4

Страх заполнил его мгновенно опустевшую голову. Ему не говорили, что доставлять придётся такое. Он-то думал, это будет какая-нибудь контрабанда, запрещённая к проносу в Убежище или, может, лекарства. Но бомба? Да ещё которая взорвётся всего через тридцать минут? И это нужно отдать охраннику у чёрного входа универмага? Да кто там вообще стоит за этим, чтобы…

В этот момент в голове Раймонда словно что-то щёлкнуло, и всё встало на свои места. Его заказчику нужен был не просто курьер. Ему нужен был козёл отпущения. План заключался в том, чтобы лицо курьера отчётливо засветилось на камерах наблюдения возле универмага, и тогда он уже никак не смог бы отвертеться от того, что доставил бомбу. Он не знал, почему заказчик хотел взорвать универмаг и уничтожить бесчисленное множество ни в чём не повинных людей, да и не хотел знать. Но теперь, как только доставка будет завершена, он станет преступником, которого объявят в розыск все правоохранительные органы Убежища.

Даже если он передумает и не пойдёт в универмаг, если он не избавится от этой сумки, перед ним маячила перспектива погибнуть от взрыва. А если по счастливой случайности он не умрёт и не получит серьёзных ранений, то заказчик, скорее всего, не оставит его в покое за невыполненное поручение. Для человека, который готов взорвать целый универмаг, вряд ли будет проблемой убить одного гражданского, провалившего его задание.

Раймонд крепко сжал ремень сумки. Ладони стали мокрыми от холодного пота. Осталось около двадцати девяти минут. После этого бомба взорвётся, и ничего уже нельзя будет исправить. Нужно что-то предпринять. Может, пойти туда, где нет людей? Но чтобы добраться до Промышленного района, где, скорее всего, будет меньше всего жертв, потребуется больше двух часов. А если где-нибудь глубоко закопать? Но он не знал, насколько мощным будет взрыв. Если небрежно закопать где попало, ущерба может быть ещё больше.

Крепко прижимая к себе сумку, Раймонд побежал против движения огромного людского потока.

— Простите, на минутку, я пройду! — выкрикивал он. Люди косились на него, испуганного, мечущегося, покрытого холодным потом, и безразлично проходили мимо. Один из прохожих, с которым он сильно столкнулся плечом, даже схватил его за руку.

— Минутку, вы…

— Прошу прощения, я сейчас занят, извините. Мне очень жаль.

Отмахнувшись от руки в чёрной перчатке, Раймонд огляделся. Небо постепенно темнело. Словно бросая ему вызов, сверкали и сияли огнями здания, гремела музыка. В воздухе носились рекламные дроны, извергая потоки вульгарной рекламы. В верхней части купола мигали предупреждения об экономии ресурсов. Вокруг стоял шум и гвалт, были слышны смех и крики зазывал, оповещающих о скидках на товары. Экономический район - самое оживлённое место в Британском Убежище. Куда ни глянь - толпы людей, и в ближайшие полчаса отсюда точно не выбраться. Раймонд почувствовал, как у него подкосились колени. Он рухнул на землю, и над его головой зашептались прохожие, но он ничего не слышал. Резкий звон в ушах становился всё громче.

«Что же делать? Что, если бомба взорвётся прямо здесь? Я умру? Конечно, умру».

Смерть его не волновала. Если бомба взорвётся у него под боком, он даже боли почувствовать не успеет. Но он жил не для того, чтобы умереть вот так. По крайней мере, свою смерть, её способ, он хотел выбрать сам, а не погибнуть, как террорист-смертник в Экономическом районе! Перед глазами всё поплыло.

«Думай, Раймонд Гепперт. Ну же, думай!»

Капля холодного пота скатилась по щеке и упала на крышку люка под ним. Раймонд уставился на его латунную поверхность и вдруг вскочил на ноги.

— Вот оно!

