Железнокровый Император Маркус разделил каждый батальон Ордена Императорских Рыцарей в строгом соответствии с их навыками. Разумеется, это отразилось и на тренировочных площадках, разница между которыми доходила до абсолютной несправедливости. 

Жилые корпуса и полигоны первых трех батальонов образовали аккуратный треугольник на самой солнечной стороне, прямо у главного корпуса Императорского Дворца. Батальоны с 4-го по 6-й выстраивались перевернутым треугольником, формируя второй рубеж обороны. Остальные — 7-й, 8-й, 9-й и 10-й батальоны — смыкались тройным щитом по самому внешнему периметру. Система защиты работала безупречно: каждый батальон имел свои четкие задачи по охране правителя. 

Впрочем, Джошуа направлялся к самому отдаленному участку массивной крепостной стены — прямо противоположному от главных покоев. 

Топ. Топ. Топ. 

По мере приближения к цели до него стали доноситься оглушительные выкрики и шум толпы. 

Солнечные лучи упали на лицо Джошуа. Усмехнувшись, он пробормотал себе под нос:

— Как же давно это было… 

В каком-то смысле его текущий план повторял события прошлого. 

«Тогда, еще не обладая особой силой, я тоже пришел сюда, чтобы отточить навыки. И могу с гордостью сказать, что эта работа подходила мне как нельзя лучше». 

Джошуа устремил взгляд к горизонту, вспомнить своих бывших соратников-наемников. 

Вскоре показались два массивных тренировочных зала — владения 11-го и 12-го батальонов. Местных рыцарей всегда клеймили «мусорными» из-за их сомнительного происхождения и всячески оттирали на задворки. Однако вместо того чтобы сбежать, они годами оставались здесь. 

— А-а-аргх! 

Дзинь! 

— Ха-ха-ха! Ну что, Рейнджер, каково тебе?! Это всё, на что ты способен? Приятно, когда тебя прижимают к земле? 

— Ты себя-то слышишь?! Ты из 12-го батальона, ты по статусу ниже меня! 

— Чего?! Да между нами и верхними батальонами вообще никакой разницы! Что ты из себя гордеца корчишь, высокомерный ублюдок?! 

— Вот именно поэтому Его Величество и говорит, что каждому дураку место среди наемников! Ты даже не знаешь, как делятся батальоны! 

— Что?! Ты кого дураком назвал, отброс?! 

Джошуа тихо засмеялся, слушая доносившиеся издалека громкие крики и звон стали. 

— Кое-что здесь не меняется никогда… 

Наконец Джошуа добрался до места. Один из двух огромных залов, способных вместить не один десяток человек, пустовал, будто был закрыт. Зато второй улей трещал по швам: сотни зрителей азартно наблюдали за поединком двух мужчин. 

— Похоже, сегодня тот самый день, — пробормотал Джошуа, оглядываясь вокруг. Зрители разделились на два лагеря, и каждый яростно поддерживал своего бойца. 

— Эй, Рейнджер! Я поставил на тебя все деньги за этот месяц, так что только попробуй проиграть! Вкатай его в землю! Покажи этим выскочкам, на что способен 11-й батальон! 

— Казес! Если ты продуешь, жена выставит меня на улицу! Я поставил всё, что у нас было! Спасай! 

От этих охрипших, грубых голосов на губах Джошуа расцвела теплая улыбка. Нижайшие батальоны — 11-й и 12-й — регулярно устраивали подобные потасовки. В свое время император внедрил эту систему для укрепления боевого духа через конкуренцию, но в итоге всё немного вышло из-под контроля. 

— Эх… Сколько лет прошло. Я даже соскучился по этой атмосфере. 

Джошуа кивнул сам себе. В этот момент на арене произошел перелом. 

Кланг! 

Длинный меч вылетел из рук одного из бойцов и со звоном покатился в угол зала. Победитель направил клинок на побежденного и с ухмылкой расхохотался, пока проигравший с отчаянием взирал на него. 

