— Понятно. Как вас зовут?

— Айли Тонхилл, Ваша Милость… то есть, Ваша Светлость.

— Мисс Тонхилл, благодарю за то, что вы так усердно помогаете моей супруге.

Джаред говорил мягко, скользя взглядом по столу, заставленному флаконами духов. Его забавляла вся эта сцена, но он воздержался от улыбки, чтобы не уязвить достоинства жены.

— Вы слишком добры, Ваша Светлость. Это моя обязанность, но герцогиня — такая прелестная особа, что мне и самой приятно ей служить.

— Рад это слышать.

Достаточно уделив внимания продавщице, он вновь обратился к жене. Теперь, после короткого диалога мужа с сотрудницей, Розелин заметно пришла в себя: стояла прямо, с присущим ей достоинством.

— Что такое? Ничего не приглянулось? — спросил герцог.

— Как раз наоборот. Слишком много хороших вариантов — невозможно выбрать.

— Слишком большой выбор иногда только мешает, — заметил Джаред, кивая.

— Может, попробовать что-то с розой? Этот аромат тебе очень идёт.

Он произнёс это почти не задумываясь. Слова сорвались с языка прежде, чем Джаред их осознал.

«Не слишком ли сентиментально?»

Нет, ведь так сказал бы любой внимательный супруг, особенно когда за вами наблюдают десятки глаз. Он мысленно оправдал себя этим и взглянул на жену.

Розелин явно подбирала подходящий ответ. Может, это и правда прозвучало слишком интимно. Джаред сохранил невозмутимое выражение, ожидая, когда она решится заговорить. Наконец её губы дрогнули:

— У меня уже есть духи с розой.

Без тени улыбки герцогиня опустила взгляд.

Ответ Розелин показался Джареду загадочным сразу по нескольким причинам. Неужели тот флакон духов у неё всё ещё был? Он ни разу не видел, чтобы она ими пользовалась. Пока Джаред подбирал слова, Розелин уже подняла один из многочисленных флаконов на столе.

— Я беру этот.

Не дав ему и рта раскрыть, она повернулась к продавщице:

— Оформите, пожалуйста, чек, мисс Айли.

На миг повисла тишина.

Джаред не пропустил этот короткий момент: лёгкое замешательство в глазах добросовестной продавщицы. Она быстро взглянула на герцогиню, затем — рефлекторно — искала одобрения у своего хозяина.

Тем временем Розелин с твёрдостью поставила флакон обратно, будто оплата — вещь совершенно естественная, и уже намеревалась выписать чек. Джареду даже пришлось сдержать улыбку.

Она собиралась платить? Забыла ли она, что этот магазин принадлежит её супругу?

— Всё хорошо, мисс Тонхилл. Покупкой займётся мой камердинер.

— Как прикажете, Ваша Светлость.

— Благодарю вас.

Вежливо поблагодарив продавщицу, Джаред повернулся к жене и улыбнулся, как бы недоумевая её поступку.

— Пойдём, Розелин.

Проницательная герцогиня мгновенно изменила выражение лица — и вышла из магазина так, словно никогда и не просила выставить ей счёт.

Когда они пошли рядом, Джаред совершенно естественно подстроился под её шаг. Сегодня на Розелин было светло-жёлтое льняное платье. Хотя стояла самая середина лета, этот нежный, почти весенний оттенок ей удивительно шёл. Край юбки время от времени легко касался его ноги.

— Я была удивлена. Не знала, что вы здесь.

— Я тоже не ожидал встретить вас.

— Как вы узнали?

— Привыкайте к тому, что вас узнают незнакомцы. Теперь ваше лицо появляется в газетах, — отозвался Джаред.

На его ответ Розелин замолчала. Пока они шли дальше, он заговорил вновь:

— С этого дня берите с собой сопровождающую, когда выходите. Не ходите одна.

— Иногда мне нужно побыть одной.

Её мгновенный отказ заставил Джареда невольно замедлить шаг. Давно ему не приходилось сталкиваться с таким прямым возражением.

— Я чувствую лёгкость и свободу, когда остаюсь одна. Никогда раньше мне не удавалось вот так просто выйти одной.

Слушая её спокойный голос, Джаред невольно вспомнил Андреа. Для знатной леди выйти из дома без сопровождения — верх дерзости; даже просто покинуть бал на несколько минут без спутницы — уже почти скандал.

Он понимал Розелин. Его самого теперь связывали не менее жёсткие правила.

