Словно отражая нынешние отношения между Лю Вэем и директором Шином, кондиционер безжалостно гнал по кабинету ледяной воздух, делая и без того напряжённую атмосферу почти осязаемо холодной.

Прошло уже десять минут. Двое мужчин сидели друг напротив друга, не произнеся ни слова, и молча смотрели на экран ноутбука.

Убедившись, что упрямое молчание Лю Вэя не прервётся само собой, Шин Кихо тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла.

— Ты действительно ничего не собираешься сказать?

— …

— Думаешь, если будешь молчать, всё как-нибудь само уляжется? Что последствия твоих поступков просто исчезнут?

Бровь Лю Вэя едва заметно дёрнулась.

Недовольство ясно читалось на его лице, но плотно сжатые губы так и не разомкнулись.

Он не видел причин что-либо объяснять.

— Ха-а…

Устав от его поведения, Шин Кихо резко поднялся и заговорил приглушённым голосом:

— …Ты только что видел запись. Значит, прекрасно понимаешь, что происходит. Продюсер Джу Чольён принёс это мне как предмет сделки. Впрочем, детали тебе знать не обязательно.

— …

— Если захочешь, ты всё ещё можешь выйти в финальный прямой эфир. Но что будет дальше... этого я уже не знаю.

— …Пф.

— Ха-ха… Твою мать.

Издав пустой смешок, Шин Кихо схватился за лоб и продолжил горько смеяться.

Под этим смехом скрывалась ярость, которую он с трудом удерживал под контролем. Даже секретарю Чхве, нервно наблюдавшему за происходящим через стеклянную перегородку, стало не по себе.

— Изначально всё было предельно просто. Ты хорошо выступаешь – ты дебютируешь. Всё. Да, в какой-то момент ситуация осложнилась, потому что я не смог вовремя решить одну проблему.

Того наглого сопляка с англо-американскими родителями-инвесторами. Логана.

— Признаю, это моя ошибка. Пойми я всё раньше – мы бы разобрались с ним иначе. Но сейчас он уже слишком прочно закрепился в составе дебютной группы.

— …

— Однако нынешняя ситуация к этому отношения не имеет.

С резким щелчком Шин Кихо захлопнул ноутбук, всё это время остававшийся открытым, и тяжело выдохнул.

— Если дебютирует Логан – да, внимание частично переключится на него. Но с этим можно справиться. Мне всего лишь нужно убедить инвесторов. Его дебют не закроет нам путь на китайский рынок. Твоя популярность там по-прежнему высока.

— …

— Но это... это уже недопустимо. Стажёр, который сознательно распространяет злобные слухи о другом стажёре. Такое невозможно исправить.

Взгляд Лю Вэя, до этого прикованный к ноутбуку, медленно сместился в сторону.

Среди разбросанных по столу документов особенно выделялась фирменная зажигалка Шина.

— Теперь существуют прямые доказательства того, что ты навредил другому стажёру. А если учесть историю с невестой, которая и без того подорвала отношение публики к тебе настолько, что поставила под угрозу твой дебют... Если всплывёт ещё и это, я не могу предсказать последствия.

— ...Зачем вы меня позвали?

Лишь теперь Лю Вэй наконец заговорил.

После столь долгого молчания его голос звучал ниже обычного и отдавал глухой хрипотцой.

— Я не стал говорить о Сюминь, потому что рассчитывал разобраться с ней позже. И я сожалею о том, как всё обернулось. Но вы постоянно уходите от сути. И только обвиняете меня.

— Конечно я хочу тебя обвинить, мелкий ублюдок!

Голос Шин Кихо сорвался. Остатки самообладания окончательно покинули его.

— Если ты не дебютируешь, инвесторы сожрут меня за невыполненные обещания. А если дебютируешь? Ха! Репутация группы рухнет ко всем чертям. Зависть к другим стажёрам, скандал с невестой...

Вот почему Шин Кихо был настолько зол.

Почти доведён до безумия.

Дебютирует Лю Вэй или нет – в любом случае именно ему придётся расхлёбывать последствия.

Инвесторам никогда не хватало одного-двух условий. Дебют Лю Вэя был лишь одним пунктом из длинного списка требований.

Речь шла не просто о китайском стажёре.

Он должен был стать любимцем корейской публики и предметом гордости на родине.

Сейчас же Лю Вэй не соответствовал ни одному из этих ожиданий.

Стиснув зубы, Шин Кихо процедил:

— Ладно, насчёт невесты ты прав. Реши мы всё иначе, можно было бы развернуть общественное мнение в свою пользу. Даже расторгнуть помолвку и выставить это в выгодном свете. Но здесь всё иначе.

— И что же здесь такого особенного?..

— Где гарантия, что ты снова не выкинешь что-нибудь подобное? Ты ведь уже делал это раньше.

То, что Шин Кихо не способен полностью контролировать Лю Вэя, стало ясно ещё тогда, когда тот по собственной инициативе распустил слухи о Ким Чунёне.

