, как копья.​

У неё не было времени даже помолиться.​

Разеаль, в отличие от неё, не кричал.​

Его тёмные глаза были сосредоточены, холодны и расчётливы — хотя за спокойным лицом полыхало раздражение.​

Вот идиотка, мрачно подумал он, бросив короткий взгляд на девушку в своей руке. Она паниковала, металась, её лицо было переполнено абсолютным страхом. И хотя он не мог её винить, часть его всё равно злилась — но злилась на себя.​

Он должен был знать, что подобное может случиться. Должен был ожидать чего-то вроде Обратных Врат... чего-то непредсказуемого, опасного. Обычно он готовился к таким ситуациям всегда. Но на этот раз... его мысли были заняты другим.​

Он позволил концентрации дать слабину.​

Последние несколько дней его внимание почти полностью поглотила Книга Неизбежного Зла. Каждую свободную секунду он тратил на неё — изучал, расшифровывал странные руны, заучивал древние письмена. Всё остальное — включая окружение — растворилось на заднем плане.​

И вот результат.​

Жалко, подумал он с горечью. Я расслабился.​

Но даже сейчас, в середине этого падения сквозь море, его разум работал на пределе — перебирая каждое заклинание, каждый навык и каждую силу, которое могло бы замедлить их падение.​

Его запасы тёмной маны всё ещё были полностью исчерпаны. Он ощущал, как пустота грызёт его изнутри — ледяная, глухая, зияющая.​

Будь у меня хоть немного маны, я мог бы воспользоваться манипулированием теней, чтобы смягчить падение... мрачно подумал он. Но нет... это не вариант...​

Он подумал о Потоке, но сразу отбросил. Его тело и так было слишком нестабильным; применить эту технику в таком состоянии — значит разорвать собственное тело в клочья...​

А тёмные ритуалы или что-то из запретных искусств не подходили в данный момент. Всё это требовало тёмной маны как основы.​

Его варианты закончились.​

Он не беспокоился за себя — его тело выдержит. Кости были крепкими, укрепленными маной благодаря многолетним тренировкам. Одна только регенерация справилась бы с большей частью урона.​

Но Мария?​

Он посмотрел на Марию.​

Дыхание у неё сбивалось. Зрачки были расширены, волосы метались вокруг лица. Её тело дрожало, и от шока она явно была на грани потери сознания.​

При такой скорости, если они в что-нибудь врежутся, даже сопротивление песка может раздавить ее от удара.

Разеаль тихо выдохнул...​

Он не мог позволить ей умереть... пока нет... по причине, в которой он сам до конца не был уверен, но было ясно одно: она ещё может пригодиться.​

Вот же тупьё, снова пробормотал он себе под нос — и так и не понял, кого сейчас имеет в виду: её или себя.​

Резким движением он дёрнул её за руку, рывком притянув к себе. Мария судорожно вдохнула, когда её тело силой прижали к его груди.​

Её распахнутые, перепуганные глаза на долю секунды встретились с его... и прежде чем она успела осознать, что происходит, он уже крепко обхватил её руками.​

Её лицо уткнулось ему в грудь, руки оказались зажаты между ними, когда он намертво зафиксировал её.​

Внезапное тепло его тела резко контрастировало с холодом морской глубины.​

"Что ты...?" — сумела выдавить из себя Мария дрожащим голосом, наполовину захлёбываясь от давления их падения. Даже в этом хаосе, даже когда они неслись в светящейся воде к приближающемуся дну, она не могла не спросить, что он делает.​

Её глаза расширились, когда она осознала, насколько близко их лица — так близко, что она чувствовала его дыхание у себя на щеке. Его хватка на талии была железной, тело плотно прижато к её телу, а течения визжали вокруг.​

На одну короткую, нелепую секунду мысль вспыхнула у неё в голове: он что, пытается воспользоваться ею? Тело напряглось от ощущения — от того, как её грудь прижата к его груди, как ноги запутались с его ногами. Его тепло рядом с ней казалось пугающе человеческим, даже в холодной воде вокруг.​

Но затем... она посмотрела вниз, на его лицо.​

Оно было спокойным. Безэмоциональным. Холодным и... равнодушным.​

В нём не было ни искры желания, паники или хотя бы осознания того, насколько они близко. Его тёмные, бездонные глаза смотрели вниз с полной сосредоточенностью, оценивая стремительно приближающуюся коралловую землю. Он даже не смотрел на неё — будто её вообще не существовало.​

Что за... он вообще ничего не чувствует? — подумала Мария, совершенно ошеломлённая.​

И прежде чем она успела задуматься об этом, Разеаль внезапно изменил позицию, развернув тело прямо в падении.​

Он повернулся спиной к земле и прижал её к груди так, чтобы теперь она смотрела вверх, а он прикрывал её собой. Лишь через секунду она поняла, что он делает: делает из себя щит, заслоняя своим телом ее от удара, который должен произойти через несколько секунд.

