Лучи рассветного солнца отражались от идеально гладкой поверхности воды, из-за чего, благодаря утреннему штилю, создавалось впечатление, словно вместо моря до самого горизонта тянулось огромное зеркало, которое и отражало солнечные лучи. Необычайно красивая и умиротворяющая картина. И даже внушительных размеров корабль, достигающий величины пятиэтажного дома, цветовой гаммой и формой напоминающий огромную золотую рыбку, не портил картины… Чего нельзя было сказать о периодически доносящихся со стороны корабля звуках. Нет, подавляющее большинство жителей корабля всё ещё пребывали в уютных объятьях товарища Морфея, поэтому шумели вовсе не они. Виновником нарушения утренней идиллии был светловолосый парень в чёрных купальных плавках, что периодически буквально вылетал из-под водной глади на высоту своего роста, только затем, чтобы сделать глубокий вдох и опять погрузиться глубоко под воду. И так каждые две с половиной — три минуты.

Более того, когда парень выпрыгивал из воды особенно сильно, можно было отчетливо увидеть закреплённые на его лодыжках стальные… ну пусть будут кандалы. На самом деле его ноги не только были закованы в железо от лодыжек до самых колен, но ещё обмотаны якорной цепью, приваренной к этому самому железу. Отходящие от ног цепи он держал в своих руках, но цепи были длинными, поэтому своими концами уходили в воду. Однако по его напряжённым рукам можно было сразу сказать, что на концах цепей, под водой, находился либо немалый груз, либо они к чему-то крепились.

Дело происходило неподалёку от корабля-рыбы, рядом с большой деревянной платформой, стилизованной под рыбий плавник. Более того, таких платформ насчитывалось две штуки, по обе стороны от корабля-рыбы. Вот вблизи одной из них, буквально в пяти-шести метрах от неё, «плескался» парень. И он точно не тонул, иначе бы попытался добраться до платформы, а не «плескался» на одном месте… Конечно, ещё оставался вариант, что длина цепей не позволяла добраться ему до спасительной платформы, но тогда почему он молчал? Ему достаточно было закричать, чтобы поднять на уши всех жителей корабля, которые бы сразу пришли к нему на помощь. Опять же, если допустить, что именно жители корабля-рыбы и были ответственны за цепи на его ногах, тогда сразу становилось понятно его молчание. Впрочем, подобные мысли могли прийти в голову лишь незнакомому с ситуацией человеку, а на самом деле всё происходящее объяснялось самой обычной тренировкой… Ладно, не самой обычной, но суть понятна.

Смысл тренировки заключался в том, чтобы позволить грузу, закрепленному на концах якорных цепей, утянуть себя глубоко под воду, а затем, опять же, несмотря на груз, всплыть с помощью силы одних только ног. При таком методе тренировок нагрузки на мышцы ног превосходили все мыслимые и немыслимые пределы, не говоря уже о недостатке воздуха. Нормальный человек ничем таким подобным заниматься точно бы не стал. Поправка! Нормальный человек ничем таким подобным заниматься просто бы не смог: его бы мгновенно утянуло на дно, без шансов на спасение.

Тем не менее, пусть подобный метод тренировок не отличался безопасностью, если не сказать больше, именно такие тренировки позволяли парню самосовершенствоваться эффективнее всего. К тому же он точно знал, что любые другие тренировки, остающиеся в рамках обычной логики, никогда не позволят ему достичь желаемого результата. Почему? Потому что человек может убить любого монстра, кроме того случая, когда монстром является другой человек. Соответственно человека-монстра мог убить только другой человек-монстр. Именно поэтому парень тренировался так, как нормальному человеку и в голову бы не пришло тренироваться. Его целью был человек-монстр, поэтому, если он хотел получить свою жизнь обратно, ему самому требовалось стать человеком-монстром. И для достижения своей цели, ему пришлось отбросить привычную всем логику.

Когда солнце заметно поднялось над горизонтом, а жители корабля начали потихоньку просыпаться и готовиться к новому дню, парень закончил со своей тренировкой. В последний раз выпрыгнув из-под воды, прямо рядом с «плавником» корабля, он выпустил цепи из рук и ухватился за этот самый плавник, который сразу же погрузился под воду чуть менее чем полностью. Из «внутренностей» корабля незамедлительно донеся громкий слаженный мат пары десятков голосов. Пусть судно накренилось не слишком сильно, но всё произошло чересчур резко и неожиданно, поэтому многие оказались к такому не готовы… как и все предыдущие пару сотен раз. Всё происходящее уже давно успело стать своеобразным утренним ритуалом.

Когда парень оперся руками на плавник, чтобы выбраться из воды, дерево под его руками отчётливо захрустело. Хрустящее дерево вкупе с наклоненным кораблём говорили лучше всяких слов о том, насколько далеко он ушёл от рамок обычной человеческой логики. Его самого уже давно можно было считать человеком-монстром, но светловолосый парень прекрасно осознавал, что его сил всё ещё недостаточно. Ему требовалось больше силы, больше! Иначе он навсегда мог попрощаться со своей обычной жизнью.

