— Брака между сэром Уитни и Святой… не будет.

После долгого молчания белый флаг наконец подняло Святое Королевство.

— Неожиданно. Я думала, вы хотя бы попытаетесь расследовать подлинность моих показаний.

Конечно, как и предполагала Мередия, Святое Королевство могло бы заняться вопросом, правдивы ли эти свидетельства. Однако подтверждение того, делили ли мужчина и женщина ложе — процесс крайне щекотливый и постыдный. А другой стороной была не кто иная, как дочь и глава единственного герцогского дома, который даже Императрица не могла подавить силой.

Поэтому даже у Святого Королевства не было иного выбора, кроме как учесть ту ответственность, которую им пришлось бы нести, окажись показания правдой.

— В расследовании… кажется, нет необходимости.

— …что ж, тогда на этом и порешим.

— Аха-ха…

И когда видишь эту невинную атмосферу между Мередией, которая покраснела и прикусила губу, и Уитни, который впервые выглядел заметно растерянным — кажется, и вправду не было нужды сомневаться в подлинности показаний.

По правде говоря, только Мередия и Уитни этого не осознавали, но бульварная пресса по всей стране уже тиражировала бесчисленные домыслы и слухи об их отношениях. А решающим моментом стало то, что Мередия, уставшая отвергать бесчисленные предложения руки и сердца, появилась на публике с кольцом, подаренным Уитни. С тех пор их отношения считались практически официальными.

— Однако, для единения верующих и для получения благословения богини, Святая должна теперь вернуться в Святое Королевство.

Не сумев связать Уитни мощными узами брака со Святой, Святое Королевство быстро переключилось на спасение того, что еще можно было спасти.

— Что до сэра Уитни… мы бы хотели сопроводить его в Святое Королевство, в соответствии с традицией… но, похоже, обстоятельства этого не позволяют.

— Хм, странно слышать такое после того, как вы только что пытались женить меня на Святой…

— …поэтому сэр Уитни должен остаться в Империи и готовиться к любым непредвиденным угрозам.

Естественно, так не следовало обращаться с героем, которого надлежало почитать наравне со Святой. Однако Уитни, первый человек, вырвавшийся из рук предположительно всемогущей богини, был для Святого Королевства непредсказуемой и неизвестной величиной.

— Пу-ха-ха. Для людей, пытавшихся навязать брак со Святой, вы как-то сбавили пыл.

— …

— Что ж, когда структура власти вот-вот кардинально изменится, они, вероятно, не хотят впускать в игру переменную, которую не смогли контролировать.

Как и отметила Императрица, с ухмылкой наблюдавшая за ситуацией, у Святого Королевства не было иного выбора, кроме как исключить Уитни в нынешнем политическом климате.

— …прошу вас быть осторожнее в выражениях, Императрица.

— Я лишь хотела сказать, что сэр Уитни — мужчина получше, чем кажется.

Но, словно не желая этого признавать, Папа заговорил с недовольным выражением, и в этот момент Императрица наконец перестала смеяться и с довольной улыбкой перевела взгляд на Уитни.

— Я все прекрасно понимаю. И сэр Уитни, и я страдаем от того, как наша проклятая красота искажает наши истинные намерения.

— Аха-ха…

— …

— Точно так же, как я думаю лишь об Империи без единого эгоистичного желания, вы тоже думаете лишь о мире. Я права?

Конечно, какой-нибудь простолюдин мог бы быть достаточно наивен, чтобы в это поверить, но никто из присутствующих не считал Императрицу таким уж бескорыстным правителем.

— …разумеется, нет, Ваше Величество.

И, естественно, немногие — по крайней мере, из Святого Королевства — по-настоящему верили, что Уитни был спасителем нации.

— Просто выслушав все, что здесь сегодня было сказано, не остается места для сомнений. Ха-ха…

Но доказать утверждение Святого Королевства — что Уитни совратил Святую и подкупил свидетелей — теперь было невозможно.

— Это… безнадежно.

— О, дорогая Богиня…

— За что ты подвергаешь нас таким испытаниям…

Когда делегаты Святого Королевства начали молиться со скорбными лицами, глядя на Святую, светящуюся сероватым светом рядом с Уитни, атмосфера стала торжественной, как на похоронах.

И, естественно, никто не ответил на их молитвы.

— Хм, мы заговорились. Пора бы уже закончить эту скучную встречу.

Вместо этого в конференц-зале раздался лишь насмешливый голос Императрицы.