Сотня сумбурных мыслей накрыла её. Что он делает? Зачем ему...​

Но прежде чем она успела закончить хотя бы одну, он сжал её ещё крепче, притянув ближе — так близко, что она чувствовала его сердцебиение: ровное, спокойное, невозмутимое... даже когда они падали всё быстрее и быстрее.​

Её собственное сердце билось безумно, сбиваясь, колотясь в груди, как пойманная птица. Лицо залило жаром, сознание путалось от паники и растерянности. Она уже не могла думать ясно — не тогда, когда ощущала вибрацию его голоса в груди, не тогда, когда его тепло было единственным существующим в этом хаосе.​

И тут он слегка приподнял голову — его губы оказались так близко к её уху, что она почувствовала едва заметный шорох воздуха на коже. По позвоночнику пробежала резкая дрожь, и тело застыло.​

На один страшный миг она подумала: Он собирается меня поцеловать?!​

Её глаза дёрнулись.​

Но следующие слова мгновенно растёрли эту мысль в пыль.​

"Какого хрена ты творишь, идиотка..."​

Его голос был спокойным, низким, но с режущим раздражением.​

"У тебя сродство к воде, и мы в воде. Ты не можешь использовать его и хотя бы попытаться остановить падение? Поверь, со мной ничего не будет... но ты точно сдохнешь смертью, достойной тупой идиотки, которая резко захотела стать фаршем."​

Шёпот был резким, тон — безразличным... но в словах ясно слышалось раздражение, и даже намёк на беспокойство, спрятанный под холодом.​

Мария моргнула в неверии, на миг забыв, что они буквально падают через океан.​

Сродство к воде... ах да...​

Её глаза расширились, когда осознание ударило, как молния.... "А!" — выдохнула она, и её аквамариновые глаза внезапно слабо засветились, чуть подсвечивая воду вокруг. Как она могла забыть такую вещь? Она была магом воды, одной из лучших в своей семье... и всё же в панике она даже не вспомнила о своей способности.​

Пальцы дрогнули, и в следующий миг вокруг них начали формироваться мерцающие слои энергии.​

Вода под спиной Разеаля пошла рябью и уплотнилась, превращаясь в плотные волны сжатых течений. Это выглядело как полупрозрачная стена жидкости, слабо светящаяся аквамарином. Магия вспыхнула наружу, формируя под ними кольца, чтобы замедлить их скорость.​

Сопротивление ощутилось сразу. Разеаль почувствовал что вода толкает их снизу, давление слегка возрастает. Полностью остановить их это не могло, но падение замедлилось хоть немного.​

Лицо Разеаля осталось пустым.​

"Бесполезно" — пробормотал он тихо, и его слова снова коснулись её уха.​

От этого шёпота Мария стиснула зубы от злости.​

"Заткнись!" — прошипела она, сузив глаза и давя сильнее, выжимая в заклинание каждый остаток концентрации и маны. Аквамариновое сияние стало ярче, расходясь по воде волнами света. Жидкий барьер под ними утолщался, мерцая всё ярче, пока слой за слоем накладывались друг на друга.​

Но этого все еще было недостаточно.

Их падение разгонялось, быстрее, чем ее магия могла замедлять их. Барьер бурно колебался под давлением, трескался, разбиваясь на вспышки голубого света.

Издалека их падение выглядело как полоса светящегося лазурного огня — две фигуры в голубой энергии, разрывающие глубины, как комета.​

Мария не останавливалась. Даже когда тело дрожало, даже когда мана уходила слишком быстро, она продолжала уплотнять воду под ними, давить, сопротивляться. Каждая секунда, когда они хотя бы немного замедлялись, всё еще была секундой, которая могла спасти ей жизнь.

Глаза жгло от сияния, руки тряслись, но она продолжала направлять поток. Сердце грохотало в груди.​

Разеаль же не двигался. Лицо не менялось. Хватка оставалась сильной и ровной — как якорь, удерживающий её в буре. Он чувствовал, как она борется, ощущал отчаянные выбросы маны... но больше ничего не говорил.​

Он уже скорректировал свою позу, готовясь к удару.

И тогда... он увидел это.​

Квадратное коралловое здание внизу, светящееся слабым золотисто-голубым светом. Руны, высеченные на его поверхности, отражались в воде, складываясь в геометрический узор света.​

Они падали прямо на него.​

Времени больше не было.​

Последний слой защитного кольца Марии треснул, разбившись, как стекло. Ее глаза расширились, понимая, что этого недостаточно, они все еще летели слишком быстро.

