51

— Вы что, призрака увидели? Почему у вас такое лицо?

— А что с моим лицом? Всё в порядке. Призраков не существует.

— Идите в туалет, пока не стемнело. Чтобы потом не будить спящего человека и не просить сходить с вами за компанию.

— Да не буду я так делать! За кого вы меня принимаете, за ребёнка?!

— По сравнению со мной вы сейчас как раз в том возрасте, когда только начинают ходить.

«Сумасшедший. Нет, сумасшедший старик», — подумал Раймонд, бросив взгляд на Фридриха, который безучастно листал атлас, и устроился рядом со ним.

— Не было ничего опасного?

— Нет. Если бы я обнаружил какую-то аномалию, я бы не вошёл сюда так спокойно.

— И то верно.

Фридрих что-то ему протянул. Взяв предмет, Раймонд увидел знакомую упаковку.

— Калорийный батончик...

— Прихватил их, когда посещал «Федерацию».

— Это же те, что постоянно едят агенты из полевых отрядов.

— Да.

— Вам их подарили?

Он вспомнил, как оперативники давали ему эти батончики целыми горстями. Хоть они и подшучивали над ним, это были добрые люди.

Однако Фридрих покачал головой:

— Просто подвернулись под руку, вот я и взял.

— Украли?

— Не стоило оставлять коробки в офисе, если не хотели, чтобы их стащили.

— Нет, ну как так можно?! Агенты едят их, потому что у них нет времени на нормальную еду! А вы их просто забрали? Да вы же настоящий грабитель! Я на вас заявлю!

— Вне Убежища нет полиции, так куда вы собрались заявлять? Смиритесь с реальностью, поешьте и отдыхайте. Завтра предстоит долгий путь.

«Просто слов нет. Он что, обчистил «Федерацию» до нитки перед уходом?»

Раймонд с подозрением посмотрел на его портфель, после чего машинально развернул батончик, съел его и повалился на спину. Фридрих, казалось, уже уснул. Вокруг воцарилась тишина. Раймонд, лёжа на жёстком и холодном полу церкви, ворочался, пока не повернулся на правый бок, подложив руку под голову. Фридрих же даже во сне сохранял удивительно аккуратную и ровную позу.

Раймонду до сих пор было трудно поверить: этот человек уже два века странствует в поисках своей невесты. Но как с такой внешность ему может быть 200 лет? Как можно прожить так долго, выглядя при этом на тридцать с небольшим?

Раймонд пытался найти этому логическое объяснение, но в итоге сдался.

А разве существование «Красной Ведьмы» логично? Или человека с ногами оленя? А роль «Федерации»? А все эти аномалии? Если бы простой обыватель услышал о таком, он бы только посмеялся. Так что такого особенного в том, что кто-то прожил жалкие 200 лет?

«Ладно, пора спать».

Раймонд заставил себя закрыть глаза, хотя сон не шёл. Даже если не получится уснуть, он намеревался пролежать так до самого рассвета.

— Гр-р-р...

— М-м?

«Господин Фридрих, неужели вы храпите во сне?»

Однако звук тут же прекратился. Должно быть, что-то просто застряло в горле, а потом проскочило.

«Какое облегчение. Теперь пора по-настоящему поспать».

 Топ, топ, топ.

— Господин Фридрих?

Раймонд мгновенно вскочил, услышав удаляющиеся шаги. Вокруг стояла темнота. Рядом с ним всё так же неподвижно лежала чёрная тень, которую он принимал за Фридриха.

«Я определённо что-то слышал».

Когда он обходил церковь, там не было не то что следов человека, но даже клочка шерсти или обломка кости, которые мог бы оставить зверь. Или кто-то пробрался внутрь, пока он на мгновение закрыл глаза?

Раймонд медленно поднялся. Оружия у него не было, поэтому он, крепко сжав кулаки, осторожно вышел из главного зала. Миновав небольшое помещение, где священник готовится к мессе, он оказался у лестницы, ведущей на верхний этаж. Это место было отделено от основного здания. Похоже, когда-то здесь занимались церковными делами или планировали общественные проекты.

