Когда-то мир Мидзунами Рицуко был бесцветен.

Рождённая в достатке и воспитанная заботливыми родителями, она не знала страданий и ни в чём не нуждалась. Она была одарена и к шести годам была умнее большинства взрослых. Чтобы кто-то не подумал, будто ей не хватает культуры, спешу заверить: это не так. Её картины, издаваемые под псевдонимом, продавались в галереях за баснословные суммы. Первый инструмент, который она взяла в руки, она освоила за час. Когда она пела, птицы слетались на её нежные трели.

Программирование было для неё детской игрой, первая помощь — щелчком пальцев. А что касается самообороны? Взрослые мужчины трепетали в её присутствии. Мидзунами Рицуко была, попросту говоря, величайшим вундеркиндом из всех, кто когда-либо жил.

Но всё же, жила ли она по-настоящему?

Ничто из того, что она делала, не имело значения. Ничто не требовало от неё больше минимальных усилий. Всё, к чему она прикасалась, превращалось в золото. А когда всё вокруг становится золотом, оно начинает тускнеть. Когда тебе дарованы все мыслимые почести, что остаётся? Какая победа может быть в гонке без соперников?

Это не значит, что у Рицуко не было тех, кто её превосходил. Они были, но никто из них не был ей ровней. Когда она проигрывала, то всегда кому-то старше, кто посвятил свою жизнь своей области, кому проиграл бы кто угодно.

Она не чувствовала ничего.

Циничный прагматизм пустил корни в сердце юной девушки. Она избавилась от крайностей эмоций — радости и печали, удовольствия и боли, сомнений и уверенности — и её мир потерял цвет. Всё проходило через этот бесчувственный фильтр и выходило серым и бесцветным. Скучным и унылым для детских глаз.

Жизнь была для Рицуко печальной тюрьмой, решётки которой были воздвигнуты из того самомнения, которое она сама же и построила.

Быть человеком — значит судить и быть судимым. А гении среди нас слишком часто осознавали свои таланты, но не имели достаточно смирения, чтобы обуздать эти инстинкты. Талант рождает высокомерие, а высокомерие рождает презрение.

Такова была участь Рицуко. Она тоже судила мир, пусть и подсознательно в своём юном уме, и находила его недостаточным, его спектр — слишком ограниченным.

Так говорила лягушка в колодце. Как бы ни была одарена Рицуко, ей было всего шесть. Она мало знала о безбрежности мироздания и его глубоких тайнах.

Но ей предстояло узнать.

***

Однажды родители Рицуко потащили её на корпоративное мероприятие, устроенное красивым английским джентльменом, с которым её отец был знаком по работе — бароном, хотя точнее было бы сказать “пожизненный пэр”. Титул не был наследственным.

Его вилла стояла на живописном холме. Джентльмен выбрал сад этого безмятежного поместья для своей грандиозной чайной вечеринки. Именно здесь Рицуко встретила свою судьбу.

Среди унылых чёрных и белых тонов монохромного мира Рицуко появилась странная аномалия, противоречившая её восприятию.

— Примите наше скромное приветствие. Прошу, чувствуйте себя как дома.

Красивая женщина подкатила сервировочный столик к столу Рицуко. На ней было чёрное как смоль платье с белоснежным передником. Чепец того же стерильного оттенка покоился на голове с иностранными, светлыми волосами, но говорила она на безупречном японском. С прямой спиной и коленями, согнутыми под правильным углом, женщина сделала то, что Рицуко знала как “реверанс”.

Женщина с мудрой краткостью перечислила предложения чая и молока, затем безупречно выполнила каждую просьбу, после чего удалилась, чтобы повторить ритуал с другими гостями.

Рицуко смотрела ей вслед.

— Мама, кто эта красивая леди?

— Красивая леди? Ах, это просто горничная.

— Горничная...

При всех своих знаниях Рицуко слышала о таком впервые; это был недостаток её избирательного образования. Хотя она много узнала об Англии — её важных датах и истории — бытовые мелочи ускользнули от неё.

Отец Рицуко принялся объяснять, что эта женщина была парадной горничной, специализирующейся на обслуживании гостей, которую английский джентльмен специально вызвал из-за границы на сегодняшнее мероприятие. Рицуко слушала, не сводя глаз с женщины.