Она стиснула зубы, зажмурилась и влила всю оставшуюся ману в один последний всплеск — последнюю, отчаянную попытку замедлиться.​

Океан на миг вспыхнул ярко-синим.​

А затем​

БУУУУУМ!​

Удар разорвал воду, потрясая коралловое здание до самого его основания.​

Во все стороны вырвался яростный взрыв пузырей и света, когда они врезались в крышу. Крыша мгновенно раскололась, коралловые обломки разлетелись, как осколки стекла.​

Они прошли насквозь, оставляя за собой дорожку разрушений.​

БАБАХ!​

Они пробили ещё один слой, рухнув внутрь здания — сметая столы, стены и мебель из кристаллоподобного коралла. По мрамороподобному полу поползли трещины, а песок с океанского дна поднялся мутными облаками и поплыл вверх, дрейфуя в светящейся воде, как пыль в солнечном луче.​

Мария держала глаза зажмуренными. Она даже не почувствовала удара, только сокрушительное давление от рук Разеаля, обнимавших ее, и глубокий гул, сотрясавший весь мир.

Удар не просто потряс здание... он прорвал его, как пушечный выстрел.​

Вокруг кораллового ресторана люди, которые ещё мгновение назад спокойно сидели — смеялись, разговаривали и ели, — разлетелись со стульев. Ударная волна прокатилась по залу, разбивая тарелки, разбрасывая еду и переворачивая столы из кристального коралла.​

Посуда, столовые приборы и даже светящиеся стаканы с биолюминесцентными напитками закружились в воде, кувыркаясь яркими обломками.​

Треск, крики и испуганные вопли заполнили весь зал.​

Мужчина, который секунду назад потягивал напиток, в следующий миг влетел в стену, а его стакан уплыл, как пузырь. Пара в углу вцепилась друг в друга, когда их стол перевернуло; другие сталкивались и перекатывались друг через друга в хаотичном вихре.​

Всё произошло так внезапно, что на мгновение никто даже не понял, что именно их ударило.​

Из дыры в потолке — рваной, треснувшей раны в коралловой крыше — вниз поплыли пыль и песок, как дым. Некогда тихое, яркое место теперь гудело от растерянности.​

И среди всего этого шума и паники, в дальнем углу ресторана, за своим столом спокойно сидела молодая женщина с яркими жёлтыми волосами.... Она была единственной, кто не запаниковал. Выражение оставалось собранным, лишь одна бровь приподнялась в любопытстве. Её жёлтые глаза отражали происходящий хаос, но в них не было ни тени тревоги — только острый интерес.​

Даже когда к ней летели куски кораллового камня, она не вздрогнула. Движения были плавными: она лишь чуть наклонила голову, и обломки пролетели мимо в считанных сантиметрах.​

Её взгляд уже уловил это — размытую тень, рухнувшую сквозь потолок.​

Сквозь пылевое облако она видела момент падения: мужчина... крепко обнимающий женщину, рухнул вниз, прикрывая её собой.​

Одного этого хватило бы, чтобы удивиться. Но её золотистые глаза сузились из-за аквамаринового сияния, окружавшего их при падении...​

"Интересно..." — пробормотала она себе, и уголки губ едва заметно приподнялись, пока она опиралась подбородком об ладонь и наблюдала за кратером в центре зала.​

Хаос вокруг стал для неё фоном.​

Теперь... нынешнее время.​

Кхе. Кхе.​

Голос Марии нарушил тишину, когда она начала подниматься из завала.​

Удар вырезал глубокий кратер в коралловом полу; края были треснувшие и разбитые, а мелкие песчинки плавали вокруг неё в воде. Она несколько раз моргнула — зрение на миг поплыло, но затем прояснилось.​

Руки чуть дрожали, когда она попыталась встать, грудь тяжело поднималась.​

Её взгляд опустился вниз... и там был он.​

Разеаль.​

Он уже стоял на ногах, спокойно отряхиваясь, а его тёмные глаза осматривали окружение так, будто ничего особенного не произошло.​

Мария моргнула снова, пытаясь понять, как он может быть таким спокойным после того падения.​

Она посмотрела на себя: одежда мокрая и немного порвана по краям, но на теле — ни одной травмы. Ни синяка. Ни царапины.​

Одна её магия не могла обеспечить такое. Она знала свои пределы лучше всех. Ее сродство с водой немного замедлило их падение, но сила удара должна была быть достаточной, чтобы сломать даже кости...

