Сделка с дьяволом (5)

Виконт Ракона закончил подписывать контракт. Его перо скользнуло по бумаге одним быстрым движением. Последняя искра надежды угасла, и его рука больше не дрожала. Он отложил перо, и в зале для аудиенций повисла тишина.

Ллойд, всё ещё стоя у стола, слегка улыбнулся.

— Ругно, — устало произнёс виконт, не поднимая глаз. — Разве не очевидно? Фронтера говорил правду. Его вода — единственный шанс спасти раконату. Мы проиграли.

Курно, всё ещё сжимавший рукоять сломанного меча, побледнел. Его плечи поникли, и он отступил назад. Ксавьер, стоявший рядом с обломком клинка, молча убрал меч в ножны, и звонкое эхо раздалось в тишине зала.

Позже, когда они покидали замок, довольная ухмылка не сходила с его лица. Ксавьер, крепко сжимавший поводья, смотрел прямо перед собой, но его мысли всё ещё были в зале для аудиенций.

— Видимо, старикан на что-то надеялся, — сказал Ллойд и продолжил: — Может думал, что рыцарь его спасет?

— Мне показалось, он уже был сломлен, — ответил Ксавьер, его голос был ровным, но в нём чувствовалась лёгкая напряжённость. — Курно лишь ускорил его капитуляцию.

— Верно, — Ллойд хмыкнул, и его глаза сверкнули. — Но знаешь, что интересно? Как быстро Ракона подписал контракт после твоего выпада.

Ксавьер кивнул, но промолчал. Он вспомнил, как ворвался Курно, как его меч сверкнул в воздухе, и как собственный клинок, словно молния, разрубил оружие рыцаря надвое. Это не было везением. Ксавьер годами оттачивал мастерство, но перерубить меч в движении — подвиг, о котором будут говорить.

— Ты молодец, Ксавьер, — продолжил Ллойд, и его тон стал чуть теплее. — И меня спас, и прославился.

— Я лишь выполнил свой долг, — ответил Ксавьер, слегка нахмурившись. — Курно был готов на всё. Подлый удар в спину — не его уровень, но отчаяние толкает на безрассудство.

— Это все, на что он способен! — язвительно сказал Ллойд. — Был мастером меча, а теперь он — никто. Кстати, как тебе его новый титул?

— Какой ещё титул? — Ксавьер нахмурился.

— «Писающий мастер»! — Ллойд хмыкнул, едва сдерживая смех. — Ну, как тебе?

Ксавьер промолчал, на его лицо упала тень.

— Что, не смешно?

— Не вижу смысла отвечать, — отрезал он.

— Ладно, буду считать, что тебе понравилось, — Ллойд широко ухмыльнулся.

Ксавьер резко дёрнул за поводья, и лошадь вздыбилась, взметнув клубы придорожной пыли. Ллойд, едва не потеряв равновесие, крепче вцепился в Ксавьера, а его смех разорвал тишину дороги.

— После этого цирка он ещё долго не посмеет нос высунуть, — продолжил он, усмехнувшись. — Будь я на его месте, я бы уже паковал пожитки и драпал на другой континент, где никто не знает моего имени. Но ты — о, ты был великолепен!

— Я лишь пресёк подлый удар в спину, — напомнил Ксавьер.

— Ой, да брось! — Ллойд закатил глаза с театральной насмешкой. — «Разрушитель клинков»! Вот твой новый титул!

— Не нравится, — буркнул тот, подстягнув лошадь. Та фыркнула и двинулась вперёд, отбивая чёткий ритм по пыльной дороге.

— А мне плевать, — отмахнулся Ллойд. — Главное, что о твоём мастерстве теперь знает каждая собака. — после небольшой паузы, он неожиданно сменил тему: — Кстати, уровень у старикана приличный. Сложно было отбить его удар?

— Тяжелее, чем кажется, — ответил он с легкой гордостью. — Все-таки мы говорим о мастере меча среднего уровня.

— И ты сломал его меч, как гнилую щепку! — хмыкнул Ллойд, не скрывая восторга.

— Разве? — тот слегка пожал плечами.

— Не прибедняйся! Слухи об этом дойдут аж до соседних герцогств! — Ллойд многозначительно поднял бровь. — Знаешь, о чём будут шептаться?

— И о чем же? — послушно повторил рыцарь, бросив быстрый взгляд через плечо.

— Что-нибудь вроде: «Молодой рыцарь барона Фронтера, Ксавьер Азрахан, в одиночном бою разрубил клинок прославленного мастера виконтства!» — Ллойд сделал театральный жест, будто объявлял заголовок. — Фехтовальные рейтинги придётся переписывать.

