Экипаж «Умитаки» доставил Токушиму и Эдаджиму к Атлантии так близко, как только смог. Они собирались проникнуть на Урт под покровом темноты, поэтому дожидались заката, чтобы высадиться. Для них подготовили шлюпку, куда Токушима сгрузил свой ребризер замкнутого цикла, кое-какое оружие с боеприпасами и одежду для предстоящей операции. Когда всё было готово, Хамаминато, Куросу и Такахаши пожелали им с Эдаджимой удачи.

— Ну, мы пошли, — сказал Эдаджима, садясь в шлюпку вместе с Токушимой и Мейбл, пока ту спускали на воду. Токушима надел прибор ночного видения (ПНВ) для предстоящего пути.

— Погнали, Токушима.

— Принято.

Токушима завел мотор лодки, но старался идти на малых оборотах, чтобы не поднимать лишнего шума.

Периметр вокруг Урта патрулировала целая армада мелких суденышек. Однако в кромешной тьме даже этой армады оказалось недостаточно, чтобы не пропустить Токушиму и его спутников. Воспользовавшись преимуществом ночного видения, он без труда лавировал между кораблями, позволив им незаметно проскользнуть на территорию Урта.

~100 лье к западу от Тинае

Именно здесь совсем недавно пираты напали на конвой «Пантагрюэль». «Умитака», доставив Токушиму и его команду для выполнения миссии в Атлантии, вернулась к своим обычным обязанностям по патрулированию вод. Самолет P-3C охватывал куда больший участок океана, но он не мог подолгу задерживаться на одном месте. И вот тут-то в дело вступали ракетные катера.

На камбузе офицерам и экипажу подали разогретое тушеное мясо с картошкой из сухпайков. Капитан 2-го ранга Хамаминато, Такахаши и Куросу как раз сели за один из свободных столиков со своими порциями, когда по громкой связи раздался голос вахтенного офицера:

— Сообщение с P-3C: в квадрате 0566 замечено подозрительное судно, возможно, пиратское. Взять курс на квадрат 0566 для перехвата и досмотра.

Капитан Куросу переглянулся с Хамаминато и Такахаши, после чего отдал приказ:

— Отлично, полный вперед!

«Умитака» сменила курс, направляясь в район, где заметили предполагаемое пиратское судно.

Час спустя впередсмотрящий на мостике заметил на горизонте парусник.

— Это тот самый корабль?

Он шел под белыми парусами, а на грот-мачте развевались зелено-синие флаги.

— По мне, так похоже на обычное гражданское судно, — прокомментировал вахтенный офицер Китахара.

Но когда Такахаши пару раз взглянул на него в бинокль, до него кое-что дошло.

— Ого, погодите-ка. Разве это не...

Он заглянул в лежащие под рукой документы, сосредоточившись на одной из фотографий, сделанных ими ранее.

— Это тот самый корабль, который мы встретили перед тем, как прибыли на место нападения на конвой «Пантагрюэль». Вылитая копия.

— Значит, скорее всего, это пираты. Какие будут приказы, командир?

Куросу повернулся к Хамаминато.

— А какие тут могут быть варианты? Садимся им на хвост. Следуем за ними, сохраняя дистанцию.

Такахаши кивнул.

— Угу. А если они попытаются провернуть какой-нибудь пиратский налет, мы возьмем их с поличным.

— Вас понял... Хотя тащиться за ними на такой скорости будет той еще пыткой. Эта посудина слишком медленная.

— Значит, это проверка на выдержку. Не позволяй горячей крови бить в голову, парень.

— Принято.

«Умитака» начала слежку за подозреваемым пиратским кораблем.

Прошло уже полдня с тех пор, как «Умитака» села пиратам на хвост.

