Сердце Юджин упало в пятки. Несмотря на все усилия изобразить спокойствие на лице, она не могла не почувствовать, что ее улыбка стала напряженной.

— Вы обвиняете меня во лжи, ваше святейшество?

[Я вполне мог найти для тебя подходящее место, если бы только ты поставила меня в известность о том, что нашла медиум. Почему ты не сделала так, как мы уговаривались?]

В этот момент Юджин внезапно услышала голос Чжин из воспоминаний, который произносил одну фразу за другой.

[Ваше святейшество, я должна отправиться на поиски медиума.]

[Нет, если вы попросите короля Пустыни доставить его вам, останется и свидетель, и соответствующая запись в архиве. Я не хочу ставить всех в известность, что когда-то я была Аникой без рамиты. Мне хочется сохранить все в секрете. Если кто-нибудь узнает об этом, я готова покончить с собой.]

[Я умоляю вас дать разрешение, ваше святейшество.]

[Да, я сделаю все, как вы скажете. Мне просто нужно найти медиум.]

Юджин только что узнала кое-что новое. Оказывается, именно Чжин настаивала на браке с королем Пустыни, в то время как Небесный король рассматривал другие способы, чтобы заполучить семя.

"Действительно, так было бы гораздо проще".

В тот день, когда Юджин впервые вошла вместе с Кассером в королевскую сокровищницу, он ей сказал:

[Я все улажу. В конце концов, государственная реликвия представляет собой всего лишь символ. У нее нет практической ценности.]

Кассера мало волновала пропавшая государственная реликвия. Конечно же, он мог сказать так, проявляя заботу о ней. С другой стороны, если бы это действительно было ценное сокровище, он выглядел бы обеспокоенным. Короче говоря, если бы Небесный король предложил ему заключить сделку в обмен на семя, Кассер вполне мог на это согласиться, чтобы укрепить отношения с Небесным королем.

Однако Чжин не просто настояла на браке с королем Пустыни, но и нарушила обещание, данное ей Небесному королю, отправившись в пустыню с похищенной реликвией. Но почему? Юджин снова вернулась к исходной точке как раз в тот момент, когда ей показалось, что она наконец-то близка к разгадке.

Но кое-что теперь было совершенно ясно. Чжин не обладала рамитой. Весь ее план был направлен на то, чтобы с помощью заклинания вернуть свою утраченную рамиту.

— Ваше святейшество. Теперь, когда я выслушала ваши слова, мне кажется, я смогла кое-что вспомнить.

[Какое облегчение. Что именно?]

— Медиум считался государственной реликвией королевства. Он хранился под строжайшей охраной в недоступном для меня месте. Я выжидала подходящий момент, чтобы украсть реликвию, но все мои попытки заканчивались неудачей.

Продолжая говорить, Юджин смешивала ложь с толикой правды. Семя действительно хранилось под строгой охраной, но при этом Чжин было нетрудно получить к нему доступ. Она могла с легкостью украсть его, потому что посещала сокровищницу настолько часто, как будто это были ее собственные покои. Несмотря на это, Чжин выжидала целых три года, прежде чем перейти к действиям. Юджин добавила этот факт в список загадок, которые нуждались в решении.

— Когда я наконец-то заполучила медиум, меня охватило сильное волнение, ведь мне хотелось как можно быстрее обрести свою рамиту.

Сама того не замечая, во время разговора Юджин сжала руки, пытаясь скрыть свою нервозность. В следующее мгновение она вздрогнула, почувствовав резкое движение в своих ладонях. Малыш, который все это время держался незаметно, должно быть, испугался, когда окружавшее его пространство внезапно сократилось.

Испытывая чувство вины, Юджин быстро расслабила руки и опустила взгляд. Когда она поднесла ладони к груди, чтобы получше рассмотреть Малыша, то увидела, как между ее пальцами высунулась его крошечная головка.

Она улыбнулась, пытаясь сдержать смех, но вскоре осознала свою ошибку и сразу же подняла голову.

[Чжин Аника, похоже, ты никак не можешь сосредоточиться.]

— Прошу прощения, ваше святейшество. Я больше не буду отвлекаться.

Небесный король не удержался от смешка, когда она напряженно уставилась в его сторону, как будто все ее внимание было приковано исключительно к нему и теме разговора.

[Думаю, нам лучше продолжить беседу в другой раз, поскольку сегодня нас потревожил незваный гость.]

— Ах... но, ваше святейшество, я хочу вам еще о многом рассказать... Обещаю, что с этого момента буду уделять все свое внимание.

Несмотря на то, что ее привел в восторг неожиданный шанс на побег, она сделала вид, что не хочет уходить из опасения, что он испытывает ее.

[Тебе следует отдохнуть. Должно быть, ты очень устала после такого долгого пути. Впереди у нас еще много времени.]

Последние слова он произнес, скорее, для самого себя, чтобы успокоить свой растревоженный разум. Будет лучше, если он сейчас проявит к ней терпимость, как делал все эти годы, вместо того, чтобы давить на нее.

Дверь открылась, и в комнату вошел Фидес. Остановившись у входа, он почтительно склонил голову перед Небесным королем.

[Фидес будет сопровождать тебя на обратном пути, Чжин Аника.]

— Да, ваше святейшество.

Юджин слегка поклонилась Небесному королю, подумав про себя: "Опять Фидес?"

— Скоро я снова нанесу вам визит, чтобы рассказать то, что не успела сегодня. Да пребудет с вами милость Махара.

