Инвесторы в изумлении оглянулись по сторонам.

— Что вы сказали? Преступники добрались и сюда?

— Понадобились доказательства, вот я и обратилась к Его Высочеству. Сейчас он с рыцарями ждёт прямо за дверью.

Служанка неторопливо подошла к двери. Пока она двигалась, Элисия, краем уха ловя тревожный гомон инвесторов, наблюдала за Домиником.

Он был на волосок от того, чтобы его настоящее лицо, скрытое за маской, наконец показалось миру, но ни капли волнения, ни признаков страха в нём не чувствовалось. Пока остальные повернулись к двери, не отрывая от неё глаз, один только он продолжал перебирать бумаги на столе, будто знал, что за дверью никого нет.

Значит, это правда ты их убил.

То, что преступники якобы стояли снаружи, было ложью. Их нашли вчера днём, повесившимися. Элисия хотела убедиться — правда ли это было самоубийство, или кто-то убил их. Именно поэтому она и устроила эту сцену. Как и ожидала, Доминик не повёлся, потому что он и был убийцей.

Но как он вообще сумел убить тех, кто сидел под замком во дворце Эноха?

Она и раньше подозревала, что Доминик попытается избавиться от свидетелей. Но даже для него пробиться сквозь охрану принца и добраться до арестантов казалось невозможным. Видимо, она слишком его недооценила.

Как он обошёл рыцарей? Кэмел не тот, кого можно купить. Или у Доминика был сообщник?

Если кто-то помогал ему, тогда всё сходится. Кто-то, обладающий достаточной властью, чтобы беспрепятственно входить во дворец и приказывать рыцарям отступить.

Взглянув на служанку у двери, Элисия едва заметно кивнула. Та, не открывая двери, вернулась на прежнее место. Инвесторы, не веря своим глазам, разинули рты.

— Что вы творите? Вы же сказали, что они за дверью!

— Ах, простите. На самом деле их здесь нет. Они умерли вчера днём.

— …Что?

— Повесились в камере. Все трое. В одно и то же время.

Смерть казалась подозрительной, но никаких доказательств, связывающих её с Домиником, не было. Инвесторы, переминаясь с ноги на ногу и украдкой переглядываясь, начали выходить вперёд.

— Эм… То есть вы не можете это доказать? Неужели и вправду полагаете, что сможете нас убедить без единого доказательства?

— С самого начала я не верил ни одному вашему слову. Граф, человек, которому не нужен закон, потому что он сам — закон, якобы возглавляет преступную организацию и приказывал изнасиловать жену? Ну да, конечно. Кто в такое поверит?

Элисия откинулась на спинку кресла и с лёгкой улыбкой устроилась поудобнее. Инвесторы, ещё недавно принимавшие её за сумасшедшую, один за другим замолкли. Комната, где прежде все наперебой говорили, теперь погрузилась в тишину. И тогда служанка снова заговорила:

— Я сказала, что преступники мертвы, но не говорила, что нет доказательств.

— Эм… У вас есть свидетель? Где он?

Элисия молча пожала плечами. И в этот момент вперёд вышла другая служанка, всё это время стоявшая в стороне.

Инвесторы уставились на неё в замешательстве. Ещё одна служанка? Многие даже не заметили её раньше — она всё время стояла с опущенной головой. Кто бы стал обращать внимание на такую? Но теперь, привлекая к себе все взгляды, она подошла ближе к столу, сняла чепец и подняла голову. Затем, точно леди, взялась за подол платья и изящно присела.

— Приветствую, господа. Меня зовут Фабианна Висе. Я владелица бутика Фабианна. Дамы называют меня просто Фиби.

Она представилась с изяществом и лёгкой улыбкой, после чего обернулась к Доминику.

— Ах да. Лишь один человек называл меня иначе. Сучка, дура, шавка… столько всего, что и не упомнить. Напомните, пожалуйста, граф Доминик Пауэлл, как вы меня называли?

****

Около трёх недель назад в доме герцога Киллиана Демоника Бенедикта.

[Извини, но ты скоро умрёшь.]

Глаза Фабианны распахнулись в ужасе. Элисия ясно видела, как в них вспыхивает страх.

— П-почему… за что… кто… кто хочет меня убить? М-миледи, прошу вас, скажите!

[Совсем скоро все узнают, что ты и те люди пытались сделать со мной. Это неоспоримый факт. Люди будут потрясены. Им не понравится узнать, что роскошный бутик, где они с удовольствием тратили деньги, на самом деле оказался логовом преступников. Их будет интересовать только одно: кто стоял за этим?]

Глаза Фабианны, полные паники, вдруг замерли. Эмоция, нахлынувшая в тот миг, была куда сильнее страха смерти.

Настоящий ужас. Она по-настоящему боялась Доминика.

