— Приношу свои извинения за моё исчезновение, милорд, — сказала Люсиана, когда вернулась к Максвеллу.

— Всё в порядке. Надеюсь, вы успели решить свои дела. Я хотел бы представить вас нескольким своим друзьям.

— Д-да, конечно.

Максвелл обворожительно улыбнулся и протянул ей руку. Люсиана не была невосприимчива.

Они отправились рука об руку. Максвелл оглядел зал:

— Интересно, куда подевался ангел. Она была вашей партнёршей по танцу, не так ли?

— Ангел? О, Мел... эм, мадам Сесилия. Она только что ушла, к сожалению.

— И мне жаль это слышать. — Максвелл нахмурился. — Я бы хотел потанцевать с ней.

Люсиана пробормотала себе под нос:

— А со мной, значит, танцевать не хотите?

Как грубо было говорить такое в присутствии собственной партнёрши? Люсиана надулась, не скрывая своего недовольства. Максвелл прикрыл рот рукой, и его плечи подозрительно затряслись.

О-он смеётся надо мной? Он же только что хмурился? Кем он себя возомнил?..

Лицо Люсианы горело. Это она только что бросила его. Её собственное лицемерие ударило по ней в полную силу.

Максвелл усмехнулся:

— Простите меня. Возможно, я зашёл слишком далеко. Я не виню вас, конечно. Любой бы ухватился за возможность потанцевать с такой красавицей, и, должен сказать, феи очень хорошо сочетаются с ангелами.

— Феи?

— Вы не слышали? Ваше выступление — главная тема бала. Вас называют Принцессой-Фейри, и, должен добавить, это очень подходящее прозвище.

— М-меня называют как?!

Улыбка Максвелла стала шире:

— Вы создали себе немалую репутацию. Представляю, каким будет ваш первый день в академии.

Люсиана поникла головой. Она была Недознатью, самым далёким от принцессы существом. Она не заслуживала такого высокого титула. Остальные, несомненно, согласны, и она уже могла представить, какое внимание принесёт ей эта “репутация”.

— Выше голову, миледи.

Она подняла голову и увидела, что Максвелл улыбается ей. Они снова пошли.

— Вам не о чем беспокоиться, — сказал он. — И вам стоит выглядеть достойно, когда я буду вас представлять, не так ли?

— Д-да, конечно.

Люсиана была сбита с толку. Насколько она могла судить, ей было о чём беспокоиться. Тем не менее, она решила довериться ему на время.

Однако она не успела забеспокоиться о том, кого именно Максвелл собирался ей представить, потому что именно в этот момент её кулон засветился.

Мелоди говорила мне об этом, вспомнила она. Он реагирует, если кто-то смотрит на меня с “недобрыми намерениями”. Люсиана проследила за лучом света, вырвавшимся из кулона. Кто это?

Луч упал на низкого, коренастого мужчину с отвратительной, лягушачьей ухмылкой. Люсиана была весьма горда собой за то, что не задохнулась от отвращения на месте.

Х-хорошо, иуу. Я определённо буду держаться от него подальше. Подождите, он снова засветился.

На этот раз свет привёл её к красивой светловолосой девушке. Она бросала на Люсиану холодные, завистливые взгляды, болтая со своими подругами. Ничего такого, к чему дворянка не привыкла, но Люсиана была озадачена.

Что у меня есть такого, чего нет у неё? Некоторые люди — загадка.

Улыбка Люсианы не дрогнула. У настоящей леди она никогда не дрожала.

Максвелл молча восхищался её стойкостью. Она проницательна, замечает тех, кто настроен менее дружелюбно. Хорошая голова на плечах.

Он, конечно, был так же наблюдателен. Он был гораздо более опытным и ловким в навигации по высшему обществу, поэтому Максвелл заботился о том, чтобы его подопечная была хорошо защищена. Возможно, даже излишне, так как она замечала тех же потенциально проблемных личностей, что и он.

Жене лорда нужна хорошая интуиция, — отметил Максвелл. Умение мгновенно отличать друга от врага — бесценное качество.

Он отбросил эти мысли. Он только что встретил девушку, а уже оценивал её? Люсиана была его подопечной, не более. Он делал одолжение своей хорошей подруге Мелоди. Они почти не разговаривали; они были едва знакомы. Было нелогично чувствовать что-то настолько сильное к незнакомке.

Хотя она была довольно красива. Логика не могла объяснить этого.

Максвелл сидел в неловкости от этого нового прилива смущения. Мелоди тоже выбивала его из колеи, но не до такой степени. Но он мог подумать об этом позже.

