29

До этого он слышал только об одной оккультной группировке – «Красной ведьме», которая занималась доставкой бомб и уничтожением семей сотрудников «Федерации».

«Значит есть ещё подобные организации?»

Раймонд невольно отступил на шаг назад. Фридрих, заметив его испуг, схватил его за руку и потянул к себе.

— Не все оккультные группировки одинаковы. И хотя у «Красной Ведьмы» и «Алхимиков» общее происхождение, сейчас они считаются совершенно разными организациями.

—Но…

— Вероятность того, что вам здесь причинят вред, стремится к 0%. У Фламеля нет на это ни сил, ни возможностей. Так что успокойтесь.

Раймонд сбросил руку Фридриха. Кончики его пальцев за это время стали ледяными. Он принялся усердно растирать ладони, пытаясь вернуть тепло, но это не помогало.

Бомба. Сточные воды, текущие по канализации. Отчаяние, охватившее его в момент падения. Нет, всё не так.

— Прошу прощения, — выдавил он из себя.

— Ну и мерзкое же начало рабочего дня. Тц.

— Фламель - алхимик, но он находится здесь по договору с «Федерацией». Он не наделён какими-либо полномочиями, как вы, я или госпожа Козетта. «Федерация» держит этого человека здесь в изоляции.

«Изоляция, значит».

Возможно, потому, что Раймонд и сам бывал в изоляторе, только сейчас он смог уловить настроение Николаса. Какой-то апатичный, словно ему всё надоело. Но раз уж у него договор с «Федерацией», наверняка обладает какими-то способностями. Хотя какими именно - непонятно.

— Он тот самый надёжный человек, о котором я говорил.

— Он может проанализировать хайвэй?

Раймонд задал этот вопрос без всякого умысла, просто, как говорится, для поддержания разговора. Но на лице Николаса Фламеля промелькнуло раздражение.

— Ты думаешь, я не способен? В вашей «Федерации» всех подряд записывают в оккультные группировки, но родословная алхимиков берёт начало ещё в эпохе Древнего Египта!

— Р-родословная?

— Да! Те, кто существует всего несколько сотен лет, смеют вставать в один ряд с алхимиками, идущими по стопам Гермеса? Не смешите меня. Алхимики с помощью элементов этого мира совершают величайшие подвиги…

— Давайте вернёмся к делу, Фламель. Ни у вас, ни у нас нет времени на пустую болтовню, — остановил его Фридрих.

Николас проворчал себе что-то под нос и замолчал. Раймонд снова и снова извинялся, стараясь смягчить его гнев.

Когда Николас наконец-то успокоился, он спросил недоброжелательным тоном:

— И всё-таки, зачем вы сюда припёрлись?

— Разве я не говорил? У нас есть заказ для вас.

Фридрих достал из кармана небольшой плотно закрытый флакон с прозрачной жидкостью, на котором была наклеена этикетка с надписью «Хайвэй», и передал Николасу.

— Что это?

— Необходим анализ состава. Эта жидкость связана с аномальным явлением. Говорят, сейчас это популярный наркотик.

— Значит, нечто неординарное.

— Его называют хайвэй. Я не знаю, какой эффект он вызывает, но, судя по названию, вряд ли это какой-то релаксант.

Николас немного подумал, затем вернул флакон и пристально посмотрел на Фридриха своими фиолетовыми глазами.

— Тебе было бы проще передать это «Федерации», но ты пришёл ко мне и платишь из собственного кармана. И в чём же причина? Как ты и говорил, «Федерация» держит меня в изоляции. Если они узнают, мне несдобровать.

— Думаю, учитывая, что именно вы руководите этой реставрационной мастерской, вероятность того, что «Федерация» узнает, невелика.

— Но она не нулевая. Выкладывай, в чём причина?

Фридрих ненадолго замолчал. Раймонду показалось, что он пытается подобрать слова.

— Я подозреваю, что здесь замешана «Красная Ведьма».

— Они, конечно, мастера фармакологии.

— Они проявляли себя наиболее агрессивно до недавнего времени. Конечно, как вы и сказали, можно передать хайвэй «Федерации», но он будет иметь более низкий приоритет, чем аномальные явления. Разве не будет полезнее для спокойствия Убежища, если я самостоятельно проведу расследование?

