15

Жить с человеком, который, несмотря на свои годы, так и не повзрослел, было невероятно утомительно. Они временно прекратили ссориться, потому что кричать больше не было сил, но холодная война между ними продолжалась.

Раймонду пришлось убрать одну из комнат на третьем этаже и поселиться там, так что единственным местом, где они могли пересечься, оставался первый этаж. Но тот человек, кажется, Фридрих, всякий раз проходя мимо, смотрел на него с таким выражением лица, будто увидел гигантского таракана. Сначала Раймонд не понимал, за что заслужил такое обращение, и даже злился, но день за днём гнев постепенно притуплялся. Вместо того, чтобы копить негатив, он решил полностью сосредоточиться на задаче превратить дом в пригодное для жизни место и лишь недавно сумел добиться весьма удовлетворительных результатов.

— Наконец-то всё.

Закончив самую муторную часть работы - чистку холодильника, Раймонд рухнул на кухонный пол. Рядом стоял мешок, доверху набитый всяким мусором: различными упаковками, сгнившей едой и тушкой дохлой крысы. Он закрыл безупречно чистый холодильник, встал и огляделся. Повсюду царила такая чистота, что невозможно было поверить, что всего пару дней назад дом походил на бомжатский притон. Он снял с пола все ковры и отмыл его с мылом, а странные обрывки бумаги, прикреплённые к стенам, собрал и приколол булавкой в одном месте. Занавески постирал дважды и снова повесил. Подушки и диван, которые были покрыты слоем светло-серой пыли, вновь обрели свой первоначальный мягкий коричневый цвет. Он привёл в порядок даже раковину и кухонные шкафы.

«Теперь-то не стыдно будет принять любого гостя» — подумал Раймонд.

Пока он осматривал созданную им уютную и чистую обстановку, со второго этажа донёсся скрип лестницы.

— С утра пораньше такой шум, просто кошмар.

«Уф. Какой неприятный тип».

Мужчина вошёл на кухню с чашкой, которую неизвестно когда в последний раз мыли. Раймонду было настолько противно находиться с ним в одном помещении, что он уже собирался взять мусорный мешок и уйти, как вдруг Фридрих резко остановился перед пустым обеденным столом.

— Куда делось то, что было здесь?

— Что именно?

— Газетные заголовки.

— Всю бумагу я собрал и положил на столик перед диваном.

Фридрих в ужасе резко обернулся.

— Какое право вы имели трогать мои вещи? Вы хоть знаете, как я их разложил?!

— Я сделал это, потому что вы устроили беспорядок. Столовая - это общее пространство.

— Да я с самого рассвета их по порядку раскладывал, сколько времени...

— А, так это вы шумели с самого утра? А я-то думал, огромная крыса завелась. Подобной «личной работой» занимайтесь у себя на втором этаже. Обеденный стол - это не ваш письменный.

— То, что было на стене в гостиной, вы тоже убрали? Вы что, с ума сошли?

— Сошёл с ума не я, это у вас безумные представления о порядке. И не втыкайте булавки в стены гостиной. Я уже четыре раза чуть не наступил на упавшую булавку. Если она воткнётся мне в ногу, вы отвечать будете? К вашему сведению, я и счёт за больницу потребую.

— Да тебя просто не прошибёшь! — взорвался Фридрих и швырнул чашку в раковину. Собрав со столика в гостиной разбросанные бумаги и материалы, он с грохотом поднялся наверх.

Раймонд с трудом подавил готовый вырваться вздох. Судя по его поведению, можно было бы подумать, что он какой-то избалованный мальчишка с характером похуже, чем у капризной принцесски. Неужели он никогда не жил в коллективе?

Когда Раймонд вымыл грязную чашку и поставил её на сушилку, у входной двери громко зазвонил телефон. Он вытер руки о штаны и неторопливо пошёл отвечать.

— Да. Фостер, 36.

