Сэр Ньюманн был старшим рыцарем в баронстве Фронтера. Несмотря на то, что он обладал лишь посредственными навыками фехтования, в этом захолустье этого было достаточно, чтобы считаться компетентным. Однако его истинные интересы лежали не в совершенствовании боевых навыков, а в личном продвижении. Деньги и статус значили для него больше, чем верность господину или рыцарская честь. Он был готов на все ради достижения своих целей.

«Можно сказать, что он уже их достиг», – подумал Ллойд, вспоминая начало романа. «Поскольку именно Ньюманн продал информацию о бароне мошенникам…именно за ним приличный должок!». Ллойд прикусил губу. «Я вполне мог бы жить припеваючи, если бы не долги. И всё из-за него!». Ллойд не выдал своих чувств. Оглядываясь на сэра Ньюманна, его лицо стало непроницаемым.

— Сэр Ньюманн? Ещё раз, зачем вы здесь?

— Я уже сказал вам, — уголки губ сэра Ньюманна дернулись, — Я здесь, чтобы поговорить о несправедливо примененном вами насилии против сэра Ульриха этим утром.

— Несправедливое применение насилия? Мной?

— Да, именно так.

— Что ж, не стесняйтесь. Пожалуйтесь своему господину, облегчите душу~, — Ллойд ехидно улыбнулся. Лицо Ньюманна потемнело.

— Как рыцарь Лорда, сэр Ульрих принес присягу и имеет право защищать свою честь. Это означает, что с ним нельзя обращаться пренебрежительно из-за личных предубеждений.

— Мм, вы совершенно правы.

— Однако сегодня утром вы не проявили ни малейшего уважения к его чести и правам.

— А ведь действительно! Не проявил.

— Как первый рыцарь этой территории, я требую объяснений касательно утренних событий.

— Хм... объяснений? Каких объяснений? Что бы такое сказать... Ох, черт! Ничего не приходит в голову! Дайте минутку подумать...! На лице Ллойда читалась полная растерянность. Он озадаченно чесал затылок и делал вид, что усердно думает.

—...

Лицо сэра Ньюманна покраснело до самой шеи, в то время как Ллойд перестал притворяться и теперь насмешливо смотрел на рыцаря.

— Мои слова кажутся вам шуткой, господин Ллойд? — процедил сэр Ньюманн.

— Вовсе нет. Ваши слова звучат в точности так, как вы их произносите, — парировал Ллойд с едва заметной улыбкой.

Уголок глаза сэра Ньюманна нервно дернулся.

«Только взгляните на его слабую выдержку! Если бы он попробовал поиграть в онлайн игру, то бомбанул бы уже через минуту!» — подумал Ллойд, с трудом сдерживая смех. Мир онлайн-игр в Южной Корее, который Ллойд хорошо знал с детства, был настоящим полем битвы, где царил хаос и напряжение. Даже малейшая ошибка могла вызвать поток оскорблений от членов команды. Это был праздник изощренных ругательств и оскорблений. Ругаться, проклиная чужую семью до пятнадцатого колена, было обычным делом.

«Тот, кто злится, проигрывает. Его высмеют за слабость и несдержанность». Этот мир был жесток и несправедлив. Выжить в нем можно было, только отвечая еще более сильным оскорблением, при этом сохраняя улыбку. Ллойд был из тех, кто прошел эту суровую школу. Впрочем, большинство геймеров в Южной Корее тоже прошли через это.

По меркам Ллойда, это была лишь легкая провокация. Милое приветствие, не более. Однако для сэра Ньюманна это было самым ужасным отношением, который он когда-либо встречал в своей жизни. «Да кто он вообще такой?» — недоумевал сэр Ньюманн, потеряв дар речи. Он знал, что Ллойд дерзок, но не ожидал такой степени неуважения.

— Вы намеренно пытаетесь оскорбить меня? — выдавил он наконец.

— Разумеется, — ответил Ллойд без тени сомнения.

— Вас совершенно не волнуют мои честь и права? — возмутился сэр Ньюманн.

— Абсолютно, — невозмутимо ответил Ллойд.

— И вы не беспокоитесь о последствиях?

— Ни капли.

«С чего бы мне волноваться о его чести? Мое отношение к нему вполне логично», — подумал Ллойд. «Сэр Ньюманн был первым, кто предал и бросил барона. И теперь он говорит о чести и правах? Ха! Жалкая, лицемерная крыса!» — Ллойд едва сдержал презрительную усмешку.

Рыцарь связан с лордом клятвой. Они не присягали сыну лорда. Поэтому нельзя безрассудно обращаться с рыцарем только потому, что он - его сын. «Сейчас он пытается спровоцировать других рыцарей, используя этот факт», — размышлял Ллойд. Он понимал, что рыцари присягали барону, а не ему, и нельзя было обращаться с ними пренебрежительно. Однако Ллойда это не беспокоило — он всё равно планировал избавиться от всех, кроме Ксавьера и сэра Байерна.