Горничная наконец заметила. Их взгляды встретились, но прежде чем смущение успело залить лицо Рицуко, женщина улыбнулась ей. И какой же идеальной была эта улыбка.

Всё изменилось в тот миг.

На кратчайшее мгновение цвет вернулся в серый мир. Или, возможно, не вернулся. Возможно, это была иллюзия, вызванная ярким чёрно-белым платьем горничной, на которое Рицуко так пристально смотрела. Но какая разница? Рицуко было всё равно. Она наконец-то чувствовала что-то настоящее.

— Какая она красивая, — выдохнула девочка.

— Да, пожалуй, — сказала мать. — Хорошо разглядываешь, дорогой?

— Что? — залепетал отец. — Милая, нет. Я, эм, обещаю?

— Ты сделаешь больше, чем это, когда мы вернёмся домой.

— Честное слово! У меня есть глаза только для тебя, моя сладкая, прекрасная, прощающая жена!

Одна улыбка одной женщины в чёрно-белом платье. Такая незначительная мелочь. Но чёрный и белый были первыми цветами, которые Рицуко видела за долгое время.

***

“Горничные. Домашняя прислуга женского пола. Стали популярны во второй половине XIX века в Англии, в викторианскую эпоху. В поместьях работу обычно распределяют между несколькими типами горничных, включая кухонных горничных, домашних горничных, парадных горничных...”

Рицуко проглотила всю информацию, которую смогла найти о своём новом увлечении, сфокусировав все свои гениальные таланты на этой цели. Она должна была узнать больше. Их историю. Их эволюцию как профессии. Она даже взялась за изучение профессиональных хитростей и сшила собственный униформу — обе задачи были облегчены её врождённой изобретательностью и ловкостью. Затем она зашла так далеко, что стала играть в горничную по всему дому.

Родители никогда не ругали её — они даже поддерживали. Они были вне себя от радости, видя свою дочь такой увлечённой чем-то. Всё что угодно было лучше той безжизненной апатии, которую она обычно проявляла.

Однажды Рицуко посмотрела фильм под названием “Стеклянная принцесса”. Это была история о юной дворянке в феодальной Англии, выросшей с серебряной ложкой во рту и изолированной от мира. Печальная история о невозможной любви между ней и простолюдином, закончившаяся их трагическим двойным самоубийством. Зрители плакали, когда пошли титры, и Рицуко была среди них. Её родители заключили, что интеллект их дочери распространяется и на эмоциональную сферу.

Они не могли быть более далеки от истины.

Принцесса пережила так много, но именно её горничные были рядом с ней на каждом шагу.

Хотя принцесса была главной героиней и в фильме почти не показывали её фрейлин, Рицуко знала. Она изучала этот вопрос, и она знала, на что готовы были пойти те горничные ради госпожи, которую так уважали.

Мидзунами Рицуко росла. Она превратилась в женщину, для которой функция важнее формы, долг важнее удовольствия, передник важнее платья.

Но её ум никогда не тускнел. Рицуко применяла свой превосходный интеллект ко всему, что было связано с горничными и их работой. Архитектура. Инженерия. Астрономия. Биология. Было ли всё, чем она занималась, действительно связано с горничными и их работой? Возможно. Спорно. Рицуко не останавливалась достаточно долго, чтобы ответить на этот вопрос.

Её одержимость только углубилась в колледже. Там она увидела возможность воплотить свою мечту в реальность и стать тем, кем она восхищалась.

Но как ей это сделать? Проблемы возникли почти сразу. В современной Японии не было рынка для слуг. Мало где в мире всё ещё использовали дворянские титулы, что фактически делало древнюю профессию (по крайней мере, в её исторической форме) вымершей. В лучшем случае она могла бы найти работу в клининговой компании.

Она вспомнила английского джентльмена и ту светловолосую женщину. Может быть, Соединённое Королевство? Возможно, там Рицуко найдёт то, что искала.

Решение было принято. Она поедет учиться за границу.

— Мама! Папа! Я еду в Англию, чтобы стать горничной!

— Сфотографируй Биг-Бен для меня, — сказал отец.

— Ты и твои горничные, — поддразнила мать. — Весело проведи время там.