Усевшись на краю плавника, который окончательно погрузился под воду, из-за чего корабль перекосило ещё больше, парень ухватился за одну из якорных цепей, отходящих от его ног, и принялся тянуть её наверх. Вытащив на плавник метров десять цепи, он резко напрягся, после чего достал из-под воды огромный стальной шар, матово-чёрного цвета. Шар достигал двух метров в диаметре и, без всяких сомнений, весил несколько десятков тонн. Вытащив шар, парень взялся за цепь на другой ноге. Вполне закономерно, что вскоре он вытащил на свет ещё один стальной шар, полную копию первого. Два литых стальных шара и около двух десятков метров якорной цепи — даже на самый скромный взгляд всё вместе весило не менее пятидесяти тонн. Обычная логика сделала ручкой и удалилась восвояси.

Отстегнув от ног «кандалы» парень хмуро оглядел покрасневшую кожу. Сказывался безумный вес стальных шаров, из-за чего «кандалы» безбожно натирали ноги, несмотря ни на какие подкладки. Устало вздохнув, он взялся за большой тюбик, приготовленный заранее и до поры до времени лежавший на «плавнике». Выдавив из тюбика полную ладонь противовоспалительной и заживляющей мази, он принялся растирать её по своей покрасневшей коже.

Закончив с мазью, он поднялся на ноги и прошёл по «плавнику» до небольшой лестницы, ведущей к двухстворчатым дверям корабля. Самое главное, что на одной из ступенек лежали заранее приготовленные полотенце и бинты. Усевшись на ступеньки и взяв бинты, он тут же принялся обматывать ими свои намазанные ноги. А завершив и эту процедуру, он вытерся полотенцем и, повесив его на шею, пошёл убирать своё «тренировочное оборудование».

Утащив стальные шары с цепями в недра корабля, на его самую нижнюю палубу, парень поднялся на четвёртый этаж, в свою комнату. Забросив полотенце сушиться на дверь шкафа, он достал из того же шкафа вешалку, на которой висел чёрный двубортный костюм с голубой рубашкой и чёрным галстуком. Облачившись в свой повседневный костюм, и надев чёрные тяжёлые ботинки, он придирчиво оглядел себя в зеркало. В ответ на него посмотрел голубоглазый блондин, правый глаз которого был скрыт длинной прядью волос, а левый глаз притягивал внимание странной завивающейся бровью. Небольшие усики под носом и черная бородка, вкупе с достаточно дорогим и элегантным костюмом, придавали ему вид этакого благовоспитанного джентльмена, что и близко не соответствовало реальности.

— Санджи, чёртов сопляк, немедленно тащи сюда свою бесполезную задницу!!! — разнёсся по всему кораблю рёв старика Зеффа, по совместительству бывшего пирата по прозвищу «Красноногий», нынешнего владельца ресторана «Барати» и главного шеф-повара упомянутого ресторана.

— Чёртов старик, — пробормотал блондин, он же идентифицированный Санджи.

Взяв с тумбочки, стоящей возле кровати, пачку сигарет и зажигалку, он вышел из комнаты и, прикинув откуда приблизительно донёсся крик «чёртового старика», направился в общий зал, по ходу дела прикуривая свою вторую за день сигарету. Первую он выкуривал едва ему стоило продрать глаза после сна.... а иногда и ещё раньше.

Даже не успев войти в общий зал ресторана, Санджи, благодаря гомону голосов, уже знал, что случилось нечто примечательное. И действительно, едва ему стоило раскрыть двустворчатые двери, как он увидел, что вокруг одного из круглых столов, за которым сидел старик Зефф, собрались абсолютно все работники знаменитого на всё Ист Блю плавучего ресторана. Почти четыре десятка человек возбуждённо гомонили, обсуждая, судя по всему, утреннюю газету.

— И какого чёрта вы устроили здесь такой переполох? — спросил Санджи, спускаясь вниз по ступенькам.

— Посмотри сам, чёртов сопляк, — раздался в ответ обычный, хриплый, недовольный голос старика Зеффа.

Столпившиеся возле стола люди расступились, поэтому парень без проблем прошёл к старику и взял протянутую ему газету. Надо признать, увидев довольную ухмылку «чёртового старика», газету он взял с изрядной опаской. Такая ухмылка никогда не предвещала ничего хорошего. Правда, Санджи не имел ни малейшего представления, каким образом новости, попавшие в крупнейшую газету в мире, могли относиться непосредственно к нему. Впрочем, тайна перестала быть тайной, едва ему стоило прочесть заголовок на передовице.

«Убийцы Пиратов» подняли пиратский флаг!

Под кричащим заголовком, главный редактор газеты поместил фотографию небольшой каравеллы с чёрными парусами, на которых был нарисован череп с перекрещенными костями и в соломенной шляпе. В Соломенной Шляпе! Санджи мгновенно проникся, тут же углубившись в чтение.

Большая часть написанного не представляла для него никакого интереса. В газете шли длинные описания всего того, что успели совершить «Убийцы Пиратов» за время своего существования. Однако об их различных «успехах» парень знал и без всякой газеты, причём знал с куда большими подробностями. Тем не менее, в статье рассказывалось о том, когда о них впервые начали говорить, когда они образовались, о составе их группы, и о том, кто, чем, и когда из них успел отличиться. Ещё больше места в статье заняло описание того, какие именно изменения произошли в Ист Блю с появлением упомянутой группы охотников на пиратов, давно уже успевших прославиться на весь мир. И, соответственно, какие опять могут произойти изменения, когда столь знаменитые охотники на пиратов сами стали пиратами.