Оглядевшись, Ллойд заметил, что их спор привлек внимание работников и солдат. «Неудивительно, такое зрелище нечасто увидишь», — подумал он.

— Позвольте задать вам вопрос, — обратился Ллойд к сэру Ньюманну. — Вы же знаете, что я никогда не обучался фехтованию?

— Да, знаю, — ответил тот настороженно.

— Тогда как мог рыцарь проиграть такому, как я?

Брови сэра Ньюманна нервно дернулись.

— Можно ли называть рыцарем того, кого победил неопытный юнец? — продолжил Ллойд. — Разве не долг рыцаря защищать своего лорда и его земли отточенным мастерством меча? Разве это не главная причина их существования?

Сэр Ньюманн молчал, не находя ответа.

— Но сэр Ульрих проиграл тому, кто никогда не обучался фехтованию должным образом. Можем ли мы доверять такому рыцарю и поставить его под наше командование? — продолжил Ллойд, нажимая на слабые места сэра Ньюманна.

— Господин Ллойд, вы не понимаете... — попытался возразить рыцарь.

— Это значит, что у меня есть серьезные сомнения в квалификации сэра Ульриха, — перебил Ллойд. — Особенно учитывая, как упорно вы пытаетесь его защитить.

— Что вы имеете ввиду? — напрягся сэр Ньюманн, уже догадываясь о намерениях Ллойда.

Ллойд усмехнулся, видя замешательство на лице рыцаря.

— Вижу, вы и сами догадались. Я ставлю под сомнение и вашу квалификацию и хочу ее проверить.

— Вы... вы предлагаете дуэль? — недоверчиво спросил сэр Ньюманн.

— Именно, — подтвердил Ллойд. — Вы согласны или нет?   

Глаза сэра Ньюманна впервые дрогнули. Он просто хотел показать всем свою власть, заступившись за сэра Ульриха и получив поддержку от рыцарей и солдат. Он никак не ожидал, что молодой господин, никогда не обучавшийся фехтованию, предложит ему официальную дуэль.

Ллойд, заметив колебания рыцаря, решил надавить сильнее:

— Неужели даже старший рыцарь боится дуэли со мной? Если бы вы были уверены в своих силах, то без колебаний согласились бы. — Улыбка Ллойда стала откровенно издевательской.

— Но господин Ллойд — наследник территории и старший сын лорда. Мы не можем сражаться на мечах, как равные... — попытался возразить сэр Ньюманн.

— Это ваше оправдание? — презрительно усмехнулся Ллойд. — Слишком жалкое. Если вы уверены в своих силах, то должны легко победить меня. Неужели даже на это у вас не хватает смелости?

Сэр Ньюманн молчал, загнанный в угол.

— Какое разочарование. Вот почему я вынужден усомниться в вашей квалификации, — продолжил Ллойд, не скрывая презрения.

— Вы закончили? — процедил сэр Ньюманн сквозь зубы.

— Нет, не закончил, — отрезал Ллойд. — Такой человек, как вы, сэр Ньюманн, вызывает лишь жалость. Старший рыцарь? Вы не способны доказать свою силу, у вас нет мужества и уверенности в себе. Вы полагаетесь только на свой титул для решения проблем. Вам не стыдно?

Сэр Ньюманн молчал, сжав кулаки.

Ллойд, отвернувшись от рыцаря, обратился к солдатам:

— А вы что думаете об этом?

Услышав, как сэр Ньюманн стиснул зубы, Ллойд внутренне усмехнулся. «Ну конечно», — подумал он. «Именно так работает человеческая психология. Публичное унижение всегда бьет больнее, чем оскорбления вне посторонних глаз».

— Я принимаю вызов, — наконец выдавил сэр Ньюманн.

На губах Ллойда расцвела торжествующая улыбка.

— Вы принимаете дуэль?

— Да.

— Отлично. Мужчины должны решать конфликты по-мужски, верно же? — почти пропел Ллойд. — А когда?

— На ваше усмотрение, господин Ллойд.

— Через месяц на тренировочной площадке особняка?

— Согласен.

— Что поставим на кон? — спросил Ллойд, уже зная ответ. — Если выиграю я, вы будете изгнаны с территории и лишены всех привилегий.

— Что?! — ошеломленно воскликнул сэр Ньюманн.

— Есть какие-то претензии?

— Нет, но... вы тоже должны поставить что-то равноценное.

— Хорошо. Я ставлю свое право наследования как старший сын барона Фронтера. Я откажусь от него в случае поражения.

Сэр Ньюманн потерял дар речи. По толпе зевак прошёлся удивленный шепот.

—  Вы серьезно?

— Абсолютно, — Ллойд весело кивнул. — Это не ложь, не беспокойтесь. Солдаты здесь — свидетели. Тренируйтесь усердно, чтобы вас не обошли.

— Надеюсь, вы не пожалеете об этом, — процедил сэр Ньюманн.

— Ни в коем случае.

Ллойд был доволен. План победы уже созрел в его голове. Он намеревался воспользоваться этим шансом, чтобы безжалостно разгромить своих противников.

*Точка зрения Ксавьера*

Два часа спустя.

— Господин, вы уверены в своей победе? — спросил Ксавьер.

— Чего-о-о? Сдурел, что ли? Конечно же я не уверен! — ответил Ллойд.

— …

Весь день Ксавьер не находился рядом с Ллойдом, выполняя приказ барона Фронтеры, владыки этих земель. «Он неожиданно вызвал меня сегодня утром и приказал не сопровождать господина Ллойда». Точная причина оставалась неизвестной, но Ксавьер мог только догадываться. Именно в этот единственный день, когда он отсутствовал, Ллойд совершил нечто, о чем теперь шептались вокруг.

«Он нашел предлог, чтобы напасть на сэра Ульриха и вызвать его на дуэль», — понял Ксавьер. Возможно, Ллойд намеренно отослал его сегодня. Это предположение лишь усиливало недоумение Ксавьера.

«Почему, черт возьми?» — недоумевал он. Это не имело смысла. Зачем провоцировать рыцарей без причины? Почему нападать на сэра Ульриха и требовать дуэли?

— Вы снова попали в неприятности? — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Ксавьер вслух.

На первый взгляд, можно было подумать именно так. Хотя поведение Ллойда в последнее время изменилось, природа человека не меняется легко. Это можно было бы списать на каприз или дурной характер, однако Ксавьер так не думал. «Это было слишком преднамеренно, чтобы считать простой шалостью», — рассуждал он.

«Если оставить в стороне мое отсутствие, что насчет последствий нападения на сэра Ульриха? Ллойд вызвал сэра Байерна и доверил ему это дело. Когда прибыл сэр Ньюманн, Ллойд потребовал дуэли, словно ожидал этого. А как насчет его нынешнего поведения? Он бесстыдно спокоен. Такое отношение можно увидеть только при тщательно продуманном плане. Учитывая его недавние действия, должна быть какая-то цель...», — думал Ксавьер, но дальше этого его мысли не шли.

Голос Ллойда прервал его размышления:

— Эй. И это вся твоя реакция?

— О чем это вы? — недоуменно спросил Ксавьер.

— О твоей реакции, — Ллойд, обедая, взглянул на Ксавьера и наклонил голову. — Ты же спросил, уверен ли я в победе над сэром Ньюманном в дуэли? Что я ответил?

— Вы сказали, что не уверены.

— И почему ты ничего мне на это не ответил? Чего застыл столбом? Ты не собираешься отчитывать меня или спросить, почему я это сделал? — поинтересовался Ллойд.

— А почему я должен так реагировать? — парировал Ксавьер.

— Ты же мой эскорт, телохранитель, рыцарь, бодигард, защитник в конце концов!

— Это правда, однако...

— Что значит это твое «однако»?

— Я знаю, что именно вы предложили дуэль.

— И что? Значит, ты не собираешься защищать меня в день дуэли? Будешь стоять в стороне с попкорном в руках и наслаждаться?

— Я не совсем понимаю, о чем вы говорите, но кое-в-чем вы правы — мой первейший долг состоит в том, чтобы оберегать вас, — сказал Ксавьер и продолжил: — Однако это не тот случай. Дуэль — самый справедливый и прямой способ разрешения конфликтов, борьба за статус между сторонами на равных условиях. У меня нет ни полномочий, ни обязательств вмешиваться в вашу дуэль с сэром Ньюманном.

— Хм, вот оно как… — задумчиво произнес Ллойд. — Ну, тогда как насчет того, чтобы научить меня фехтованию?

— Я? Учить вас? — удивился Ксавьер.

— Ага.

— Не хочу. — отрезал Ксавьер.

— Почему-у?

— Потому что лично я не желаю этого делать, — честно ответил Ксавьер. — Молодой господин подобен мешку. Я хочу сказать, что если мешок обучится фехтованию, то будет ещё опаснее быть рядом с ним.

Услышав прямой отказ, Ллойд злорадно усмехнулся:

— Во всяком случае… вот как? Ты не хочешь обучать меня?

Ксавьер почувствовал неловкость и зловещее предчувствие. Выражение лица Ллойда было необычным — взгляд, будто он знал какой-то секрет, и уверенная улыбка.

— Слушай, я же не предлагаю делать это бесплатно! Я могу дать тебе кое-что взамен. Если ты научишь меня фехтованию... — глаза Ллойда сверкнули, — я вылечу твою бессонницу. — Как тебе такое?

Ксавьер мысленно сглотнул. Хроническая бессонница — тайная слабость, преследовавшая его годами. Как Ллойд узнал об этом?