На фоне багрово-красного неба Куросу подтвердил по монитору на мостике, что они входят в заранее определенный квадрат океана. Он быстро взял УКВ-передатчик и настроил его на 16-й канал. На Земле 16-й канал — это международная частота для подачи сигналов бедствия, поэтому там всегда полно радиообмена. Но в Особом регионе, где радиосвязи не существует в принципе, на этой частоте стояла мертвая тишина.

— Алнус передает: ясно, ветер восточный. Повторяю, Алнус передает: ясно, ветер восточный...

Главный рулевой странно покосился на Куросу. Он спросил одного из членов экипажа на мостике:

— Эй, с кем это капитан разговаривает?

— Без понятия, но звучит как какой-то условный сигнал. Походу, сейчас что-то начнется.

Офицеры ничего им не объясняли, но все матросы «Умитаки» нутром чуяли, что вот-вот грянет буря.

— Эй, Одиль. Мы почти на месте, но эта летающая лодка всё еще висит у нас на заднице?

Тем временем на «Одиль» Дрейк то и дело сверялся с их духом-хранителем.

Их плавание проходило без сучка без задоринки, по крайней мере, до этого момента. Но теперь, когда у них на хвосте плотно висела эта летающая махина, они были как на иголках.

— Я же тебе русским языком говорю: всё путем! Они всё еще тащатся за нами. И о погоде нам тоже париться не надо, — заверила его Одиль, устроившись на грот-мачте.

— Я-то знаю, но...

Он понимал, что всё это — часть хитрого плана, но когда рядом не было самих стратегов, чтобы сказать ему это прямо в лицо, его грызла тревога. Он боялся, что летающая лодка может нанести удар в любую секунду.

— Возьми себя в руки, мужик!

— Да как тут возьмешь?! Когда тебе в затылок дышит сам дьявол, тут хрен успокоишься!

Дрейк покосился на преследующее их судно.

Пусть они и находились далеко, едва виднеясь на горизонте, он знал, что те могут нагнать их в два счета. Пока они в пределах их видимости, они находились в зоне досягаемости их огненного гнева. Если летающая лодка вдруг передумает и решит их арестовать — или, что еще хуже, пустить на дно — сбежать им не удастся.

— Знаю, знаю!... Но Эдаджима и Токушима же сказали, что всё будет в ажуре, так?

— Я-то знаю, но просто места себе не нахожу!

— В любом случае, первый этап пройден. Мы переходим к следующему — пан или пропал!

— Твоя правда.

Одиль подбодрила команду не расслабляться. В ответ матросы разразились яростными боевыми кличами.

Под сияющим звездным покровом небес Мейбл управляла их лодкой в одном из многочисленных каналов Урта. На ней был надет ПНВ, с помощью которого она следила за проходящими мимо судами. Кромешная тьма играла им на руку: экипажи встречных кораблей попросту не могли разглядеть крошечную лодочку в канале, поэтому Мейбл постоянно рисковала быть случайно протараненной. Но, умело управляя мотором, она виртуозно лавировала между ними, оставаясь незамеченной.

Вскоре на поверхности воды рядом с лодкой вынырнул Токушима.

— Я вернулся.

На нем всё еще был ребризер.

— Ну, как прошло?

Он протянул Мейбл мешок, который та небрежно отшвырнула в сторону. Он был пуст, если не считать остатков морской воды на дне.

— Все приготовления завершены. Я уж думал, мы не успеем, раз приперлись позже, чем планировали, но теперь всё в ажуре. Спасибо за помощь, Мейбл.

— Мне не нужна твоя благодарность, но раз уж ты так настаиваешь, я бы предпочла получить достойную награду.

— Награду, значит... И чего же ты хочешь? — спросил Токушима, забираясь в лодку. Он отложил ребризер в сторону и стянул маску.

— Материальные вещи — это, конечно, здорово, но, думаю, я бы предпочла... действие.

— «Действие»?

— Понимаешь, мы ведь мужчина и женщина, так что, может быть, мы могли бы... слиться губами и сплестись языками, или переспать, или просто поваляться в одной постели, или... или...