Тревога, зародившаяся в тот момент, наконец вцепилась в него мёртвой хваткой.

Конечно, свою роль сыграли и отчаянные попытки Ким Чунёна выжить, но Шин Кихо об этом не знал.

Вывод был прост: дебютировать Лю Вэя – или не дебютировать.

Выбор должен был сделать Шин Кихо.

— Вчера я связался с инвесторами.

Сообщил им, что на этот раз ты можешь не дебютировать.

— Разумеется, они пришли в ярость. Но когда я объяснил нынешнюю ситуацию, рассказал о настроениях общества и твоём положении... в целом они оказались не настолько неразумны, как я ожидал. За исключением нескольких человек, большинство согласилось перенести поддержку на следующую группу.

Глаза Лю Вэя резко расширились.

— ...Это не то, о чём мы договаривались.

— А в нашем соглашении разве было написано, что ты можешь игнорировать всё, что я говорю?

*Вж-ж-ж-ж*

Достигнув минимальной температуры, мощный кондиционер наконец отключился.

Но взгляд Лю Вэя был холоднее любого воздуха, который тот мог выдать.

Шин Кихо тихо цокнул языком, наблюдая за ним – всё таким же бесстрастным, с неподвижным лицом, не выдающим ни единой эмоции.

— Ты всегда делаешь вид, будто всё в порядке. Но на самом деле именно ты отчаяннее всех. И именно это отчаяние всё разрушило.

Таким видел Лю Вэя Шин Кихо.

Талант у него был.

Достаточный, чтобы после дебюта стать успешным айдолом.

Даже его тяжёлый характер можно было бы пережить. Всё могло сложиться иначе, сумей он по-настоящему открыться другим стажёрам.

Но на этот раз Лю Вэй этого не сделал.

И, что ещё важнее, не собирался делать.

— Если бы ты разрушал только собственное будущее – это было бы одно. Но ты рушишь и моё. Моё доверие у китайских инвесторов скоро окажется ниже плинтуса. О том, чтобы уйти из AG, можно забыть. Я даже мечтать об этом больше не смогу.

— ...И что вы сделаете, если по прогнозам я всё равно окажусь в дебютном диапазоне?

— С учётом скандала с невестой это крайне маловероятно...

— …

— Но если всё-таки случится – я уберу тебя прямо перед прямым эфиром. Мы объявим, что по состоянию здоровья ты не можешь продолжать участие. Тогда дебютируют стажёры, идущие следующими по рейтингу. Например, Ан Джину. Или...

Тот, к кому сейчас проявляют необычный интерес продюсер Джу Чольён и председатель До Джэчан…

— Кто-нибудь вроде Ким Чунёна.

— …Ты правда думаешь, что я просто молча это приму?

— Сразу после отстранения ты вернёшься в компанию, выпустишь короткое заявление и немедленно улетишь в Китай. Ты ничего не сможешь изменить.

— …

— И даже если вернёшься на площадку, не вздумай выкинуть какую-нибудь глупость. Компания приставит к тебе человека. Он будет следить за каждым твоим шагом.

Шин Кихо снова цокнул языком и, словно внезапно вспомнив о чём-то важном, добавил:

— Да, и ещё. Это решение одобрили не только инвесторы, но и твои родители, паршивец.

Глаза Лю Вэя едва заметно дрогнули и на мгновение в них промелькнуло чувство, которое он прежде никому не показывал.

Говорят, дети похожи на своих родителей.

Вернее, люди становятся похожими на тех, кто им по-настоящему дорог.

В основе этого лежит привязанность.

Любовь.

Желание походить на того, кто любит тебя.

Желание оправдать его ожидания.

Лю Вэй всегда считал, что к таким людям не относится.

— С самого начала казалось, будто ты ищешь повод разорвать помолвку... Значит, на самом деле ты сам этого не хотел?

— ...Нет. Это было решение ради семьи.

— Не смеши. Какой старшеклассник добровольно взваливает на себя семейные проблемы? Твой отец сам говорил мне, что ему было тяжело смотреть, как ты ввязываешься в эту помолвку лишь потому, что решил: так будет лучше для всех.

Шин Кихо говорил почти равнодушно, словно речь шла о чём-то постороннем.

Но, заметив, как опустились плечи Лю Вэя, вдруг усмехнулся.

— Ха... Надо же. Всё это время я называл тебя сопляком.

«А ты всего лишь ребёнок, отчаянно пытающийся заслужить любовь родителей».

Никогда.

Ни единого раза.

Лю Вэй не думал о себе подобным образом.

Ему просто нравилось побеждать. Вот и всё.

Он делал то, что мог сделать.

Таким его сделали происхождение, обстоятельства, среда, в которой он вырос. Но сейчас...

Дрожащие пальцы.

Потерянный взгляд.

«Неужели... всё это время я ошибался?»

