— Ха-ах, ха-ах…

— Кхе-кхе, кхе…

— …Угх.

Тяжелые стоны трех женщин пробивались сквозь величественный рев водопада.

— …Вы владеете боевыми искусствами лучше, чем я ожидала?

— Я не похожа на тех дураков, которые полагаются исключительно на магию.

— Если бы только мое тело не казалось таким тяжелым… я бы превзошла вас…

Профессор, Шарлотта и Лестрейд уже были покрыты ранами с ног до головы.

Что примечательно, одна из самых уязвимых целей — их животы — оставалась нетронутой. Похоже, между тремя женщинами существовало некое негласное соглашение касательно цели этого поединка.

— Ну что, продолжим, профессор?

— …Мы-то готовы, но, похоже, справляться с нами двоими вам уже не под силу.

В момент временного затишья Шарлотта и Лестрейд перевели дух и принялись подначивать профессора, которая тоже тяжело дышала.

— Ах вы…

— Вы ведь не собираетесь назвать нас трусихами, верно? В конце концов, всё это ради спокойствия Лондона.

— …Я разговариваю с инспектором, юный детектив. Помолчи.

— Со мной… вы говорите со мной?

В этот момент профессор Мориарти с холодной улыбкой разомкнула губы.

— Тебя действительно устраивает то, как идут дела?

— О чем вы говорите?

— Предположим, чисто гипотетически, что вам с Холмс удастся одолеть меня. Что, по-твоему, произойдет с тобой потом?

— Ну… эм…

Лестрейд, которая, казалось, хотела спросить, с какой стати Мориарти задает подобный вопрос, замялась и запнулась.

— Прямо сейчас из-за энергии водопада ты слабее обычного человека. Однако Холмс, будучи магом, пусть и не может колдовать, в остальном практически не пострадала.

— ………

— Я знаю, что у тебя есть способности к боевым искусствам, но ты ведь и сама это видела до сих пор, верно? Холмс тоже далеко не простой противник.

Слова профессора, пропитанные тонкой манипуляцией, заставили взгляд Лестрейд заколебаться в воцарившейся тишине.

— Что… вы пытаетесь сказать?

— Всё просто.

— …Если вы хотите предложить мне встать на вашу сторону, я отвечу решительным отказом.

Когда Лестрейд задала свой вопрос дрожащим голосом, профессор тихонько рассмеялась и зашептала низким тоном, полным злорадства:

— Я не прошу тебя сражаться с Холмс на моей стороне. Но ты ведь наверняка уже поняла, что во время дальнейшего боя тебе придется держать Холмс в уме, верно?

— …Бред собачий.

— Это самая элементарная стратегия. Прямо сейчас у меня больше всего ранений, потому что я приняла на себя основной удар ваших совместных атак. В такой ситуации разве тот, у кого меньше всего травм — а именно ты, детектив, — не должен воспользоваться любым возможным преимуществом?

Когда её слова затихли, над водопадом на мгновение повисло молчание.

— …Инспектор?

В этой тишине, когда Лестрейд принялась искоса поглядывать на нее, Шарлотта со слегка растерянным видом разомкнула губы:

— Неужели… ты и впрямь повелась на эти нелепые слова?..

— ……

— Эй. Будь добра, ответь мне…

Однако прежде чем Шарлотта успела закончить фразу, инспектор, одарив её ответным взглядом, сделала шаг назад.

Вжух…

— Ты сейчас это серьезно?

Стоило Лестрейд поднять дубинку, как Шарлотта, уже явно сбитая с толку, в ответ вскинула свой хлыст.

— …Мы тут не в дочки-матери играем.

— Я прекрасно это понимаю. Но…

— Начнем с того, что Адлер — мой муж!

Лестрейд, чей голос взлетел на несколько октав, сердито уставилась на Шарлотту, которая округлила глаза от изумления.

— Строго говоря, разве не ты крутишь роман с моим мужем?

— …Ты всё сказала?

