"Я не идеальна... никто из нас не идеален" произнесла Нова. Её голос звучал тише, лишённый всей той властности и резкости, с которыми её ассоциировали люди.

Это не было заявлением. Это было признанием... которое тяжелым грузом давило на неё даже в момент произнесения.

Она слегка сглотнула. Её взгляд всё ещё был прикован к Разеалю. Ищущий, почти умоляющий, хотя она ещё не сломалась окончательно.

"Просто... скажи мне... если где-то в твоем сердце... хотя бы малая часть... если в тебе ещё осталась часть, которая тянется ко мне... которой я нужна... у которой остались ко мне чувства... просто дай ей волю"

На середине её голос слегка дрогнул. Не потому, что она не знала, что сказать, а потому, что эти слова лишали её всего, за чем она всегда пряталась.

"Мне нужен только один шанс. Я знаю, что это причинит тебе боль... знаю, что тебе будет больно даже думать об этом... но нам обоим это нужно. Я знаю, что нужно"

Она сделала неглубокий вдох, пытаясь успокоиться. Но слова продолжали литься, потому что она знала: если остановится сейчас, то больше не сможет продолжить.

"Ситуации... ошибки... всё, что произошло... на это можно закрыть глаза. Это можно понять. Это можно простить"

Её глаза не отрывались от его глаз, даже когда голос стал ещё мягче.

"Все, что тебе нужно сделать — это спросить себя об одном... что важнее: эта связь между нами... или последствия той ошибки?"

Её пальцы слегка задрожали.

"Я знаю, что ты знаешь..." добавила она, и её голос немного сорвался "Что я этого не хотела. Я была глупой... высокомерной... безумной, раз сделала то, что сделала"

Теперь не было никаких попыток защититься. Никаких оправданий. Только чистое признание.

А затем.

Она пошевелилась.

Прежде чем кто-либо успел это осознать, Нова упала на колени.

Звук удара коленей о твёрдый каменный пол резко разнесся по пространству. Он прозвучал гораздо громче, чем должен был. Словно сам мир замер, чтобы запечатлеть это.

Удар не был мягким. Он не был контролируемым. Он был настоящим и болезненным.

Но она никак не отреагировала на боль.

Она осталась стоять там.

На коленях.

Смотря на него снизу вверх.

"Но теперь... я умоляю тебя, брат..." её голос звучал мягче, но был гораздо тяжелее, чем раньше "Пожалуйста... просто дай мне один шанс"

Её поза больше не была собранной. Больше не была гордой.

Она больше не была тем человеком, каким её знал мир.

"Чтобы доказать тебе..." продолжила она. Её взгляд оставался твёрдым, несмотря на подступающие слёзы "...что я больше никогда так тебя не разочарую"

Вот и всё.

Больше никакой защиты. Никакой гордости. Остались лишь её полностью обнажённые и искренние чувства.

И в этот момент.

Когда она внезапно рухнула на колени, сам воздух, казалось, замер. Словно мир на мгновение забыл, как дышать.

Глаза Разеаля дрогнули... всего на долю секунды. Но в это мимолетное мгновение в них промелькнуло что-то глубокое и нечитаемое.

Он посмотрел на Нову сверху вниз. По-настоящему посмотрел на неё. И то, что он увидел, не совпадало с образом, высеченным в его памяти за долгие годы.

Исчезла та непоколебимая, гордая девушка, которая когда-то сеяла хаос по всей империи, словно это был всего лишь лёгкий ветерок.

Исчезло то пугающее присутствие, которое без усилий внушало страх. Чьё одно лишь появление могло заставить даже самых сильных фигур — так называемых "шишек" — пасть на колени в смеси благоговения, ужаса и страха.

Жестокая, безжалостная... Так называемый "фиолетовый шторм" семьи Вирелан.

Та, о которой шептались как о безжалостной, непредсказуемой и неразумно опасной. И именно такой Нову знали все.

В такую Нову всегда верил даже он. Но человек перед ним... она была совсем не похожа на ту персону.

Это была не она. Она выглядела хрупкой. Маленькой... Почти сломленной.

Просто девушка... стоящая на коленях на земле... просящая об одном шансе.

И это... это выбивало из колеи гораздо сильнее, чем что-либо ещё, что она могла сделать.

