Поп Ке вернулся и вынес гроб.

В комнате, где ещё не выветрился запах смерти, трое людей в тяжёлой атмосфере смотрели друг на друга.

"Амитабха."

Поп Чжон произнёс буддийскую мантру и обратился к Хён Чжону.

"Как вам известно, Лидер Секты, следы культистов уже были обнаружены среди Ста Тысяч Гор."

Чон Мён украдкой взглянул на Хён Чжона.

"Правда?"

"Хм. Такие разговоры велись на отдельной встрече Лидеров Сект ещё до начала турнира."

"Следы культистов…"

Чон Мён ненадолго задумался.

Конечно, это тоже важная новость.

Но обнаружение следов культистов и Демонического Цветка на покойном — это проблемы совершенно разных масштабов.

"Шаолинь получил эту информацию на шаг раньше других сект. И узнав, у нас не осталось выбора, кроме как действовать."

"Значит, вы приказали своим подсектам вновь обследовать окрестности?"

"Да. В связке с Союзом Нищих мы начали выслеживать следы культистов. Приказ был отдан еще до начала турнира. Однако... связь с теми, кто следил за территорией вокруг Ледяного Дворца Северного Моря, прервалась, и при проверке... Амитабха."

Видимо, имелось в виду, что был обнаружен ученик, погибший от демонического искусства.

Чон Мён слегка нахмурился.

'Демонический Культ в Северном Море?'

'Нет. Не стоит делать поспешных выводов.'

'Мы ничего не можем знать, основываясь только на этой информации.'

'Пока не проведём тщательное расследование, нельзя строить никаких предположений. Таков уж Демонический Культ.'

"Обнаружение следов Демонического Культа — дело первостепенной важности. Мы уже пережили одну ужасную войну. Если проигнорировать это, в конце концов, может вспыхнуть еще одна. Поэтому Центральные Равнины непременно должны провести расследование в Северном Море и Ледяном Дворце."

"Хм."

Хён Чжон тяжело кивнул.

Никто в Канхо не может просто так пройти мимо дела, связанного с Демоническим Культом.

Особенно это касалось Хуашань. Разве во всем мире найдется хоть одна секта, которая ненавидела бы Демонический Культ так же глубоко, как Хуашань?

"Однако..."

Хён Чжон слегка нахмурился, тихо покашлял и заговорил.

"То, что обнаружены следы Демонического Культа, — это, несомненно, важное дело. Но я не совсем понимаю... почему вы, Настоятель, рассказываете об этом именно нам."

"Лидер Секты."

Поп Чжон сказал это решительным тоном.

"Как Глава Шаолиня, я хотел встретиться с вами, чтобы обратиться к Хуашань с просьбой."

Он пристально посмотрел на Хён Чжона и Чон Мёна. Его взгляд потемнел и стал мрачным, так что невозможно было угадать его мысли.

Наконец он заговорил тяжёлым голосом.

"Не могла бы Хуашань провести расследование в Северном Море?"

"...Извините?"

Хён Чжон широко раскрыл глаза.

"...Вы имеете в виду Ледяной Дворец Северного Моря?"

"Да."

Поп Чжон медленно кивнул. Затем, прошептав буддийскую мантру, продолжил.

"Я, конечно, прекрасно понимаю, что это непростая задача. Но никто, кроме Хуашань, не справится с этим."

"Однако..."

Хён Чжон, казалось, слегка растерялся, и он замялся. Это был вопрос, на который трудно было однозначно ответить.

"Похоже, вы, Настоятель, слишком высокого мнения о Хуашань."

"Это не завышенная оценка."

Поп Чжон смотрел на Хён Чжона проницательным взглядом.

"Как вам известно, отношения между Четырьмя Дворцами за Великой Стеной и Десятью Великими Сектами напряженные. Точнее, их можно назвать почти враждебным."

Хён Чжон тихо вздохнул.

Строго говоря, они не просто враждующие стороны; это Четыре Дворца за Великой Стеной питают одностороннюю неприязнь к Центральным Равнинам. Но сейчас, вероятно, нет необходимости это подчеркивать.