Мейбл продолжала бормотать «или... или...», густо заливаясь румянцем. Токушима тяжело вздохнул.

— Мейбл. Какая муха тебя укусила?

— Эдаджима! Он же вечно торчит с нами, так что у нас вообще не бывает моментов, чтобы остаться наедине! И вот, вот, вот... наконец-то такой шанс выпал! И я понятия не имею, когда нам еще раз так повезет...

На улице стояла глубокая ночь, и вокруг не было ни души, кроме них двоих — Мейбл решила, что это просто идеальная, выпадающая раз в сто лет возможность. В офицерской кают-компании на «Умитаке» об уединении можно было только мечтать, но здесь не было причин для стеснения.

— Ага, но ты не находишь, что ведешь себя слишком уж... напористо?

— А как иначе, когда эта пернатая курица вечно лезет к тебе в лицо?! Я хочу получить хоть какие-то гарантии — железный факт. Если ты позволишь мне сделать это, я наконец-то почувствую, что хоть что-то для тебя значу, и смогу относиться к тебе чуточку спокойнее. Так что давай, покончим с этим — утешь душу бедной женщины! Ну же, ну же, ну же...

Мейбл протянула к нему руки, призывая подойти поближе.

— Железный факт? Да брось, это уже слишком откровенно.

Она явно расстроилась и сорвалась:

— От людей, родившихся в стране, чей основополагающий миф строится на том, как два бога просили друг друга переспать, ожидаешь, что они не окажутся такими ханжами...

Будучи Апостолом, она не поленилась и за время своего пребывания в Японии прочитала «Кодзики» и «Нихон сёки» (по крайней мере, их современные переводы) — древнейшие японские литературные памятники, описывающие местную мифологию.

Токушима взял управление лодкой на себя и направил ее к правому борту «Одетты II». Он старался держаться в тени, избегая света факелов, расставленных вдоль пирса. В тени правого борта «Одетты II» свисала сетка, к которой Токушима и пришвартовал их лодку.

— А вы долго, Токушима.

На палубе «Одетты II» их уже поджидал Эдаджима.

— Мы вернулись. — Токушима отдал ему честь.

— Как прошла подготовка?

— Всё отлично. Я уж думал, мы влипли, так как всё заняло больше времени, чем я рассчитывал, но теперь всё готово.

— Вы вернулись!

Одетта подбежала к Токушиме и бросилась ему на шею. Обычно в этот момент вмешивалась Мейбл и растаскивала их, но сейчас она почему-то просто стояла в стороне. Почувствовав, что сцена получилась какой-то скомканной, Одетта подозрительно покосилась на Мейбл.

— ???

— Хе-хе-хе-хе...

Мейбл никак не могла стереть с лица довольную ухмылку. Она то и дело облизывала губы, словно они обветрились, но, возможно, она просто смаковала некое приятное воспоминание.

— Т-так, перейдем к делу, — заметил Эдаджима, не понимая, произошло ли что-то из ряда вон выходящее. — Пока вас не было, я получил сигнал: «Алнус передает: ясно, ветер восточный». Похоже, всё идет по плану. Мы наконец-то можем переходить к следующему этапу нашей операции.

К тому времени, как солнце высоко поднялось над горизонтом, Шура приказала своим людям построиться. Поскольку за ними всё еще велось наблюдение со стороны атлантийцев, она распорядилась собрать всех на нижней палубе.

— Все в сборе, капитан.

— Спасибо...

Заместитель капитана проводил ее вниз. Там было темно, потолок давил на голову, а из-за скопления такого количества народа стояла невыносимая жара и духота. Когда Шура спустилась, она на секунду замялась перед этим морем людей, но, памятуя о грядущей решающей операции, глубоко вздохнула и вышла вперед.

— Спасибо всем, что собрались. — Она повысила голос, чтобы привлечь их внимание. — Все пообедали, да? Отличная была кормежка...

