— Кетер, Кетер, Кетер...

Наследный принц Рокан несколько раз повторил это имя, а затем... встал.

Человек, родившийся инвалидом и всю жизнь проведший в инвалидном кресле, встал на ноги.

Дариан, стоявший за дверью, наоборот, рухнул на пол. Сила покинула его ноги. Внезапно его охватило безудержное желание умереть, и он начал душить себя собственными руками.

Стены комнаты Рокана были толщиной в метр, но его «присутствие» просочилось сквозь камень и ударило по Дариану.

— Он пришёл сюда?

Голос Рокана был лишен эмоций. Дариан, с трудом разжав руки на горле, ответил механически:

— Н-нет. Кетер в поместье герцога Браунинга. Он сказал, что пришёл встретиться с вашим высочеством. Я слышал это.

— Кетер...

— Он поклялся душой, что вы пожалеете, если не встретитесь с ним. Поэтому я решил доложить.

Слова были провокационными, но лицо Рокана оставалось бесстрастным.

В последнее время его чувства притупились. Еще несколько дней назад одно имя Кетера вызывало у него ярость, но теперь он ничего не чувствовал.

К тому же, Крёстный отец сказал:

«Пока не обращайте внимания на юг. Особенно на Кетера. Понятно?»

Не обращать внимания на Сефир и Кетера.

Вспомнив эти слова, Рокан окончательно утратил интерес к Кетеру.

— Я не буду встречаться. Разберись с ним.

Рокан уже закрывал глаза, когда...

— Кетер сказал: «Если он не встретится со мной, значит, такова воля Крёстного отца».

Вспышка.

В темноте сверкнули красные глаза. Каменное лицо Рокана дрогнуло и исказилось.

— Этот ублюдок...

Кетер спрашивал:

«Ты что, марионетка Крёстного отца?»

И это задело гордость принца.

Он отрицал это, но в глубине души сомневался: «А вдруг это правда?»

Первую провокацию он пропустил, но вторая попала в цель. Рокан шагнул к двери.

Это была даже не дверь, а стена. Она была спроектирована так, чтобы не открываться изнутри ради «ритуала» Рокана.

Вжик.

Рокан приложил ладонь к стене. Толстый камень потек, как вода.

Метровая стена исчезла меньше чем за секунду.

— В-ваше высочество.

Дариан распластался на полу.

Рокан осмотрел себя и приказал:

— Принеси одежду. И где сейчас Кетер?

— Мы заманили его обещанием встречи и заперли в небольшом домике в ущелье.

— Я встречусь с ним. Мне интересно, зачем он меня искал и что хочет сказать. Но...

Рокан открыл рот. Его зубы были неестественно острыми.

— Для разговора нужен только рот. Оторви ему руки и ноги. Я приду через час.

***

Домик площадью около тридцати метров.

Кетер осмотрелся.

Маленький, но уютный. Кухня, шкаф, кровать, стол на четверых и диван.

— Хм.

Не роскошно, но сделано из хороших материалов и ухожено.

— Значит, просто так меня не выпустят.

Кетер сразу понял, что это ловушка. Самые опасные вещи часто выглядят безобидно.

— Наверняка стоит барьер на случай побега.

Он чувствовал слабые колебания магии.

Он заметил их еще до входа, но притворился, что не знает. Иначе Рокан не пришел бы.

Угрожать Рокану «Млечным Путем», как Лакану, было бесполезно.

— Этому ублюдку плевать даже на собственных детей.

Кетер не шутил, когда говорил, что Лакан человечнее. И дело не в монстрах, а в первом впечатлении.

— Но в нем еще осталось что-то человеческое, так что он придет.

«А может, и нет.»

В любом случае, просто так его не отпустят. Наверняка натравят монстров. Хоть какое-то развлечение.

— Когда же он придет...

Кетер лежал на диване и напевал.

Вдруг...

— Вспомни гоблина, он и появится.

Снаружи почувствовалось присутствие.

Но не человеческое.

Кетер понял, что окружен. Оцепление было слабым, видимо, полагались на магический барьер.

— Или им все равно, сбегу я или нет.

Четверо. И это не просто «четверо». Каждый из них был равен Грандмастеру.

— Кто-то ими управляет.

Монстры Демонических земель не дружат. Они жрут друг друга.

А эти окружили дом организованно. Значит, есть кукловод.

— Как бы повеселиться?

Если бы он никогда не дрался с такими тварями, было бы интересно. Но в прошлой жизни он наелся этого досыта. Просто драться было скучно.

Конечно, это все же монстры из Демонических земель, так что скучно не будет, но Кетер хотел чего-то нового.

— А, может так?

Тук-тук.

Кетер постучал по деревянному полу и ухмыльнулся.

Вскоре.

Ба-бах!

Стены дома рухнули, и внутрь ворвались чудовища.

