Вэй Лишань продолжал украдкой поглядывать назад. После секундного колебания он осторожно посмотрел на стоявшего рядом Лидера Секты и заговорил.

"Э-это… Лидер Секты."

"Хм?"

Хён Чжон, встретившись с ним взглядом, спросил:

"Что такое?"

"…Кажется, нам пора свернуть здесь, если мы хотим добраться до Врат Хуаён."

"Ха-ха. Да, верно."

Услышав эти слова, Хён Чжон тихо кивнул.

"Однако, Глава Вэй."

"Да! Лидер Секты!"

"Разве не было бы здорово воспользоваться этим случаем, чтобы показать вашим ученикам облик Хуашань?"

"Конечно. Этого желаю не только я, но и мои ученики. Однако, если мы последуем за вами, не станем ли мы обузой для главной секты…"

"Оставь такие тревоги."

Хён Чжон, расплывшись в улыбке, собирался продолжить, как сзади внезапно кто-то влез в разговор.

"Глава Вэй, сколько денег вы заработали в Шаолине на этот раз? Почему вы говорите ерунду? Не беспокойтесь ни о чем."

"…"

Это был Хён Ён.

Лицо Хён Чжона слегка перекосилось.

Можно же было выразиться тактичнее, вежливее, но почему этот человек в последнее время, стоит ему открыть рот, говорит только о деньгах?

Хотя, пожалуй, он и раньше говорил о деньгах. Разница лишь в том, что раньше он сетовал на их отсутствие, а теперь хлопал в ладоши от того, что их зарабатывают.

"Но…"

"Хм?"

"А куда подевались молодые мастера? Кажется, их не видно с утра."

На вопрос Вэй Лишаня Хён Чжон горько усмехнулся.

"Они отправились по своим делам."

"…"

Выражение его лица выглядело настолько серьезным, что Вэй Лишань не посмел задать больше вопросов.

"А впрочем…"

Хён Чжон украдкой взглянул назад.

"Впереди дорога станет немного труднее, так что следите за повозками получше. Если с повозками что-то случится или деньги пропадут, когда этот парень вернется, произойдет нечто ужасное."

На мгновение застывший Вэй Лишань задрожал всем телом. И тут же энергично кивнул.

"Не беспокойтесь, Лидер Секты. Я буду охранять так, что ни одна монета не пропадет."

"Полагаюсь на вас."

Закончив разговор с Вэй Лишанем, Хён Чжон посмотрел вдаль на небо.

Тогда Хён Сан, до этого лишь молча слушавший рядом, осторожно спросил:

"Лидер Секты."

"…Что такое?"

"Отправить Исоль — это одно. Но действительно ли было необходимо отправлять с ней и детей?"

На этот вопрос Хён Чжон, тихо вздохнув, ответил:

"Им тоже нужно увидеть."

"…"

"Чтобы по-настоящему стать опорой, нужно понимать друг друга. Когда-нибудь эти дети поведут Хуашань вперед, и я лишь надеюсь, что они смогут понять боль Исоль."

Хён Сан тихо кивнул.

'Исоль...'

Хён Чжон, тихо закрыв глаза, прошептал про себя даосскую мантру.

* * *

'Далеко ли еще идти?'

Пэк Чхон, слегка нахмурив брови, посмотрел на бегущую впереди Ю Исоль. Они отправились в путь ранним утром, а солнце уже медленно клонилось за западные горы.

И все же казалось, что Ю Исоль не собирается останавливаться.

'Горы.'

Впереди виднелись только горы, поэтому невозможно было понять, о какой именно горе она говорила.

Пэк Чхон вновь задумался о том, как мало он знает о Ю Исоль.

Тан Сосо — дочь Главы Семьи Тан, Чо Голь — выходец из семьи торговцев в Сычуани. Юн Чжон осиротел в детстве и был принят старейшинами Хуашань, а Чон Мён...

'Просто нищий, что уж там. Чо Сам.'

Но о Ю Исоль он почти ничего не знал.

Ю Исоль была не из тех, кто много говорит о себе. Лишь после прихода Чон Мёна она стала немного разговорчивее. Прежде было обычным делом, что за месяц она не произносила и двух-трех слов.

Раньше ему казалось, что раз они последователи одной секты, этого достаточно, но теперь, следуя за ней, Пэк Чхону вновь стало любопытно ее прошлое.

И прошлое Чон Мёна тоже...

"...Что так далеко-то?"

"Слезай! Ты, гавнюк!"

"Гляньте-ка, конь разговаривает."

"Сасук! Этот щенок не слезает с моей спины! Сделай же с ним что-нибудь!"