Ривен, всё ещё в обличье старика, молча наблюдал со стороны. Его привычное весёлое спокойствие сменилось чем-то близким к искреннему удивлению.

Даже он, повидавший многое, не ожидал такого. Его глаза, теперь полные интереса и веселья, задержались на ней. Затем они ненадолго переместились на Разеаля, наблюдая и наполняясь тихим любопытством... но он ничего не сказал.

Нэнси и Ареон, которые всего несколько мгновений назад были поглощены собственным эмоциональным разговором неподалеку, тоже замолчали.

Их внимание полностью переключилось на разворачивающуюся перед ними сцену. Выражения их лиц сменились с беспокойства на неверие.

Они знали, кем была Нова Вирелан.

Все знали.

В конце концов, она была не просто очередной аристократкой или кем-то влиятельным.

Она была той, чья репутация достигла даже самых высоких уровней власти.

Даже их собственная мать Арабелла, герцогиня, которую боялись и уважали по всей империи, женщина, известная своим пугающим присутствием... Буквально названная самым безумным герцогом за всю историю Империи... И человек с таким титулом предупреждал их о Нове.

Не вскользь, не мимоходом, а серьёзно и очень осторожно.

И одно это говорило о многом.

Потому что, если кто-то вроде Арабеллы... та, которую саму называли одной из самых опасных в мире... чувствовала необходимость предупредить собственных детей о другом человеке, то с этим человеком не стоило связываться. Насколько же безумным нужно быть, чтобы о тебе предупреждал кто-то вроде неё?

И... таким был образ Новы.

Вот кем она была.

А теперь.

Видеть её такой...

На коленях...?

Умоляющей...?

Это не вязалось ни с чем из того, что они знали.

В этом просто не было смысла.

И именно поэтому момент казался таким тяжелым.

София и Мария тоже стояли молча. Обе наблюдали и обе понимали, что в это они не могут вмешиваться.

Но их мысли были разными.

София, в частности... не смотрела на саму ситуацию.

Она смотрела на Нову.

В её глаза.

И то, что она там увидела...

Заставило что-то внутри неё содронуться.

Потому что в них не было обмана.

Никаких манипуляций. Никаких скрытых намерений.

Только сожаление, только вина и только любовь.

Эти чувства были настольки искренни, что подделать их было невозможно.

София слегка нахмурилась. Её грудь немного сжалась, пока она продолжала наблюдать.

Ей не особо нравилась Нова, учитывая, как она с ней познакомилась...

Но... это был не тот человек, который пытался причинить боль Разеалю.

Это был человек, который уже сломал себя задолго до прихода сюда.

И по причинам, которые она не могла до конца объяснить... она хотела, чтобы он простил её.

Не потому, что заботилась о ней, или потому, что это было правильным или неправильным.

Не потому, что это всё исправит. А потому, что теперь она ясно видела: Они оба всё ещё были привязаны друг к другу так, что ни один из них не мог просто разорвать эту связь.

А если бы и смогли... они не стали бы свободными. Внутри они бы просто остались неполноценными.

Ей хотелось, чтобы Разеалю стало хоть немного лучше... наверное? И, может быть, Нова сможет помочь?

Да и она могла понять Нову... Возможно, с её стороны вина была не так уж и велика... это просто... просто ситуация была крайне неудачная, если так можно выразиться.

София слегка опустила взгляд. Она тихо выдохнула, оставив эти мысли при себе. Ей не следует вмешиваться.

Решение было за ним и только за ним.

Но всё же... она надеялась, что то, что произойдёт, произойдёт только к добру для него.

Нова оставалась на коленях. Её поза больше не несла в себе и следа её прошлой властности. И всё же в том, как она держалась, было что-то непоколебимо твёрдое. Словно падение на колени было не актом капитуляции, а решением, которое она приняла без колебаний.

Она медленно подняла лицо, чтобы снова посмотреть на Разеаля. Её взгляд встретился с его взглядом с тихой напряжённостью. Она не молила о сочувствии, но требовала понимания.

"И я не прошу тебя прощать меня просто так" произнесла она. Её голос оставался ровным, несмотря на бушующую внутри бурю. Каждое слово было взвешенным, но полным решимости.

"Я готова заплатить любую цену, которую ты пожелаешь... чтобы заслужить прощение, братец..."