В отличие от его безразличного тона, его поприветствовал как всегда жизнерадостный голос:

— Доброе утро, господин Гепперт! Как ваши дела в последнее время? Отношения с Фридрихом наладились?

— Здравствуйте, госпожа Козетта. Отношения? Прямо сейчас я составляю план, как бы мне выкинуть его из окна и не попасться. Хотите послушать?

— Пу-ха-ха! — Козетта на том конце провода весело рассмеялась. — Главное, чтобы я вас не поймала. Знаете, хоть он и кажется таким, на самом деле он довольно компетентен. Ценный кадр, будет жаль, если он так умрёт.

— Ну не знаю. У меня скоро разовьётся стереотип, что все компетентные люди - неряхи. Вы позвонили только, чтобы предостеречь меня?

— Ах, конечно, нет. Я хотела сообщить, что сегодня прибудут кое-какие вещи из «Федерации». И, возможно, в ближайшее время мы сможем поручить вам небольшое задание.

«Ах, задание».

Раймонд снова напомнил себе, что заключил контракт с «Федерацией». Хоть он пока и не до конца понимал, что к чему, и это пугало, но если он хочет как можно скорее вернуть огромный долг в тридцать миллионов кредитов, то об отказе от работы не могло быть и речи.

— Что за предметы?

— Скажем так, это оборудование для работы. Есть и минимальная защитная экипировка, необходимая для входа в аномальное явление.

— Вы и такое предоставляете?

— Ну, господин Гепперт, у вас пока нет достижений, поэтому ничего особо выдающегося я вам дать не могу, но если будете упорно трудиться, сможете получить и образ 4-го класса. «Федерация» ценит талантливые кадры.

Раймонд уже слышал от Йоханана, что «Федерация» постоянно испытывает нехватку персонала. Но если речь зашла об образах…

— Простите, а что именно представляет собой класс безопасности Липи?

— А, об этом вам подробно расскажет доставщик. Меня как раз вызвали, так что удачи! Если будут ещё вопросы, спросите у Фридриха. Ну всё, пока!

Раздался щелчок, и связь оборвалась. Раймонд застыл с телефонной трубкой в руке.

«Госпожа Козетта… вечно она как ураган: налетит и исчезнет. Хотя, если её вызвали, ничего не поделаешь… Видимо, она очень занята».

Раймонд, пережёвывая странное чувство лёгкой обиды, уже собирался повернуться, когда в дверь негромко постучали.

«Кто бы это мог быть в такое время?»

Подойдя к двери, Раймонд посмотрел наружу через глазок. Там стоял человек в чёрном костюме с большой сумкой-мессенджером, перекинутой через плечо.

«Кто это? Позвать Фридриха?»

Пока он колебался, из-за двери донёсся вежливый голос:

— Господин Раймонд Гепперт, вы здесь?

«О том, что я здесь, знают только госпожа Козетта, Фридрих и люди из «Федерации»».

Раймонд осторожно приоткрыл дверь.

— Господин Гепперт?

— Э-э, да. Это я.

— Здравствуйте. Я из «Федерации», — учтиво поприветствовал его гость. — Вот моё удостоверение, я пришёл с разрешения Козетты - это кодовое имя. Цель моего визита…

— П-подождите минутку. Не будем же мы здесь стоять, проходите, пожалуйста.

Раймонд отошёл в сторону, открывая дверь, но гость лишь с недоумением посмотрел на него. Какое-то время они просто молча пялились друг на друга, пока гость не произнёс:

— А-а-а, вы ведь недавно заключили договор подряда? И, насколько я знаю, у вас нет никакого подобного опыта. Верно?

— Да, опыта нет.

— Тогда понятно. Впредь, когда к вам придут посторонние, не стоит так беспечно впускать их внутрь. Обязательно проверяйте их документы, удостоверение «Федерации» и уточняйте, был ли их визит согласован по всем правилам.