— Я вам завидую. Вы можете делать то, что мне недоступно.

— Вам придётся смириться. Всё-таки тело герцога — достояние всего рода, — произнесла она с лёгкой усмешкой.

— А тело герцогини — нет?

— Меня легко заменить.

«Заменить».

Джаред на миг онемел.

Она ответила без тени колебаний. Значит, всегда так думала. И, в сущности, была права: случись что-нибудь с герцогиней — герцог мог бы попросту жениться снова.

— Вот почему мне иногда хочется побыть одной.

Этой фразой Розелин ясно дала понять, что не намерена слушаться. Джаред счёл, что настаивать бессмысленно: охрану нельзя навязать против воли. После короткой паузы он сменил тему.

— В следующий раз, когда захотите сюда приехать, предупредите меня заранее. Я могу отложить для вас лучшие вещи, устроить частный показ.

— Я хочу выбирать сама. Не хочу рассматривать то, что подобрали за меня.

— Значит, вам действительно по душе бродить по этим бескрайним залам?

— Мне нравится просто смотреть по сторонам. Иногда можно найти настоящие сокровища совершенно случайно.

— Выходит, этот парфюм — и есть такое сокровище? — Джаред не удержался от лёгкой насмешки. — Для того, что вам так понравилось, вы уж очень долго не могли решиться.

Слова попали в точку: Розелин тут же замолчала. Это позабавило Джареда, и он даже сделал ей щедрое предложение:

— Может быть, вам нужно что-то ещё? Кроме духов.

— Мне ничего не нужно. Даже духи не были необходимостью.

— А если речь не о нужном, а о желаемом? О том, что просто хотелось бы получить?

Джаред остановился на ходу. Пройдя ещё пару шагов, Розелин тоже остановилась. Он дождался, когда она повернётся, и повторил вопрос:

— Вам ничего не нужно. Но, может, есть что-то, что вы хотите?

Розелин не ответила.

Джаред смотрел на её чуть приоткрытые губы. За спиной у неё синело на удивление яркое небо. В залитом светом пространстве она казалась почти безмятежной, даже холодной — словно благородная дама со старинного портрета.

Её аккуратно убранные волосы отливали мягким коричневым цветом, а серые глаза были почти прозрачны. Встретившись с этим молчаливым серебристым взглядом, Джаред вдруг ощутил странный порыв.

Ему захотелось сделать ей подарок. Настоящий — такой, который она приняла бы без раздумий и напряжения.

— Даже не знаю… — пробормотала Розелин, опуская взгляд.

И тут Джаред заметил брошку у неё на груди.

Камея и жемчуг — украшение элегантное, но немного скучноватое. Джаред всегда думал, что оно прекрасно подходит своей владелице.

Молочно-белая камея с тонко вырезанным женским профилем, обрамлённая мягко сияющими жемчужинами. Подобное украшение имелось в шкатулке каждой благородной дамы. Розелин часто носила именно эту брошь.

Потому Джаред был почти уверен, что она дорога ей как память. Но ни разу не спрашивал об этом прямо.

— Пойдёмте сюда.

— Куда именно?.. — спросила Розелин, чуть настороженно.

— Просто посмотрим, что тут есть.

Герцогиня бросила на супруга скептический взгляд.

— Вам не стоит ради меня тратить время. Наверняка вы очень заняты.

— Моя следующая встреча в шесть. У меня есть три часа в запасе.

Джаред беззастенчиво озвучил точное время, словно вызывая её на спор. Похоже, жене не слишком-то приятно было проводить с ним досуг. И всё же, всего месяц назад, она сама просила его быть рядом… Воспоминание об этой Розелин вызвало у него странное ощущение.

— Давайте не будем торопиться. Кто знает, вдруг отыщем здесь что-нибудь неожиданное, что придётся вам по душе.

Даже в шутку это не вызвало у Розелин улыбки. Было очевидно, что она всё ещё на него сердится. Одного флакона духов оказалось мало, чтобы унять её обиду. Перед ним стояла женщина, для которой семья значила куда больше любой светской прихоти.

Джаред зашагал первым, оглянувшись — не отстанет ли супруга. Та лишь обречённо вздохнула и последовала за ним.

Они снова шли рядом, и Джаред невольно выпрямился, чуть приподняв подбородок.

Впереди их ждали три часа на прогулку по универмагу. Происходящее не входило в его планы, но и плохим способом скоротать день это назвать было нельзя. Ведь времени у него действительно хватало.