— Ты уверен, что тебе не нужно быть на работе, папа? В канцелярии сейчас, наверное, суматоха?

— О, но я работаю, любовь моя. Сам лорд-канцлер удостоил меня почётной миссии — проводить бесстрашную Принцессу-Героя домой в целости и сохранности.

— Принцессу-кого?

— Принцесса-Фейри, дорогой, — вмешалась Марианна. — Так её называли на балу.

Хьюз усмехнулся:

— Ну, в канцелярии её называют Принцессой-Героем, в знак признания её храбрости в защите Его Высочества.

— Как мило! Слышишь, Люсиана? Ты герой!

— Хотела бы я им не быть! — сказала Люсиана. — Я хочу провалиться сквозь землю!

— О, пожалуйста, — сказала Марианна. — Я уверена, что большинство знает тебя в первую очередь как Принцессу-Фейри. Это имя я слышала на всех устах.

— Я бы не был так уверен, — сказал Хьюз. — Лорд-канцлер сам придумал это новое прозвище “Принцесса-Герой”. Оно непременно приживётся.

— В таком случае, интересно, как тебя будут называть в Королевской академии!

Люсиана завыла:

— Я даже думать об этом не хочу!

На облучке* кареты, предоставленной дворцом, Мелоди хихикала про себя. Хьюз и Марианна вернулись вскоре после того, как Анна-Мари покинула гостиную, и Радлберги сразу же отправились домой. Люсиана настаивала, чтобы Мелоди сидела с ними внутри кареты, но горничная наотрез отказалась. Это было неприлично. И у неё было кое-что, чем нужно было заняться.

— Сэр, что это там? — Мелоди указала вперёд.

Кучер проследил за её жестом, взглянув вдаль и отвернувшись от горничной:

— Что именно?

В мгновение ока Мелоди исчезла с облучки, пока внимание кучера было отвлечено, а затем снова появилась, как только он повернулся к ней.

— Не совсем понимаю, что я ищу, мадам, — сказал он.

— Не важно. Думаю, это была просто птица. — Мелоди улыбнулась. Кучер улыбнулся в ответ и пожал плечами.

Внутри кареты Люсиана с восхищением рассматривала великолепие интерьера:

— Это намного роскошнее, чем наша карета. Мне стоит почаще спасать принца. — Она надавила на мягкие сиденья, и её рука утонула в роскошной обивке.

Хьюз устало улыбнулся ей:

— Пожалуйста, не делай привычку из того, чтобы ранить себя. Я предпочту тебя, а не шикарную карету.

— Твой отец прав, — сказала Марианна. — Никакая щедрая компенсация не сможет восполнить потерю, если случится непоправимое.

— Д-да, мама. — Их дочь покраснела, смущённая их серьёзным ответом.

Неловкая тишина повисла в карете, нарушенная урчанием. Урчанием, очень похожим на голодный желудок.

— Э-это была не я! Это Грааль! — закричала Люсиана.

Рядом с ней бедный щенок лежал без сил. Он заскулил, ибо его морили голодом. Самая жесточайшая пытка.

Марианна хихикнула:

— Полагаю, уже почти время обеда. Я сама проголодалась. А ты, Хьюз?

— Я тоже, если честно. Давай поедим, когда вернёмся домой.

— Но, папа, Мелоди с нами, — сказала Люсиана. — Дай ей хотя бы время приготовить.

— Я дам ей время.

Марианна улыбнулась:

— Мы втроём можем скоротать время, пока она будет готовить, да?

Карета остановилась, и Мелоди открыла им дверцу.

— Мы прибыли, милорд, миледи.

Хьюз вышел первым, подав жене руку, чтобы помочь ей спуститься. Люсиана передала Грааля Мелоди, а затем вышла сама.

Карета уехала, оставив их четверых (плюс одного щенка) перед имением Радлбергов. Скромное имение, по меркам особняков, но величественное и гордое.

Когда я впервые пришла сюда, я думала, что мне придётся жить в одержимом доме совсем одной, вспоминала Люсиана. Но это уже не одержимый дом. Это дом. Здесь мама, папа, а теперь ещё Мелоди и Грааль.

В те первые дни она держалась храбро, но правда была в том, что она была ужасно одинока. Путь в столицу в одиночестве оставил её измотанной и растрёпанной. Жизнь в имении в его прежнем состоянии чуть не сломила её.

Люсиана задержалась на мгновение, чтобы полюбоваться профилем девушки, которая изменила для неё всё. Мелоди улучшила не только условия жизни и платья Люсианы — она спасла её дружбу и подарила ей ночь, полную чудес. Без неё Люсиана не попала бы на Весенний бал, и она не встретила бы принца, ни Анну-Мари, ни Максвелла. Так много замечательных людей.