— А-а-аргх! 

— Ну надо же… 

— Я так и знал! Рейнджер ни за что не позволил бы кому-то из нижнего батальона осквернить честь 11-го! Но, э-э… выглядит это откровенно позорно, — заметил кто-то из толпы. 

А всё потому, что побежденный, плюнув на остатки гордости, рухнул на колени. Он вцепился в штанину победителя, который буквально светился от гордости и превосходства. 

— Брат Рейнджер! Спаси меня хотя бы в этот раз!.. Ты же знаешь мою жену! Ее бесит всё, что я делаю, я рядом с ней вообще человеком себя не чувствую! Если я потеряю эти деньги, она отберет у меня всё! Я не знаю, что мне делать! 

— Чего? Поглядите на этого идиота. Он что, опять напросился на драку? — донеслось из толпы. 

Рейнджер, рыцарь 11-го батальона, посмотрел на Казеса с глубоким презрением:

— Ой, прости, я тебя даже не заметил — подумал, букашка какая-то под ногами. Что ты там промямлил? Пощадить тебя? 

— Это… — Казес замялся. 

Рейнджер лишь скрестил руки на груди, молча разглядывая его. 

 — Ха! Рейнджер… Ты же понимаешь, что этот слизняк снова нападет на тебя, стоит тебе только сжалиться над ним? — похлопал победителя по плечу другой рыцарь, с презрением глядя на лежащего. 

— Ах… — молил Казес. — Я умею платить за доброту! Пожалуйста… Помоги мне, брат Рейнджер, умоляю! 

— Казес — просто позор для 12-го батальона. 

— Тьфу, да какой он рыцарь? Хуже последнего слизняка. 

Пока левая половина зала заходилась в истерическом хохоте, правая лишь разочарованно качала головами. 

Тем временем Джошуа неторопливо пробирался сквозь гущу толпы. 

— Ого? Это еще что за пацан? 

— Мелкий, ты откуда тут взялся? 

— Дворянский сынок заблудился по дороге на детскую площадку? 

— Пацан… — Рейнджер окинул мальчика оценивающим взглядом. — Это тебе не место для игр. Заблудился, что ли? 

— Нет, я пришел точно по адресу, — спокойно ответил Джошуа. 

Рейнджер нахмурился, явно сбитый с толку. 

Джошуа улыбнулся и огляделся, привлекая к себе внимание собравшихся. 

— У меня есть веская причина быть здесь… 

На лицах присутствующих вспыхнуло любопытство. Похоже, им действительно стало интересно, что затеял этот ребенок. 

Джошуа продолжить без тени колебаний:

— Кровавая Битва Берче… Я пришел ради нее. 

Вокруг мгновенно воцарилась звенящая тишина — будто на разгоряченную толпу вылили ушат ледяной воды. 

*** 

Двое мужчин пробирались сквозь густые заросли неподалеку от восточных ворот Аркадии. В конце концов они вышли на небольшую уединенную пустошь. 

— Это здесь, — пробормотал крупный мужчина средних лет, зажав в кулаке горсть сухой земли. У него был приятный, низкий голос, отлично сочетавшийся с его массивной, подобной валуну фигурой. На вид он казался самым обычным человеком с добродушными чертами, однако его истинная личность была далеко не так проста. 

Перед нами был Маг Земли, Маркус Линдблом — один из Семерки Магов Магической Башни. 

— Хм… Земля здесь какая-то странная, — произнес второй мужчина с легкой улыбкой, мельком глянув на ладонь Маркуса. На вид ему нельзя было дать и тридцати: прохладный взгляд, зеленые волосы и лицо, обещавшее очередную проказу. 

— Это не земля, Тета, — ответил Маркус, раскрывая имя молодого мага. Тета Рейос, как и Маркус Линдблом, входил в Семерку Магов, занимая престол Шторма и нося эпитет «Маг Ветра». 