Все они выглядели жутко.

Одноглазый с крыльями летучей мыши.

Паук с человеческим лицом.

Дикобраз с лезвиями вместо игл.

Тощий безликий гуманоид.

Они ворвались внутрь, но замерли.

Глазастый озирался.

Нюхач принюхивался.

Ультразвуковой сканировал пространство.

Но Кетера не было.

Получив приказ убить человека внутри, они поняли, что человека нет. И замерли, как сломанные куклы.

Через десять минут в руины вошел человек в рясе монаха.

— Тц, сбежал.

В полу зияла дыра. Глубокая и широкая.

— Он маг? Человек не выроет такое руками.

Рокан и Лакан не знали о Кольце Земли. Поэтому дыра вызвала вопросы, но не сильное беспокойство.

Монах достал флейту, похожую на человеческий палец, и заиграл.

Звука не было. Но монстры получили приказ: двое прыгнули в яму, двое вышли наружу.

— Назойливый тип этот Кетер.

Приказав монстрам поймать беглеца, Укротитель сел на диван.

— Называют Божественным лучником, а от монстров бегает как крот. Хе-хе.

— Бегаю, да.

— ...?!

Хвать!

Укротитель потянулся к кинжалу, но рука, выскочившая из дивана, зажала ему рот и вывернула руку.

Кетер высунулся из дивана, и глаза Укротителя полезли на лоб.

— М-м-м?!

— Эй, парень. Что за осанка? Сейчас поправим.

Хрусть!

— Гха-а-а-а!

Спина Укротителя выгнулась дугой. Одно движение Кетера — и он парализован ниже пояса.

— Ой, не та кость. Эта?

Хрясь!

— Кх-х-х-х!

Боль была такой сильной, что изо рта Укротителя сквозь пальцы Кетера потекла кровь и слюна.

— Больно — подними руку.

Хрясь!

Сказав поднять руку, Кетер вывихнул ему плечо.

— Фу, какая гадость.

Вытерев руку о рясу монаха, Кетер швырнул его на пол.

— Так, теперь тебя зовут Ганс. Ганс, что ты любишь есть?

— Ух-х, Кетер. Божественный лучник прячется в диване как вор? Тебе не стыдно?

Ганс еще мог говорить, и даже издевался. Кетер кивнул.

— Что? Любишь пасту?

Кетер сходил на кухню за утварью. Ганс смотрел на него с высокомерием.

— Хе-хе. Пытай сколько влезет. Зря тратишь время.

— А?

Тк.

Кетер воткнул вертел в бедро Ганса.

Лицо Ганса не изменилось.

— А, вот оно что.

Ганс не чувствовал боли. Он стонал от гнева, а не от мук.

Укротители невосприимчивы к пыткам.

Но...

Вжик.

Кетер достал из кармана иглы и без колебаний воткнул их в голову Ганса.

Тык-тык-тык!

— Что бы ты ни делал... Э-э? Угх!

Сначала было щекотно, но потом чувства обострились и превратились в острую боль.

— А, а-а...

Кетер цокнул языком, втыкая иглы.

— Не знаю, кто делал операцию, но халтура полная. Я бы удалил нервы, а этот просто отключил их. Значит, можно включить обратно.

Легко сказать, но ни один врач в мире не смог бы это сделать. Только химерологи Серой Башни, практикующие вивисекцию.

А Кетер был учеником Франкен, хозяйки Серой Башни.

Чпок.

— А-а-а-а-а!

От одной иглы Ганс заорал так, что уши заложило.

Крик был слышен за сотни метров, но никто не пришел. Магический барьер не выпускал звук.

— Пациент доволен процедурой. За это денег не возьму.

Вытерев иглу об одежду Ганса, Кетер снова взял кухонную утварь.

Звяк, звяк.

От звука посуды Ганс затрясся.

— Умеешь готовить пасту? Выглядит просто, но мороки много. Сначала тесто...

Бам!

Кетер ударил Ганса скалкой по бедру.

— Кха!

Кожа лопнула, кровь брызнула Кетеру в лицо. Он поморщился, вытираясь.

— Тц. Слишком много крови.

В Ликёре у Кетера было прозвище «Повар-людоед». Он буквально готовил людей заживо.

Никто не выдерживал его пыток.

В прошлой жизни он делал это без колебаний, но...

«Общение с братьями меня размягчило. Не хочется».

Он не стыдился прошлого, но сейчас ему было неприятно.

— Не хочется — не делай.

Кетер отложил скалку.

Ганс вздохнул с облегчением, решив, что пытки кончились.

Тк.

Игла снова вонзилась в его голову.

— А?!

— Но информацию я получу.

Жестокие пытки ему не нравились, но принудительный допрос с помощью акупунктуры — вполне.

— Ну, рассказывай. Как ты управляешь монстрами?