«Хотя, как уже успела показать практика, новоявленный череп с костями, на их матово-чёрных парусах, никак не повлиял на отношение «Убийц Пиратов» к другим морским разбойникам» — писал журналист ответственный за статью, некий Риорд Драф, сильно прославившийся за последний год как раз за счёт того, что постоянно писал об «Убийцах Пиратов». — «Первым делом, что сделали новоиспеченные пираты после поднятия своего флага, так это устранили последний пиратский оплот в Ист Блю. Речь идёт о банде Арлонга, единственных пиратах-рыболюдях в Ист Блю, которые, как оказалось, вполне себе «жили и процветали». Они на протяжении долгих восьми лет высасывали все соки из жителей целого архипелага. Однако пиратской тирании пришёл конец: «Убийцы Пиратов» вырезали банду Арлонга под корень.

Как доложил Пудинг-Пудинг, — один из трёх контр-адмиралов Морского Дозора, которые были откомандированы для выяснения всех обстоятельств этого, безусловно, чрезвычайно громкого дела, — им не удалось найти тела только трёх рыболюдей. Тем не менее, по свидетельствам очевидцев, все трое были, как минимум, смертельно ранены. Получив ранения, они упали в воду, где их затем унесло подводным течением, из-за чего все пропавшие, почти наверняка, тоже мертвы. Так что можно уверенно заявлять, что банда Арлонга прекратила своё существование. К сожалению, в этот день своё существование прекратила не только банда Арлонга…»

Дальше речь пошла о капитане Нэдзуми, офицере, который ещё несколько дней назад был ответственен за шестнадцатое отделение Морского Дозора. Сначала журналист рассказал о том, как он стал непосредственным свидетелем «совершенно беспощадной расправы над дозорными, учинённой безжалостным «Убийцей Пиратов» Ророноа Зоро». Все слова были подкреплены соответствующими фотографиями, пусть и сделанными с очень большого расстояния. Тем не менее, они не оставляли ни малейшего сомнения в том, что всё произошло именно так, как было написано в статье. Однако как следует посмаковав все подробности «беспощадной расправы над дозорными», Риорд Драф, не особо выбирая выражений, принялся рассуждать на тему того, почему «Убийца Пиратов» вообще решил устроить упомянутую «беспощадную расправу». И тут вдруг сразу «всплыло» несколько весьма любопытных подробностей.

Так, например, самым первым делом выяснилось, что весь архипелаг, восемь лет находившийся под гнётом банды Арлонга, входили в зону ответственности того самого пострадавшего капитана Нэдзуми и его людей. Далее журналист рассказал читателям о том, что ранее Арлонг являлся частью другой пиратской команды. Он был одним из офицеров так называемых «Пиратов Солнца» под предводительством ныне покойного рыбочеловека — Фишера Тайгера. Более того, в той же самой команде состоял и знаменитый на весь мир Джимбей, ныне действующий Шичибукай на службе Мирового Правительства. Очень интересные и интригующие подробности.

После всего перечисленного, Риорд Драф задался вполне закономерным вопросом: «Не было ли игнорирование действий Арлонга связано с личностью Джимбея и его статусом Шичибукая?». Однако едва задав соответствующий вопрос, журналист сразу же вернулся обратно к Нэдзуми и его людям, которые явно жили на широкую ногу. Траты капитана и его команды заметно превосходили их официальные возможности. Как же так? Командование Морского Дозора тут же дало свой незамедлительный ответ, заверив многочисленных читателей, что «они обязательно во всём разберутся и накажут всех виновных, если таковые обнаружатся, по всей строгости закона». Риорд Драф ещё от себя добавил: «и если они ещё живы».

На этом статья, как таковая, закончилась, но, пожалуй, следующие несколько страниц были как бы не самыми важными в нынешнем выпуске. На них главный редактор поместил розыскные постеры всех «Убийц Пиратов». Обычно листовки с наградами шли отдельно, в комплекте с газетой, и такие, кстати, тоже были. Однако учитывая важность события, редакция газеты, по-видимому, посчитала не лишним добавить постеры непосредственно на страницы выпуска.

Самым первым, по вполне понятным причинам, был напечатан постер «Убийцы Пиратов» Ророноа Зоро, капитана новоявленной пиратской команды. Фотография, использованная для розыскного листа, была сделана ранним утром, на фоне восходящего солнца и наполовину потонувшего каркаса корабля, всё ещё продолжающего дымить. Чёрная бандана на голове, чёрные штаны, чёрные ботинки и тёмно-зеленый халат, верхняя часть которого была скинута, открывая вид на мускулистый торс мечника и огромный шрам, наискось протянувшийся от его левого плеча до правого бедра. Две чёрных катаны в руках и одна, белая, в ножнах на поясе. И, в качестве финального аккорда, гора трупов под ногами бывшего охотника, на которой он и стоял. Окровавленные тела однозначно принадлежали пиратам — это подтверждали соответствующие татуировки на многих трупах. Получился идеальный постер для человека с прозвищем «Убийца Пиратов».

WANTED

DEAD OR ALIVE

RORONOA ZORO

100.000.000

И хотя Санджи считал подобную награду полностью оправданной и заслуженной, он всё равно чуть не проглотил свою сигарету, когда её увидел. Сто миллионов — это совсем не шутки. Сто миллионов — это веха. Среди наград таких вех было несколько, но самой первой всегда считалась именно награда равная или превышающая сто миллионов белли. Подобная награда показывала, что её владелец обладает совсем не шуточной силой и, самое главное, имеет потенциал со временем стать ещё более опасным. Чтобы было понятнее, пират с наградой в девяносто девять миллионов может быть в несколько раз менее опасным, чем пират с наградой в сто миллионов.

