Вот так и прошло время.

Целых две минуты, медленных, тяжёлых и странно неподвижных.

Разеаль и Мария так и оставались в этом поцелуе, не двигаясь и не решаясь вдохнуть глубже. Вода вокруг казалась густой и тихой, словно даже океан затаил дыхание, боясь потревожить этот хрупкий миг.​

Рука Марии была сжата в кулак, пальцы вцепились в разорванную ткань одежды и слегка дрожали. Всё внутри кричало, чтобы она оттолкнула его, чтобы вырвалась, чтобы разорвала это, но она не сделала ничего.​

Потому что не могла.

Потому что понимала.

Её жизнь висела на этом поцелуе, по крайней мере ей тогда так казалось.​

И хотя унижение жгло изнутри, хотя отвращение всё ещё лежало тяжестью в груди, она заставила себя не шевелиться. Веки дрогнули и сомкнулись, губы были прижаты к его губам слишком крепко. Это не было мягко и точно не было нежно.. это было неловко, деревянно, плохо и неприятно. Оба почти не двигались, лица горели неестественным жаром, дыхание становилось быстрее и тяжелее, смешиваясь между ними в коротких промежутках, когда губы на мгновение расходились.​

Со стороны это могло выглядеть опьяняюще, жар, близость, напряжение, но для Марии это было мучением. Эмоциональным, ментальным и физическим.​

Слёзы беззвучно собрались в уголках глаз, скользнули по щекам и растворились в воде.​

Сердце билось рвано, не от нежности, а от боли и растерянности. И всё же внутри началось что-то странное. Среди жара, поднимавшегося в груди, расползлось новое ощущение, одновременно горячее и ледяное. Пульсирующий ритм, чужой и при этом пугающе знакомый.​

Тело реагировало.

Тепло стало острее, поползло по позвоночнику, как расплавленный огонь, а потом стекло вниз, как лёд. Кожа покалывала, а демоническое сердце, билось в груди так сильно, будто хотело вырваться. Мария чувствовала, что что-то меняется, и это было глубоко, нечеловечески.. будто внутри просыпалось что-то чужое.​

Губы чуть разошлись, и она выпустила неровный, дрожащий выдох прямо в его рот. Она не заметила, как обострились чувства, как ясно стал ощущаться слабый привкус крови в воде, его запах, тепло его кожи, всё вдруг стало слишком ярким, слишком близким.​

Демоническая природа сердца начинала брать верх и сращиваться с её человеческим телом. Эмоции перекручивались, боль смешивалась с чем-то другим, слишком опасно похожим на удовольствие.​

По телу растекался странный жар, пульс дрожал, кожу бросало в краску. Она не понимала, что с ней происходит, почему в венах одновременно огонь и мороз, почему сердце разгоняется всё сильнее с каждой секундой.​

Она не знала правды о том, что демоническое сердце, рождённое из Похоти и Гордости, пробуждается и заставляет смертное тело адаптироваться, эволюционировать. Поцелуй, каким бы унизительным он ни был, стал катализатором и запускал полную синхронизацию между ней и сердцем.​

А потом ледяная волна вдруг накрыла её целиком.

Тело Марии резко задрожало, по коже прошли волны энергии, и только после этого боль начала отступать.​

Раны, которые ещё недавно зияли и кровоточили, начали затягиваться прямо на глазах. Разорванная плоть срасталась, слабо светясь, пока демоническая сущность переписывала форму её тела. Пронзённый живот, рана, которая почти убила её, регенерировал, и кожа сомкнулась гладко, будто её никогда не касались.​

Даже тупая боль в груди начала исчезать. Колющая пытка, которая мучила её с момента пересадки, стала тише, спокойнее, словно то, что происходило внутри, наконец завершило свой ход.​

Мария почувствовала разницу мгновенно. Жжение в груди перетекало во что-то мягкое и устойчивое. Тело переставало дрожать, мысли понемногу прояснялись.​

Глаза, которые всё время были зажмурены, чуть приоткрылись. Мир плыл, мысли рассыпались, но паники уже не было.​

И вот так, спустя ещё несколько секунд, Разеаль наконец пошевелился.​

Он мягко отстранился, лицо оставалось таким же спокойным, как всегда. Рука разжала ворот её одежды, и губы разошлись.. связь оборвалась с еле слышным звуком выдоха между ними.​

Мария медленно моргнула, губы дрожали, пока она пыталась осознать, что только что произошло. В голове была пустота, но не от непонимания, а от изнеможения.​

Разеаль выпрямился и продолжал смотреть на неё сверху вниз. Багряные глаза были холодными и непроницаемыми. Не говоря ни слова, он полностью отпустил её, потом поднял руку к лицу и медленно провёл тыльной стороной ладони по губам, стирая след поцелуя.​

Ни эмоции. Ни выражения. Ничего. Только холод.