— Что? Что ещё за…

Прежде чем Раймонд успел переспросить, ему вспомнилась история Козетты о том, как вырезали целую семью. Неужели тот инцидент тоже произошёл из-за того, что кто-то из членов этой семьи неосторожно открыл дверь? Слегка съёжившись, Раймонд впустил гостя. Тот, как ни в чём не бывало, прошёл в гостиную и сразу же сел на диван.

«Хорошо, что я успел почистить диван», — подумал Раймонд.

— Может быть, хотите что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо. Думаю, мне стоит сперва представиться.

Он достал из внутреннего кармана пиджака карточку и протянул её Раймонду. На глянцевой пластиковой поверхности рядом с фотографией был изображён логотип, который Раймонд уже видел в вестибюле здания «Федерации».

— Рад познакомиться. Моё кодовое имя Йона, что означает «голубь». Можете звать меня просто по имени. Я отвечаю за доставку припасов во Второй жилой район, включая и дом 36 на улице Фостер.

— Меня зовут Раймонд Гепперт. Приятно познакомиться.

— Прежде всего, от лица «Федерации» поздравляю вас с заключением контракта на оказание услуг. «Федерация» возлагает большие надежды на вас в деле сдерживания аномальных явлений, господин Гепперт.

Снова это слово - «аномалия». Люди из «Федерации» произносили его так же естественно, как дышали. Кажется, пришло время точно выяснить, что оно означает. Но можно ли вообще задавать такие вопросы?

Заметив сомнения Раймонда, Йона решил проявить заботу и заговорил первым:

— Я здесь в качестве доставщика, но могу ответить на ваши вопросы о «Федерации». В пределах того, что мне известно.

— Я в этом деле новичок, так что мой вопрос может показаться глупым, но... что конкретно означает «аномалия»?

— Ох.

Йона на мгновение замолчал. Как раз в тот момент, когда Раймонд уже начал упрекать себя за то, что вообще спросил, он, сохраняя свою обычную строгую осанку, произнёс:

— Аномалия есть аномалия.

— Что, простите?

— Боюсь, это единственный способ выразиться. Если вдаваться в детали, можно сказать, что это явление, которое не подчиняется логике мира, каким мы его обычно воспринимаем с помощью наших органов чувств.

— Не подчиняется логике?

— Приведу пример. Почему люди на этой планете могут стоять на земле? Из-за гравитации. Если я уроню яблоко, оно упадёт на землю в соответствии с законом всемирного тяготения.

— Верно.

— Если это логика и правила обычного мира, какими мы их знаем, то аномалия может как игнорировать эти законы, так и подчиняться им. Внутри аномалии, если уронить яблоко, оно может взлететь в небо, покатиться вбок или просто исчезнуть. Или даже превратиться в банан.

— Полный бардак.

— Аномалии проявляются в определённом радиусе. Этот радиус непостоянен, и невозможно предсказать, насколько большой будет область действия того или иного явления. То, что аномалия опасна, не значит, что её радиус велик, и наоборот, безопасная аномалия не обязательно мала.

— Тоже всё вперемешку?

— Да. Говоря более утрированно, некоторые аномалии могут быть размером с кончик иглы, а другие - охватить целый город.

— Размеры, выходит, бывают самые разные.

— В «Федерации» принято считать, что аномалия может влиять на человека, начиная с площади 3,3 квадратных метра, то есть 3,9 квадратных ярда. С этого момента мы подавляем аномалии и извлекаем из них образы.

«Значит, они определили минимальный размер аномалии, представляющей угрозу для человека».

Раймонд робко поднял руку.

— А почему возникают аномалии? Разве нельзя устранить саму причину их появления вместо того, чтобы гоняться за каждой по отдельности?

Он знал, что для избавления от муравьёв нужно уничтожить муравейник. Так почему бы не отследить и не устранить источник возникновения аномалий? Это ведь было бы проще. Он задал этот вопрос, исходя именно из таких соображений, но Йона покачал головой:

— Это невозможно.

— Что? Почему?

— Потому что для уничтожения аномалий придётся уничтожить саму эту планету, — ответил он, глядя на растерянного Раймонда.