— Нет, не всё. Но поскольку у нас мало времени, я избавлю тебя от остального.

После холодного заявления Лестрейд Шарлотта, чей взгляд теперь стал ледяным, уставилась на инспектора и разомкнула губы:

— Никогда не думала, что воплощение лондонского правосудия опустится так низко.

— …Опустится? Что ж, давай пока остановимся на этом. Я и так слишком устала отстаивать это так называемое правосудие.

Слова Лестрейд прозвучали с непоколебимым спокойствием.

— …Но что мне делать, если от одной мысли об Адлере у меня сердце заходится?

— ………

— Черт подери, я прежде всего женщина, а уже потом инспектор!

При этом её пылком излиянии Шарлотта нервно прикусила губу, а на её лице отразился намек на тревогу.

— Это… ко мне тоже относится.

— Да ты еще пару месяцев назад была чертовой мужененавистницей!

— …Хм.

Наблюдая за разворачивающейся сценой, профессор пробормотала с лукавой ухмылкой:

— Значит, теперь каждый сам за себя.

Её взгляд переместился и замер на Адлере, который сидел на самом краю, бледный и немощный, с трудом переводя дыхание.

— …Потерпи еще немного, дорогой.

— Ну а эта сучка… с меня довольно этого фарса.

— …На «ты»?

— Скоро ты будешь принадлежать только мне…

И уже через несколько секунд вспыхнул хаос: оружие трех женщин сошлось в неистовой схватке.

— Угх…

— Кхе-кхе… Кха.

Спустя неизвестно сколько времени,

Бум…

— …Наконец-то.

Когда Шарлотта и Лестрейд, стиснув зубы и продолжая хаотичную битву, в конце концов одновременно повалились на землю, профессор Мориарти, которая до этого сидела на коленях и наблюдала за дуэтом, покачиваясь, поднялась на ноги.

— В конце концов…

Грубо вытерев рукавом кровь, сочившуюся из головы, она двинулась вперед.

— Этот миг наконец настал.

— Нет…

— …Ты опоздала.

— …Агх.

Холмс, которая из последних сил вцепилась в ногу Мориарти, отшвырнули пинком, заставив разжать хватку.

— Даже если я не могу использовать магию… само мое естество намного превосходит ничтожное существование таких, как вы.

— Че-ерт… подери.

— Даже в таком состоянии мое тело всё еще крепче, чем немощные кости вас, неполноценных существ.

С ухмылкой на губах профессор возобновила шаг.

— Согласен со мной? Мой дорогой ассистент.

— ………

Её взгляд по-прежнему был прикован к Адлеру, чье лицо стало гораздо бледнее, чем когда она смотрела на него в последний раз.

— Приговор уже вынесен. Твое пророчество о том, что Рейхенбахский водопад станет моей могилой, с треском провалилось.

— ………

— Твое молчание говорит мне о том, что ты ожидал не такого исхода? Неважно. Победитель очевиден, и это никто иная, как я. Как и должно быть.

Остановившись перед Адлером и прихрамывая, Мориарти протянула руку, одарив своего любимого ассистента очаровательной улыбкой.

— Пойдем домой. И будем жить вместе вечно.

— ………

— В нашем собственном королевстве преступности…

Казалось, в этот миг долгая и изнурительная война наконец обрела своего триумфатора.

Бах…!

— …….!

Как раз в этот момент внезапная воздушная пуля, прилетевшая из ниоткуда, поразила вытянутую руку профессора, когда та уже тянулась к Адлеру.

— Угх…

От шока Мориарти на мгновение опешила, но вскоре схватилась за раненую руку от боли и повалилась на землю.

— Скала… наверху.

— …Профессор.

В этот напряженный миг Адлер, поднявший руку, чтобы дать Моран знак отступить и прекратить последующие выстрелы, покачиваясь, поднялся на ноги.

— У меня есть вопрос.

— ……?

— Пока я жив, убьете ли вы когда-нибудь неизбежно Шарлотту?