Он наклонился и прошептал Люсиане:

— Тот мужчина. Это граф Сэзон*. Он занимается налогами и другими финансами королевства.

— Граф Сэзон?

— У него репутация человека, который ведёт себя неподобающе с горничными в своём кабинете. Будьте с ним осторожны.

— У него слабость к горничным, да? — Люсиана взяла это на заметку.

— Та девушка там — леди Ринкот’дор, дочь герцога. Она затаила на вас обиду за то, что вы якобы украли у неё внимание.

— Я украла у неё внимание? Каким образом?

— Разве не очевидно? Звёздами вечера являются принц Кристофер и леди Виктиллиум. По этикету следующей должна была быть дочь герцога, но никто не станет спорить, что второй по красоте после леди Виктиллиум была не леди Ринкот’дор, а девушка, танцевавшая с ангелом — вы, леди Люсиана. Она чувствует себя обделённой. С её точки зрения, бал у неё украли.

У Люсианы кровь застыла в жилах. Было мало врагов, которые могли быть хуже герцога. Тем не менее, она цеплялась за свою улыбку.

Максвелл нашёл её решимость забавной:

— Не беспокойтесь, решение этой конкретной проблемы — одна из причин, по которой я представляю вас своим друзьям.

— Да, и кто же—

— Лорд Максвелл! — воскликнул бархатный, чарующий голос. Сердце Люсианы остановилось. — Какими судьбами в этой части зала?

Перед Люсианой стояло воплощение красоты. Будь то мужчина или женщина, эта женщина была великолепна.

— Ах, вот и ответ, — сказала женщина. — Приятно познакомиться, леди Люсиана Радлберг. Я Анна-Мари из дома Виктиллиум. Рада наконец встретиться с Принцессой-Фейри лично.

— Я-я, эм... М-миледи, я... Я-это честь, — пролепетала Люсиана. Мышечная память спасла её реверанс от той же участи, что и её представление.

Анна-Мари одобрительно кивнула. Люсиана поблагодарила свою счастливую звезду за то, что не обидела её. Но расслабляться было рано.

— Пытаешься меня перехитрить? Разве я не могу представиться сам? — сказал мужчина, подходя к ним.

— О, конечно, можете, Ваше Высочество, — сказала Анна-Мари. — Вы просто были отвлечены, любуясь платьями.

Люсиана зашаталась от головокружения, когда Его Высочество наследный принц Кристофер фон Теолас появился за спиной леди Анны-Мари. Он подарил Люсиане улыбку, не менее королевскую, чем у Максвелла.

— Рад знакомству, леди Люсиана, — сказал он. — Кристофер, к вашим услугам. Некоторые называют меня принцем, но Максвелл называет меня другом. Мне приятно видеть, что вы хорошо ладите.

— П-п-п-приятно п-познакомиться! — пискнула Люсиана. Опять мышечная память спасла её реверанс. Один Максвелл уже вызвал у Люсианы сердцебиение, а теперь она встретила королевскую особу! Это, должно быть, сон.

— Не нужно нервничать, — сказал Максвелл. — Они не такие уж грозные, как выглядят.

— Как будто я постоянно веду себя с помпой, — парировала Анна-Мари. — Вы ранили меня, лорд Максвелл.

Эта перепалка помогла Люсиане немного расслабиться. Принц пригласил её и Максвелла присоединиться к нему в королевской гостиной, чтобы продолжить разговор.

— Бал гудит от разговоров о вашем волнующем танце с ангелом, Люсиана, — сказала Анна-Мари. — Кто она была? Я определённо не узнала её.

Люсиана не могла избежать этой темы, похоже. Королевская чета, очевидно, пропустила этот танец.

— Я тоже задавался этим вопросом, — подхватил Кристофер. — Никто, кажется, не может ответить на этот вопрос. Говорят, она была очень красива.

— Ах, Мел... мадам Сесилия, — сказала Люсиана. — Она—

— Сесилия?! — королевская чета вскочила на ноги в унисон. Максвелл и Люсиана отшатнулись в шоке.

— Где она сейчас?! Где она, Люсиана?! — настаивала Анна-Мари.

— Как она выглядит?! Откуда она родом?! Какой у неё дом?! — добавил принц.

— Она, эм... Она уже ушла, — ответила Люсиана. — Она блондинка, и, эм...

— Она ушла?! — сказала пара. — ...Она блондинка?

Люсиана кивнула, а затем объяснила всё — точнее, всё то вымышленное, что Мелоди рассказала ей. Когда она закончила, пара откинулась на спинки стульев.

— Что на вас нашло? — спросил Максвелл.