От его крика окружающие снова обернулись, но ему было не до них. Как-то раз он слышал, что в далёком прошлом, на заре строительства Британского Убежища, некоторые люди, обеспокоенные загрязнением почвы и воды, настаивали на возведении Убежищ в виде идеальных сфер, полностью изолирующих их от земли. Однако в реальности это оказалось невозможным, в том числе и из-за бюджетных ограничений, поэтому Убежища строили в виде полусфер, сосредоточившись на защите человечества от загрязнения воздуха. Благодаря этому удалось захоронить под землёй различные вредные объекты и громоздкую общественную инфраструктуру, а люди на поверхности смогли жить в чистом городе, словно из него вырезали всё ненужное.

Раймонд вскочил на ноги и снова побежал. Он протиснулся в узкий проулок между магазинами, которыми была застроена 1-ая авеню. За одним из зданий, где стоял спёртый затхлый запах, на земле виднелся канализационный люк. Старый, ржавый и грязный, но это не имело значения. Если сюда никто не приходит, тем лучше! Ощупав крышку люка, он наткнулся на скобу, за которую можно было ухватиться, и отверстие, куда помещались два пальца. Но заклинивший люк, конечно же, не поддавался так просто. В конце концов, притащив метлу, прислоненную к двери чёрного хода какой-то лавки и долго провозившись с ней, он смог использовать её как рычаг и с трудом поднять тяжёлую крышку. Ему в лицо ударила едкая вонь, и он с сумкой за плечом спустился глубоко вниз, в кромешную тьму.

«Первый канализационный коллектор, ближайший к поверхности. Может, есть и другие, ведущие ещё глубже?»

Стены были скользкими, и откуда-то доносилось журчание воды. Сточные воды, доходившие до щиколоток, были чуть тёплыми и вызывали отвращение. Вдобавок ко всему, его обоняние постепенно атрофировалось от резкого запаха. Но сейчас было не до жалоб.

«Быстрее, ещё дальше. Как можно глубже, еще ниже, чем сейчас»

Тьма сдавливала ему грудь. Не было видно ни зги, поэтому он то и дело поскальзывался и падал. На тяжелом взрывном устройстве, которое он вытащил из сумки, отчётливо мигали цифры «02:14».

14, 13, 12…

Склизкий потолок канализационного туннеля становился всё ниже. Раймонд сначала согнулся, а потом ему пришлось двигаться почти ползком.

5, 4, 3…

Его собственное хриплое дыхание отражалось совсем рядом. Какая-то жидкость попала ему в рот, но он решил не думать о её происхождении.

50, 49, 48…

Опёршись на правую руку, он с запозданием осознал, что скользкий от нечистот и мха пол внезапно исчез. Потеряв опору, его тело рухнуло в бездонную пропасть. Послышался тихий вскрик, а за ним зловещий хруст.

20, 19, 18…

Раймонд с открытыми глазами лежал на дне подземного коллектора в сточных водах, не доходивших ему даже до голени. Он отчётливо слышал, как сломался его позвоночник. Сознание было ясным, но что-то в теле, казалось, вышло из строя. Пальцы шевелились, но ноги не слушались. Чувствуя тупую боль в спине, он с вывернутыми под неестественным углом рукой и шеей видел то, что в обычном положении увидеть было бы невозможно.

1, 59, 58…

Красные цифры, мерцавшие вдалеке, замигали.

«Если это вся цена за жадность, за смелость покуситься на 50 000 кредитов, то я ещё дёшево отделался», — отрешённо подумал Раймонд.

47, 46, 45…

Он ещё в приюте узнал, что такое голод и холод. Они пожирали человека изнутри, делали его жалким. Словно паразиты, они вскармливали собой отчаяние и одиночество, поглощая мечты и надежды. В ушах снова эхом отозвался голос директора приюта:

— Вы грязные ублюдки, в вас нет ни капли ценности. Вы, чёртовы выродки! Из-за таких бесполезных семян, как вы, наше Убежище превращается в помойку!