Её пальцы слегка вжались в землю под ней. Она продолжила, не отрывая от него взгляда.

"Накажи меня... пытай меня... я не стану сопротивляться" На её лице не дрогнул ни один мускул. В голосе не было ни капли сомнения. Словно она уже смирилась с любым возможным исходом задолго до того, как произнесла эти слова вслух "Я буду рада подчиниться... чего бы ты ни захотел"

Её дыхание слегка дрогнуло, но голос не сорвался.

Вместо этого он стал глубже. Теперь в нём было что-то более опасное... не отчаяние, а решимость, доведённая до предела.

"Я готова сделать для тебя всё, что угодно. Только скажи слово"

Возникла короткая пауза... достаточная для того, чтобы вес этих слов осел... прежде чем она продолжила, пронзительно смотря ему в глаза.

"Я сожгу империю дотла, если ты этого хочешь"

Воздух вокруг них, казалось, замер от одной только этой фразы.

"А если ты захочешь, чтобы я убила Селену..."

Ее голос осекся.

Не потому, что она не могла этого сказать... а потому, что понимала, что это значило.

Последовала долгая, дискомфортная тишина. Она не сводила с него глаз, стоя на пороге того, что даже сама не могла представить, что произнесет.

"...или даже маму..." её дыхание едва заметно сбилось "...я сделаю это"

"Если это действительно то, что потребуется... чтобы загладить свою вину перед тобой"

Эти слова не прозвучали громко. В этом не было нужды.

Тихая уверенность в них несла в себе куда больший вес, чем мог бы любой повышенный тон.

Последовала тишина.

Не только вокруг них, но и внутри каждого присутствующего.

"Я готова" снова сказала Нова. Теперь мягче, но не менее твёрдо "Просто дай мне один шанс"

Её зрачки слегка дрожали, когда она смотрела на него снизу вверх. Сердце билось в груди так громко, что почти заглушало всё остальное.

Каждая секунда тянулась дольше предыдущей. Она ждала, не зная, ждёт ли она его решения... или отказа.

Разеаль посмотрел на неё сверху вниз. И на мгновение никто из них не проронил ни слова.

Пространство между ними стало тяжелым, удушающим. Оно наполнилось всем, что было сказано, и всем, что осталось невысказанным.

Вокруг никто не шевелился. Никто не вмешивался. Казалось, даже малейшее движение разобьет что-то хрупкое и необратимое.

Все смотрели.

София в шоке подняла брови. Она была совершенно не готова к чему-то подобному.

Глаза Марии оставались острыми и немигающими, подмечая каждую деталь происходящего.

Нэнси и Ареон стояли неподвижно. Их прежние эмоции и чувственный разговор были полностью отложены. Всё внимание было приковано к тому, что произойдёт дальше...

Даже Ривен, который редко позволял чему-либо выбить себя из колеи, молча стоял в своей маскировке. Он наблюдал за происходящим с редкой для него серьёзностью.

В конце концов, из уст этой девчонки прозвучали очень громкие слова и заявления. Неужели она могла зайти так далеко?

Не говоря уже о возможности их осуществления... Одно только произнесение такого требует огромных усилий.

Это было весьма похвально, а может, просто глупо?

А затем.

"Нет" Разеаль просто покачал головой.

Слово было простым, но несло в себе окончательность.

Ни гнева. Ни колебаний. Ни мягкости.

Только чистый отказ.

И при этом... дыхание Новы слегка сбилось, хотя она и не опустила взгляд.

"Но почему...?" спросила она. Голос стал тише. Он не срывался, но был напряжённым под тяжестью своих открытых и искренних эмоций "Я знаю, что ты меня понимаешь... знаю, что ты любишь меня... по крайней мере, какая-то часть твоего сердца всё ещё любит... Я знаю, что ты тоже этого хочешь"

Теперь в её словах слышалось замешательство. Не потому, что она не понимала ситуацию, а потому, что она не могла понять его.

Она полностью открылась. Сказала всё это. Была полностью искренней. И всё равно... он отказал?

Она не знала, что ещё может ему предложить, чтобы он простил её... чтобы дал один шанс.

Всего одна ошибка не должна была всё перечеркнуть между ними... Верно? Это просто так... неправильно...