Как уже говорилось, сто миллионов — это веха. Некоторые пираты, добравшиеся до девяноста миллионов, могли потратить всю оставшуюся жизнь, но так и не переступить заветный рубеж. Тут уже не играло роли, сколько он там разграбил городов и деревень, сколько потопил кораблей и сколько убил человек, вознаграждение за него всё равно не росло. У капитанов с наградой за голову равной или превышающей сто миллионов, от таких действий, награда будет только увеличиваться, а вот у тех нет. И всё потому, что у них и их команд нет соответствующего потенциала. Потенциала стать когда-нибудь, в будущем, действительно опасными. Обычно команды, под предводительством таких капитанов, либо становились жертвами других пиратов, либо заканчивали в тюрьме или на плахе. Всё-таки девяносто миллионов белли или около того — достаточно большая награда, чтобы командование Морского Дозора не могло просто закрыть глаза на действия таких команд.

Следующей вехой, после ста миллионов, считалась награда превосходящая триста миллионов, но многократно возрастала сложность повышения такой награды. Было не так уж и сложно (относительно) добраться от ста миллионов до трёхсот миллионов, а вот увеличить свою награду после получения заветных трёхсот миллионов было на порядок сложнее, чем преодолеть расстояние от девяносто миллионов до ста. Награды свыше триста миллионов получали только элитные пираты. Такие пираты, которые, своими действиями, вполне могли вдохновить следующие поколения пиратов. Лучшие из лучших среди всех своих конкурентов или, если говорить одним словом, «Элита».

Тем не менее, существовал ещё один заметный рубеж — пятьсот миллионов. Пираты с соответствующими наградами являлись живыми легендами, обязательно оставляющими свой след в истории. Конечно, не всегда подобные «следы» говорили о чём-то грандиозном, но, можно было однозначно сказать, что такого человека просто так не забудут. Пятьсот миллионов и выше — это потенциальные Йонко и Короли Пиратов. Или правильнее будет сказать, что у таких пиратов было больше всего шансов заполучить соответствующие титулы. Так называемая «Элита Элит» или, если так можно сказать, «Пиратская Аристократия». Миллиард бели и выше — это уже не потенциал, а уровень самых сильных действующих генералов Йонко. Уровень «Правителей» или даже «Королей» Нового Мира.

Вот и получалось, что знаменитый «Убийца Пиратов», первой же своей наградой, взял одну из самых значительных вех, если говорить о вознаграждениях за головы пиратов. Кроме того, журналист, явно решив подлить масла в огонь, прямо под постером, любезно сообщил всем заинтересованным, что Ророноа Зоро установил новый рекорд среди всех современных пиратов. До него обладательницей самой большой первой награды значилась «Императрица Пиратов» Боа Хэнкок — Самая Красивая Женщина в Мире и действующий Шичибукай на службе Мирового Правительства. В своё время за неё дали восемьдесят миллионов белли, что тоже наделало немало шума, особенно учитывая её личность.

И хотя можно было бы поспорить, что «Убийца Пиратов» получил свою известность не моментально, а работал над своей репутацией на протяжении нескольких лет, факт оставался фактом — его первая награда стала крупнейшей первой наградой среди всех ещё живых пиратов и второй в истории. На первом месте прочно умостился Фишер Тайгер со своими двухсот тридцатью миллионами, но так и получил он их на Гранд Лайне, а не как Зоро, в слабейшем море из всех. Море, где до этого самой крупной наградой считалась награда, назначенная за голову Арлонга, и которая составляла «жалкие» двадцать миллионов белли…. Пардон, за «Клоуна» Багги и чуть менее «жалкие» тридцать миллионов. В общем, тут действительно было с чего удивляться.

Следующими, после Ророноа Зоро, шли постеры Джонни «Отрывателя Голов» и Йосаку «Мясника». Фотографии лёгшие в основу их розыскных листовок без всяких сомнений были сделаны в то же самое время, что и фотография «Убийцы Пиратов». Однако если сначала, увидев фото Зоро, Санджи только заподозрил «грязную игру», — слишком уж удачным получился снимок, идеально подходящим под прозвище мечника, — то затем, увидев фотки Джонни и Йосаку, он с уверенностью мог сказать, что всё это была Его работа. Заранее позаботиться о фотографиях к розыскным постерам, чтобы они соответствовали Его вкусу? Это точно было в Его духе!

Так Джонни, на фото, был одет в своё неизменное белое кимоно с оборванными рукавами и красной повязкой на лбу. С ног до головы заляпанный чужой кровью, он стоял в окружении тел с оторванными головами. В свою очередь, Йосаку, на другом фото, был одет в своё неизменное красное кимоно с оборванными рукавами, также заляпанное в чужой крови. Держа в руках два окровавленных меча, он стоял в окружении того, что когда-то было людьми, а теперь лишь их многочисленными кусками. Другими словами, фотографии на постерах Зоро, Джонни и Йосаку идеально подходили к их прозвищам. Обычным совпадением такое быть не могло, поэтому Санджи ни на мгновение не усомнился, что все эти фотографии были сделаны при Его участии. И постеры. И, даже, пожалуй, награды. Парень ничуть не сомневался, что Он примерно на такой исход и рассчитывал. По-другому просто быть не могло.