"Четыре Дворца за Великой Стеной питают враждебность не только к Десяти Великим Сектам, но и ко всем жителям Центральных Равнин. Поэтому уже сто лет жители Центральных Равнин не могут ступить на их территорию."

Глаза Чон Мёна, слушавшего это, слегка сузились.

Теперь он понимал, почему Поп Чжон, поступившись своей гордостью, настоял на встрече с ними. Как и следовало ожидать, Поп Чжон добавил:

"Однако недавно нашлась секта, которая ступила на территорию Четырех Дворцов за Великой Стеной. Причем не просто обменялась простыми приветствиями, а установила с ними хорошие отношения и начала с ними взаимодействовать."

Глаза Хён Чжона сузились.

"Вы говорите о Дворце Зверей Нанман и нашей Хуашань."

"Да."

Поп Чжон энергично кивнул.

"Лидер Секты. Я знаю, что это нелегко. Но на данный момент Хуашань — единственная из сект Центральных Равнин, которая сумела установить хоть сколько-нибудь хорошие отношения с одним из Дворцов за Великой Стеной."

Хён Чжон хотел что-то сказать, но Поп Чжон не дал ему возможности.

"Конечно, я тоже знаю, что Ледяной Дворец Северного Моря и Дворец Зверей Нанман — это разные вещи. Но между ними существует связь как между Дворцами за Великой Стеной. Если это друг Дворца Зверей Нанман, то Ледяной Дворец Северного Моря, вероятно, не станет полностью отвергать его. Только у Хуашань есть возможность войти в Ледяной Дворец Северного Моря без конфликта."

Поп Чжон опустил обе руки и тихо склонил голову в сторону Хён Чжона.

Это был не жест буддийского этикета, а человеческая вежливость.

"Прошу вас. Лидер Секты, примите смелое решение ради всего мира."

"Хмм."

Хён Чжон тяжело вздохнул.

Даже несмотря на то, что их отношения испортились, невежливо будет холодно отвергнуть Настоятеля Шаолиня, когда он так склоняет голову. К тому же, разве это дело не на благо всего мира?

'Что же делать?'

В тот момент, когда Хён Чжон, застигнутый врасплох неожиданным предложением, собирался погрузиться в раздумья, сбоку прозвучал твердый голос.

"А что насчет следов Демонического Культа? Это все, что есть?"

Во взгляде Поп Чжона, устремившемся на Чон Мёна, мелькнула легкая искра. Этот парень, который явно проявлял враждебность к Шаолиню, с момента упоминания о Демоническом Культе отодвинул Шаолинь на второй план и выказывал враждебность к Демоническому Культу.

"Пока ничего определенного нет. Можно лишь предположить, что уровень мастерства того, кто смог оставить такой Демонический Цветок, должен быть весьма высок."

Чон Мён постучал пальцем по щеке.

'Что ж, на самом деле не настолько уж высок.'

Но и игнорировать его нельзя.

Важно то, что кто-то, овладевший демоническим искусством такого уровня, бродит по Северному Морю.

И то, что Демонический Культ, возможно, использует нынешний разрыв в отношениях между Центральными Равнинами и Северным Морем.

"Какой наихудший сценарий?"

"Если сам Ледяной Дворец Северного Моря захвачен Демоническим Культом. В таком случае, далее Демонический Культ начнет движение на юг, с севера, в сторону Центральных Равнин."

"Хм."

Чон Мён прищурил глаза.

'Это не исключено. Однако...'

"Да. Что ж, я понял."

Он лениво потянулся, выпрямив спину.

Затем, с присущим ему оживленным взглядом, он перевел взгляд с Хён Чжона на Поп Чжона.

"Если вы закончили говорить, можно нам уже идти?"

"...Что?"

Пораженный Поп Чжон резко поднял голову.

'Уйти?'

"Молодой мастер. Наш разговор еще не закончен."

"Да. Ну, я знаю."

Чон Мён равнодушно почесал ухо и ответил.

"В общих чертах я понял. То есть, в Северном Море появился Демонический Культ, и вы хотите, чтобы Хуашань отправилась и проверила это. Остальные жители Центральных Равнин не могут попасть на территорию Четырех Дворцов за Великой Стеной, а у Хуашань есть опыт посещения территории Дворца Зверей Нанман и установления с ними дружеских связей?"