Матросы закивали, на их лицах расплылись довольные улыбки. Сегодняшний обед собственноручно приготовил Токушима.

— Отлично! Настал тот самый момент — мы начинаем нашу операцию прямо сегодня! Если мы преуспеем, то дадим нашему Тинае то самое драгоценное время, которое ему необходимо для восстановления сил! И если правительство распорядится этим временем с умом, мы можем быть уверены, что нам больше никогда не придется называть себя атлантийцами!

Одетта пылко закивала. Сегодня она была не в своем привычном наряде: поверх одеяния духа-хранителя на ней красовался тонкий, легкий кожаный доспех, а в руках она сжимала длинное копье. В обычных условиях духи-хранители не вступают в бой, поэтому вооружать их было против всех традиций, но учитывая, что духи-хранители Атлантии пойдут на нее с мечами и луками, они просто не могли выпустить Одетту в бой беззащитной.

— От этой операции зависит всё, парни! Для нас это пан или пропал! Если мы облажаемся здесь, всему конец! Я понимаю, что прошу от вас слишком многого, но я призываю каждого из вас не пожалеть жизней ради этой миссии!

Шура бросила клич и в ответ получила непреклонные кивки своих людей. Даже в мрачной тесноте этой палубы она видела острый блеск разгорающегося боевого духа в глазах каждого матроса.

— У нас всё готово, старпом? — обратилась она к своему заместителю.

— Весь личный состав на местах, оружие роздано и готово к бою.

— Оди?

Одетта молча кивнула, потрясая своим длинным копьем.

— Эдаджима... Вы, парни, тоже готовы?

— Мы готовы и ждем отмашки.

Эдаджима и Токушима были облачены в фирменную синюю полевую форму МССЯ, а их пистолеты и пистолеты-пулеметы находились в полной боевой готовности. На их рукавах красовались вышитые шевроны с ярко-красным восходящим солнцем Морских сил самообороны.

— Мы готовы начать операцию по вашему приказу.

Шура улыбнулась, почесав затылок.

— Тогда оставляю это на вас.

— Лады. Это твой выход, Токушима. Запускай фейерверк.

— Принято.

Токушима открыл ноутбук, лежащий на полу, и запустил одно из множества приложений на экране. Программа запросила код безопасности, который он торопливо ввел.

Вскоре после того, как он нажал Enter, сквозь иллюминаторы «Одетты II» резанула яркая вспышка. Один из кораблей на дальних окраинах королевского района мгновенно вспыхнул, и теперь в небо валил густой, непроглядный столб дыма.

— Ого...

Матросы прильнули к иллюминаторам, пытаясь разглядеть, что происходит. Секунды спустя глубокий, раскатистый грохот взрыва эхом прокатился по округе, отдавшись дрожью в их желудках.

— Вот оно, парни! Пора!

По приказу Шуры матросы хлынули с нижней палубы наверх.

— Пожар! Пожар! Мы горим!!!

На Урте реагировали на пожары молниеносно. Забили в колокола, чтобы быстро разнести весть, и королевские гвардейцы бок о бок с простыми горожанами, превратившись в пожарных, бросились к источнику возгорания. Вооружившись топорами и баграми, они изолировали очаг, перерубая швартовы и цепи, связывающие полыхающее судно (или суда) с соседними кораблями. Вместо того чтобы пытаться потушить ревущее пламя, было куда быстрее просто не дать ему перекинуться дальше.

Однако на этот раз вспыхнул не один и не два корабля. Одно за другим, по всему Урту начали вспыхивать всё новые и новые суда.

Всё это было прекрасно видно с королевского корабля-дворца, где находилась Примера, обедавшая вместе с Леди Харлам на одном из её банкетов.

— Что происходит...

Она непроизвольно вскочила на ноги, чем тут же заслужила испепеляющие взгляды фрейлин и стюардов Харлам, заставившие её поспешно сесть обратно.