Кстати о наградах.

WANTED

DEAD OR ALIVE

JOHNNY

50.000.000

И ещёодна:

WANTED

DEAD OR ALIVE

YOSAKU

50.000.000

Два неразлучных друга и тут не изменили себе, умудрившись заполучить за свои головы абсолютно одинаковые награды. С другой стороны, Санджи знал, что парни всегда сражались вместе, поэтому в подобном исходе не было ничего удивительного. К тому же они уже достаточно долго занимались охотой на пиратов, из-за чего практически любой заинтересованный представитель власти мог легко узнать о том факте, что, по силе, они всегда находились на одном уровне. Принимая во внимание, что Джонни и Йосаку старались никогда не отставать друг от друга, в будущем, как сильно подозревал Санджи, подобная «синхронизация» должна будет случиться ещё неоднократно. В смысле, парни почти наверняка будут и дальше получать одинаковые награды или разница между их наградами обещала быть минимальной. Уж в чём-чём, а в этом точно не могло быть никаких сомнений.

И всё-таки пятьдесят миллионов для Ист Блю выглядели неслабо… это если мягко сказать. Нельзя было забывать о двух крайне важных фактах. Во-первых, средняя награда в Ист Блю составляла всего три миллиона белли. Соответственно Джонни и Йосаку сходу превзошли среднюю награду почти в двадцать раз, а Зоро, в свою очередь, более чем в тридцать раз. Во-вторых, что было ещё важнее, все три человека состояли в одной команде. Для того, чтобы подмять под себя всё Ист Блю вполне хватило бы и одного пирата с наградой в пятьдесят миллионов, а тут целых два «полтинника» в прямом подчинении полноценного «стольника». В глазах общественности, Зоро справедливо мог считаться Королём Пиратов, пусть и только пиратов Ист Блю… Которых, правда, его же стараниями, вообще не осталось. Во всяком случае, достойных упоминания точно. С другой стороны, мало ли что там считала себе общественность? В отличие от различных неосведомлённых идиотах, Санджи прекрасно знал реальное положение дел! Если кого и можно было назвать Королём Пиратов Ист Блю, то точно не Зоро.

Раскрыв газету на следующей странице, парень почувствовал, как его рот мгновенно наполняется слюной, а затем и переполняется. Задышав не хуже загнанной собаки и начав обильно капать слюнями на пол, он в один момент растерял весь свой джентльменский вид, влюблёнными глазами уставившись на ещё один постер. В отличие от трёх предыдущих, занимавших лишь по одной странице, новая наградная листовка была ровно в два раза больше и занимала целый разворот. И Санджи полностью поддерживал подобный подход! В конце концов, кого вообще могла заинтересовать какая-то жалкая тройка пиратов? Таких идиотов, на том же Гранд Лайн, словно грязи! И с наградами там покруче, иногда в несколько раз! Так что можно было о них совсем не писать, а освободившееся место использовать с куда большим толком, например, добавить ещё два-три постера с «Королевой» помимо основного! И Санджи ничуть не сомневался, что так думал не он один! Такой красоты должно быть много.

На своём постере Нами, в цветастом бикини чем-то напоминающий разноцветный мармелад, расслабленно лежала на пляжном лежаке. На макушке у неё красовались очки, а волосы были распущены и только самый конец собран в толстую косу, перекинутую через плечо и покоящуюся прямо между двух её крайне соблазнительных холмов. Отрезки ткани, ответственные за сокрытие её груди, как и в случае со всеми остальными купальниками, в которых Санджи доводилось видеть свою личную Богиню, — вот прямо так, без всяких кавычек и с большой буквы! — едва справлялись со своей работой. Это была своеобразная закономерность, против которой блондин как раз таки и не был против. Одна нога Нами была вытянута, а другая согнута в колене, её левая рука покоилась на подлокотнике лежака, тогда как в правой руке она держала бокал с каким-то пляжным коктейлем. Во время снимка она явно обернулась в сторону фотографа, поэтому у любого человека, смотрящего на постер, невольно создавалось впечатление, словно её нежный взгляд и чарующая улыбка предназначались именно ему. Неподготовленного человека постер мог сразить наповал!

Справедливости ради нужно признать, что розыскные листы остальных «Убийц Пиратов», также гарантированно могли сразить наповал, только по совсем другим причинам. Глядя на фотографии Зоро, Джонни и Йосаку, невольно складывалось впечатление, что все три «маньяка» смотрели прямо на того, кто держал их постеры в руках, и прямо-таки открыто говорили: «Ты следующий!». Вроде как: «Хочешь получить награду за мою голову? Тогда посмотри внимательнее на постер, и хорошенько подумай ещё раз!». Санджи даже невольно стало интересно, кто вообще разрешил напечатать подобные постеры? С фотографией его Богини всё было предельно ясно: такой снимок просто не могли не пропустить в печать! Однако с фотографиями парней всё казалось не так однозначно.