И эта внезапная мысль, которая ударила сильнее любого обвинения.

Словно одним ударом обрушила стены, которые Лю Вэй так долго возводил вокруг себя.

— …

— Ха.

Шин Кихо тихо выдохнул, наблюдая за его сжатыми кулаками.

Даже сейчас Лю Вэй отчаянно пытался сохранить невозмутимый вид.

Но нянчиться с мальчишкой, который разрушил его планы, Шин Кихо не собирался.

Тем более ему ещё предстояло обсудить с президентом До Джэчаном судьбу группы, в состав которой Лю Вэй всё ещё мог попасть.

— Секретарь Чхве.

— Д-да!

На резкий оклик секретарь поспешно вошёл в кабинет, старательно избегая встречаться взглядом с Лю Вэем.

— Отвезите Лю Вэя обратно на съёмочную площадку и возвращайтесь. Ах да...

Билет, который тот собирался использовать после прямого эфира, чтобы улететь в Циндао.

— Его можно отменить.

— ...Понял.

Даже во время этого разговора Лю Вэй не пошевелился.

Он всё так же сидел, уставившись в пустоту.

Пытаясь найти выход.

***

После возвращения Лю Вэя на съёмочную площадку «Targeting Star» ничего особенного не произошло.

Стажёры из последних сил готовились к финальному рывку.

Кто-то репетировал до изнеможения.

Кто-то вполголоса обсуждал слухи, пытаясь разобраться в том, что давно назревало под поверхностью.

— ...Ты вообще меня слушаешь?

— А? Что?

— Да что с тобой такое... Чунён, я тут уже который раз одно и то же повторяю.

— Ха-ха, прости, Ли Миншен. Задумался. Наверное, просто устал.

В тот момент Ким Чунён и Ли Миншен находились возле аварийной лестницы.

Они тайком выбрались из общежития стажёров, чтобы спокойно поговорить без посторонних ушей.

— Но почему опять аварийная лестница? Чунён, тебе что, правда нравится это место?

— Нет, не поэтому. Просто... здесь нет камер.

— ...Снаружи общежития их тоже нет. Продакшн-команда ведь не запрещает нам выходить на прогулку во время перерывов.

— А?

«Я думал, так и должно быть. Поэтому всё это время и приходил сюда».

Лишь сейчас, в последние дни «Targeting Star», Ким Чунён понял свою ошибку.

Впрочем, теперь это уже ничего не меняло.

— В любом случае я удалю все фотографии, которые ты мне присылал… Думаю, они мне больше не понадобятся.

— А, ладно. Я и так говорил, что помогу чем смогу. Просто всё равно немного неловко.

— Нет. Ты очень мне помог.

Несколько раз легко хлопнув Ли Миншена по плечу, Чунён удалил файл, который тот для него подготовил.

Подробный список всего, через что ему пришлось пройти из-за Лю Вэя.

Теперь среди скриншотов в телефоне Чунёна не осталось ни одного следа, связывающего его с Лю Вэем.

— Ух. Похолодало. Пожалуй, пойду обратно внутрь.

— А? А, да. Я ещё немного постою. Подышу воздухом и тоже зайду.

— ...Ладно. Только долго не задерживайся.

Когда Ли Миншен ушёл...

*Динь-дон!*

Телефон Чунёна завибрировал удивительно вовремя – настолько вовремя, что это казалось почти постановкой.

「 X: Эй, чего стоишь такой несчастный? 」

「 X: Мог бы просто поговорить со мной 😚 」

「 X: Коммуникация важна между партнёрами, помнишь? 」

「 X: К тому же сегодня решится, выберешься ли ты из этого болота неудач или останешься в нём 😉 」

Даже спустя столько времени X оставался прежним.

Раздражающе язвительным.

Неприятно проницательным.

И цепляющимся за каждую мелочь.

「 X: С моей точки зрения, если Лю Вэй сейчас вылетит, ты точно дебютируешь. 」

「 X: Его репутация стремительно рушится, а твоя растёт. Вы уже почти сравнялись, ха-ха. 」

「 X: Плюс тебе здорово помог бонус за выступление на сцене «Groggy». 」

「 X: Если разнесёшь прямой эфир, у тебя есть вполне реальный шанс. 」

「 X: Так вот, что я хочу спросить... 」

Ким Чунён негромко повторил последнее сообщение вслух.

— Что я чувствую?..

Что он чувствует.

Для подобных разговоров было ещё слишком рано – он ещё не дебютировал.

Не смог по-настоящему помочь семье.

Не поддержал участников ARROWS так, как хотел.

Не искупил ничего из того, что считал своей виной.

Так о каких чувствах вообще может идти речь?

Сейчас он мог сделать только одно: отдать всё без остатка на предстоящем прямом эфире.

И…

— …

Во что бы то ни стало победить Лю Вэя.

И дебютировать.

До финального выступления «Targeting Star» оставались считанные дни.