Он выглядел точно так же, как и раньше, спокойным, отстранённым и абсолютно невозмутимым.​

Мария несколько секунд не шевелилась. Она просто лежала, тяжело дыша, чувствуя, как сердце гулко бьётся в груди, а пальцы слегка дрожат.​

Когда она наконец заговорила, голос был слабым, но горьким.​

Разеаль посмотрел на неё, помолчал, а потом выпустил тихий выдох, не вздох и не облегчение, что-то между. "Ну что, довольна?" сказал он, и сарказм капал с каждого слова. Потом он положил ладонь ей на плечо и слегка похлопал, будто отмахивался от всего, что только что произошло.​

Не успела она ответить, как он наклонился и выдернул из её правой руки тёмную книгу, Книгу Неизбежного Зла, которую она всё это время прижимала к груди и даже не замечала.​

Мария моргнула, оглушённая и полусонная.​

Разеаль мельком взглянул на книгу и отвернулся. Лицо оставалось пустым, глаза были где-то далеко, движения резкими и точными, он даже не обернулся.​

"Я не довольна" сказала Мария вдруг. На этот раз голос звучал сильнее.​

Разеаль остановился и чуть повернул голову, посмотрел на неё краем глаза.​

Она медленно подняла руку и коснулась живота там, где только что была зияющая рана. Кожа была гладкой, полностью зажившей, без единого шрама. От этого зрелища в груди закрутился комок противоречивых чувств.​

Она сглотнула и продолжила. "Я не довольна" повторила она тише, опуская взгляд.​

Разеаль ничего не сказал.​

Мария неровно выдохнула, смотрела на свои руки, и голос стал мягче. Сила уходила, оставляя тихую пустоту. "Это был мой первый поцелуй..." прошептала она, и слова дрожали. Она слегка подняла взгляд к его лицу. "Мой самый первый."​

На секунду вода снова стала тяжёлой.

Разеаль встретил её взгляд. В багряных глазах тускло блеснул свет. Лицо оставалось пустым, но что-то в нём едва заметно сдвинулось. Через мгновение он отвёл глаза.​

"Знаешь что" тихо сказал он ровным голосом, "у меня это тоже был первый поцелуй."

Он посмотрел в сторону. "И я тоже не доволен."​

Говорил он твёрдо, но впервые без злобы, без отвращения, без яда. Только усталая честность.​

Мария моргнула, ошеломлённая, но... не поверила. Губы слабо изогнулись в горькой, наполовину насмешливой улыбке.​

"Тебе не надо врать" тихо сказала она и покачала головой. "Хотя бы не делай это настолько нелепо."​

В голосе было больше усталости, чем злости. Она не поверила ни одному его слову, конечно не поверила. Только дура поверил бы, что кто-то вроде него говорит это всерьёз.​

Она слабо хмыкнула, почти беззвучно, но смех получился пустым и сломанным. "Тебе и не свойственно придавать значение таким вещам.. Но ладно, спасибо, что попытался быть хорошим.. Только знаешь, хоть какое-то выражение на лице было бы лучше. Чтобы я не чувствовала, будто тебе вообще всё равно. Я понимаю, ты меня не любишь.. Но в следующий раз.. если заберёшь у какой-то девушки её первый поцелуй, будь с ней хотя бы чуть помягче. Для неё это всегда особенный момент.. Не то чт..." Она не договорила.​

Разеаль не ответил. Он постоял неподвижно, выражение лица оставалось пустым, но взгляд, едва заметно, задержался на ней дольше, чем следовало. Губы чуть сжались, будто он удерживал слова, которые не хотел произносить.​

Мария этого не заметила.