Учитывая, как долго «Убийцы Пиратов» оставались на слуху, и насколько часто попадали в газеты, то без всяких сомнений можно было найти куда менее угрожающие снимки. Санджи немедленно заподозрил очередную грязную игру, пусть даже совсем не представлял, как Он мог провернуть нечто подобное. В конце концов, окончательные решения по наградам и постерам принимались в штаб-квартире Морского Дозора, и весьма высокопоставленными офицерами. На таком уровне практически полностью исключалась возможность решить вопрос обычной взяткой. Тем более штаб-квартира Морского Дозора располагалась на Гранд Лайне, что тоже добавляло проблем. С другой стороны вера Санджи в Него была выше обычной логики. Парень был уверен, что Он точно мог провернуть нечто подобное.

Засмотревшись на фотографию своей Богини, Санджи даже не сразу обратил внимание на её награду. Надо заметить, награда, назначенная за девушку, выглядела несколько символичной.

WANTED

ONLY ALIVE

NAMI

20.000.000

Всего несколько дней назад, именно такой наградой за свою голову мог похвастаться ныне покойный Арлонг. И, опять же, всего несколько дней назад подобное вознаграждение заняло бы вторую строчку во всём Ист Блю, а теперь такая награда стоила только пятого места… или четвёртого? Всё-таки на втором месте обосновалось сразу два человека… а может быть тогда вообще третьего? Багги стоил тридцать миллионов, но, в последних выпусках различных местных газет, говорилось, что он вроде как уплыл на Гранд Лайн, из-за чего он автоматически выбыл из списков пиратов действующих в Ист Блю.

Впрочем, на чрезвычайно предвзятый взгляд Санджи, двадцать миллионов или нет, подобная награда за Нами была полной брехнёй! За Богиню оскорбительно давать даже двадцать миллиардов, не говоря уже о жалких двадцати миллионах! Богиня — она бесценна! И, вероятнее всего, так считал не он один. От его внимания не ускользнул факт того, что с постера Нами убрали слово «DEAD». Всё правильно! Богиня заслуживает только «ONLY ALIVE» и ничего кроме «ONLY ALIVE»! Это пиратов как грязи, а вот Богиня только одна!

Под постером шло дополнительное пояснение, что за мёртвую девушку денег не дадут вообще. Также редакция поясняла, что, когда настало время выбирать между «Королевой Монстров» и «Королевой Милосердия», после продолжительных дебатов, её официальным прозвищем стало просто «Королева». «Королева Пиратов» Нами. Вроде как по принципу «Императрица Пиратов» Боа Хэнкок. Заодно, как бы невзначай, был поставлен вопрос: а кто же из них красивее? В конце концов, «Императрица» уже давно находилась на пике своей красоты, а вот «Королеве», по причине возраста, всё ещё только предстояло взобраться на этот самый пик. Принимая во внимание, что «Королева» уже сейчас обладала внешностью вполне сопоставимой с внешностью «Самой Красивой Женщины в Мире», то всё это невольно заставляло задаться соответствующим вопросом.

Вообще, о Нами было написано как бы не на целый порядок больше, чем о Зоро, Джонни и Йосаку. Причём, написано таким образом, что единственным отрицательным фактом в её биографии стал факт принадлежности к «Убийцам Пиратов». В дополнение ко всему прочему, информация была подана в таком ключе, что невольно создавалось впечатление, словно, став пиратом, «Королева» лишь слегка оступилась. Типа, с кем не бывает? Поэтому теперь ей вполне достаточно принести формальные извинения, чтобы вознаграждение за её голову оказалось немедленно отозвано. После такого Санджи ещё больше зауважал журналиста, ответственного за статью, и его редакторов — вот это правильный подход! Богинь надо ценить!

Однако едва стоило парню, с большой неохотой, перелистнуть страницу с постером своей Богини, как он увидел уже совершенно другую статью, никак не относящуюся к «Убийцам Пиратов». Все его уважительные чувства тут же испарились без следа. Вместо этого его глаза мгновенно налились кровью.

— Эти идиоты… Эти слабоумные идиоты… Эти слабоумные тупоголовые идиоты! Они что, так до сих пор ничего не поняли?!! — газета в руках Санджи явственно затряслась, а все окружающие его люди, не считая старика Зеффа, благоразумно отошли на безопасное для себя расстояние.— Как можно было пропустить Его?! Столько понаписать и всё равно умудриться упустить самое главное?! Идиоты!!!

Довольный Зефф провёл рукой по своим торчащим в разные стороны усам, закрученным в косички. Смотря на вспыхнувшего огнём парня, — в буквальном смысле вспыхнувшего! — и тут же моментально погаснувшего, когда он понял, что безвозвратно умудрился спалить газету с фотографией своей Богини, старый пират не мог перестать улыбаться. Так «ненавидимый» Санджи человек вызвал у бывшего капитана почти полностью противоположные чувства. Он понятия не имел, откуда мог взяться подобный Монстр в здешних водах, но зато прекрасно понимал, что фраза про чертей в тихом омуте появилась очень давно и совсем не просто так… Правда, речь скорее шла не столько о чертях, сколько о полноценных демонах, даже Демонах Ада. Вернее, Демон сначала был только один, но потом он воспитал другого, и уже вдвоём они принялись натаскивать остальных.

Зефф за свою жизнь повидал многое, в том числе и самых разнообразных людей, включая настоящих легенд. Тем не менее, даже он ещё никогда не сталкивался с кем-то подобным. Самый главный «Убийца Пиратов» всегда действовал из тени, что ничуть не мешало ему, словно огромному спруту, оплести своими «щупальцами» буквально всё Ист Блю. Старый пират, сейчас вполне довольный своей жизнью шеф-повара на своём плавающем ресторане, когда-то всё-таки тоже был самой настоящей легендой, поэтому он отлично знал, как устроен этот мир. И если он вдруг хотел что-то о ком-то узнать, то он просто брал и узнавал, но не в тот раз.