Мужчины и женщины на королевском судне были просто помешаны на соблюдении этикета. Нормы этикета, по идее, существуют для того, чтобы все могли трапезничать в приятной атмосфере, но истинные, потомственные аристократы прекрасно знают, что это вовсе не какое-то золотое правило, которому нужно следовать от и до. И тем не менее, эти здесь из кожи вон лезли, настаивая, чтобы каждая мелочь выполнялась строго по протоколу и чтобы все вели себя как под копирку.

— Ваше Величество.

Заместитель камергера и служанки спешно задернули шторы, отгораживаясь от внешнего мира. Тем временем к камергеру подбежали королевские гвардейцы, и тот, выслушав их, что-то зашептал на ухо Харлам.

Примера почувствовала себя не в своей тарелке. Когда она сидела взаперти в одиночестве, её друзья пытались прорваться через охрану, чтобы увидеться с ней, поэтому теперь Леди настаивала на том, чтобы принцесса всегда находилась при ней. С другой стороны, это давало ей возможность лучше понимать, что происходит вокруг Леди и за пределами её комнаты.

— Что случилось?

— В нескольких местах вспыхнули пожары. Мы подозреваем, что это дело рук вражеских шпионов.

— Потушите огонь и арестуйте виновных. Поднимите войска по тревоге.

— Как прикажете, Ваше Величество.

Камергер повернулся к королевским гвардейцам, которые тотчас же развернулись кругом и умчались выполнять новые приказы.

— Позволить врагам поджигать корабли в такой близости от моего замка... наш начальник службы безопасности просто ничтожество. Накажите его по всей строгости.

Леди кипела от ярости, и это было очевидно каждому в зале.

— Мы немедленно его казним.

Камергер ответил поклоном, но Леди этого было мало.

— Только его? Нет, предайте смерти всю его семью и семьи его родни! Мы должны преподать наглядный урок того, что бывает с лодырями и бездельниками при моем правлении!

Примера содрогнулась. Более жестокого доказательства того, на что способна Леди, и представить было нельзя.

Теперь, когда их операция стартовала, Токушима и Эдаджима взобрались на грот-мачту «Одетты II». Оттуда они могли более ясно оценить обстановку. Они следили за перемещениями атлантийцев в бинокли.

Пожары полыхали повсюду, и Урт заволокло густым дымом. Люди в панике бежали от огня, пока морские пехотинцы пытались сдержать всеобщую истерию.

— Полагаю, даже в этом мире именно так выглядит антикризисное управление.

Эдаджима усмехнулся, наблюдая, как атлантийцы реагируют на кризис в точности так, как он и рассчитывал.

Королевские гвардейцы, дислоцированные на корабле-дворце — вместо того чтобы помогать людям — в первую очередь занялись защитой самого королевского района, что означало перерубание цепей, связывающих королевский район с прилегающими кварталами. Как и ожидалось, королевский район начал дрейфовать, отдаляясь от остальных.

— Переходим к следующему этапу!

Токушима снова нажал клавишу Enter на своем ноутбуке.

На этот раз загорелся корабль, пришвартованный по соседству с «Одеттой II». Морпехи, оставленные для наблюдения за тинайским судном, тут же бросились к источнику пламени, пытаясь его потушить, оставив военный корабль без присмотра.

Увидев это, Шура отдала приказ своему старпому:

— Отлично! Готовьте весла!

Команда мгновенно пришла в движение. Они просунули весла в уключины на планширях, и за каждое весло взялось по три человека. Вскоре «Одетта II» стала похожа на огромную сороконожку, ощетинившись десятками весел с обоих бортов.

— Руби швартовы!

Вместо того чтобы отвязывать канаты, матросы просто перерубили их топорами. Затем Шура скомандовала:

— Весла, малый вперед!

По удару колотушки все гребцы одновременно опустили весла в воду и начали грести как один. «Одетта II» стала набирать ход, выходя в водный канал.