'Нет.'

'Прошлое этого ублюдка мне неинтересно. Потому что, если бы я узнал, я бы ужасно разозлился.'

Лишь когда солнце почти полностью скрылось за западными горами, Ю Исоль остановилась.

Она остановилась у подножия довольно крутой большой горы и оглянулась.

"Здесь."

"...Значит, нужно подниматься?"

Вместо ответа она кивнула. Пэк Чхон охотно сказал:

"Тогда поднимемся."

В этот момент Чон Мён равнодушно бросил:

"Но ради чего мы целый день бежали, чтобы теперь еще и на гору лезть? Уже темнеет."

"Да ты даже не бежал, ублюдок!"

Когда Чо Голь рявкнул, Чон Мён опустил взгляд.

"Сахён, сахён."

"А?"

"Мне кажется, у сахёна слабые ноги, поэтому я специально устроил такую тренировку, но если ты будешь и дальше так неохотно слушаться, я могу найти подходящий валун и водрузить его на тебя."

"...Я доставлю вас на вершину горы с максимальным комфортом и удобством."

"Ц-ц."

Ю Исоль, мельком взглянув на Чон Мёна, сразу же начала подниматься в гору.

Остальные последовали за ней.

Тан Сосо, шедшая прямо за ней, приблизилась и спросила:

"Саго. Нам придется подниматься так высоко?"

"Не до самой вершины."

Услышав тихий ответ, Тан Сосо кивнула и стала наблюдать за выражением лица Ю Исоль.

Другие, возможно, не заметили бы разницы на этом бесстрастном лице. Но Тан Сосо ясно видела, как её лицо постепенно становится всё жёстче.

'Кажется, это не плохое настроение.'

Одновременно чувствовалась какая-то сложная смесь эмоций.

Радость. Тоска. Смутная грусть. Печаль.

Она впервые видела, чтобы на лице Ю Исоль отражалось столько разных чувств.

'Что же там впереди, что может так взволновать саго?'

Ю Исоль всегда сохраняла твердость духа. Даже Чон Мён признавал её душевную стойкость мечника как лучшую в Хуашань.

Любопытство лишь росло.

Как будто отвечая на нараставшее любопытство Тан Сосо, шаг Ю Исоль постепенно замедлялся.

Она сбавила скорость, с которой применяла Искусство Легкости, сначала перейдя на медленный бег, а затем и на шаг. Следующие за ней также подстроились под ее темп.

Топ. Топ.

Деревья постепенно редели, и густой лес тоже начал исчезать.

Вскоре перед глазами учеников Хуашань предстала ничем не примечательная просторная поляна.

"...Самэ?"

Даже на вопросительный голос Пэк Чхона Ю Исоль не дала внятного ответа. Вместо этого она, словно завороженная, шла, устремив взгляд в одну точку.

Подумав, что она, возможно, не расслышала, Пэк Чхон повторил.

"Самэ, что это за место..."

Но сзади раздался тихий голос.

"Сасук, погоди минутку. Вон там..."

"Хм?"

Услышав голос Юн Чжона, он прищурился.

И тогда.

'Ах...'

Тут же замолчал.

Там, куда направлялась Ю Исоль, было нечто вроде небольшого, едва заметного холмика. Настолько низкого, что, если не присмотреться, его можно было и не разглядеть.

"..."

Это была... могила.

Небольшая могила, устроенная в глубине гор.

В тот момент, когда он увидел её, он понял, зачем она пришла сюда.

Шурх. Шурх.

С каждым шагом Ю Исоль звук приминаемой травы врезался в уши.

Стрекотание кузнечиков.

Свист ветра.

И даже звук травы, приминаемой ногами.

Никто не решался заговорить.

Наконец, добравшись до могилы, Ю Исоль, молча посмотрев на холмик, тихо заговорила:

"Я вернулась."

Ее глаза медленно закрылись.

"...Отец."

* * *

Треск-треск.

Перед полуразвалившейся хижиной горел костер.

Они привели в порядок хижину, стоявшую в отдалении от могильного холмика, и расположились там на ночлег.

"Ох, холодно."

Чон Мён, дрожа от холода, придвинулся поближе к костру.

Он мельком взглянул на хижину, которая выглядела так, будто вот-вот рухнет.

Сколько же она простояла заброшенной?

Пять лет? Нет, судя по всему, она была слишком ветхой для этого.

'Похоже, как минимум лет десять.'

Там и тут были следы ремонта, чтобы та не развалилась окончательно, но было ясно, что люди не жили здесь уже более десяти лет.