— Полезнее, как же, — усмехнулся Николас. — Ты не из тех, кто станет рисковать жизнью ради пустых слов. По крайней мере, раньше ты таким не был.

— В жизни всякое случается, не так ли? Так что, возьмётесь? Если нет, я поищу другого алхимика.

Николас сжал флакон так сильно, что костяшки его пальцев побелели. Самоуважение, эго и смысл существования алхимика зиждутся на знаниях, накопленных им за всю жизнь.

Гермес Трисмегист - основатель алхимии и само воплощение заветной мечты, к которой стремится каждый, кто ступил на путь алхимика. По его стопам следуют десятки, сотни, тысячи людей, поэтому даже малейшее отличие в уровне и качестве знаний между конкурентами может привести к совершенно разным результатам. 

Алхимия – это одновременно и наука, и религия, посвящённая исследованию неизведанного. Алхимики не ограничиваются расшифровкой Изумрудной скрижали и созданием золота. Они - путешественники, ищущие вечность между неопределённостью и возможностью. Однако ими движет не низменное желание обрести бессмертие. Просто именно там находится конечная точка пути, указанного Гермесом Трисмегистом, основателем алхимии(1).

Как он смеет задевать гордость того, кто поставил на кон свою жизнь ради этих изысканий?

Николас понимал, что он специально его провоцировал, но от этого его возмущение не становилось меньше.

— 30 тысяч кредитов. Работа займёт около недели.

— 26 тысяч.

—Ты что сын торгашей?

— Да.

«Сукин сын».

Николас, сдерживая желание ударить его, сказал:

— 28 тысяч и не кредитом меньше.

— Договорились. Переведу деньги в течение дня.

— А теперь проваливай отсюда.

Фридрих пожал плечами:

— Я и так собирался уйти.

Сделка вышла вполне удовлетворительной. Пришлось потратиться, но с учётом того, что нужно сохранять конфиденциальность, данный вариант не так уж и плох. Навыки этого типа не вызывают сомнений, и даже если «Федерация» проверяет записи о посещениях, он может сказать, что привёл Раймонда на экскурсию, чтобы показать ему лабораторию.

Раймонд, слегка съёжившись, прошептал Фридриху на ухо:

– Может, мне стоит помочь?

– Что?

– Ну, это же 28 тысяч кредитов. Если перевести в старые деньги, это больше 10 тысяч фунтов. Разве вам не будет сложно выплачивать такую сумму из собственного кармана? Может, нам стоит разделить расходы?

«Этот мальчишка… он за кого меня принимает?»

Фридрих, крайне редко теряющий дар речи, уставился на Раймонда. Но в его зелёных глазах читалась лишь искренняя обеспокоенность. Похоже, он не шутит. Фридрих хотел было огрызнуться: «Я что, похож на человека, который по чужим карманам шарит?», но подумал, что спорить с ребёнком как-то несерьёзно, и решил оставить эту затею.

— Нет, не стоит. У меня достаточно денег.

— Правда? Но…

— Я уже несколько лет работаю с «Федерацией» и постоянно откладываю. У меня нет никакого интереса к еде или одежде, так что мне попросту некуда их девать.

— Теперь мне даже как-то неловко.

— С чего бы? Это же мои деньги.

Николас с укоризной посмотрел на них обоих и сделал шаг назад.

— Хорошая из вас парочка, конечно, но не могли бы вы выяснять отношения где-нибудь подальше от реставрационной мастерской? Разве вы не видите, что люди заняты?

— Мы уже уходим. Только перед этим мы бы хотели взглянуть на реставрационную образов Безопасного класса. В какой она стороне?

— Я позову проводника. На выходе вернёте его обратно.

К удивлению Раймонда, Николас свистнул, словно подзывал охотничью собаку, но как только кто-то приблизился к ним со стороны верстака, он спешно пригладил волосы. К ним вышла девушка, нёсшая стопку покрытых пылью старинных фолиантов. Как и остальные, она была белую униформу с передником, но вот номер на груди у неё отсутствовал.

— Вызывали?

— Проводи этих людей в реставрационную образов Безопасного класса. Я сейчас немного занят.

— Поняла. Приступаю к сопровождению посетителей. Прошу вас, следуйте за мной.