Когда Монстр заявился в ресторан в самый первый раз, Зефф, надо признать, оказался одурачен, как и все остальные. Тогда его куда больше заинтересовал человек, уже довольно продолжительное время считавшийся сильнейшим мечником Ист Блю. И едва ему стоило увидеть знаменитого «Убийцу Пиратов», как он мгновенно понял, что все слухи и близко не передавали всей правды. Юнец по имени Зоро не мог считаться сильнейшим мечником Ист Блю! Только не тогда, когда он им был! Но даже этот факт не мог передать всей полноты картины.

Зефф, в тот день, был сильно озадачен тем, откуда такой сопляк мог не только узнать о Воле, но ещё и научиться ей пользоваться, несмотря на свой сопливый возраст. На такого человека легко натолкнуться на Гранд Лайн, особенно в Новом Мире, но встретить подобного человека в Ист Блю? Слабейшем море из всех? Тем не менее, факты, как это всегда с ними и бывало, говорили сами за себя. И пусть Зоро, на момент их самой первой встречи, овладел только самыми основами Воли, даже этого оказалось достаточно, чтобы вывести его на уровень местного Бога. Пираты, обладающие Волей, стоили от ста миллионов и выше, и обычно владели только одним типом, а Зоро умудрился овладеть сразу двумя. Это настолько сильно превосходило средний уровень Ист Блю, что Зефф просто не мог не заинтересоваться подобным человеком.

Первым делом он, что вполне естественно, поинтересовался происхождением мечника. Зоро, изначально показавшийся старому пирату не слишком разговорчивым, именно таким и оказался. Однако старый пират быстро выяснил, что парень был совсем не дурак выпить. Саке, как таковое, его не интересовало, а вот предложенное вино и ром были приняты с большим энтузиазмом, поэтому разговор сразу наладился. О своих родителях Зоро ничего так и не рассказал, а вот про своего учителя и его школу поведал вполне достаточно, чтобы Зефф сделал соответствующие выводы. Как он понял, учитель парня представлял собой весьма эрудированного, более-менее сильного и явно заслуживающего уважения мужчину, но ни о каком обучении Воли и речи не шло. И после долгих расспросов, замаскированных под обычный разговор, старый пират всерьёз начал подозревать, что видит перед собой уникума. Мог ли Зоро сам открыть в себе соответствующие способности? Такое вполне было возможно, хотя и случалось чрезвычайно редко. Однако прежде чем Зефф, в тот день, решился спросить напрямую, его внимание к себе ещё один сопляк.

Откровенно говоря, на фоне такой загадки, как лучший мечник Ист Блю, с его чётко ощущаемой Волей, старый пират почти сразу забыл о том, что Зоро приплыл не один. Его спутник хоть и привлекал к себе изрядное количество внимания своим громким голосом, смехом и буквально светящейся от счастья рожей, самого Зеффа никак не заинтересовал. И это несмотря на футболку настолько пёстрой расцветки кислотного цвета, что едва кровь из глаз не шла от одного только взгляда на неё.

В плане личной силы, как тогда посчитал старый пират, парень не представлял собой ничего выдающегося. Не особо сильный, но и не слишком слабый. Если говорить по правде, Зефф вообще не смог должным образом оценить его силу. Возможно, всё дело было в сильной разнице между поведением и личной силой? Бьющая фонтаном жизненная сила мешала должным образом прочувствовать его обычную силу? До того дня старый пират ещё никогда не сталкивался с подобным феноменом. Вероятнее всего, при других обстоятельствах, он бы определённо оказался заинтригован, но тогда напротив него сидел мечник, который интересовал Зеффа куда сильнее необычных феноменов. Всё-таки и сам Зоро был тем ещё феноменом.

В общем, потратив на оценку «шумного парня» пару десятков секунд, попутно сделав несколько предположений и придя кое к каким выводам, Зефф тут же потерял к нему почти всякий интерес. Пусть не совсем обычный, но всё тот же типичный балабол, таскающийся за своим сильным товарищем — сколько таких было и сколько ещё таких будет! Так что старый пират оказался совершенно не готов к виду «Летающего Санджи», тело которого, пролетев прямо над его головой, проломило одну из стен ресторана и вылетело на улицу.

В тот день в помещении сразу же повисла звенящая тишина. Нет, дело было не в самом факте драки, — они в «Барати» происходили постоянно, — сколько в её результате. Зефф, конечно, любил отвешивать Санджи пинки, называя его слабаком и неучем, но, по сути, мелкий сопляк был вторым по силе человеком в ресторане. И он никогда не проигрывал в драке с посторонними. Ни в одной. Однако, в тот раз, больше всего старого пирата удивил противник Санджи, оказавшийся не кем иным, как «шумным спутником» Зоро. И ещё всего минуту назад, Зефф, без всяких раздумий, поспорил бы с кем угодно, что Санджи легко запинает этого паренька за две-три секунды. Более того, дальше ситуация не только не прояснилась, а наоборот, начала становиться всё чудесатее и чудесатее. Тогда старый пират ещё не знал, что если где-то неподалёку находится самый главный «Убийца Пиратов», такое положение вещей становится нормой.