Она была слишком вымотана. Слишком опустошена. Она просто опустилась на холодное дно, волосы расплылись вокруг, взгляд уехал вверх и стал пустым. Она даже не заметила, как под кожей спокойным ровным ритмом пульсирует демоническое сердце.​

Мысли расплывались, веки тяжелели, будто от одного только сознания.​

Она ощущала только странную перемену в теле. Кровь будто стала легче, чувства острее. Всё вокруг было новым, резким, живым.​

Но внутри было пусто.

Сердце билось ровно, сильно, живо... но тупая боль в груди не отпускала. Осознание, что она отдала что-то ценное, то, что никогда не вернуть, и отдала человеку, которому было всё равно.​

Она тихо выдохнула и смотрела в пустоту.​

А Разеаль... просто стоял рядом. Молча. Смотрел на неё.

Ничего не говорил.

Тишина между ними висела тяжёлой, густой и невысказанной.​

Разеаль стоял, собранный и непроницаемый. Но внутри всё было далеко не спокойно.​

Он всё ещё чувствовал на губах остаток жара от поцелуя, и это тревожило. Нет, даже больше. Его это раздражало по-настоящему. Он ненавидел, как сильно его это цепляет. В груди было тяжело, мысли путались, чувства будто выкрутили на максимум. Каждая эмоция, каждый импульс раздражения или дискомфорта становились острее, громче, глубже, словно внутри кто-то поднял громкость до оглушения. Он слегка мотнул головой, заставляя себя держать привычную маску бесстрастия, но это давалось тяжелее, чем раньше. Он чувствовал, что эмоции больше не тихие и не ровные. Вампирская природа усилила всё. Самое мелкое ощущение теперь казалось в сотни раз сильнее.​

Он тихо цокнул языком и раздражённо потёр висок большим пальцем. Тц... будто эмоции совсем пошли вразнос.​

Прежний он просто махнул бы рукой. Посчитал бы поцелуй неприятной необходимостью, не более. Без веса, без мыслей, без заботы. Но теперь... игнорировать это было трудно. В груди сидело странное чувство, словно тяжёлый камень давит на рёбра.​

Мысль о том, что он поцеловал кого-то.. её из всех людей, выворачивала разум неприятным узлом. Он не любил её. Ни капли.. Он точно знает, что ему нравится и что нет. Так почему это ощущалось настолько навязчиво? Настолько личным?​

Может, это и было тем, о чём предупреждала система, усиленные эмоции и крайности. Вампиры не жили полумерами. В них не было середины, только голод и интенсивность. И теперь он чувствовал, что это значит.​

Тихий выдох сорвался сам собой, сдержанный, но настоящий. Багряные глаза дрогнули, и в этом дрожании было то, чего он не показывал лицом. Ему это не нравилось. Он ненавидел, что даже глаза стали выразительнее, что приходится сознательно давить реакцию, чтобы не выдать слишком много.​

Он медленно вдохнул и пробормотал: "Соберись."

Потом он посмотрел на Марию.​

Она лежала спокойно, отдыхая после хаоса. Дыхание стало ровнее, стабильным. К коже вернулся цвет. Демоническое сердце полностью прижилось, и он чувствовал исходящую от неё силу даже без навыков проверки.​

"Виллей" сказал он спустя паузу, тихо, но ровно. "Покажи мне её статус."​

[Не идеально,] отозвалась система в голове спокойным голосом. [Но я могу оценить её силу по ауре, которую она излучает.]​

В сознании мелькнула слабая рябь данных, и система продолжила, выводя перед глазами багровые светящиеся строки.​

[Анализ...]​

[Имя: Мария Грейв]​

Раса: Полудемон / Получеловек​

Ранг: S​

Атрибуты​

Сила: S+​

Ловкость: S​

Изначальная мана белой фракции (MP): B+​

Тёмная мана (DMP): SS+ (9.989 триллиона / 10 триллионов)​

Выносливость: S–​

Воля: A++​

Ментальность: S​

Харизма: S–​

Удача: Хорошая​

Стихийные сродства: Вода (средне-промежуточная), ??? (заперто)​

Грехи: Гордость, Похоть (заперто, базовое пробуждение Похоти)​

Навыки: ??? (невозможно проанализировать, пока не записаны прямые данные.)​

Глаза Разеаля едва заметно дёрнулись, свечение экрана отражалось в багряных зрачках.​

"...Воу. Просто... воу," пробормотал он себе под нос.​

Он ещё несколько секунд смотрел на характеристики, моргнул раз, потом второй и с раздражением сузил глаза.