— Полагаю, так. Тебе станет легче, если я назову это пеплом? 

— … 

Внезапно между деревьями пронесся резкий порыв ветра, и Маркус проводил взглядом пыль, сдутую с его пальцев. 

— Да благословит тебя Демикелис… 

Тета громко хлопнул в ладоши, бесцеремонно перебивая молитву Маркуса:

— Земля, ну это уже чересчур! Не все ведь веруют в твоего бога, а ты просишь у него благословения для усопшего. Это же проявление неуважения к мертвым! 

Впрочем, несмотря на свои слова, Тета тоже решил помолиться за ушедшего:

— Инкуб, ниспошли свое благословение. Эос, повелительница всех суккубов, направь душу этого человека в загробном мире… 

— Тета… — тихо пожурил его Маркус. 

Тета лишь пожал плечами:

— Давай просто приступим к расследованию, ладно? Я уже вечность не выбирался наружу. 

Маркус нахмурился:

— Ты что, собираешься так просто бросить всё? Мы до сих пор не знаем личности убийцы. 

— Да о чем ты говоришь? Здесь же более чем достаточно улик! 

— Что? — переспросил Маркус. 

Тета сменил позу и произнес:

— Закрой глаза и представь, как мимо тебя проносится ветер. Разве ты ничего не чувствуешь? 

— Не чувствую что? — Маркус выглядел искренне сбитым с толку. Однако, заметив нетипично серьезный взгляд Теты, он все же послушно закрыл глаза. В конце концов, Маркус знал: несмотря на всю свою взбалмошность, Тета умел быть невероятно внимательным и въедливым. 

Он сосредоточился и прислушался к окружающему пространству. 

Ему потребовалось лишь мгновение, чтобы осознать происходящее. Глаза Маркуса изумленно округлились, и он выпалил:

— Здесь… нет маны? 

Мана естественным образом наполняла всю природу, поэтому в таком густом лесу ее концентрация должна была превышать норму. Однако Маркус отчетливо ощущал: в радиусе трех метров вокруг них не было ни единой капли маны. 

И этот феномен был ему слишком хорошо знаком. 

— Не может быть… Магический вакуум? — На лице Маркуса застыло неверующее выражение. 

— Магический вакуум может возникнуть лишь в двух случаях, — философски начал Тета. — Первый — это естественный природный катаклизм. Однако подобная аномалия ни за что не укрылась бы от взора нашей Магической Башни. В конце концов, это произошло прямо под боком у столицы, и мы узнали бы обо всем первыми. 

— Ты хочешь сказать… 

Тета кивнул и продолжить:

— Второй случай — это Выброс Круга. 

— …! — глаза Маркуса расширились еще сильнее. 

— Когда сердце мага 6-го Круга или выше получает смертельное ранение… — Тета свел ладони вместе, а затем резко развел их в стороны: — Полное уничтожение всего живого в радиусе одного километра от эпицентра. Это произошло совсем недавно и всего один раз, но это место… оно слишком чистое. 

Внезапно в памяти Маркуса всплыла одна деталь, и он тяжело застонал:

— Первозданный Камень… 

— Именно. Убийца гарантированно связан с одним из Первозданных Камней, — глаза Теты блеснули азартом. — Господин Гром погиб именно здесь, в этом лесу. Но будь это погоня, он непременно оставил бы для нас след. Следовательно, мы можем сделать вывод: он пришел сюда не по принуждению. 

Тета сделал выразительный жест пальцем:

— Понимаешь, к чему я клоню? 

— … — Маркус молчал, внимательно слушая. 

— Убийца действовал в одиночку, это не группа лиц. Джек совершенно точно выслеживал Бронто, а магический вакуум означает, что он его нашел. Таким образом, убийца Джека — это тот же самый человек, кто прибрал к рукам Бронто… — Тета сделала паузу, огляделся по сторонам и осторожно шепнул: — Найдя Бронто, мы неизбежно найдем и убийцу Джека.