Она не знала... просто не знала, что делать.

Её пронзила боль.

Глубокая. Острая.

Но она не подала виду.

Слёзы не потекли.

И хотя она уже давно перешла ту грань, когда они должны были хлынуть.

Она просто не позволила им.

Её глаза оставались прикованными к нему, твёрдые, отказываясь отрываться. Словно даже моргнуть сейчас означало бы потерять то, что она не могла позволить себе потерять.

Но внутри её сердце разрывалось на части с каждой прошедшей секундой. С каждым словом, которое он не сказал. С каждым шагом, который он не сделал ей навстречу.

"Я просто не хочу" сказал Разеаль. Его голос был спокойным, контролируемым и почти отстранённым.

"И мне не нужно объяснять почему" последовала короткая пауза, но он всё равно продолжил, словно что-то внутри требовало закончить начатое "Может быть, потому что... милосердие к виновным — это жестокость к невиновным"

Его взгляд не смягчился.

"А быть жестоким к самому себе..." тихо добавил он "Это последнее, что я сделаю"

В его голосе не было гнева. Никакой открытой горечи. Только нечто более холодное. Нечто окончательное.

Затем он посмотрел на неё прямо.

"Я имею в виду... поставь себя на моё место" сказал он ровным голосом, не меняясь в лице.

"Если бы всё, что случилось со мной... случилось с тобой... хоть ты и не знаешь большей части..."

Небольшая пауза.

"А я стоял бы там, где сейчас стоишь ты... ты бы простила меня?"

Его взгляд встретился с её взглядом.

"За то, что я сделал именно то, что сделала ты?"

Он пытался звучать твердо.

Пытался держать эту дистанцию.

Пытался сделать так, чтобы казалось, будто ответ не имеет значения.

Но сам факт того, что он спросил... означал, что он имеет значение.

Нова посмотрела на него.

По-настоящему посмотрела на него.

И на короткое мгновение она увидела это.

Его контроль... сдержанность.

То, как он так сильно держал себя в руках, что даже одна трещина могла бы разрушить его сдержанность.

И на её губах появилась слабая улыбка.

Не от счастья.

Не от облегчения.

А от понимания.

Потому что она знала... ему тоже было нелегко.

Она на мгновение опустила взгляд, задумавшись. Без колебаний. Без сомнений. Просто... искренне обдумывая его вопрос, хотя она уже знала ответ.

Затем она снова посмотрела на него.

"Простила бы" тихо ответила она.

Легкая улыбка осталась на её лице.

Мягкая... Непринуждённая и абсолютно искренняя.

Но... лицо Разеаля не изменилось.

"Ты лжёшь" мгновенно сказал он. Его тон был ровным. Уверенным. "И ты это знаешь"

Он не поверил ей. Ни на секунду.

Но Нова лишь медленно покачала головой.

"Нет... не лгу"

Теперь её голос был спокоен. Ровным и сильным, как никогда прежде. Не громче, а чётче.

"Поверь мне" произнесла она, не отрывая от него взгляда "Я бы действительно простила"

В её глазах не было ни тени сомнения, ни колебаний, ни попытки отступить.

"Знаешь почему?" тихо спросила она.

Последовала короткая пауза. Не натянутая, не драматичная. Ровно такая, чтобы позволить моменту улечься.

"Потому что я люблю тебя больше, чем саму себя"

Сказав это, она не отвела взгляд.

Сказав это, она не отвернулась. Не пыталась ничего смягчить, не искала способа сделать слова более удобными или спрятаться за слащавыми формулировками. Она оставила свою правду такой, какая она есть. Резкой, прямой и открытой. Чтобы он не просто услышал её, но и по-настоящему увидел.

В выражении её лица не было притворства, никаких попыток вызвать жалость. Только простая правда, которую она несла в себе всё это время и наконец высказала без утайки. Стоя там на коленях, когда между ними не осталось ничего, кроме того, что она только что обнажила.

Разеаль ещё несколько секунд не сводил с Новы глаз. Он смотрел прямо на неё, словно пытался найти что-то в её взгляде. Что угодно, что могло бы подтвердить или опровергнуть её слова. Но там не было ничего, за что он мог бы уверенно ухватиться. Ни трещины, ни колебания, ни нестыковки, чтобы назвать это ложью. И эта неопределенность раздражала его больше, чем любой четкий ответ.