— Папа, с этого момента я официально передаю опеку над Святой Святому Королевству. Взамен Империя будет защищать и опекать сэра Уитни.

— …пожалуй, так будет лучше.

— Ха-ха. Не унывайте, Папа, а то люди подумают, будто мы заключили какой-то несправедливый договор.

Когда Папа ответил усталым тоном, Императрица снова поддразнила его насмешливым голосом.

— Императрица. Я не стану просить вас прекратить ваши постоянные колкости, но советую следить за своими действиями.

Затем, пока священники готовились разорвать кристальную связь, Папа внезапно метнул пронзительный взгляд на Императрицу и холодно произнес:

— Мы получили множество докладов о том, чем вы в последнее время занимаетесь за кулисами.

— Хо-хо, неужели?..

— Запомните. Неважно, насколько хаотичным станет мир, если вы когда-либо окажетесь связаны с темной магией, мы без колебаний объявим священную войну.

С этими словами атмосфера в комнате, которая начала было разряжаться, мгновенно снова стала ледяной. Но Императрица, к которой обращались напрямую, лишь скривила губы в леденящей улыбке.

— Вы говорите так, будто уже нашли доказательства. Но знайте — я тоже лишь жду шанса ухватиться за ваши злоупотребления.

После ее слов в комнате на некоторое время воцарилась холодная тишина.

— Помните об этом.

И кто знает, сколько времени прошло…

— …что вы не сможете вечно обманывать взор богини.

Фигура Папы начала мерцать и исчезать, пока он произносил слова, которые могли быть адресованы как Императрице, так и Уитни.

— Что ж, мне тоже пора отключаться. Благодаря нашему дорогому Герою, устроившему целое представление, у меня теперь гора работы.

Императрица, наблюдавшая за этой сценой, еще больше прищурив глаза, тоже начала исчезать.

— Какая жалость. Я изначально собиралась дать показания вместо леди…

— Ваше Величество, вы слишком много говорите.

Даже тогда Императрица пыталась оставить прощальное слово, но Мередия, с раздражением отмахнувшись от ее мерцающей фигуры, шагнула к Уитни, не дав ей закончить фразу.

— …держи ухо востро, Уитни Лингард.

Остановившись прямо перед ним смелым жестом, она заговорила низким, леденящим голосом, ее глаза остро сверкали.

— В этот раз было действительно опасно. Если бы не тот мерзкий паук, тебе был бы конец.

— …ты его видела? Нет, погоди, я хотел сказать, я тоже об этом не знал…

— И с этого момента все будет только опаснее.

Уитни, оглядываясь по сторонам, чтобы никто не подслушал, пытался придумать оправдание, но холодные слова Мередии прозвучали раньше.

— Ты выбрал такую, как я, а не какую-нибудь наивную девчонку, которой легко можно было бы воспользоваться. Это целиком и полностью твоя карма.

Ее тон все еще был саркастичным, но голос уже не был таким холодным, как прежде.

— Вместо кармы… это скорее достижение, не так ли?

— Что?

Заметив эту перемену, Уитни прищурился, как ранее Императрица, и наконец обрел самообладание, ответив:

— Завоевать симпатию неприступной героини — такое даже ветеранам не под силу.

— О чем ты говоришь?

— Я имею в виду, что мне все равно на все остальное, если я смогу завоевать сердце леди. Ха-ха.

Обычно в этот момент из уст Мередии вылетели бы резкие слова, но на этот раз все было немного иначе.

— …Хмф.

Вопреки ожиданиям, она крепко сжала кулаки и прикусила губы, затем резко повернула голову и вышла прямо из конференц-зала.

— Святая, моя невеста ведь просто прелесть, не так ли?

Уитни, заметив слегка покрасневшие мочки ушей Мередии, спросил у стоявшей рядом Хестии несколько ошеломленным голосом.

— Эм, Святая?

В этот момент Уитни повернул голову и невольно вздрогнул.

— Знала бы я, что до такого дойдет, просто дала бы им его забрать.

— ...?

— …забудь.

Холодное выражение, что раньше принадлежало одной лишь Мередии, теперь каким-то образом перешло к стоявшей рядом Хестии.

— Я бы хотела подышать свежим воздухом. Пожалуйста, задержите остальных внутри.

— Э-э, конечно… но почему остальных…?

— …просто, пожалуйста.

Уитни, совершенно сбитый с толку, нерешительно кивнул в ответ Хестии, которая внезапно поднялась со своего места.