Ксавьер презрительно фыркнул, однако его губы дрогнули в едва заметной улыбке.

— Возможно.

Перерубить меч противника в бою возможно лишь при разнице в мастерстве на целый уровень. Отныне баронство Фронтера будет ассоциироваться не только с Ллойдом, но и с непревзойдёнными бойцами.

— В этом есть свои плюсы и минусы, — заметил Ксавьер.

— Плюс очевидны: меньше наглецов будут зариться на наши земли. Ведь теперь у нас есть серьезное оружие.

— А минусы? — спросил блондин слегка настороженно.

— Ты сам, — ответил Ллойд, и его голос понизился, приобретя лёгкую остроту. — На тебя начнется охота.

— Охота? — нахмурился тот.

— Подумай логически, — продолжал Ллойд, и его тон стал почти заговорщическим. — Тебе двадцать, ты талантлив, и слава о твоем подвиге гремит по всей провинции. Если бы ты был влиятельным лордом или богатым купцом, что бы ты сделал, узнав о таком парне?

— Попытался бы переманить его, — ответил Ксавьер после паузы.

— Вот именно! — Ллойд щёлкнул пальцами. — Тебя будут звать под своё крыло, сулить золото, титулы, земли. Ты хоть понимаешь, насколько талантлив? Тебе всего двадцать! Дай тебе десять лет, и к тридцати ты станешь легендой — мастером меча, каких единицы!

Ксавьер молчал, его пальцы крепче сжали поводья. Он знал, что Ллойд прав. Влиятельные лорды, купцы, а может, даже сама королева захотят заполучить его.

— Думаешь, они упустят такой трофей?

— А может, я просто подхвачу лихорадку и умру, — сухо бросил Ксавьер.

Ллойд потерял дар речи, выпучив глаза от удивления, но потом расхохотался так, что спугнул птиц на деревьях. Лицо Ксавьера оставалось скрытым, но Ллойд мог поклясться, что тот едва сдерживает улыбку.

— Не умрёшь, — отсмеявшись, сказал Ллойд, хлопнув его по плечу. — Ты слишком ценен. И не только для меня, но и для всего баронства.

— Лихорадка или нет, — перебил Ксавьер, — я не присягну другому лорду.

Ллойд кивнул, его глаза сверкнули удовлетворением. Ксавьер был именно таким — несгибаемым, верным до конца. Ллойд вспомнил роман «Рыцарь железа и крови», где Ксавьер, даже после падения баронства Фронтеры, отвергал посулы герцогов, королей и императоров. Ни богатство, ни титулы не могли его прельстить. Он остался предан барону — до последнего вздоха.

«Хороший парень, — подумал Ллойд. — Но жить с такими принципами — тяжёлая ноша».

Ллойд знал: его не переманить. Значит, можно не бояться, что он сбежит к другому лорду. Но охота за ним всё равно начнётся — и баронству нужно быть готовым к этой игре.

Ллойд, погружённый в планы, неожиданно улыбнулся, вспомнив другого верного рыцаря из романа.

— Кстати, сэр Байерн ничего тебе не говорил? — спросил он, меняя тему.

— О чём? — Ксавьер слегка повернул голову.

— Ну, о твоих… взрывных выходках на стройке.

— А, это, — Ксавьер кивнул, будто речь шла о чём-то обыденном. — Когда сэр Байерн увидел мои подрывы, он кое-что сказал.

— И что же?

— Что это впечатляет.

— И всё? — Ллойд приподнял бровь.

— Всё, — Ксавьер пожал плечами. — Ну, может, лёгкая зависть мелькнула. Не больше.

— Типичный Байерн, — хмыкнул тот, его улыбка стала тёплой.

Это полностью соответствовало образу сэра Байерна из «Рыцаря железа и крови». Ллойд вспомнил строки романа: «Обычный талант, но честный, справедливый, простодушный и лишённый алчности». Байерн не завидовал, даже когда мастерство молодого Ксавьера затмило его собственное. Напротив, он, похоже, радовался, видя в этом пользу для баронства.

«Человек, ставящий долг выше личных амбиций, — подумал Ллойд. — Именно такого стоит сделать главой инженерного корпуса».

— Кстати… — резкий голос Ксавьера вырвал Ллойда из размышлений.

— Мм? — Ллойд вскинул бровь.

— Сэр Курно вызвал вас на дуэль, — сказал Ксавьер, и в его голосе мелькнула укоризна. — Вы были… слишком беспечны.

— Беспечен? — Ллойд вскинул бровь. — Я просто знал, что он не станет настаивать.