Его челюсть слегка сжалась, а затем он тихо цокнул языком и слегка отвернул голову в сторону. Словно отмахиваясь от всего этого дела, не позволяя себе погрузиться в него ещё глубже.

А Нова внимательно наблюдала за этой незначительной реакцией. Слабая, тихая улыбка коснулась её губ. Это была не улыбка облегчения или победы. Она несла в себе понимание. Потому что она точно знала, что означает эта реакция и как сильно он пытается об этом не думать.

И Разеаль, не желая задерживаться в этом моменте ни секундой дольше, полностью переключил внимание. Он заставил свой разум сконцентрироваться на чём-то более практичном. На чём-то, что не затрагивало эмоций или прошлых ран. Поэтому он посмотрел на Нэнси, и его голос обрёл свою обычную контролируемую уверенность, когда он спросил: "Ты закончила?"

Нэнси, стоявшая рядом с Ареоном, слегка повернула голову на его вопрос. Её взгляд мельком скользнул по брату, прежде чем вернуться к Разеалю.

Возникла секундная заминка. Не потому, что она сомневалась, а потому, что понимала, что на самом деле значило "закончила" в этой ситуации. А затем она кивнула.

"Да" её голос был тише обычного, но достаточно твёрд, чтобы передать её решение.

"Хорошо" просто ответил Разеаль. Будто только это ему и было нужно — ни больше, ни меньше "Тогда, полагаю, пора отправить этих званых и незваных гостей обратно"

В его тоне звучала лёгкая нотка безразличия. Но оно было наигранным и контролируемым. Он перевёл взгляд на Ривена, который стоял всё в том же обличье старика, наблюдая за происходящим с весёлым спокойствием, которое почти никогда его не покидало.

Встретившись глазами с Разеалем, Ривен просто улыбнулся. Будто вся эта ситуация была не более чем интересным поворотом в игре, которой он уже наслаждался.

Нова, хранившая молчание на протяжении всего этого обмена репликами, сразу поняла, что имел в виду Разеаль. Тихая печаль отразилась на её лице. Не громкая, не драматичная. Просто едва уловимое изменение в глазах и слабо опущенные уголки губ. Реальность его решения стала как никогда ясной. Он не просто отвергал её. Он отказывался даже от самой возможности позволить ей остаться рядом с ним. И он не дал ей шанса даже попытаться что-то исправить. Это осознание ранило сильнее всего, что он до сих пор сказал. И всё же даже тогда она не позволила этому сломить её самообладание.

Она не стала... не стала плакать, не стала снова умолять, не протянула руку. Она просто приняла всё как есть. Нова медленно поднялась с земли, вставая на ноги с тихим самоконтролем. Её движения были твёрдыми, хотя сердце разрывалось на части.

"Эй" Голос Ареона прорезал напряжение, привлекая внимание Разеаля. Тот слегка повернул голову, сохраняя нейтральное выражение лица в ожидании его слов.

Ареон стоял рядом с Нэнси. Его осанка оставалась прямой, но во взгляде появилось что-то искреннее. Что-то совершенно лишённое той вражды и унижения, которыми раньше сопровождалась любая их встреча с Разеалем После короткой паузы он слегка кивнул.

"Спасибо... что спас мою сестру. Дважды"

Слова были простыми, но они несли в себе вес: признание, благодарность и что-то ещё, в чем он сам до конца не разобрался.

Разеаль с мгновение смотрел на него, а затем ответил лёгким кивком. Он принял его слова, не придавая моменту большего значения, чем следовало.

"Что ж" произнес он. Тон был небрежным, но взгляд — острым. "Дам тебе один совет... Будь осторожен с теми, кто окружает тебя сейчас и будет окружать в будущем... и с теми, кого решишь оставить в своём окружении с этого момента"

Ареон слегка нахмурился, не до конца понимая, что имел в виду Разеаль. Но что-то в том, как он это сказал, заставило отнестись к его словам серьёзно. И поэтому он снова кивнул.

"Я запомню это"

Сказав это, он бессознательно сжал руку Нэнси. Его мысли разрывались сразу в нескольких направлениях.