Её четкий монотонный ответ казался странным. Совершенно ровная интонация, выверенные, словно у солдата, движения. Кроме этого, сложно было сказать что-то конкретное, но она вызывала сильное чувство неловкости.

Фридрих, как ни в чём ни бывало, последовал за ней, а Раймонд поспешно пристроился сзади и спросил:

— Как зовут эту девушку? Как-то нехорошо просто так следовать за человеком, даже не представившись.

— Имя? Кажется, Эн-Эф… или что-то в этом роде.

— Как можно запоминать имена по буквам?! Странный вы какой-то.

В ответ Фридрих вздохнул:

— У вас впервые здесь гость. Было бы неплохо представиться.

Как только он обратился к ней, девушка сразу же остановилась и обернулась. Её абсолютно бесстрастное лицо выглядело таким холодным, будто в ней не было ни капли жизни.

— Представляюсь. Я – усовершенствованный гомункул модели NF-876294A97Q. Базовое значение команды ввода - NF-876294. Создатель – Николас Фламель. За подробной информацией обращайтесь к создателю.

— Вот как. NF-876294, значит.

— Что? Какой ещё «кулус»?

— Гомункул. У каждого уважающего себя алхимика есть такая кукла.

— Что-то вроде машины?

— Внутри неё нет шестерёнок. По составу она мало чем отличается от человека. В зависимости от предпочтений алхимика можно укрепить поверхность кожи или заменить материалы. Но я не знаю подробностей.

— Но тогда получается, что она человек?

— Кукла.

— Вы сами сказали, что по составу она идентична нам.

— Это кукла. Не путайте не-человека с человеком. У них нет свободы воли, они лишь подчиняются приказам создателя. Они принимают заранее введенные инструкции и условные запросы. Это, если угодно, своего рода говорящие светофоры.

В коридоре, по которому они шли вслед за гомункулом, расстояние между лампами постепенно увеличивалось, и всё вокруг плавно погружалось во мрак.

Раймонд не понимал. Если состав схож с человеческими, разве это не человек? Что значит нет свободы воли? Как это можно определить? Если они полностью идентичны людям с головы до пят, как у них может не быть свободы воли? И что важнее: где алхимик Николас Фламель вообще достал материалы, столь похожие на человеческие, чтобы создавать гомункулов?

— Мы прибыли. Это реставрационная ментальных образов Безопасного класса. В настоящее время все ментальные образы деактивированы, однако существует вероятность непредвиденных ситуаций, поэтому, пожалуйста, будьте осторожны во время осмотра.

— Благодарю.

— Когда закончите осмотр, пожалуйста, сообщите мне, и я провожу вас к выходу. Инструктаж окончен.

После этих слов гомункул в облике юной девушки замер, будто окаменел. Раймонду это зрелище показалось крайне странным. Он не мог избавиться от чувства дискомфорта. Он не понимал ни намерений алхимиков, создающих человеческие подобия и принижающих их до уровня кукол-гомункулов, ни того, как к этому следует относиться.

С тяжёлым сердцем он переступил порог реставрационной. В тот же момент коридор залил красный свет, и воздух прорезал оглушительный вой серены.

— Экстренное оповещение. Экстренное оповещение. На седьмом подземном этаже активировался ментальный образ класса Ибрис. Руководителю второй группы поддержки реставрации Николасу Фламелю поручено установить местоположение объекта и обеспечить его возвращение. Повторяю: на седьмом подземном этаже активирован ментальный образ класса Ибрис…

(1)Изумрудная скрижаль — важнейший памятник герметизма, получивший широкое распространение в латинском переводе. Согласно легенде, текст скрижали был оставлен Гермесом Трисмегистом на пластине из изумруда в египетском храме и обнаружен на могиле Гермеса Апполонием Тианским, по другой версии — Александром Македонским

Гермес Трисмегист — легендарная синкретическая фигура, объединяющая черты греческого бога Гермеса и египетского бога Тота, «Триждывеличайший» (отсюда и имя). Он считается основателем герметизма, автором мистических текстов ( Герметический корпус, Изумрудная скрижаль), содержащих теософские и алхимические учения о единстве мира, принципах соответствия («как вверху, так и внизу»). В разных традициях его почитали как великого мага, философа и пророка, предвестившего приход Христа.