46

Его белые волосы развевались на ветру. Он бежал по Убежищу, где рушилась граница между сном и реальностью. Окружающие манили его к себе, пытаясь затянуть в свои собственные идеалы, но он ни разу не посмотрел по сторонам.

Из коммуникатора на его запястье донёсся треск:

— Фридрих, ты меня слышишь? Я всё правильно делаю?!

Вокруг раздавался оглушительный шум разрушающихся конструкций. Мужчина по имени Фридрих ответил:

— Продолжайте тянуть время. Кем бы ни было это существо, британское отделение сейчас с ним не справится.

— Минутку, что?! Тогда зачем вы просите нас тянуть время?

— Потому что у него есть уязвимое место. Я прошу вас продержаться лишь до тех пор, пока мы его не найдём.

— Ищите быстрее! Того, что мы взяли с собой, и близко не хватит! А, оно идёт, идёт!

На этой панической ноте связь оборвалась.

Фридрих встряхнул рукой, проверяя устройство, но на маленьком дисплее светилась лишь надпись: «Соединение нестабильно».

— Чёрт. И надо же было именно сейчас…

Он бежал, подавляя подступающую тошноту, и остановился, лишь добравшись до Третьего жилого района. Вокруг всё по-прежнему пребывало в полнейшем хаосе. Здесь сосуществовало то, чего быть не может, и то, чего быть не должно. Фридрих прижал кончики пальцев к вискам и заставил себя сделать глубокий вдох.

«Думай, Фридрих Пейн. Думай».

Появление масштабной аномалии - отнюдь не случайность. А значит, нужно выяснить, что происходило до и после её возникновения. Аномальные явления, которые и без того множились в геометрической прогрессии, вспыхнули одновременно.

«Федерация» отдала приказ о полной боевой готовности всем подразделениям. Аномалия двигалась от окраины Убежища прямиком к Центральному району.

Нет. Всё не так. Аномалии появлялись по мере его приближения. Это неопознанное создание вызывает их одним лишь фактом своего существования.

Обладает ли оно способностью осознавать реальность? Вовсе нет. Гигантская аномалия просто шла. Хотя из-за своих размеров она крушила всё вокруг, она не совершала актов насилия: не громила армию и полицию, не пожирала людей. Аномалия просто шла напролом, словно её единственной целью было разрушить купол.

Если предположить, что у этого существа нет полноценного интеллекта, то должна существовать иная система управления, контролирующая его. Некое разумное существо с чёткими намерениями и целями.

Фридрих плотно закрыл глаза.

«Будь я тем самым разумным существом…»

Ему понадобилось бы место, откуда можно было бы увидеть, как рушится купол, и в то же время оставаться в безопасности. Давайте выделим условия для такого места: самая высокая точка в округе, откуда можно наблюдать за Центральным районом. Там, где проходит много людей, чтобы не вызывать подозрений.

Он знал только одну локацию, которая соответствовала всем этим условиям.

Фридрих заскрежетал зубами.

— Безумцы!

***

— Сколько ещё раз, до того, как всё закончится?

— Три или, может быть, четыре.

— Мне кажется, это займёт чуть больше времени, — пробормотала девочка с заплетёнными в две косички рыжими волосами, подперев подбородок руками.

Лилит с закрытыми глазами, сосредоточенная на подсознательном единении с Раймондом, спросила:

— Тебе кажется, что купол слишком прочный?

— Да. Не умрёт ли Раймонд до того, как придёт Мама? Посмотри, они палят из чего-то огромного. Наверняка это «Федерация Сохранения Человечества». Бедный Раймонд.

— Ты слишком много волнуешься. Это семя Матери, которое сотни лет росло в Котле Дагды. Его не так-то просто победить современным оружием.

— Ой, сейчас они выстрелили в глаз. Плохие люди. Разве Раймонду не больно?

— Кажется, ни той, ни другой стороне это не наносит особого урона. Человек Раймонд сейчас бьёт пиньяту. И настоящий Раймонд выглядит в порядке.