Раймонд старался ступать бесшумно. В какой-то момент он уловил слабое прерывистое дыхание, скрежет зубов и звук, похожий на царапанье чего-то острого по полу. В нос ударил запах гари. Чужие шаги приближались. Волосы на его теле встали дыбом. В тот миг, когда его охватил леденящий ужас и почудилось, что кто-то вот-вот вцепится в него... он ощутил прикосновение.

— А-а-ах!

— Тш-ш.

Сердце Раймонда пропустило удар. Он схватился за грудь и, замерев в ступоре, уставился на мужчину, возникшего из ниоткуда. Волосы Фридриха Пейна, обычно туго завязанные, беспорядочно рассыпались по плечам, но сейчас, казалось, его это совершенно не волновало.

— К-как вы здесь? Вы же спали...

Фридрих приложил палец к губам. Несмотря на то, что вокруг ничего не было видно, он пристально всматривался во тьму. Они находились в коридоре с помещениями без дверей и пустой приёмной.

— Господин Фридрих?

— Там что-то есть.

Они оба замерли в ожидании. Раймонд заметил, что в его опущенной руке зажат пистолет.

«А если это аномалия?»

Внезапно забеспокоившись, Раймонд обыскал свои карманы, но шансов на то, что у него осталась реплика «Юстиции», не было. Чёрт.

Пока он оглядывался в поисках чего-то, чем можно было бы ударить в случае крайней необходимости, в конце погружённого во мрак коридора послышалось тяжёлое дыхание, и вместе с этим по всему зданию эхом разнёсся громкий топот кого-то, бегущего прямо на них.

— Господин Фридрих!

— Назад!

Вместе с яркой вспышкой прогремели три выстрела. Под звуки крошащихся стен и ветхого пола существо с воплем скрылось в темноте.

Фридрих, подталкивая Раймонда, начал быстро отступать. Они добежали до главного зала церкви, заперли дверь на засов и придвинули стол с подсвечниками, блокируя вход.

Навалившись всем телом на баррикаду, Раймонд прокричал:

— Что это сейчас было?!

— Не знаю. Не спрашивайте меня.

— Вы в него попали?

— Пули прошли насквозь.

Фридрих открыл свой портфель и стал искать что-то, что могло бы помочь. Первым делом он достал запасную обойму. Что касаемо мин или взрывчатки, их нельзя было использовать в таком тесном пространстве, так как это представляло смертельную опасность для них самих. Он казался спокойным, когда раскладывал оружие, но кончики пальцев в чёрных перчатках слегка дрожали.

«Что же это за тварь?»

Раймонд не успел его разглядеть, но оно явно не было обычным. Дело не в том, что оно было слишком быстрым и увернулось от пуль. Пули попали точно в цель. Однако оно не получило ранений, словно ускользнуло туда, куда они не могли заглянуть. Было ли это чем-то бесплотным, вроде дыма? Нет, у него ощущался слишком отчётливый вес...

— Фридрих!

Тот отреагировал рефлекторно, схватив пистолет, но на долю секунды опоздал и не смог прицелиться в набросившуюся тень. Дзынь! В ушах прозвучал ясный звук чего-то разбивающегося. Удерживая пистолет обеими руками, Фридрих смог помешать существу вцепиться ему в горло, но это лишь выиграло немного времени. С клыков, прозрачных как кристалл, на его лицо закапала густая синяя слюна. Там, где она касалась кожи, раздавалось шипение и чувствовалась жгучая боль.

— Что это... такое...

Существо перед ними совершенно не походило на любое живое создание этого мира. У него не было ни глаз, ни носа, ни пасти. Его тело состояло из множества сжатых граней, напоминая грубое изделие из осколков битого стекла. Стоило просто взглянуть на него, как облик чудовища, отражающийся в его плоскостях, тут же менялся. В один момент оно казалось рептилией, в другой - приматом или хищным зверем, и тут же снова принимало иную форму. Оно выглядело как кошмар, который растянули, перекрутили и намеренно исказили. Прозрачные зазубрины вгрызались в ствол пистолета, а под ними извивался чёрный, разделённый на десять частей язык, роняя синюю слюну в предвкушении пиршества.