Это оставляло Люсиану полной оптимизма в отношении будущего. По правде говоря, она уже не могла дождаться, когда начнутся занятия в академии.

— Спасибо, Мелоди!

— За что, миледи?

Мелоди, казалось, не осознавала, насколько она невероятна. Люсиана подумала, что когда-нибудь расскажет ей. Может быть. Но, с другой стороны, может быть, Мелоди лучше никогда не знать. Она счастлива; зачем рисковать, меняя это?

Люсиана просияла:

— О, ничего.

Мелоди хихикнула:

— Вы, должно быть, самая странная дворянка на планете.

— К-кого это ты называешь странной?! Пойдём уже внутрь. Хотя нас никто не ждёт, я полагаю.

Когда все были в сборе, никто не встретил их со словами “добро пожаловать домой”, когда они переступили порог. Люсиана решила, что пока обойдётся без этого.

Мелоди усмехнулась:

— Миледи, я скорее повешу свой передник на гвоздь, чем позволю своей госпоже войти в собственное имение без приветствия.

— А?

— Ух ты, как вкусно пахнет, — сказал Хьюз.

— Да, и правда, — сказала Марианна. — Но это не от нас, верно?

В прихожей разливался аппетитный аромат, доносившийся из кухни. Но это не могло быть правдой.

Мелоди осторожно поставила Грааля на пол и постучала в кухонную дверь.

— Что ты делаешь? Там никого— — Люсиана ахнула. Внезапно Мелоди исчезла. Как будто её здесь никогда и не было.

Дверь медленно открылась.

— Добро пожаловать домой, лорд Радлберг. Леди Радлберг. — Теперь по ту сторону двери Мелоди сделала идеальный реверанс. — Леди Люсиана.

Жизнь горничной шла по расписанию, и Мелоди никогда не пренебрегала своими обязанностями. Обед должен быть готов к обеду. С этой целью она телепортировалась в имение и оставила клона с отвлечённым кучером, позволив настоящей Мелоди сразу приступить к работе.

Граф и графиня смотрели, разинув рты. Они привыкли к клонам, но не к способности Мелоди телепортироваться, казалось бы, по своему желанию.

Это тоже было новостью для Люсианы:

— Боже, Мелоди! Не обязательно всё время нас удивлять! — Отбросив приличия, она прыгнула к горничной.

Мелоди взвизгнула:

— Миледи! Дворяне не бросаются на своих горничных!

— Ну а эта просто не может удержаться! Леди Люсиана, старшая из дома Радлбергов, приказывает тебе заткнуться и дать себя обнять!

— Кто вообще научил вас так разговаривать?! Отпустите меня сейчас же, миледи!

— Прости, Мелоди, но это работа, на которую ты согласилась. Обниматься — тяжёлый труд, знаешь ли. И как ты говорила — лучшие горничные работают, чтобы делать все работы!

Смех наполнил прихожую. Какой прекрасный весенний день, чтобы ознаменовать начало истории нашей скромной горничной.

— Это совсем не то, что я имела в виду!

**

Примечания переводчика

Облучка кареты - место для кучера.

**

Шуточки переводчика

Люсиана задержалась на мгновение, чтобы полюбоваться профилем девушки, которая изменила для неё всё. Мелоди подарила ей ночь, полную чудес.

Мне даже менять ничего не надо. Только вырезать чутка.

**

Не знаю куда лучше вставить, поэтому просто оставлю здесь.

Кристофер: Ха! Мы загнали тебя в ловушку. Теперь тебе конец.

Повелитель Тьмы: О чём ты бормочешь, презренный червь?

Анна-Мари: Сейчас увидишь.

Мелоди:

По помытому идти?

Головы вам не снести.

Морды чистить, кару шить,

До утра вам не дожить.

Повелитель Тьмы: Да ты хоть знаешь кто я?! Я сам Князь Тьмы!

Мелоди:

Я метёлкою для грязи

Уберу вас хоть вы князи,

Не помогут вам рассказы:

“Это лишь судьбы проказы”.

Повелитель Тьмы: Nani?

Кристофер: Фух, обошлось. И всего-то полы запачкали.

Мелоди:

А хотите — веник в руки,

И познаете все муки,

Что испытываю я?

Не узреть вам света дня.

Кристофер: Пощады...

Анна-Мари: ...маменька...

Мелоди:

Чтобы жизнью не сорить,

Неповадно вам сорить.

Мне, служанке, уваженье,

А для вас, господ, спасенье.