Вполне естественно, что Санджи, несмотря на весь свой впечатляющий полёт, буквально через минуту, снова оказался внутри ресторана, пусть и мокрый с головы до ног. Зефф сам, едва ли не ежедневно, отправлял парня полетать в воду, схожими по силе ударами, поэтому того таким было не свалить.

О том, из-за чего начался весь сыр-бор, старый пират узнал только тогда, когда Санджи вернулся к столу, за которым пировал паренёк в шляпе. Оказалось, что тот не только проявил неуважение к его готовке, но ещё и к самой еде. Такое действительно нельзя было спускать с рук — в этом Зефф был целиком и полностью на стороне своего «чёртового сопляка»! Проблема заключалась в том, что, несмотря на его гнев, всё ногомахательство Санджи оказалось бесполезным.

«Болтливый спутник Зоро», не переставая сыпать оскорбления в адрес готовки парня, ресторана и остальных поваров, без всяких проблем отбивался от всех атак разъярённого кока… Хотя, вряд ли было уместно использовать слово «отбивался». Судя по тому, что видел Зефф, паренёк в шляпе для блокирования ударов «чёртового сопляка» прилагал меньше усилий, чем среднестатистический человек, когда отгонял от своего лица назойливую муху. Ещё примечательно, что при этом он не переставал есть и умудрялся отчётливо говорить даже с полным ртом! И это, вроде как, было совершенно невозможно. Для того, чтобы такое стало возможным, паренёк в шляпе должен был быть очень сильным, — точнее не слабее Зоро! — а он таким не ощущался. Однако, прежде чем Зефф тогда сумел хоть как-то объяснить себе происходящую на его глазах картину, с ним заговорил его «собутыльник».

— Старик, мне понравилось вино и ром, поэтому даю тебе шанс самому угомонить своего повара, — сказал ему Зоро. — Иначе я его сейчас сам убью.

— Зачем? — усмехнулся Зефф, проведя рукой по своим торчащим в разные стороны усам-косичкам. — По-моему, твоему человеку помощь не требуется, — добавил он, не отрывая взгляда от «драки». — Он у тебя довольно силён.

— Дело не в силе, а в гордости, — губы мечника искривились в подобии улыбки. — Твой повар нападает на моего капитана, и я, как его первый помощник, просто не могу проигнорировать подобное… непочтение.

— Он… он твой капитан? — Зефф невольно перевёл свой взгляд на сидящего напротив него парня. — И как же так получилось?

Он прожил достаточно долго, и повидал столько всего, сколько другим и за десяток жизней было не повидать. Именно поэтому такое неожиданное заявление не оказалось для него таким уж сильным потрясением, но однозначно заставило удивиться.

— Я просто однажды наткнулся на него и помешал ему рыбачить, за что тут же был избит, а потом оно как-то само так сложилось, — слегка пожал плечами Зоро.

Принимая во внимание его силу, и насколько легко он сознался в том, что кто-то его избил, Зефф незамедлительно встал из-за стола, чтобы остановить «драку» Санджи. Мелкий сопляк часто раздражал его настолько сильно, что словами не передать, но старый пират давно уже относился к нему так, как относился бы к родному сыну, если бы в своё время обзавёлся таким. Зефф не мог позволить, чтобы его бестолкового сына убили. Да, убили. При условии правдивости всего услышанного, — а врать причин у Зоро не было, — ничем другим действия Санджи закончиться в принципе не могли. Парень в шляпе выглядел так, словно его забавляли все действия «чёртового сопляка», но Зефф на собственном опыте знал, насколько может быть изменчиво настроение подобных людей. Пусть действия Санджи пока его забавляли, старый пират не мог гарантировать, сколько продлится такое снисходительное отношение. «Чёртов сопляк» мог умереть как через секунду, так и не умереть вообще.

Резко поднявшись из-за стола, Зефф не успел ступить и шагу, как парень в шляпе обозначил свои намерения касательно Санджи. Надо признать, обозначил он их довольно впечатляющи образом. Сначала раздался громкий хлопок, а затем металлический лязг и звук падения. Старый пират удивлённо посмотрел на рухнувшего со стула Зоро. Один из мечей, извлечённый из ножен и выставленный в защитном жесте перед его лицом, а также забренчавшая по полу вилка, сразу же рассказали Зеффу всё, что ему нужно было знать… или почти всё. В тот день, и в тот момент, он вот так вот сразу не смог решить, обладал ли парень в соломенной шляпе каким-то фруктом, способным укреплять различные материалы, или всё-таки воспользовался Волей Вооружения. Обычная логика подсказывала Зеффу, что парень с куда большей вероятностью обладал соответствующей силой Дьявольского Фрукта, нежели был способен использовать Волю. Однако приняв во внимание слова и силу Зоро, конкретно в тот раз, вариант с Волей Вооружения показался старому пирату намного более реалистичным. Хотя он и добавлял куда больше вопросов, чем ответов.

— Зоро, ты идиот, нафига мне убивать нашего кока? — паренёк в шляпе говорил не особо громко, но его радостный голос отчётливо можно было услышать в каждом уголке общего зала. — Лучше иди сюда, познакомься!

Зоро послушно подошёл и познакомился, после чего Зефф, а вместе с ним и все остальные работники «Барати», стали свидетелями зарождения самых странных отношений из всех, какие им только доводилось видеть.