"Именно. Так и есть."

"Но."

Чон Мён фыркнул.

"А зачем нам это?"

"...?"

Лицо Поп Чжона стало растерянным и ошеломленным.

"...Что значит «зачем»? Разве я не сказал, что появился Демонический Культ?"

"Эии. Это я тоже слышал. Я имею в виду, раз появился Демонический Культ, то зачем Хуашань должна отправляться? Есть же Шаолинь, есть Удан, есть бесчисленное множество других сект. Почему именно Хуашань?"

"Разве я уже не объяснил?"

"А, потому что у нас есть опыт?"

Чон Мён фыркнул, словно услышал что-то смешное.

"А вы пробовали?"

"Что?"

Чон Мён безучастно посмотрел на Поп Чжона и продолжил.

"Разве у Хуашань есть что-то особенное, что позволило нам подружиться с Дворцом Зверей? Это просто как-то само собой получилось."

"..."

"Значит, Шаолинь тоже может это сделать. Я знаю по собственному опыту: если человек старается, нет ничего невозможного, чего бы он не смог сделать. Так что если Шаолинь постарается, то у него обязательно получится."

Поп Чжон невольно разинул рот.

'О чём он вообще сейчас говорит?'

"С-стараться?"

"Да. По сравнению со старающимся Шаолинем, такая секта, как Хуашань, — ничто. Боюсь, если мы вмешаемся в это важное дело, то только испортим его. Поэтому нам лучше просто вернуться в Шэньси и поаплодировать, наблюдая, как Шаолинь справляется с делом. Верно, Лидер Секты?"

Хён Чжон с легким замешательством смотрел то на Чон Мёна, то на Поп Чжона.

Но это длилось лишь мгновение, и вскоре его лицо обрело привычное спокойствие.

"Верно, Настоятель."

Поп Чжон пытался сохранять самообладание, обращаясь к ним обоим. Однако он не смог скрыть вздох в голосе.

"Это дело ради всего мира."

"Да, я знаю. Так было и раньше. Не так ли?"

Слова Чон Мёна пронзили сердце Поп Чжона.

И он не мог возразить на эти слова.

"Не будем тратить ваше время зря, мы пойдем. В Ледяном Дворце Северного Моря тоже живут люди, если постараться, то можно найти общий язык. Тогда..."

"Погодите минутку."

Когда Чон Мён уже приподнялся, Поп Чжон решительно поднял руку, останавливая его.

"Подождите немного."

Его взгляд стал весьма серьезным.

Чон Мён без лишних слов снова опустился на пол. Поп Чжон слегка кивнул и тихо произнес буддийскую мантру.

"Я знаю. Вернее, я понимаю. Лидер Секты, Шаолинь не имеет права обещать отплатить Хуашань за ваши будущие услуги. Поэтому я полностью понимаю вашу реакцию и реакцию молодого мастера."

Глаза Чон Мёна слегка сузились от подозрения.

'Что еще затевает этот лысый?'

Честно говоря, на этом месте можно было бы и отступить. Каким бы спокойным он ни притворялся, вряд ли Поп Чжон благосклонно относится к Хуашань.

Но он продолжает разговор?

Значит, у него еще есть скрытая карта.

"Тот, кто утратил доверие, должен сначала предложить компенсацию, чтобы просить об одолжении. Таков естественный порядок вещей, а я, незрелый монах, его не выполнил."

"Компенсация?"

"Именно."

"Хо-хо."

Чон Мён слегка улыбнулся.

До сих пор это было не более чем пустой болтовней, но стоило прозвучать слову «компенсация», и он мог счесть сказанное хотя бы ерундой.

"И что же это за компенсация?"

"Поп Ке."

Стоило Поп Чжону без промедления произнести имя, дверь снова открылась, и внутрь вошел Поп Ке.

'Этот человек невероятно занят.'

'То он приносил гроб, а теперь...'

"Что?"

Чон Мён склонил голову набок.