— Настоящий Раймонд?

— Тот облик и есть настоящий Раймонд. Это образ, сбросивший оковы реальности через Хайвэй, Дина.

— Старшая сестрёнка, ты такая умная.

Девочка по имени Дина широко улыбнулась своим веснушчатым лицом. Она встала, отряхивая зелёный кардиган и подол белой юбки. Из-под её одежды вместо человеческих ступней виднелись оленьи копыта, покрытые рыжей шерстью.

— Ты знала, что у Раймонда такая особенность организма? Ре… как там это называлось?

— Резонанс.

— Точно, резонанс. Умение хорошо входить в резонанс с аномалиями.

Лилит усмехнулась. Да, у него есть особенность: он необычайно сильно подвержен влиянию аномалий. Похоже, в «Федерации» это называли «коэффициентом аномальной эрозии» и старались контролировать его так, чтобы он не превышал определённого значения. Но у Раймонда этот показатель взлетал до небес, стоило ему лишь ненадолго оказаться в зоне аномалии. Согласно сведениям, полученным от шпиона в «Федерации», во время его первого поручения уровень эрозии поднялся до опасного предела, что вызвало изменения в организме, из-за чего ему даже пришлось сменить тело. Впрочем, если бы он изначально не был способен так легко отбрасывать законы материального мира, он бы не смог создать аномалию в морге.

— Я не знала об этом, пока не провела отдельное расследование. А что, похоже, будто я знаю о нём всё?

— Сестрёнка, разве тебе не нравится человек по имени Раймонд?

— С чего бы мне любить обычного человека? То, что мне нравится - это настоящий Раймонд. Облик, который в этом мире увидеть невозможно.

Человек по имени Раймонд Гепперт, который, не будучи в силах позаботиться даже о себе, упорно подбирал людей в таком же положении, как и он сам. Не было ни единого шанса, что она испытает симпатию к тому, в ком нет ничего примечательного, кроме разве что смазливого личика.

То, что она любит - это тот сильный и прекрасный облик. Настоящий Раймонд, скрытый под человеческой оболочкой. Человек Раймонд был лишь драгоценным сосудом, в котором дремало любимое ею существо. И именно поэтому Лилит была готова беречь даже этот сосуд.

Ах, как же сладка любовь, которая случается раз в тысячу лет.

От череды грохотов Лилит открыла глаза. Чёрный гигант пошатнулся от взрывчатки, сработавшей у него в боку. Над его головой с каждым падающим осколком купола внутрь Убежища всё сильнее проникала наделённая сознанием цветная масса, сопровождаемая зловещим сиянием.

Лилит пробормотала:

— Не обращайте на это внимания, Раймонд. Вам всё равно не будет больно. Ведь есть вещи поважнее.

Гигант тряхнул головой и, вновь поднявшись на ноги, подпёр плечами свод купола. Послышался треск. Земля мелко задрожала.

— Ещё. Этого мало. Разрушь его. Покажи мне, как этих несносных людишек охватит отчаяние. Дай мне услышать, как они кричат, взывая к богу.

В ответ на шёпот ведьмы раздался рёв, сотрясающий небеса. Грубый и величественный голос, который мог исходить лишь от существа, бродившего по земле в древние времена, ещё до появления людей.

Лилит поднялась. Чёрные волосы развевались на едком ветру. В её тёмных глазах полыхали жажда и амбиции, которые она таила долгие годы.

— Скорее!

— Это вы сейчас мне сказали?

Бах! В тот момент, когда Лилит обернулась на незнакомый голос, грянул выстрел. Дина с тихим вскриком заслонила её, когда та уже начала падать.

Человек с пистолетом, направленным на двух ведьм, произнёс:

— Прошу прощения. Даже если вы враги, мне следовало бы выслушать ваши последние слова перед выстрелом. Просто я немного нетерпелив.