20, 19, 18…

Было холодно. В смрад вплетался запах крови. Наполовину погружённая в воду бомба продолжала мигать, рядом валялись мокрая сумка и он сам, умирающий.

5, 4, 3.

Надеясь, что не зря сюда спустился, Раймонд позволил одолеть себя ужасной сонливости.

«Прости, Олив. Сегодня не смогу принести обезболивающее. Пиони, прости, что твой ужин остынет. Хейзел, прости, что больше не смогу с тобой играть».

Тонкий писк затих, а затем барабанные перепонки лопнули, и чёрное до этого зрение залило белым. Это был конец.

***

Внезапный загадочный взрыв прогремел под землей в Экономическом районе. Торговая улица, расположенная недалеко от 1-ой авеню, была полностью разрушена. Близлежащие водопроводные трубы также оказались повреждены, из-за чего Экономический район временно закрыли, объявив о начале срочных восстановительных работ. Место происшествия огородили сигнальной лентой и барьерами, чтобы не допустить проникновения гражданских. Однако владельцы магазинов, внезапно лишившиеся возможности работать, стали один за другим заваливать правительство Убежища жалобами. Не выдержав их напора, правительство издало указ о выплате компенсаций частным предпринимателям и пострадавшим гражданам, но для определения размера компенсаций было решено провести осмотр места происшествия с целью выяснения причины взрыва.

За день до прибытия полевого инспектора от правительства Убежища.

На тихой улице с закрытыми магазинами не было ни души. Только изредка появлялись незваные гости - покупатели с соседней улицы, заглянувшие поглазеть на масштабы катастрофы.

К месту взрыва, где слышалось лишь гудение уличных фонарей, кто-то приближался.

— Господин Фридрих, вы точно уверены?

— Ставлю 5000 кредитов, что мне не показалось. Хоть и слабый, но это точно был запах «Красной ведьмы».

— Вы так уверены, хотя это был всего лишь запах.

— Вот увидите.

Двое человек перелезли через барьеры и жёлтую ленту. Одним из них был мужчина со слегка растрёпанными белыми волосами, одетый во всё чёрное. Другой - женщина в ничем не примечательном коричневом пальто и деловом костюме. Они подошли к самому краю чёрной дыры, разверзшейся, словно пасть, и заглянули вниз.

— Порох, — сказал беловолосый мужчина.

— Верно. Значит, версию со взрывом из-за давления в водопроводных трубах можно отбросить. Вам внизу что-нибудь видно?

— Стараюсь разглядеть. Но я тоже не отличаюсь хорошим ночным зрением.

Женщина высунулась над бездной, куда не доставал даже свет уличных фонарей, но не смогла ничего толком разглядеть.Однако мужчина, пристально вглядываясь вниз своими голубыми глазами, вскоре удивлённо приподнял бровь.

— Там кто-то есть.

— Кто? Может, гражданский, попавший под взрыв? Или аномальное явление?

— У меня есть догадки, но одно могу сказать точно: причина взрыва не аномальное явление. Однако, прежде чем выяснять подробности, я бы хотел связаться с чистильщиками Ассоциации и забрать то тело.

— Вы же говорили, что в этом замешаны «Красные ведьмы»? Что, если это их подопытный?

— Одному лишь Богу известно, что они замышляют. Но, по крайней мере, я смогу выяснить, зачем им понадобилось взрывать Экономический район. Для этого мне и нужно то тело.

С этими словами мужчина медленно выпрямился. На фоне тёмной предрассветной улицы его белые волосы, ниспадающие на плечи, заблестели в тусклом свете фонаря. Он указал вниз рукой в чёрной кожаной перчатке и произнес:

— Будь то невезучий горожанин или пособник «Красных ведьм» из секты Хайресис, я покажу вам, как много можно узнать из простого куска мяса. Вызывайте чистильщиков.