Тогда...​

Она снова посмотрела на Разеаля, и впервые её выражение смягчилось.​

Это был он.​

Она не знала как, но где-то внутри чувствовала... он спас её... снова.​

Он сделал то же на корабле, когда её вот-вот должно было сорвать жестокой волной. И теперь, падая с неведомо какой высоты, он каким-то образом защитил её от худшего.​

Горло слегка сжалось. Она не из тех, кто легко признаёт благодарность... особенно кому-то настолько непроницаемому и раздражающему. Но сейчас она не смогла остановиться.​

"...Спасибо" — прошептала она тихо, немного неловко.​

Разеаль, который как раз смахивал мокрый песок и коралловую пыль со своего чёрного пальто, взглянул на неё искоса, без выражения.​

"Что?" — спросил он ровным тоном, будто не расслышал... или просто не захотел.​

Мария моргнула, застигнутая врасплох. "Ничего" — быстро сказала она сухо и отвернулась, прежде чем он заметил слабый румянец на её щеках.​

Разеаль пожал плечами. "Как скажешь" Он вернулся к тому, чтобы приводить себя в порядок, полностью игнорируя её.​

Он стоял в кратере; вода вокруг слабо мерцала от пыли и света. По мрамороподобному коралловому полу расползались трещины, едва светясь энергией их падения.​

Но Разеаль не выглядел встревоженным. Если уж на то пошло, на губах у него даже дрогнула лёгкая усмешка.​

Сработало, подумал он.​

Он анализировал каждую деталь произошедшего... как пережил падение — и как Мария осталась цела. Это была не удача. Это был холодный рассчет.​

В последнюю секунду он сделал кое-что — рискованное даже по его меркам... но, опять же... это было круто...​

Когда он понял, что полностью остановить падение не выйдет, он использовал Поток. Обычно применение Потока в таком нестабильном состоянии разорвало бы его тело, но он всё равно пошёл на риск...​

Он перенаправил всю кинетическую энергию — сокрушающую силу падения — в себя. Точнее, в свои Обсидиановые Кости — почти неразрушимую костную структуру, которая поглощала удар и распределяла нагрузку.​

И кроме того, он сделал нечто ещё более сложное.​

Он применил свой собственный навык Потока — "Неприкасаемость​", наложив его на них обоих, объединив их энергии. Из-за того что их тела были столь плотно прижаты, он смог накрыть их обоих одним защитным слоем.

Для Марии это выглядело чудом. Для Разеаля — точностью безумного анализа и опыта.​

Конечно, это не значило, что он остался невредим. Внутри тела царил хаос.​

Несколько органов... печень, почки, даже часть лёгкого — разорвались от энергетического удара. Кровь болезненно наполнила сосуды, прежде чем Божественное исцеление (S-Ранг) сработало, восстановив всё за считанные секунды.​

Внешне он выглядел идеально. Но едва заметная скованность в плечах и тупая боль в спине выдавали правду... его изнутри это конкретно разворотило.​

И всё же он не жаловался. Боль ничего не значила. Метод сработал. И это было единственное, что имело значение.​

Он как раз заканчивал смахивать песок с рукава, когда...​

"КАКОГО ХРЕНА, МЕЛКИЙ УБЛЮДОК?!"​

Громкий, басовитый голос прорезал приглушённую тишину, как гром.​

Разеаль даже не успел повернуться, как огромная рука схватила его за ворот пальто и дёрнула вверх.​

Он оказался лицом к лицу с высоченным мужчиной, почти под два метра, с кожей синеватого оттенка, слабо мерцающей в свете. Тело — массивное, налитое мышцами; лицо — угловатое, с отметинами, похожими на плавники, вдоль висков...

'Может быть, это атлантиец?' предположил Разеаль.

"Ты разрушил мой ресторан!" — взревел мужчина, и его голос раскатился эхом по залу. "Кто заплатит за весь этот ущерб, а?!"​

Окружающая толпа, которая только начала подниматься на ноги, замерла.​

Мария, всё ещё стоявшая в кратере, моргнула в шоке, увидев, как гигант держит Разеаля за воротник, и от него исходит ярость, словно жар.​

Она шагнула вперёд инстинктивно, всё ещё слегка дезориентированная.​

"Он пропал..." — пробормотала она тихо, глядя на болтающегося Разеаля...​

Разеаль не отреагировал.​

Он не сопротивлялся. Он даже не нахмурился. Его тёмные глаза оставались спокойными, как всегда, глядя на мужчину тем же холодным, отстранённым выражением.​

На мгновение их взгляды сцепились — яростного синекожего гиганта и спокойного тёмноглазого мальчишки.​

Тишина стала удушающей, тяжёлой от напряжения.​

А где-то там, в дальнем конце разрушенного ресторана, женщина с жёлтыми волосами всё так же сидела и смотрела, подпирая подбородок ладонью; её губы были изогнуты в лёгкой, заинтересованной улыбке.​

"...Ну... он вроде как интересный" — снова прошептала она.