— Готовь катапульту!

На носу корабля вовсю шли приготовления к стрельбе из трехоплечевой катапульты. Сами того не ведая, атлантийцы, занятые тушением пожаров, упустили момент, когда «Одетта II» полным ходом устремилась прямо к королевскому району.

— Сэр Токкар! У нас еще один пожар!

— Блядь! Да кто, мать его, это делает?! Бьют по самым уязвимым местам Урта... Должно быть, хитрая кучка ублюдков!

Отряд морпехов под командованием Токкара был брошен на то, чтобы помочь отсоединить плавучую казарму от остальной части Урта.

Хотя Урт представляет собой единое целое из скованных цепями кораблей, это вовсе не значит, что каждый корабль связан абсолютно со всеми остальными. Как уже упоминалось, Урт структурирован: корабли объединены в районы, районы — в группы, а те, в свою очередь — в целые флотилии. Эта структура определяет то, как именно они скованы между собой, что значительно облегчает задачу по оперативному отсоединению определенных районов или групп в случае экстренной необходимости. В каком-то смысле они напоминают лепестки цветка, где королевский район выступает в роли центрального бутона. Поскольку огонь охватывал всё новые части Урта, прилегающие районы спешно отсоединялись от королевского, заставляя Урт распускаться, словно цветок, роняющий свои лепестки на землю.

Пока они бежали к барачному судну, до Токкара наконец дошло. «Раскрыть» Урт как цветок — отличный способ остановить распространение огня, но это также означало, что королевский корабль теперь стоит один-одинешенек на открытой воде.

— Погодите-ка... А что, если их конечная цель — королевский корабль???

— Н-но ведь королевский корабль окружен шестью судами поддержки, разве нет?..

— А это значит, что его защищают всего лишь шесть кораблей, так?! И ни один из них не является военным! ...Твою мать, кто-нибудь, живо передайте сообщение на королевский корабль!

— Есть, сэр!

Токкар поделился своими подозрениями с одним из подчиненных.

— Передай на королевский корабль, что враг идет по их душу! Пусть занимают глухую оборону и смотрят в оба, чтобы никто не прорвался! Давай! Бегом!

— Есть, сэр!

Матрос со всех ног помчался обратно к королевскому кораблю.

— Хм... Но кто вообще мог пойти на такое, чтобы...

Не успел он почесать затылок, как в его поле зрения пронеслась «Одетта II». Её экипаж греб так, словно от этого зависела их жизнь, поднимая веслами тучи брызг.

— Погодите, этот корабль...

Он вовсе не выглядел так, будто пытался сбежать от огня. Напротив, казалось, он на всех парах несся прямо в дымовую завесу. Еще более подозрительным был тот факт, что носовая катапульта была приведена в полную боевую готовность.

— Эти ублюдки?! Значит, это тинайцы всё заварили! Дерьмо!

Токкар оказался единственным атлантийцем, который был в шаге от понимания того, что здесь происходит. Однако он был всего лишь командиром отряда морпехов. Он не смог бы погнаться за военным кораблем, даже если бы сильно захотел. Ему оставалось лишь бессильно наблюдать, как «Одетта II» врывается в самую гущу событий.

Он гаркнул на своих людей:

— Мы... Мы должны их остановить!

— Да как мы это сделаем-то?!

— А что, прикажешь просто стоять и смотреть, а?! Хватит ныть и за мной!

Не в силах сидеть сложа руки, Токкар повел своих людей по лодкам и кораблям вдогонку за «Одеттой II».

«Одетта II» стремительно приближалась к королевскому району. Усилия пожарных по отсечению прилегающих кварталов увенчались успехом, создав широкие водные протоки, идеальные для маневрирования.

— Катапульта к бою готова!

Орудие было готово к стрельбе.

Шура лично встала за штурвал, направляя корабль к цели.

— Приближаемся к цели! — крикнул старпом.