"Это уже просто издевательство надо мной..." пробормотал он и медленно выдохнул носом.​

Половина его усилий держать себя в руках будто провалилась в бездну. Настроение, и без того сложное, стало ещё хуже.​

Он провёл рукой по длинным серебряным волосам и устало выдохнул. "Да вы издеваетесь..."​

Он почти физически ощущал, как в груди сжимается от абсурдности. Столько усилий. Столько бесконечных боёв. Миллионов смертей. Каждый шрам. Каждая капля крови что была пролита ради силы.

А она просто стала сильнее, потому что получила сердце.

Грёбаное сердце.

Это было нечестно.​

Он умирал.. миллионы раз, буквально, просто чтобы доползти до своего уровня. Каждая крупица силы была вымочена в боли, крови и тупом упрямстве.

А эта женщина? Получила демонический орган и вдруг стала S-ранга?​

Челюсть сжалась, глаза нервно дёрнулись, пока он смотрел на неё. "Это же... читерство... как у главного героя."​

Он не мог сдержаться, зависть резанула, как лезвие.​

Он снова пробежал взглядом по экрану, будто перечитывание могло сделать это менее нелепым.​

"SS+ Тёмная мана?" пробормотал он. "Да что это вообще такое? Десять триллионов маны? ДЕСЯТЬ ТРИЛЛИОНОВ???"​

Он провёл руками по лицу и медленно опустил их в неверии. "Она что с этим делать собирается, запитывать целое королевство?"​

Мысли закрутились, раздражение смешалось с завистью.​

Он ярко вспомнил свои бои, особенно схватку с Сильвой. Он тогда вбухал миллиарды маны, выжимая свою Способность Потока на максимум, на сто процентов. Это позволяло бить на полной мощности, не боясь отдачи.. и такой удар мог сравнять с землёй королевство или разломать горные хребты силой, похожей на тектонический сдвиг.​

Он знал, что значат эти числа. Он понимал масштаб.

И всё же... десять триллионов? Это было уже за гранью.​

"Это даже не сила" пробормотал он, наполовину себе, наполовину системе. "Это какое-то божественное дерьмо."​

"Она, наверное, может снести континент, если чихнёт неудачно" мрачно пробормотал он. "Кому вообще нужно столько мощи?"​

Одна мысль об этом кружила голову. Десять триллионов маны. С таким запасом она могла бы стереть с лица земли несколько королевств разом. Одна плотность маны могла бы искривлять реальность, если она не научится контролировать себя.​

Разеаль скрестил руки и смотрел на её обессиленно-спокойное тело. Раздражение постепенно оседало во что-то другое, в вынужденное, нехотя признанное восхищение.​

"Она теперь буквально ходячая катастрофа," пробормотал он, прищурившись. "И всё из-за этого проклятого сердца."​

Он снова вздохнул, пытаясь проглотить горький вкус зависти.​

Она просто получила пересадку и проснулась каким-то чудовищно сильным уродцем природы.

"Невероятно."​

И, как он и подозревал, у неё теперь было два запаса маны. Ещё удивительнее было другое. Её мана белой фракции, которая раньше держалась на C+, подпрыгнула на целый ранг и дошла до пика B. Он не мог это точно объяснить, но предположил, что дело в перестройке тела под сердце и побочных эффектах трансформации.​

А дальше, в общем, ничего неожиданного.

Она стала наполовину человеком, наполовину демоном.

Или наполовину дьяволом, как там правильно, Разеалю сейчас было плевать на нюансы.​

Он ещё несколько секунд смотрел на окно статуса, потом глубоко вздохнул и потёр переносицу. "Ну и хорошо для неё, наверное" пробормотал он.​

Он решил пока не зацикливаться. Если продолжать думать, это только сильнее закрутит его в раздражение, а на это просто не было терпения. Потом будет время, когда голова перестанет одновременно жонглировать завистью, усталостью и остатками эмоционального хаоса.​

Разеаль просто закатил глаза и снова посмотрел на Марию, лицо оставалось пустым.​