'Другими словами, десять лет назад здесь жили люди.'

Странно.

Жить в глубине гор — не такое уж простое дело, как кажется. Особенно это место не было пригодно для жизни людей. Сюда могли прийти либо те, кто в поиске суровых аскез доводит себя до предела, либо преступники, которым нельзя встречаться с людьми.

Чон Мён пристально посмотрел на Ю Исоль.

И, вероятно, она когда-то жила здесь.

Вероятно, вместе с тем, кто покоился в той могиле.

Безразличный треск костра был единственным звуком. Никто не решался заговорить.

Как раз когда атмосфера начала казаться давящей, ученики Хуашань, кроме Ю Исоль, устремили взгляды на Пэк Чхона.

'...Что?'

'Спроси же поскорее.'

'...'

Обменявшись взглядами, Пэк Чхон глубоко вздохнул и с несколько смущенным выражением лица заговорил.

"Самэ."

"Да."

"Та могила, что была чуть раньше..."

"...Это мой отец."

"А, понятно... Хм."

«Довольны?» — как бы спросил он, мельком оглядев учеников, но все лишь округлили глаза и замотали головами.

'Проклятье!'

'Да разве можно здесь спрашивать что-то еще, черт вас побери?!'

Пэк Чхон, помявшись, снова заговорил.

"Значит, ты раньше жила здесь с отцом?"

"Да."

Короткий ответ. Он слегка заколебался, затем зажмурился. Честно говоря, теперь и ему уже было невтерпеж от любопытства.

"Это место не очень подходит для жизни. Как же вышло, что вы жили в таком месте?"

Ю Исоль подняла голову. И пристально посмотрела на Пэк Чхона.

Немного смутившись, Пэк Чхон поспешил добавить:

"Ах, нет. Если не хочешь, можешь не отвечать. Сейчас это уже не так важно."

Едва он закончил говорить, как Ю Исоль резко поднялась с места.

Пэк Чхон вздрогнул.

"Нет. Самэ, я..."

Но та, войдя в хижину, вдруг принялась рыть землю в одном из углов.

'Хм?'

Мгновенно разрыв землю руками, она что-то вытащила. Это был деревянный, наполовину сгнивший сундук.

Не обращая внимания на грязь на руках и одежде, она бережно вынесла сундук и поставила его перед учениками Хуашань.

"Это..."

Когда все устремили на него взгляды, Ю Исоль открыла сундук.

Внутри было полно книг.

'Книги?'

'Манускрипты?'

Но ни на одной из многочисленных книг не было видно ничего похожего на название.

Вскоре Ю Исоль начала вынимать все книги. Ее движения были небрежными.

Так она выложила все книги, около нескольких десятков, и в какой-то момент ее рука слегка замерла. Но затем она снова протянула руку в сундук.

В ее руках оказались две книги.

Одна из них была похожа на лоскутное одеяло, словно ее собрали из разорванных кусочков.

Глаза Чон Мёна слегка сузились.

Потому что он заметил, что на лоскутной книге кое-где виднелись черные пятна — следы засохшей крови.

А другая...

"Самэ... это?"

Полусгоревшая книга.

Нет, сгоревших мест было так много, что это был скорее клочок бумаги, чем книга.

На лицевой стороне остались лишь несколько едва различимых иероглифов, похожих на название.

Двадцать четыре. Слива. Стиль.

Хотя и не полностью, но по этим иероглифам можно было легко догадаться, что это за книга.

"...Двадцать Четыре Движения Цветущей Сливы."

Все не смогли скрыть удивления.

Манускрипт по технике Двадцати Четырех Движений Цветущей Сливы, который их наставник так долго искал, оказался здесь. Конечно, больше половины его сгорело, так что его больше нельзя было назвать манускриптом.

Она, посмотрев на книги в своих руках, тихо положила их на землю.

Затем села, уставившись на костер, и наконец, заговорила.

"Отец был..."

Ее тихий голос звучал чуть более приглушенно, чем обычно.

"Мой отец был учеником Хуашань."

Юн Чжон сглотнул.

Необычный для Ю Исоль голос словно затягивал его.

"Сбежавший ученик Хуашань. Человек, который не хотел жить как ученик Хуашань. Поэтому он бросил секту и сбежал."

"..."

"И все же..."

Ю Исоль тихо закрыла глаза.

"Он был тем, кто так и не смог по-настоящему забыть свою секту. Человек, который когда-то отвернулся от Хуашань, не смог отказаться от нее окончательно. Поэтому..."

Он был глупцом.

____________

Перевод, редактура: Лунный Пирожок