— Ничего, — сказал Кристофер. — Забудьте. Мы просим прощения.

— Г-глубоко. Мы позволили любопытству взять над нами верх, — сказала Анна-Мари. — Я немного увлеклась.

Но в тишине Анна-Мари размышляла об этом откровении. Сесилия. Может ли она быть героиней? Она не может, если у неё светлые волосы, но сэр Лект сопровождал её, как и в игре. Если она не дочь лорда Легинбарта, то кто же она тогда?

Она не получит ответов на эти вопросы. На данный момент она была дочерью маркиза и должна была вести себя соответственно. Она выбросила Сесилию из головы на время.

Четверо разделили танец с партнёрами друг друга, а затем провели остаток ночи вместе. Люсиана упомянула, что редко покидает дом, у неё мало знакомых в столице, и она боится, что заняла слишком много внимания сегодня вечером. Анна-Мари и Кристофер решили исправить это.

Они обошли всех, представляя Люсиану дворянам всех мастей. Люсиане пришлось кланяться и выражать почтение каждому из них, но они приветствовали её с энтузиазмом. Она была одной из звёзд вечера.

Кулон среагировал на некоторых из них, но такова уж участь дворян. Люсиана отметила враждебность, мысленно составляя список тех, за кем стоит следить, когда начнутся занятия.

***

Когда часы пробили полночь, бал подошёл к концу.

— Спасибо, что почтили меня своим обществом сегодня вечером, — сказала Люсиана.

— Это было нашим удовольствием, Люсиана, — ответила Анна-Мари.

— Да, это так, — согласился Кристофер. — Я надеюсь, мы снова увидимся в академии.

Люсиана просияла принцу и бодро ответила:

— Я тоже!

Максвелл, второкурсник, оказавшийся в изоляции, покачал головой:

— Если бы только я мог повернуть время вспять и присоединиться к вам.

— Если лорд-канцлер позволит, возможно, вы сможете повторить год с нами, — предложила Анна-Мари. — Я буду рада замолвить за вас словечко перед директором.

Четверо рассмеялись.

— Леди Люсиана, вы сделали этот вечер поистине волшебным. — Кристофер взял её руку и нежно поцеловал. — До нашей следующей встречи.

Люсиана изо всех сил старалась сохранять спокойствие, пока Анна-Мари и Максвелл изо всех сил старались не хмуриться.

Нельзя давать этому идиоту ни дюйма, иначе он отхватит милю. Он у меня получит позже, подумала Анна-Мари. Бьорк Квишель, однако... Где ты?

Недостающий игрок в этой маленькой драме не покидал её мыслей. Она ещё раз взглянула на окно.

Ничего.

Придётся всё переосмыслить. Пересмотреть планы и... Он вообще собирается когда-нибудь отпустить её руку?! Люсиана просто стоит там, как... Подожди, что она делает?

Люсиана смотрела, но её широко раскрытые глаза смотрели не на Кристофера. Кулон, он... Он такой яркий!

Луч более яркий и сияющий, чем все предыдущие, указал вверх, на потолок. Люсиана проследила за ним глазами.

У неё было лишь мгновение, чтобы заметить человека, падающего с люстры с поднятым мечом. Свет указывал на него, но он не был её целью.

— Берегись!

Её тело двинулось само собой. Она оттолкнула Кристофера с пути этого жестокого клинка, падающего вниз.

Блеск его лезвия прошёл по всей длине её спины. Её платье разорвалось в клочья, и грубая сила атаки отбросила всех, кроме Кристофера, Анны-Мари и Максвелла.

Люсиана безжизненно покатилась по полу, остановившись на спине и лежа пугающе неподвижно.

— Люсиана! — заревел кто-то.

Нападавший — Бьорк Квишель — поднялся на ноги, сжимая свой чёрный клинок. Он уставился на принца с ледяной уверенностью и сказал:

— Итак, это начинается.

Нападение на Весенний бал началось.

**

Примечания переводчика

Имя Сэзона в оригинале это Saison (фр.) - Сезон. Читается вроде именно через “э”.

**

Шуточки переводчика

— У него репутация человека, который ведёт себя неподобающе с горничными в своём кабинете. Будьте с ним осторожны.

А фамилия случаем не Грейрат у него?

**

Если она не дочь лорда Легинбарта, то кто же она тогда?

Мелоди: Горничная, иномирец, архимаг, вундеркинд.

**

— Она ушла?! — сказала пара. — ...Она блондинка?

Пара: Да не, не может блондинка быть ГГ.

Призывательница: Мне показалось, или вы быканули?