— Всем приготовиться к удару!

Эдаджима, Токушима и Мейбл обвязались веревками за пояс и пристегнулись к мачте, чтобы их не снесло отдачей.

Использование корабельных таранов — это прелюдия к любому морскому сражению в Особом регионе. Прежде чем переходить к абордажу, оптимальной тактикой считается использование подводных таранов с целью повредить или обездвижить вражеское судно.

— Так значит, эти ублюдки и впрямь метят в королевский корабль!

Токкар и его люди бежали в сторону королевского судна. Но в этот самый момент «Одетта II» заложила крутой вираж, полностью уклонившись от королевского корабля.

— ...А?

Затем судно легло на курс прямо к плавучей казарме «Минни», которая находилась в одном из кварталов, отсоединенных от королевского района.

— На тара-а-ан!!!

Экипаж «Одетты II» взревел в едином порыве, а гребцы увеличили темп. Тинайский военный корабль с размаху врезался в «Минни»; её массивный деревянный корпус затрещал и прогнулся, а во все стороны полетели щепки. Оглушительный грохот удара разнесся по всей округе.

«Минни» превосходила «Одетту II» в размерах в пять раз. Корабли таких габаритов почти не качало ни от ветра, ни от волн. И всё же, под натиском «Одетты II», влетевшей в нее на полной скорости, баржу отшвырнуло назад.

— Эй! Какого хрена происходит?!

Урт состоит из кораблей, и на каждом из них по-прежнему есть свой капитан. Был свой капитан и на «Минни», по совместительству выполнявший обязанности начальника казарм.

Ему доложили, что по всему Урту вспыхнули пожары. Но, узнав, что все они бушуют вдалеке от «Минни», он махнул на это рукой и продолжил веселиться со своими офицерами в кают-компании. Внезапный толчок, от которого «Минни» отбросило назад, заставил его сорваться.

— Какого хрена происходит?! Доложить!!!

Он заорал на своих подчиненных, которые тут же бросились выяснять, в чем дело.

— В нас врезался другой корабль!

— А? Что за кретин? Блядь, не ожидал я, что какой-то придурок, спасающийся от пожара, влетит прямо в нас... Проверьте, нет ли пробоин, и заделайте их!

Начальнику казарм и в голову не пришло, что это было началом боя. Спустя некоторое время начальник службы безопасности барака доложил:

— Пробоин не обнаружено, сэр!

— Н-ну ладно, тогда...

Чего еще было ожидать от такого массивного судна. Толстый внешний корпус не должен был пробиться от столь нелепого столкновения. Но, как оказалось, главная проблема заключалась вовсе не в этом.

— Но корабль, который нас протаранил, — это тинайский военный корабль!

— Т-тинайцы?

— Это враг, сэр! Нас берут на абордаж!

К тому моменту морпехи с «Одетты II» уже вовсю высаживались на главную палубу «Минни». Из-за колоссальной разницы в высоте надводного борта двух судов морпехам приходилось карабкаться по мачтам и использовать такелаж, чтобы подобраться поближе и спрыгнуть на палубу «Минни». Оказавшись там, абордажная команда начала намертво сковывать «Одетту II» и «Минни» цепями.

— О-остановите их!

Начальник отдал приказ, но «Минни» не была боевым кораблем. Это было обычное место, где морские пехотинцы Атлантии спали и ели, но сейчас на борту почти не осталось солдат. Из-за приказа о всеобщей мобилизации на тушение пожаров в Урте, на судне остались лишь паубино, маги из гильдии да пара дюжин охранников. Никто не ожидал, что бой докатится до этого судна, поэтому охрана здесь была минимальной.

Именно поэтому, даже когда начальник приказал им дать отпор тинайцам, они мало что могли сделать, чтобы их остановить.

— Что нам делать?!

— Спроси у этих чертовых охранников! Какого хрена они вообще делают?!