[Тот, кто всё это устроил, уже догадывается, чем дело кончится. С того самого момента, как насильников схватили рыцари, он понял — его личность вот-вот раскроют. И что он сделает? Раскается и придёт с повинной? Дождётся ареста и смиренно примет приговор? Или уничтожит всё, что может привести к разоблачению? Я бы поставила на третий вариант. А ты?]

Фабианна сжала подол дрожащими пальцами.

[Он тебя устранит. Даже если ты ничего не скажешь. Стоит тебе стать угрозой — и он не будет колебаться. Ты же знаешь, какой он человек.]

— Почему вы всё это мне говорите? Кажется, дело не только в том, чтобы меня запугать.

[К сожалению, не только. У меня тоже есть к тебе просьба.]

— Какая?

[Ты обнародуешь его поступки в то время и в том месте, которые я укажу. Если сделаешь, как я скажу — я тебя спасу.]

— Но разве это не то же самое, что рассказать всё рыцарям? Нет, нет! Я так не могу!

[Я бы на твоём месте выбрала вариант, где есть хоть какой-то шанс выжить. Хотя… если ты предпочитаешь искупить грехи смертью — это тоже выход.]

Фабианна опустила глаза и нервно прикусила губу. В её лице отражалась мучительная борьба. Долго колебавшись, она тяжело сглотнула.

— Я… я сделаю это. Как вы хотите… П-пожалуйста, пощадите меня. Я хочу жить.

[Хорошо. С сегодняшнего дня спрячься в месте, о котором никто не знает. Никому не говори, где ты.]

— Х-хорошо.

[Когда всё будет готово, я заранее сообщу дату. За день до этого ты незаметно придёшь в мой дом. К тому моменту вся прислуга будет в отъезде, так что тебя никто не увидит.]

— Фух… Значит, сначала нужно сходить в бутик и собрать самое нужное…

[Лучше туда не ходи. Просто распусти сотрудников, повесь табличку «временно закрыто» — и всё.]

— Но… у меня совсем нет денег, чтобы прятаться!

[Разве я не купила сегодня кучу платьев? Заплачу прямо сейчас. Забирай.]

Она и это предусмотрела? Фабианна всё же спросила:

— А вы… не боитесь, что я просто сбегу?

Элисия еле заметно ухмыльнулась:

[Нет. Ты обязательно придёшь.]

****

Фабианна говорила чистую правду. Ей до дрожи хотелось сбежать, но стоило услышать, что тех людей нашли мёртвыми — и всё переменилось. Бежать теперь было равносильно самоубийству. Доминик убил их, значит — убьёт и её. Если уж и скрываться, то сначала нужно связать ему руки. Так было безопаснее. Фабианна посмотрела на Доминика с холодной яростью.

— Я всего лишь исполняла поручения графа Доминика Пауэлла. Всем заведовал он сам — сколько приносила проституция, сколько платили аристократы, я не знала. Моя роль заключалась в том, чтобы связывать клиентов с сотрудниками и передавать деньги. Даже книг учёта я в глаза не видела.

Лицо Доминика стало белее мрамора. Ни один из инвесторов не решился прервать молчание. Все только смотрели на него, потрясённые до глубины души.

Те, кто сидел ближе всех, словно очнувшись от наваждения, вскочили и отпрянули. Вокруг Доминика мгновенно образовалось пустое кольцо. Инвесторы отступали, стараясь оказаться как можно дальше от него, будто от прокажённого.

Бедняга. Как же больно ему сейчас. Элисия еле сдержала смех, спрятав его за сочувственным выражением. Учитывая, как много в нём было гордости, сейчас такое обращение воспринималось почти как плевок в лицо. Увидев её взгляд, Доминик стиснул челюсть так сильно, что скулы вздулись.

Фабианна, до того спокойная и отчуждённая, вдруг пересекла зал и с силой распахнула тяжёлую дверь. За ней тут же показались рыцари и Кэмел. Инвесторы изумились.

— И-императорские рыцари? Значит… всё это правда?!

Кэмел, всё время наблюдающий за происходящим по ту сторону двери, тяжело вздохнул. Узнав о самоубийстве преступников, он испытал настоящий шок. Даже не из-за того, что была нарушена безопасность дворца, — больше из-за того, как отреагирует Энох. Элисия ведь просила защитить их, а он не справился.

Однако вопреки его ожиданиям, Энох не кричал и не проклинал никого. Это вовсе не означало, что он не был в ярости. Напротив, он кипел от гнева, но не внешне. Всё внутри него бурлило, как лава под коркой вулкана. И именно это пугало Кэмела больше всего.

****

Переводчица на связи: привет! сегодня мы завершили перевод всей новеллы, прочитать историю до финала (121 глава) можно на бусти, ссылка в закрепе на главной странице тайтла