— Ах, перед этим я хочу кое-что у вас спросить…

— Да, прошу.

Когда Хестия начала уходить, не глядя на него, она внезапно остановилась и тихо спросила Уитни:

— Вы действительно… с леди, я имею в виду…

— …

— …вы делали «это»?

Как только она закончила свой вопрос, Хестия отвернулась с сожалеющим выражением, в то время как Уитни мог лишь молчать.

— Аха-ха…

Потому что к тому времени все оставшиеся в комнате навострили уши и сосредоточили все свое внимание на них.

— Для того, кто это делал, ваша душа кажется слишком чистой…

— Эм, Святая…

— …вы ведь не собираетесь выдать то, что делаете со мной каждую ночь, за «отношения»?

Конечно, в тот момент, как эти слова сорвались с уст Святой, в воздухе раздались вздохи и звуки поспешно поворачивающихся голов, и внимание быстро рассеялось.

— Ха-ха, Святая. Кто-нибудь может неправильно понять, если услышит.

— Если вы об этом, я бы и сама справилась лучше…

— Нет, Святая, пожалуйста…

Вместо этого число людей, закрывающих глаза и молча молящихся богине, резко возросло, но, опять же, никто не ответил на их молитвы.

***

— Ха-ах…

Вылетев из конференц-зала, сама того не желая, Мередия открыла окно в коридоре и схватилась за голову после неосторожного замечания Уитни.

— Это полная чушь, серьезно…

Ее лицо уже стало ярко-красным.

— Как он может так легко говорить такие вещи…

В каком-то смысле, ее реакция была вполне естественной. Для благородной леди, которая всю жизнь провела в мире политических интриг и бдительных взглядов с одной единственной целью, эти трепетные и невинные эмоции были совершенно незнакомы.

— …так раздражает.

Мередия пыталась успокоиться, заставляя себя вдыхать холодный ветер, но на этот раз эта привычка не очень помогала. Обычно охлаждение головы помогало, когда эмоции зашкаливали, но когда горело сердце, реального решения не было.

— …я завидую.

Затем, когда она некоторое время стояла неподвижно у окна, опустив голову, за ее спиной раздался голос, смешанный со вздохом.

— Я не знала, что человек, которого он хотел спасти — это не я, а вы.

— ..?

Хестия, которая в какой-то момент вышла за ней, теперь бормотала со сложным выражением лица.

— …о чем вы говорите?

— Судя по вашей реакции, вы действительно не знали.

Мередия осторожно оглянулась, бросив на нее настороженный взгляд, но Хестия просто покачала головой и продолжала бормотать.

— Святая. Я прекрасно знаю, что вы скрыли темную ману от того мерзкого существа, которым управляет Уитни.

Мередия еще больше нахмурилась и слегка повысила голос, и Хестия, вздрогнув и оглядевшись по сторонам, в конце концов понизила голос и ответила:

— …перед началом допроса в мою одежду пробрался паук и заговорил со мной. Он сказал, что ему нужно помочь своему хозяину, и попросил меня скрыть его темную ману.

— Святая, которая разговаривает с монстрами… я начинаю сомневаться, действительно ли вы пробудились.

— Пробудилась? Думаю, я осквернена.

— Конечно, вы бы ска… погодите, что?

Все еще усмехаясь, Мередия оборвала себя на полуслове, потрясенная следующими спокойными словами Хестии.

— Та странная серая энергия, которую он использует, полностью овладела мной. Думаю, я больше не использую силу богини… а силу сэра Уитни.

При этих словах глаза Мередии начали наливаться багровым огнем.

— …что это за бред.

— Не поймите меня неправильно. Теперь, когда сэр Уитни выбрал вас, я последую этому решению.

Тяжелое чувство враждебности мгновенно заполнило коридор, но Хестия, на удивление спокойная, просто подняла руку и заговорила снова.

— Просто…………

С ее ладони начала исходить точно такая же волна серой маны, как и у Уитни.

— ……просто немного жаль, что вы не знаете секрета о сэре Уитни, который знаю я.

За этой волной, скрытой в ауре, на лице Хестии играла леденящая улыбка — то, чего Мередия никак не ожидала увидеть.

— …что вы о нем знаете?

— Кто знает? Почему бы вам не спросить его самой?

Мередия была не единственной, кто изменился, столкнувшись с такими сильными эмоциями впервые в жизни, полной подавления.