Едва слышным голосом Адлер задал вопрос сидевшей перед ним профессору.

— Разумеется…

— …И то же самое касается вас, мисс Холмс, не так ли?

Затем он повернулся к Шарлотте, которая, стиснув зубы, с яростной решимостью ползла вперед. Детектив кивнула с ядовитым выражением лица.

— Как и ожидал… Что ж, раз такое дело, тогда, полагаю, я ничего не могу поделать.

Увидев её реакцию, Адлер испустил вздох и зашагал.

— В конце концов, думаю, мне придется разорвать контракт. Я просто не могу выбрать кого-то из вас.

— Что, черт возьми, ты…

— Знаю, за такие слова обычно бьют… но я люблю вас всех одинаково, так как же я могу выбрать кого-то одну?

Он шел по направлению к краю водопада, где брызги кружились, подобно дыму на пожаре. Адлер шел без остановки, в его шагах не было ни капли колебания.

Профессор и Шарлотта с тревогой на лицах следили взглядом за каждым движением Адлера.

— Что тут скажешь, мне просто нужно было его найти. Профессор, мисс Холмс. Способ, при котором вражда вас обеих достигла бы своего пика, но при этом никому не пришлось бы умирать.

— Айзек?

— Способ остановить аномалию, пожирающую этот мир.

— Адлер, что ты делаешь?

— Способ, при котором все, кого я люблю, смогли бы выжить…

Хотя их встревоженные голоса взывали к Адлеру, он проигнорировал их мольбы. Стоя на краю обрыва, он пробормотал слегка дрожащим голосом:

— …На всякий случай, вы обе не должны чувствовать себя виноватыми, хорошо? Я ведь с самого начала был смертельно болен. От моего недуга нет лекарства…

— Нет!!

— С-стой!!

Наконец, осознав намерения Адлера, профессор и Шарлотта отчаянно попытались подняться.

— …Угх.

— Черт…!

Но, точь-в-точь как и стонавшая от мук инспектор Лестрейд, они были слишком тяжело ранены, чтобы успеть сдвинуться с места.

— Мне не хотелось говорить ничего такого, что заставило бы вас сожалеть… но есть последнее, что я бы хотел передать.

До них донесся заплаканный голос, дрожащий, но решительный.

— Всем вам. Впервые в жизни…

Слезы текли по лицу Адлера, пока он шептал с улыбкой, более яркой и печальной, чем когда-либо прежде.

— …Я люблю вас. Я всегда любил вас всех.

В тот самый миг, когда эти слова сорвались с его губ:

— Всем сердцем, душой и всем своим существом.

— Айзек!!!

— Адлер!!!

Его хрупкое тело накренилось в сторону пропасти.

— Да ни за что я тебя так просто не отпущу..!

Профессор, чье лицо стало бледнее прежнего, превозмогая себя, рванулась вперед и бросилась к нему.

— …..Агх.

Из-за пули ли, выпущенной Моран ей в плечо? Хотя ей и удалось на короткое мгновение ухватиться за одежду Адлера, силы покинули её, и ей неизбежно пришлось разжать пальцы.

— Ах…

К тому времени как Шарлотта и инспектор Лестрейд, заставив себя подняться на ноги, перегнулись через край обрыва, было уже слишком поздно.

Ш-ш-ш-ш…

Золотая точка, мерцающая подобно ярчайшему солнечному свету, падала вниз на протяжении долгого, очень долгого времени, пока… не затерялась в яростном потоке водопада. Исчезла из этого мира, не оставив и следа.

— ………..

Женщины, уставившись на это широко раскрытыми глазами, застыли с отрешенным видом, пока между ними не воцарилась гнетущая, тяжелая и удушающая тишина.

— …..Ха-ах, ха-ах.

Лишь несколько минут спустя, когда Ватсон, тяжело дыша, добралась до края водопада, это молчание было нарушено.

— Ну и где, черт возьми, Адлер?