Ксавьер покачал головой и продолжил:

— Вам следовало назвать чёткую причину отказа, а не отмахнуться. Отказ от дуэли без уважительной причины — пятно на репутации. Господин Ллойд, я знаю, что вам плевать на сплетни. Но вы — не просто человек. Вы Фронтера, и ваши поступки отражаются на чести баронства.

— Понял, понял, — Ллойд поднял руки, будто сдаваясь, но его глаза искрились лукавством. — Боишься, что сплетни запятнают честь семьи?

— Именно, — кивнул Ксавьер, не сбавляя напора. — Ваш брат Джулиан, например, повёл бы себя сдержаннее.

— Джулиан? — Ллойд удивлённо хмыкнул. — С чего ты вдруг о нём вспомнил?

Ксавьер промолчал, но Ллойд уже знал ответ. Джулиан Фронтера, его младший брат, был полной противоположностью: искренний, добросердечный, воплощение лучших качеств их родителей. В романе «Рыцарь железа и крови» его ждала трагичная судьба — исключение из столичной академии, ограбление и смерть в тёмной подворотне из-за фамильного кулона — подарок матери.

«Но теперь всё будет иначе», — твёрдо решил Ллойд. Баронство избежало разорения, а значит, Джулиан не будет исключён. Не будет и той роковой встречи в подворотне.

Ксавьер, не замечая задумчивости Ллойда, продолжал свою тираду:

— Господин Ллойд, подобно вашему брату, вы должны проявлять больше зрелости. Каждый ваш поступок отражается на чести семьи Фронтера.

— Ох, да понял я, — устало отмахнулся он.

— Нельзя отрицать, вы добились впечатляющих результатов, — смягчился Ксавьер. — Это достойно похвалы. Но если бы вы добавили чуть больше аристократической сдержанности, это стало бы… вишенкой на торте.

Он лишь вздохнул.

— Ладно, — примирительно сказал он. — В следующий раз я буду убедительнее, отказываясь от дуэли. Доволен?

— Вполне, — коротко ответил Ксавьер.

— А может, мне снова подначить кого-нибудь, чтобы ты прикрыл мне спину? — подначил он.

— Если вам настолько нечем заняться, то вперед, — невозмутимо отозвался он, но его плечи чуть дрогнули, выдавая лёгкое раздражение.

Ллойд рассмеялся, заметив эту реакцию.

— Мне не нужно переживать, ведь ты всегда рядом, — сказал он, и его тон стал неожиданно искренним. — Я знал, что в любой передряге ты меня прикроешь, потому что ты — чертовски надёжный и компетентный парень.

Ксавьер замер, его пальцы крепче сжали поводья. В воздухе повисла тишина.

— Эй, что молчишь? — Ллойд наклонился вперёд, вглядываясь в затылок спутника. — Настолько тронут?

Молчание.

— Ксавьер, прием!

— Я… — наконец отозвался тот хрипло. — Пытаюсь не расхохотаться.

— Серьёзно? Моя честность настолько ужасна?

— Да, — холодно кивнул он, но уголки его губ едва заметно дрогнули.

В этот момент перед глазами Ллойда вспыхнуло сообщение, резко контрастирующее с ледяным тоном Ксавьера. Его сердце пропустило удар, но он сохранил улыбку, зная, что рыцарь не видит его лица.

[Ксавьер Азрахан тронут искренностью ваших слов]

[Сомнения Ксавьера Азрахана к вам рассеялись]

[Ксавьер Азрахан думает о вас]

Ллойд замер, его глаза слегка расширились. Над серебристой шевелюрой Ксавьера появилось ещё одно сообщение.

[Симпатия Ксавьера Азрахана к вам увеличилась на +14]

[Текущий уровень отношений: +5]

[Получено 252 RP за значительное улучшение отношений с ключевым персонажем]

[Текущее количество RP: 1607]

[Уровень близости с Ксавьером Азраханом повышен на 2 ступени: с «Некомфортно» до «Обычный интерес» (минуя «Обычные собеседники»)]

[Дополнительно начислено 50 RP за повышение уровня близости]

[Текущее количество RP: 1657]

Ллойд моргнул, пытаясь осмыслить поток информации. «Серьёзно? Растаял, а сам делает вид, что его тошнит?»

Он уставился на затылок Ксавьера с такой теплотой, будто тот был не рыцарем, а драгоценным слитком золота. «За один раз больше 300 RP! Да это настоящий джекпот!» — подумал шатен, едва сдерживая ухмылку.

Он уже сделал для него немало: исцелил от мучительной бессонницы, помог освоить сложный ментальный метод, нёс на спине, рискуя жизнью, в муравьином гнезде, а ещё обучил Взрыву Маны — редкой технике, основанной на Ядре Азрахана. Причин для благодарности было предостаточно.