В конце концов, это был тот самый человек, который манипулировал им раньше, унижал перед всей империей, отравил его и втянул в ситуации, о которых он предпочел бы забыть навсегда. И всё же этот самый человек спас Нэнси. Не один раз, а дважды. И этот факт перевешивал всё остальное. Ареон не мог этого игнорировать. Это оставляло его в странном положении, где обиде больше не было места. Её заменило нечто сложное, но, несомненно, уважительное.

Через мгновение он снова полностью переключил внимание на Нэнси. Его лицо слегка смягчилось, когда он заговорил.

"Береги себя" его голос стал тише, теперь более тёплым "Не знаю, почему ты не можешь вернуться... или почему хочешь пойти с ним... но я верю тебе"

Нэнси посмотрела на него. Её глаза смягчились в ответ, хотя за ними скрывалась лёгкая грусть.

"Я все расскажу маме" добавил Ареон. Тон был ровным, но в нём слышалась тень неохоты. Словно он уже знал, что этот разговор будет не из приятных.

"Спасибо" тихо ответила Нэнси, кивнув один раз.

Она хотела сказать так много. Предупредить его, объяснить всё, что узнала. Рассказать правду о Ривене, о том, что происходило на самом деле... но не могла...

Теперь она ясно это понимала. Понимала наложенные на неё ограничения и последствия их нарушения. Поэтому она держала эти слова под замком внутри себя. Она выбрала молчание не потому, что хотела, а потому, что должна была. На данном этапе осторожность больше не была вопросом выбора. Не после того, как она осознала, кем и чем именно был Ривен. По крайней мере, не после понимания того, насколько опасным всё стало. Даже раньше, когда она не знала его истинной личности, он был достаточно опасен. Но сейчас... сейчас это было нечто совершенно иное, меняющее масштаб всего происходящего. И она знала, что должна действовать осторожно — не только ради себя, но и ради всех, кто с ней связан.

С этими мыслями она медленно отступила назад. Она мягко высвободила руку из хватки Ареона после того, как он в последний раз крепко сжал её. Между ними произошёл молчаливый обмен взглядами и нежеланием расставаться. Затем она развернулась и зашагала к Разеалю и остальным. Её шаги были твёрдыми, несмотря на тяжесть того, что она оставляла позади. Подойдя к ним, она остановилась рядом с Разеалем и заняла своё место, больше не сказав ни слова.

Ареон смотрел, как она уходит.

И он не пытался её остановить.

Он знал, что не сможет.

Но легче от этого не становилось.

В груди чувствовалась тяжесть. Он стоял там, провожая её взглядом, пока она не остановилась рядом с Разеалем. И только тогда он перевёл взгляд. Он поднял глаза, чтобы снова встретиться с взглядом Разеаля, и на короткое мгновение ни один из них не проронил ни слова.

Затем Ареон сделал небольшой вдох.

"Пожалуйста..." произнёс он. Голос стал тише, отбросив всё лишнее, и он заговорил лишь о том, что имело значение "Защити её ради меня"

Это не было требованием.

Это даже не было просьбой в обычном понимании.

Это было чем-то средним. Чем-то, что исходило из понимания: прямо сейчас человек, стоящий перед ним, был единственным, кто мог это сделать.

Услышав эти слова, Разеаль перевёл взгляд на Ареона. На мгновение в его глазах промелькнуло что-то, похожее на удивление. Будто он не ожидал услышать такую просьбу от него после всего, что между ними произошло. Но он не стал задавать вопросов, не стал ничего комментировать. Он лишь коротко кивнул в знак согласия. Он ощутил вес этих слов. А затем его внимание снова переключилось, на этот раз на Ривена. Его взгляд встретился с замаскированной фигурой, посылая тихий, ясный сигнал, который не нужно было озвучивать вслух.

Ривен сразу всё понял.

На его губах играла слабая улыбка. Он поднял руку медленно, почти лениво, словно то, что он собирался сделать, вообще не требовало усилий. Едва уловимым движением пальцев он начал вращать запястьем в воздухе. Пространство вокруг его руки слегка исказилось, прежде чем обрести чёткую форму. А затем, вот так просто, позади Ареона и Новы образовался портал. Его поверхность мягко пульсировала контролируемой, неестественной неподвижностью.

Его внезапное появление заставило их обоих отреагировать мгновенно.