Речь идет о том, чтобы отправить учеников Хуашань в далекое Северное Море. Значит, компенсация должна быть соответствующей, иначе сам разговор не имеет смысла. Но то, что Поп Ке держал в руках, выглядело слишком маленьким и скромным для компенсации.

Ларец.

Длинный, узкий ларец не был особенно большим. Даже если бы он был полон золота, вряд ли это соответствовало бы представлениям Чон Мёна о размере компенсации.

"Вот, Настоятель."

"Хм."

Поп Чжон взял поданный Поп Ке ларец и молча поставил его на низкий столик перед собой.

"Тогда."

Поп Ке сложил ладони и вышел. Словно он не имел права даже видеть, как этот ларец будет открыт.

Это благочестивое поведение только усилило недоумение. Чон Мён уставился на ларец.

'Что же внутри?'

До сих пор их действия не слишком выходили за рамки ожиданий Чон Мёна. Очевидные слова и поступки. Но в этот момент даже Чон Мён с трудом мог разгадать их.

Что же находится внутри этого ларца?

"Награда — вот это."

"Этот ларец?"

"Точнее, предмет, что внутри."

"...Не деньги, а предмет."

Глаза Чон Мёна снова сузились.

Хён Чжон, заметивший, что тот о чем-то размышляет, вместо него осторожно спросил:

"Настоятель, не томите нас и покажите, пожалуйста, что внутри ларца."

"Конечно."

Поп Чжон ухватился за крышку ларца. Но вместо того чтобы сразу открыть ее, он загадочно улыбнулся.

"Если этот предмет станет компенсацией, вы, Лидер Секты, конечно же, примете это предложение. Потому что это будет невероятно выгодная сделка."

"..."

Прежде чем Хён Чжон успел что-то ответить, Поп Чжон распахнул ларец.

'Что это?'

Увидев предмет, Хён Чжон нахмурил лоб.

Не было ни ослепительного сияния, ни удивительной вещи.

На шелковой подкладке ларца лежал просто старинный меч в ножнах.

'Что на нем написано?'

На ножнах витиеватым почерком были выгравированы какие-то слова, но, должно быть, из-за времени они стерлись, и разобрать их точно было трудно.

"Настоятель. Что это за меч..."

И тут.

"А?"

Чон Мён издал ошеломленный звук и вздрогнул.

'Что?'

В тот же момент вздрогнул и Хён Чжон. Он впервые видел Чон Мёна настолько растерянным и удивленным.

Чон Мён моргнул и ошеломленно уставился на меч, лежащий в ларце. Затем он пробормотал, словно не веря своим глазам:

"А, нет... Как это вылезло сюда?"

Хён Чжон мог только недоуменно качать головой.

Что же это за меч, который вызвал у этого ребенка такое замешательство?

В этот момент Поп Чжон медленно протянул руку и взял этот меч. Затем он медленно извлек его из ножен.

В тот же миг Хён Чжон инстинктивно прикрыл глаза рукой.

В отличие от старинных ножен, полных следов времени, обнажившийся клинок излучал яркий и чистый свет.

Увидев этот свет, никто не мог отрицать, что это — Драгоценный Меч.

Поп Чжон внимательно посмотрел на них двоих и широко улыбнулся.

"Имя этому мечу — Пурпурная Заря."

Как и ожидалось.

Взгляд Чон Мёна мгновенно стал глубоким и тяжелым.

А Хён Чжон, услышав это имя, тоже застыл. Настоятель, глядя на их лица, добавил:

"Святой Меч Пурпурной Зари (1). Священная реликвия, символизирующая секту Хуашань. Любимое оружие бывшего Лидера Секты, Великого Мудрого Меча, Чон Муна."

(1) Святой Меч Пурпурной Зари (кор. 자하신검, кит. 紫霞神劍, 紫霞-пурпурная заря/фиолетовый цвет, 神-святой/божественный/небесный, 劍-меч) - одна из двух главных святынь Хуашань. Был утерян во время сражения с Демоническим Культом среди Ста Тысяч Гор.

"Ах... А-ах..."

Глаза Хён Чжона, полные сильных эмоций, затрепетали, словно тростник под ударами бури.

____________

Перевод, редактура: Лунный Пирожок