«Наша связь должна была уже пробить небеса», — подумал он, нахмурившись. Раньше он не понимал, почему их отношения развивались так медленно. Все дело в его характере. Ксавьер — упрямый, замкнутый и недоверчивый. Каждое доброе дело Ллойда он принимал с оглядкой, словно ожидая подвоха.

«Вот же упрямый баран, — подумал он, и в его груди смешались раздражение и уважение. — Но я понимаю, почему».

Ксавьер видел в бароне Фронтере не просто господина, а спасителя, который дал ему дом и цель. Ллойд, с его репутацией бывшего гуляки, для Ксавьера был загадкой — возможно, даже угрозой для наследия Фронтера.

«Но теперь стена треснула, и я не собираюсь её восстанавливать».

— Эй, — позвал Ллойд, — Еще не плачешь от умиления?

Ксавьер бросил на него быстрый взгляд через плечо, его лицо осталось бесстрастным.

— И не мечтайте, — холодно ответил он, но Ллойд заметил, как его пальцы чуть сильнее сжали поводья.

 — Ты правда так сильно меня ненавидишь?

Ксавьер помедлил, словно взвешивая, стоит ли отвечать.

— Могу быть честным?

— Конечно, — Ллойд кивнул, готовясь к чему угодно.

— Да, я всё ещё вас ненавижу, — сказал Ксавьер, глядя прямо перед собой.

— Ох, вот как, — выдохнул он, пытаясь скрыть неловкость, но его улыбка дрогнула.

— Помните, как в шесть лет я впервые взял в руки деревянный меч? — продолжал Ксавьер, его голос стал чуть резче.

— Эм… нет, не помню, — Ллойд пожал плечами, чувствуя, как внутри зашевелилось смутное беспокойство.

— Вы наступили на него и сломали. Мой первый меч. Тот, что подарил барон.

Ллойд замер, его лицо вспыхнуло от стыда. Он сглотнул, не находя слов.

— Я сохранил его, — с тенью боли добавил Ксавьер. — Не ради сентиментальности. Чтобы помнить, каким вы были.

— Кха… — Ллойд поперхнулся, его грудь сжалась от чувства вины. «До чего же я был невыносим», — подумал он, но вслух лишь выдавил:

— Это… всё ещё так важно?

— Да. Поэтому я до сих пор ненавижу вас. Может, когда-нибудь я смогу вас простить, — сказал Ксавьер, его взгляд остался прикован к дороге. — Но не ждите, что я стану притворяться вашим другом.

— Ни капли тепла?

— Ни капли, — отрезал Ксавьер.

Динь!

[Ксавьер Азрахан выражает недовольство]

[Ксавьер Азрахан освобождается от старых обид]

[Несмотря на внешнюю холодность, Ксавьер Азрахан начинает испытывать лёгкую симпатию к вам за то, что вы его выслушали]

[Симпатия к вам увеличилась на +1]

[Текущий уровень отношений с Ксавьером Азраханом: +6]

[Получено 18 RP за небольшое улучшение отношений с главным героем]

[Текущий RP: 1675]

— …Вот же пиздабол, — еле слышно пробормотал он, криво улыбнувшись.

Ксавьер всё ещё ворчал, его слова были резкими, но уже без прежнего ледяного холода. И почему-то Ллойд слушал эти жалобы почти с удовольствием.

Двое мужчин, сидя верхом на одной лошади, не видели лиц друг друга — лишь ощущали вибрацию шагов и приглушённое дыхание. Но Ллойд чувствовал — где-то там, впереди, губы Ксавьера тоже дрогнули в подобии улыбки.

***

Они вернулись к вечеру. На новых землях уже началось скромное празднество: водопровод был достроен, и народ ликовал. Факелы освещали площадь, смех и музыка разносились в прохладном воздухе. Однако Ллойда ждало куда более важное известие.

— Ваше возвращение как нельзя кстати, — сказал барон и спросил: — На подчинённых территориях всё спокойно?

— Так точно, — ответил Ллойд, кивнув. Ксавьер молча стоял рядом, его лицо оставалось непроницаемым.

— Хорошая работа, — сказал барон, но тут же поднял руку, не давая Ллойду ответить. — Погоди, детали подождут. Есть кое-что поважнее. Помнишь свою просьбу?

— Какую именно? — Ллойд прищурился, перебирая в уме десятки своих идей.

— Про оркские сокровища,

— Нашли покупателя?

— Лучше, — барон развернул пергамент, и его глаза вспыхнули азартом. — Граф Кремо предлагает выкупить всё разом. За очень хорошую цену.

Ллойд не сдержал широкой ухмылки. «Наконец-то», — подумал он. Гора драгоценностей, пылившаяся в кладовых, скоро превратится в звонкую монету.