Даже тех стражников, что оставались на борту, было меньше половины от обычного штата.

— Возможно, их цель — паубино, капитан?

Внезапно подал голос один из магов в мантиях, находившийся вместе с ними в кают-компании. Эта троица магов, которых сама Харлам лично определила как особо важных персон даже среди их коллег по гильдии, получила от капитана специальное разрешение на свободное перемещение по кораблю. Им даже дозволялось трапезничать с ним в офицерской кают-компании.

— Дерьмо, вы уверены?!

— А ради чего еще им нападать на этот корабль?

Подчиненные капитана согласились с магами.

— Да, именно поэтому мы должны эвакуировать их...

— Нет, уже слишком поздно. Стража уже заблокировала все выходы с корабля. Мы должны забаррикадироваться и ждать подкрепления!

— К-конечно!

После этих слов начальника трое магов поднялись со своих мест.

— Благодарим за угощение, капитан, но мы бы хотели просить вашего дозволения откланяться.

— А? Так вы трое решили дать деру, так, что ли? Тьфу, да скатертью дорога! Делайте, что хотите!

Начальник терпеть не мог эту троицу. Харлам сдувала с них пылинки, поэтому им дозволялось творить всё, что заблагорассудится.

— В таком случае, прошу нас извинить.

Пока стража и солдаты в панике готовились забаррикадироваться внутри корабля, трое магов покинули офицерскую кают-компанию.

— Наводи катапульту!

«Одетта II», протаранившая участок в районе носа «Минни», готовилась к следующему этапу операции.

Абордажные команды, вооруженные инструментами и мечами, карабкались по мачтам, спускались по такелажу и спрыгивали на палубу «Минни». Тем временем на «Одетте II» Шура прицелилась из катапульты в другую цель. Офицер-артиллерист, отвечавший за наводку, доложил о готовности.

— Наведено и готово к бою, кэп!

— Пли!

По команде Шуры один из исполинских рычагов катапульты взметнулся вверх, запустив высоко в небо гигантский валун — точнее, свернувшуюся калачиком Одетту. Импульс от катапульты придал ей огромную стартовую скорость, а набрав нужную высоту, она расправила крылья.

Команда разразилась радостными криками, провожая взглядом своего духа-хранителя, дерзко летящего прямиком к королевскому кораблю.

Эдаджима присоединился к абордажным командам и спрыгнул на главную палубу «Минни» с такелажа «Одетты II».

— Первый отряд, сковать «Одетту II» и «Минни» цепями!

Морпехи с молотками, инструментами, заклепками и цепями тоже уже находились на палубе «Минни». Согласно приказу, они начали крепить цепи от «Одетты II» к носу «Минни». Они вбивали мощные заклепки в корпус гигантского судна и цепляли к ним звенья цепей.

— Второй отряд, за мной!

Тем временем Токушима возглавил группу морпехов, вооруженных топорами и тесаками. Их задача — пробежаться по всему периметру палубы по часовой стрелке и уничтожить швартовы и цепи, связывающие «Минни» с Уртом.

Само собой, стража «Минни» не собиралась просто стоять и смотреть на это. Они бросились на отряд с обнаженными мечами, но Токушима мгновенно встал между ними и своими бойцами.

Твердо упершись ногами в палубу, он снял с предохранителя свой 9-мм пистолет-пулемет, навел его на атакующую стражу и нажал на курок. В мгновение ока он выдал длинную очередь из 25 выстрелов, скосив каждого стражника, посмевшего к нему приблизиться.

— Блядь. Стрельба короткими очередями сжирает магазин слишком быстро...

Он перезарядил оружие, наблюдая, как его морпехи перерубают швартовы и сносят заклепки цепей, соединяющих корабль с Уртом.

— Двинули! На следующую сторону!

«Минни» была настолько огромной, что имела восемь основных точек крепления к Урту. Пока они не будут уничтожены, вырвать её из Урта не удастся.