Как быстро Рицуко приняла решение, возможно, даже быстрее, его приняли её родители.

Это был выбор, о котором они пожалеют.

Наконец, когда ей было двадцать, Рицуко отправилась за океан. Она сделала это. И своими руками, без помощи семейного состояния.

***

Попрощавшись с мамой и папой, Рицуко села на самолёт, который должен был доставить её в Англию. Она заняла место у окна и ждала взлёта, когда у её прохода остановилась пара.

— Кажется, я рядом с тобой, — сказала девушка.

— О, да, укради место рядом с красоткой, — сказал парень. — Привет!

— Заткнись. Игнорируй его, пожалуйста.

Они были японцами. Примерно одного возраста с Рицуко, может быть, моложе.

Рицуко хихикнула:

— Я не против. Садитесь.

Через мгновение самолёт взлетел, и они поднялись в небо. Примерно через двенадцать часов они должны были прибыть в Англию. У них было довольно много времени в таком тесном пространстве, и Рицуко разговорилась со своими соседями.

— Вы старшеклассники? — сказала Рицуко. — И путешествуете за границу совсем одни. Удивительно, что ваши родители вам так доверяют. Они знают, что вы встречаетесь?

— Мы не встречаемся! — выпалили оба в идеальном унисоне.

Рицуко усмехнулась:

— Вы вполне могли бы меня обмануть.

Девушку звали Асакура Анна — нахмурилась.

— Я лучше умру, чем буду в паре с этим балбесом.

— Ну, взаимно! — парировал парень, Курита Хидэки. — Я не соглашусь ни на что меньшее, чем на Рицуко-сан. Вот это женщина.

Их протесты не обманули Рицуко. Насколько она могла судить, они были созданы друг для друга.

— Так скажите мне, тогда. Зачем вы вместе в этой поездке? — спросила она.

— Мы не одни. Мы в туре. Смотри, — Анна достала какую-то компьютерную игру. На обложке была изображена девушка с серебряными волосами, окружённая пятью мужчинами, искрами и другими фантастическими завитушками. — Все мои подруги в школе без ума от этой игры, и там проводится специальная акция: десять счастливчиков получают тур по Англии, если купят специальное издание, можешь себе представить? Мне как-то удалось получить место, так что мы летим в Англию с парой других фанатов, которых мы вроде как знаем. Они разбросаны по самолёту.

— Я здесь, чтобы присматривать за ней, — сказал Хидэки. — Моя младшая сестра хотела поехать, но я всего один парень, и у меня достаточно хлопот с этой. Единственная причина, почему я, а не её родители, потому что у них в те дни была работа. — Он усмехнулся над собой. — Они решили, что я не смогу навредить, потому что мы всё время грызёмся.

— Значит, ты рыцарь в сияющих доспехах для Анны-сан? — поддразнила Рицуко.

— Ни за что! — снова выпалили они в унисон. У них даже были одинаковые выражения лиц и жесты.

Рицуко не могла не рассмеяться. Как бы там ни обстояли дела в их отношениях, это ускользало от неё. Она отказалась от романтики в пользу передника давным-давно. По крайней мере, она могла оценить, что бы у них ни было, это согревало её сердце.

Через несколько часов свет в кабине погас, они накинули одеяла, и все трое пассажиров погрузились в сон. Когда они проснутся, они официально будут над британской землёй. В их груди росло волнение, а мысли о предстоящих приключениях наполняли их сны.

Но снами они и остались, навсегда недосягаемыми.

Потому что тот самолёт пропал без вести; и шесть лет спустя его так и не нашли.

**

Примечания переводчика

Пожизненный пэр - ненаследуемый титул в Великобритании, который даёт право заседать и голосовать в Палате лордов.

**

Шуточки переводчика

Анна достала какую-то компьютерную игру. На обложке была изображена девушка с серебряными волосами, окружённая пятью мужчинами

Знаю я одну картинку из одного видео, где одна девушка окружена пятью мужчинами...

**

Грузовик-сан: Эй, братан, подсоби маленько. Одна из моих целей сейчас вне зоны доступа.

Самолёт-сан: Да не вопрос, братан. Курс на иномирье взят.

**

Фильм: *показывает трагедию принцессы*

Рицуко: