— Мм-м…

Похоже, я на мгновение задремала. Открыв глаза, я увидела лишь потемневшее небо за окном, что разительно отличалось от картины, которую я видела перед этим.

「Адлер… всё еще здесь, надо же…」

В первый же миг мне в голову пришла мысль, что Адлер мог сбежать, пока я спала. Однако вскоре в поле моего зрения попала картина того, как он дремлет передо мной, низко опустив голову, и эти опасения тут же рассеялись.

— ………

Дерзкая девчонка, каким-то образом естественным путем примкнувшая к нашей группе, похоже, совсем не хотела спать — она буквально прилипла к боку Адлера и метала в меня злобные взгляды.

— Чего вылупилась, а?

— …Почему от тебя пахнет моим хозяином?

— Ты собака… что ли?

И почему все женщины вокруг Адлера такие? Мне ли об этом говорить, но даже на мой взгляд это уже явный перебор.

— …И вообще, почему ты со мной на «ты»?

— Почему запах хозяина так сильно в тебя въелся?

Я на мгновение задумалась о том, чтобы отчитать эту наглую девчонку, но разговор явно заходил в тупик, так что я решила оставить всё как есть. К тому же, отчитывать кого-то, кто намного сильнее тебя, — это всё равно что напрашиваться на трепку.

— Ух… ах…

— ……..?

Как раз в этот момент в купе внезапно раздался приглушенный стон.

— Ах… ах…

— Адлер?

Ему что, снился кошмар? Адлер, который только что мирно дремал, теперь обливался потом, а на его лице застыло болезненное выражение.

— Нет… Это… полностью…

— Да что с тобой такое?

— Это ради всех вас… — затем он принялся бредить во сне.

— Я никого не бросаю…

— Эй, послушай.

Его состояние вызывало тревогу, я просто не могла оставить его в таком виде. Поэтому я потрясла его за плечо, пытаясь привести в чувство, но Адлер не подавал никаких признаков пробуждения.

Мне показалось, что он просто ненадолго задремал, но теперь, видя, что он не просыпается, что бы я ни делала, я поняла, что он погрузился в глубокий сон.

К слову, я еще никогда не видела, чтобы этот негодяй строил такую жалкую мину. Даже когда его конечности были отрублены и раздроблены, он лишь глупо ухмылялся. Подумать только, что обычный кошмар может заставить его выглядеть настолько изнуренным и хрупким. Может, это из-за пережитой травмы?

Исходя из моего опыта — и как солдата, и как врача, — людей с подобным выражением лица всегда преследует неописуемое прошлое. Но трудно вообразить душевную травму, способную причинить столько боли человеку, который продолжает ухмыляться, даже когда его режут на улице или кромсает серийный убийца.

Даже мне, повидавшей на своей работе бесчисленное множество ужасающих и жестоких сцен, было трудно представить подобное потрясение.

— Хозяин.

— А…?

— Ты в порядке?

Пока я была погружена в эти мысли, Моран, не в силах больше на это смотреть, принялась изо всех сил трясти Адлера, чтобы разбудить его.

— Ах…

С отрешенным видом Адлер какое-то время просто смотрел на девчонку, после чего протянул руку, чтобы взять стакан воды, причем его ладони непрерывно дрожали.

「…А мне даже нравится, как он выглядит.」

Айзек Адлер, этот красивый, очаровательный парень, мечта стольких женщин… сейчас сидел с таком потерянным видом, а его руки так жалко дрожали… Этот непривычный образ Адлера, столь непохожий на его обычное поведение, начал постепенно пробуждать во мне скрытые наклонности.

Теперь я, кажется, начинала самую малость понимать, почему стольким женщинам так сильно хочется изводить его. Может, мне тоже стоит попробовать немного подразнить этого ублюдка?

…Нет, боже, о чем, черт возьми, я думаю?

На миг поддавшись столь легкомысленным мыслям, я яростно замотала головой, чтобы избавиться от этого абсурда.

Я понимала, что использование содержимого моей дорожной сумки уже далеко выходило за рамки обычных подколок, но в данный момент меня волновало не это.

— Что же тебе такое приснилось, что ты так побледнел, а?

— …Ничего особенного.

— Но по твоему лицу этого не скажешь.

Услышав мои слова, Адлер выдавил в мою сторону фальшивую улыбку.

— Правда, ничего.

Однако я видела, что в этой его улыбке не было ни капли искренности. Он обливался холодным потом, его лицо оставалось мертвенно-бледным, и то, как он силой приподнимал уголки губ, лишь придавало ему еще более жалкий вид.

Но почему меня тянет к нему сильнее обычного?

…Так, успокойся.

Я и подумать не могла, что у меня есть подобные наклонности. Вид страдающего и измученного Адлера никак не выходил у меня из головы. Неужели жизнь в одном пансионе с такой аномалией, как Холмс, сделала ненормальной и меня саму?

「Хе-хе?」

Задумавшись об этом, я сама не заметила, как ткнула Адлера пальцем под ребра.

— …За-зачем вы это делаете?

Адлер, задрожав всем телом от этого прикосновения, спросил меня со взглядом побитого пса, пока я наклонялась к нему еще ближе.

— …А ну отодвинься от хозяина.

Не видя нужды отвечать, я лишь продолжала тупо на него смотреть, как вдруг рядом раздался леденящий душу голос.

— Пока я тебя не убила. — пробормотала Моран, вертя в руках духовое ружье, лежавшее у нее на коленях, и буравя меня опасным взглядом.

— Никого нельзя убивать, Моран…

— Поправка: пока я тебя не покалечила.

— Это тоже запрещено…

Хотя ситуация для меня складывалась крайне опасная, я почему-то никак не могла отвести взгляд от Адлера. Возможно, этот его образ… Пусть здесь и замешаны мои личные вкусы, была и другая причина, по которой я на сей раз не могла оторвать от него глаз.

「…Может, это и есть его истинное лицо?」

Ведь этот жалкий, измученный вид, столь непохожий на его привычную отстраненную и фальшивую манеру поведения, начинал казаться мне тем, кем Адлер являлся на самом деле глубоко внутри. Но почему тогда этот человек скрывает свое истинное лицо, надевая маску даже перед теми, кого искренне любит?

Щелк…

Обладай я дедуктивными способностями Холмс, я, возможно, уже разгадала бы причину. Увы, звук взводимого рядом затвора заставил меня отвернуться от Адлера.

— …Моран, где мы сейчас едем?

— Мы уже подъезжаем к станции Кентербери. Сделаем там короткую остановку, а затем двинемся дальше.

— Хм…

Немного успокоившись после вопроса к Моран, Адлер повернулся ко мне:

— Ватсон, думаю, нам стоит сойти на станции Кентербери.

— …Что? — я невольно усомнилась в собственных ушах, услышав его следующие слова.

— Разве нашей целью была не пристань? Если мы продолжим ехать так, то доберемся в целости и сохранности, верно? Даже профессор не сможет угнаться за скоростью поезда.

— …Не стоит недооценивать профессора. Скорее всего, она наняла специальный поезд, едва потеряв наш след. Если рассчитать время остановок и прибытия, она никак не могла не нагнать нас.

— Тогда…

— Так что сперва нам нужно сойти в Кентербери. Затем мы срежем путь через поле до… как его там? Ах да, до Ньюхейвена. И уже оттуда переправимся во Францию.

Его намерения были вполне понятны. Имея дело с настолько опасной личностью, как профессор Мориарти, следовало проявлять предельную осторожность. Вот только оставалась одна проблема.

— А как же наш багаж? У меня его довольно много, и я оставила всё в багажном отделении…

— …Придется про него забыть. Купим какую-нибудь дешевую сумку и будем брать всё необходимое по ходу дела.

— Угх…

— Разве это не романтично? — Адлер слабо улыбнулся, но его лицо всё еще оставалось бледным.

Мне было совершенно очевидно, что ему приснился по-настоящему жуткий кошмар, раз уж он так сильно выбил его из колеи, так что я даже не стала больше ворчать.

— Давайте готовиться на выход. Лучше начать действовать сразу, как только поезд прибудет… Кхе-кхе.

— …? Хозяин?

— Кхе-кхе, кхе… — стоило ему попытаться подняться, как зрачки Адлера задрожали, и он зашелся в приступе судорожного кашля.

— Угх…

— Кровь, там кровь. Ты в порядке, хозяин?

— …Это просто усталость. Ничего серьезного.

— Не перенапрягайся. Мне понести тебя?

— Позволить двенадцатилетнему ребенку нести себя на руках как-то грешновато… Всё в порядке, я справлюсь.

Несмотря на его отговорки, Моран выглядела обеспокоенной, но слова хозяина её как-то убедили. Однако Адлеру не удалось бы обмануть меня, ведь я врач.

Если бледность его лица была следствием ухудшения физического состояния, то сейчас он наверняка находился на пределе своих возможностей. Впрочем, будучи многовековым демоном, он наверняка найдет способ воскреснуть, так что переживать не стоило.

Стук, стук…

— Кхе-кхе, кхе… Пошли. Я в порядке…

— Ведь можно же немного передохнуть, верно? Давайте переждем, пока кашель не утихнет.

Пытаясь игнорировать лишнюю тревогу, что постепенно разрасталась во мне, я помогла Адлеру сойти на станции Кентербери. Хотя он и торопил нас, я не могла не уговорить его немного отдохнуть, видя, что кашель никак не прекращается.

— Ах…

Однако всего несколько минут спустя мы буквально оцепенели, увидав локомотив всего с одним вагоном, который проносился по тем же путям, что и наш прежний поезд.

— …..Ну и что я вам говорил?

В том самом вагоне в полном одиночестве сидела профессор Мориарти, провожая нас холодным взглядом. Странно, но всё её лицо и руки покрывали свежие шрамы.

— Кхе-кхе… Пока профессор не спрыгнула с поезда, давайте поживее подниматься.

— ……….

Боюсь, эта встреча останется в моей памяти как одно из самых ужасающих и леденящих душу воспоминаний за всю жизнь.

Так, на следующее утро после того, как мы несколько раз чудом избежали смертельной опасности,

— Угх…

Из-за внезапного каприза Адлера направиться в Бельгию вместо Франции мы сели на идущее туда судно. Мне пришлось спросонья открыть глаза из-за солнечного света, заливавшего каюту через окно.

— …Все, должно быть, жутко вымотались.

Каюта оказалась чрезвычайно тесной, поскольку билеты брались в спешке, но Адлер, прижимавшийся ко мне, и Моран, сидевшая на корточках у самого входа, несмотря на это, всё еще крепко спали.

— Похоже, мы уже подплываем…

Вдалеке начал вырисовываться порт, поэтому я попыталась растолкать Адлера.

— Угх, у-у…

Увидев, как он обильно обливается потом и стонет точно так же, как вчера в поезде, я замерла с протянутой к нему рукой.

— Я скучаю по вам… мои друзья…

— ……..

Я тихонько подставила ему свое плечо.

— …….

Почувствовав это, стонавший Адлер издал короткий звук, после чего расслабился и поудобнее уткнулся носом мне в шею.

Всё это неправильно. В мои намерения вовсе не входило помогать ему. Я лишь хотела вблизи понаблюдать за тем прекрасным зрелищем, которое являл собой этот страдающий юноша.

— …До прибытия еще есть время.

Но раз уж всё так обернулось, ничего не поделаешь.

— Ха-ах…

Откинувшись на спинку сиденья с этими мыслями, я вздохнула и погрузилась в раздумья.

Я знаю, что он принадлежит Холмс, но… что мне, черт возьми, делать теперь?

Чувство, когда тебе начинает немного нравиться тот, кого ты искренне презирала, казалось крайне странным.

— …Кстати говоря, неужели Адлер и вправду принадлежит Холмс?