Как это назвать? Аномалия? Или просто жуткий монстр, встреченный посреди ночи в церкви?

— Раймонд, в сумке, быстро, что угодно!

Руки, сдерживающие пасть чудища, задрожали. В этой схватке у человека не было ни единого шанса. Надо немедленно что-то предпринять. Раймонд бросился к портфелю Фридриха, отлетевшему в сторону при столкновении со зверем. Глядя на то невообразимое количество вещей, которое из него вывалилось, он в растерянности упал на колени.

«Чем, чёрт возьми, можно прогнать такую тварь?»

Единственное, что он когда-либо держал в руках, хоть отдалённо напоминающее оружие, была реплика «Юстиции».

— Живее!

Нужно что-то, хоть что-нибудь. Атлас, рация, калорийные батончики, катающаяся по полу бутылка воды, твёрдая взрывчатка, чёрный шарф, армейский нож, исписанный блокнот... И среди всего этого хлама валялась она – смутно знакомая ампула.

— Он ослабляет правила этого мира.

«Правила?»

Раймонд вспомнил то, что дала ему ведьма, когда рассказывала о лжи «Федерации».

— Мы все связаны законами материального мира. Поэтому, когда сталкиваемся с аномалиями, принадлежащими нематериальному миру, правила обеих сторон рушатся. Существа материального мира проходят через распад и растворение, подчиняясь новому порядку.

— Кажется, вы говорите о скорости поглощения аномалией.

— Они называют это так. Но не обязательно должны побеждать правила только одной стороны. Да и вообще, почему должен побеждать кто-то один? Если вы сможете по собственной воле нарушать законы, которые вас подавляют, то даже поглощение станет не более чем иллюзорными данными.

— Значит, вы предлагаете мне использовать это?

Ампула со стёртой надписью, в которой плескалась прозрачная жидкость, лежала в его руке. Совсем как тогда.

— Чтобы использовать «Юстицию», вы должны стать ближе к нематериальному миру. Не волнуйтесь. Этот препарат служит своего рода проходом, позволяющим перемещаться между двумя мирами. Вы сможете вернуться в любое время.

— Вернуться?

— Именно поэтому его назвали «Хайвэй» (Highway). Это путь, соединяющий два мира.

— Раймонд Гепперт! —крикнул Фридрих. Зубы зверя были уже у самого его носа.

В то же мгновение Раймонд разбил ампулу прямо в руке. Острые осколки стекла впились в ладонь, и препарат, смешиваясь с кровью, проник внутрь. Глядя на пульсирующую болью рану, он внезапно почувствовал, как бешено забилось сердце.

— А...

Его лицо вспыхнуло жаром. Из носа хлынула кровь, которую невозможно было остановить. Нет, не только из носа. Из глаз, изо рта, из заложенных ушей тоже что-то непрерывно вытекало.

— А, а-а...

Зрение помутилось. Голова закружилась. Вместе с тошнотворным ощущением удушья из открытого рта на порезанную руку вывалился сгусток крови. Он был тёплым, большим и мягким. Раймонд осознал, что это было каким-то внутренним органом.

Что-то пошло не так. Но пути назад уже не было.

— У-ук, буэ-э, кха, а-а, а-а-а-а!

Душераздирающий крик эхом разнёсся по залу церкви. Хайвэй, принося неведомый восторг вперемешку с болью, захлестнул всё тело. Чувства вытеснили рассудок, и внутри начало пробуждаться нечто иное.

Откинув ставшую бесполезной плоть, начали утверждаться новые правила.

Вскрикнув от боли в последний раз, Раймонд повалился ничком. С тошнотворным чавкающим звуком из его спины вырвалось существо нематериального мира. Многомерный зверь с тысячами форм, поглотивший всё зло, что может существовать только в острых углах, сбросил человеческую оболочку.

Правила, выбранные Раймондом Геппертом, заставили его переродиться в создание иного измерения.