Каждая её характеристика была выше S-ранга, каждая, кроме Воли, которая стояла на A++. И даже это было всего в шаге от S. От абсурдности у него на лбу будто проступили тёмные жилки.​

Она получила усиление настолько дикое, что, по его ощущениям, она его просто не заслужила. Это не было заработано, это было подарено его руками и чистой удачей. И всё же он ничего не сказал вслух.​

Он завидовал. До боли. Но проглотил это унижение. Он не собирался ныть. В глубине он понимал, что это эффект демонического сердца, вещь за пределами логики. Да и сердца SS-ранга не валяются на дороге.​

Но всё равно это жгло.​

Он отвернулся и медленно выдохнул через нос. "Тц..."​

"Система" сказал Разеаль спустя паузу, голос стал спокойнее. "Покажи мои характеристики."​

Если она получила такой нелепый буст просто из-за пересадки, значит он, по идее, тоже должен был получить что-то безумное, верно?​

Он ведь теперь не просто вампир. Он Прародитель вампиров, исток и вершина всей расы. Самый чистокровный из всех. Должно же быть что-то впечатляющее, чтобы всё это стоило того.​

Ему это было нужно увидеть.

Иначе он правда может сойти с ума.​

Голос системы отчётливо прозвучал в голове. Знакомая интонация звучала спокойно, как шёпот на фоне бури мыслей.​

[Хост: Разеаль]​

Мировоззрение: Истинный злодей (неизменяемо)​

Раса: Вампир~ Прародитель вампиров (высший среди своей расы)​

Общий рейтинг / ранг: SS–​

Атрибуты​

Сила: SS​

Ловкость: S+​

Мана (MP): S-ранг (0 / 100 миллиардов)​

Очки крови (BP): 0​

(Примечание: Вы ещё не поглотили ни одного BP. Вы можете использовать собственную кровь как топливо, но при превышении определённого лимита это нанесёт серьёзный вред. Безопасной энергией считается только поглощённая кровь.)​

Выносливость: SSS (Полубессмертие: естественная смерть невозможна.)... Воля: SS– (Воля самого чистого и благородного существа.)​

Ментальность: SS+ (Естественно усилен из-за высокой совместимости как Прародителя вампиров и чистейшего существа-истока.)​

Харизма: SSS (Всё ещё самый уродливый прародитель из всех.)​

Удача: Отрицательная.​

Стихийные сродства:​

Тень (Высшее) (из-за владения высшим священным артефактом "Сердце Тени".)​

Некротика (крайне низкая)​

Кровь (средне-высшее) (врождённое как у Прародителя вампиров.)​

Багряные глаза Разеаля пробежали по светящемуся окну, он прочитывал строку за строкой и на губах начала появляться самая острая улыбка.​

От одного этого зрелища внутри поднялось что-то дикое. Наконец-то.​

"Ооо... вот теперь я могу драться" прошептал он, и голос дрогнул от тёмного восторга. "С удовольствием размажу их... Нова, Селена, Селестия... ждите меня. Я вернусь."​

Мысли стали острыми и беспощадными. Месть. Конечно, он её заполучит. Он унизит их. Заставит понять цену того, что они сделали.​

Раньше он не делал этого.. потому что был слабым. Но теперь нет.

Теперь он был SS-ранга.

Теперь у него был разум, контроль и присутствие, чтобы выжать свою Способность Потока до абсолютного предела без колебаний и без страха. Он мог бросить вызов миру, а может даже согнуть его, если захочет.​

Впервые он мог двигаться как хочет. Без цепей. Без ограничений.

Он мог быть свободным.​

Может, это и были усиленные эмоции вампирской родословной, но чувство поднялось сырым потоком, без тормозов. Вампиры не рождены для клеток сдержанности. Они существа голода и свободы.​

И сейчас он был именно таким.​

Разеаль не смог удержаться. Сначала вырвался тихий смешок, поднявшийся из самой глубины. "Кхфуфуфуфуфу..."​

А потом сорвало полностью.

"ХАХАХАХАХАХАХА!"​

Он запрокинул голову, одной рукой прикрыл лицо и рассмеялся тёмно, широко, почти красиво. Смех разнёсся вокруг, как звук безумия и освобождения, переплетённых воедино.​

Мария и Нептуния повернулись к нему, просто глядя, не понимая, что с ним вдруг произошло.