— Фри…дрих… Пейн…

Лилит, сжимая простреленное плечо, свирепо уставилась на него налитыми кровью глазами. Его белые волосы, обычно аккуратно собранные, теперь были в полном беспорядке. Мужчина тяжело дышал, расстегнув даже пояс пальто, который всегда туго затягивал. Из его пистолета вился тонкий дымок. Рука в чёрной перчатке медленно легла на спусковой крючок.

— Я всё гадал, куда же сбежали эти помойные крысы, а мне и в голову не пришло, что вы заберётесь на Монумент в память о Великом лондонском пожаре.

На пол капала кровь. Слова давались ей с трудом, но она, едва стоя на ногах при поддержке Дины, язвительно усмехнулась в ответ:

— Ха… ха-ха. Для того, кто не знал, ты… довольно быстро… нас нашёл…

За сетчатым забором позади них, как на ладони, были видны мост Ватерлоо и разрушенный Биг-Бен. Они находились на самом верху смотровой площадки Монумента в память о Великом лондонском пожаре.

— Это ведь памятник XVII века. Я так и знал, что вы, любители старины, выберете именно это место, — процедил Фридрих.

— Должна похвалить тебя за сообразительность.

— Что вы сделали с Раймондом Геппертом?

От рёва гиганта по коже пробежал мороз. Лилит, обливаясь холодным потом от боли, широко улыбнулась:

— Я заставила его пройти через то же самое, что и твою невесту. Но не волнуйся. Тогда Хайвэй ещё не был разработан, а у Раймонда, как у мужчины, здоровье покрепче. Я получила отличные клинические данные.

— Грязные паразиты. Всё-таки последнее слово для таких, как вы, непозволительная роскошь.

Лилит холодно усмехнулась. Дина с тревогой на лице крепко держала её.

— Хочешь меня убить?

— Разумеется.

— Если ты убьёшь меня, Раймонд не выдержит. Тело, которое он с таким трудом обрёл, выйдет из-под контроля.

— А мне какое дело? Если я смогу уничтожить вас, мне даже плевать, взлетит ли на воздух британское Убежище или нет.

— Если хочешь отправить на тот свет и свою невесту, то валяй.

Невеста. Фридрих с ледяным выражением лица сильнее сжал руку. Он хотел что-то выкрикнуть, но Лилит первой нервно рассмеялась:

— Что, собираешься сказать: «Этого не может быть, она мертва»? Но ведь ты и сам знаешь, что в тебе ещё живёт надежда. Поэтому ты и не ответил сразу.

— Закрой рот.

— Тебе разве не интересно, что с ней стало? Жива ли она или мертва? Где её останки? Может, она стала ведьмой? Или превратилась в иное существо? А может, её принесли в жертву на шабаше?

— Заткнись!

— Ты никогда этого не узнаешь. Ты говоришь, что истребление «Красных ведьм» - цель всей твоей жизни, но на самом деле тебе всё равно, лишь бы вернуть свою невесту. Такая глубокая любовь доводит меня до слёз. Но, Фридрих Пейн, твои поступки настолько оскорбительны, что я, пожалуй, не стану тебе ничего говорить.

Лилит разразилась хохотом. Фридрих замер на месте, словно парализованный.

«Стреляй, если не сделаешь этого сейчас, другого шанса не будет».

Несмотря на доводы рассудка, слабая надежда всколыхнула всё его естество.

Глядя на него, ведьма смеялась всё громче и безумнее, а затем внезапно выкрикнула:

— Дина!

Будто по сигналу на ветру закружились чёрные, как смоль, перья. Зловещее карканье смешалось с проклятием Лилит:

— Вечно плетись у нас в хвосте, пытаясь разузнать о своей невесте! Хотя вряд ли ты найдёшь её даже через сотню лет!

Крик птицы привёл Фридриха в чувство. Он мгновенно прицелился и нажал на курок, но не сумел попасть в огромного ворона, который, вцепившись мощными когтями в маленькую кошку, улетал прочь.

Ведьмы, превращавшиеся в крошечные точки, и чёрный гигант, медленно рассыпающийся под неспокойным небом - всё это застыло перед глазами жуткой картиной.