[Да пребудет с тобой милость Махара. И прими мои поздравления, Чжин Аника.]

— Спасибо...

[Буду с нетерпением ждать твоего визита. Надеюсь, что в следующую нашу встречу не будет никаких незваных гостей.]

— Да, ваше святейшество. Я позабочусь об этом.

Когда она встала со своего места и повернулась, чтобы уйти, снова прозвучал голос Небесного короля.

[Чжин Аника.]

— Да?

[Надеюсь, мы сможем во время нашей следующей встречи обсудить наше обещание. Я говорю о тех вещах, которые мы договорились подарить друг другу.]

Юджин понятия не имела о чем он говорит, поэтому ей ничего не оставалось, как ответить согласием. Когда при выходе из комнаты ее взгляд упал на Фидеса, она услышала голос Чжин.

[Пожалуйста, отдайте мне сэра Фидеса, ваше святейшество.]

[Я хочу его заполучить.]

[Я клянусь посвятить всю свою жизнь Богу, если вы отдадите мне сэра Фидеса].

Юджин прошла мимо Фидеса, испытывая странные чувства. Знал ли Фидес об этой сделке между Небесным королем и Чжин? Несомненно, Фидес точно так же оставался в неведении, как и король Пустыни.

"У нее и в самом деле извращенный разум".

Юджин прищелкнула языком. Эгоистичное желание Чжин обладать кем-то, независимо от его чувств, с помощью облеченного властью человека, показалось ей просто жалким.

***

Юджин не могла успокоиться даже после того, как села в карету. Когда экипаж сдвинулся с места, она не находила себе места от тревоги. Она опасалась, что карету могут в любую секунду остановить по приказу Небесного короля.

"Ах, я забыла заглянуть в Тайную библиотеку".

Эта мысль пришла ей в голову только сейчас, с запозданием. Это было одно из мест, которые она планировала посетить, как только прибудет во дворец. Раз уж она проделала такой долгий путь из пустыни, то собиралась потратить некоторое время на осмотр Святого города, чтобы попытаться вспомнить хоть что-то из воспоминаний Чжин. Посещение знаменитой Тайной библиотеки тоже могло бы помочь.

Однако, похоже, она переоценила свои силы. Давно планируемый визит в Тайную библиотеку был полностью забыт, когда ее захлестнуло желание поскорее покинуть дворец. После разговора с Небесным королем ее накрыла слабость, как будто она только что выполняла тяжелую работу.

"Мы все еще находимся поблизости от дворца?"

Она не знала, сколько времени прошло с момента отъезда кареты, и какое расстояние ее отделяло от дворца. Должно быть, ее внутренние часы сломались, поскольку с одной стороны ей казалось, что прошло совсем немного времени с тех пор, как они отправились в путь, а с другой — что она уже значительно отдалилась от дворца.

Она осторожно отодвинула занавеску, чтобы выглянуть наружу. Как раз в этот момент карета выехала через главные ворота. Юджин закрыла занавеску только после того, как они оказались за стенами дворца. Тогда она окончательно успокоилась и расслабленно откинулась на спинку сиденья.

Закрыв глаза, она тяжело вздохнула. В ее голове все перемешалось — как увиденное и услышанное сегодня, так и ее собственные мысли. Она отчаянно нуждалась в отдыхе, но все равно сумела заставить себя сосредоточиться на одном из многих сомнений, которые зародились в ее голове.

"Верховный жрец... как он может быть так похож на Небесного короля?"

Небесный король был известен, как наместник Махара, а верховный жрец — наместник Мара. У них было на удивление много общего, ведь они оба считались посланниками богов, и оба, скорее всего, не были людьми. Это позволяло предположить, что их внешнее сходство не имело особого значения. Юджин вспомнила, что на большинстве религиозных картин, которые она видела на Земле, ангелы выглядели практически одинаково.

Кстати говоря, Адрит отрицал абсолютную истину, что Махар был богом добра, а Мара — богом зла. По его словам, в древние времена не существовало ни Махара, ни Мара. Из этого следовало, что либо с течением времени изменились их имена, либо Махар и Мара вообще никогда не были богами.

"Бог..."

Действительно ли Небесный король являлся наместником бога?"

До встречи с Небесным королем Юджин ожидала, что его будет окружать какая-то особая аура. Однако он не произвел на нее какого-то впечатления святости, которое отличало бы его от других людей, если не считать того факта, что на протяжении всего разговора ей постоянно приходилось напрягать свой мозг. В конце концов, он оказался крепким орешком.

Его нечеловеческая красота должна была вызывать у жителей Святого города благоговейный трепет, но Юджин не особо впечатлилась. В конце концов, она раньше жила в мире, где подобная красота часто изображалась на картинках или видео с использованием продвинутой компьютерной графики.

"Как ни посмотри, а мне кажется, что Кассер производит намного большее впечатление".

В этот момент перед мысленным взором Юджин предстал образ короля Пустыни. Вид его тела, окруженного празом в форме змеи, особенно в тот момент, когда он подпрыгнул высоко в воздух и приземлился на здание высотой в несколько этажей, был поистине незабываемым зрелищем.

Она открыла глаза и подняла левую руку. При этом крошечная белка, которая притаилась под ее рукавом, с надутым видом подняла голову. Когда она поднесла к Малышу правую руку, он прыгнул на тыльную сторону ее ладони.

— Ах ты, маленький озорник.

Юджин рассмеялась, с улыбкой прикоснувшись пальцем к маленькому носику Малыша.

— Но ты, можно сказать, сегодня меня спас.