Она всегда уважала своего отца.

Для других он мог бы показаться обычным фермером.

Но на пустынной земле Волкановых он был первым, кто успешно вырастил пшеницу.

Он посвятил сорок лет земледелию, сделав его непревзойдённым на Севере, когда дело касалось сельского хозяйства.

Он был мастером сельского хозяйства, его умение заслуживало величайшего уважения.

Однако, что Рейна действительно уважала в своём отце, было не только его фермерское мастерство.

‘Мой отец был таким преданным’.

В суровом краю, страдающем от метелей.

Для богатых и могущественных это было прекрасное зрелище. Но для простолюдинов это было бедствие.

Рейна никогда не забывала слова деревенских старейшин, которые постоянно говорили о прошлом.

‘Даже когда они говорили нам не перенапрягаться и бежать. Когда они говорили, что эта земля проклята и мы должны найти другое место’.

И всё же, её отец каждый день ходил на поля со своими сельскохозяйственными инструментами.

Даже когда люди начали уходить один за другим, бросая земледелие ради охоты.

Он улыбался и говорил, что кто-то должен заниматься земледелием.

Некоторым он мог показаться глупым или оторванным от реальности.

Но Рейна восхищалась им.

‘Он всегда усердно работал для Волкановых… как он мог?’

Несмотря на тяжёлый труд, он всегда улыбался ей.

Впервые он был по-настоящему сломлен не тогда, когда урожай не удался, а когда его усилия были принижены.

Его обвинили в неискренности в земледелии.

Услышав эти слова, её отец тайно плакал, а Рейна сжала кулаки под одеялом.

Тогда она поклялась отомстить тем, кто его оскорбил.

Возможно, боги услышали её искреннюю мольбу.

В девятнадцать лет она пережила чудесный момент.

“Фух… морозище! Правда, если бы я знал, я бы остался в лесу Виридис бездельничать… О? Девочка? Ты знаешь, где живёт Граф Волканов?”

Это было у колодца поблизости, когда она набирала воду, что она встретила эльфа с длинными заострёнными ушами.

Это была её первая встреча с Иллианом Сигрудом, еретиком великого леса и ветераном нескольких героических отрядов.

Учиться стрельбе из лука у такого известного эльфа было редкой возможностью.

Она цепко держалась и в конце концов получила его наставления.

“Ты действительно усердно работаешь… Девочка, почему ты хочешь стать сильнее? Я слышал, что твой парень Диас хочет ухаживать за всеми красавицами мира. У тебя такие же амбиции? Если так, я могу тебя с кем-нибудь познакомить. Он на год старше тебя, невероятно красив, и хотя он выглядит свирепым, внутри он очень добрый”.

“Он не мой парень! И меня не интересуют красивые мужчины!”

“Значит, Рейне нравятся девушки? Это хорошо. Я это уважаю. Тогда я познакомлю тебя с девушкой твоего возраста. У неё скверный характер, но красивое лицо”.

“Меня не интересуют романы! Я хочу стать сильнее, чтобы одолеть Волканова!”

“Есть кто-то, кого ты хочешь побить? Ты имеешь в виду его? Ну, он и правда заслуживает хорошей трёпки. Тогда я хорошо тебя научу!”

Тренировки её мастера были тяжёлыми.

Её хрупкое тело кричало ей, чтобы она сдалась, но она упорствовала.

Она была полна решимости преуспеть и унизить Иана.

Именно поэтому она сблизилась с Ариэль.

Если Ариэль станет главой семьи, будет легче сокрушить Иана.

Но что, чёрт возьми, это было?

‘Это Ариэль оскорбила моего отца, а Иан на самом деле признал его?’

Однажды она спросила об этом Ариэль. Она объяснила отношение, которое получила, и свою обиду на Иана.

Ариэль, выглядя так, будто слышит это впервые, сказала:

“Правда? Тогда давай объединим силы и выгоним Иана!”

Она совершенно забыла, что сделала с её отцом.

Пока Рейна мучилась всю жизнь из-за одного слова, Ариэль полностью забыла его.

“Как она могла?”

Она действительно её любила.

Она восхищалась тем, как она признала её ценность без дискриминации, несмотря на то, что она была простолюдинкой, и она верно следовала за ней.

Она поклялась остаться рядом с ней навсегда после того, как помогла ей сражаться с демонами с помощью навыков стрельбы из лука, которым научилась у своего мастера.

Рейна поклялась в своей верности, но реальность принесла ей только страдания.

“Чёрт! Чёрт!”

Ей хотелось подбежать к Ариэль и схватить её за горло, но как простая простолюдинка она ничего не могла сделать.

Поглощённая предательством, она бесцельно блуждала и в конце концов прибыла к павильону Синей Луны.

Поскольку дела обернулись так, она подумала, что можно было бы подышать свежим воздухом, и направилась к холму, покрытому гиацинтами.

Там она встретила неожиданную фигуру.

“Что-то тебя беспокоит? Ты выглядишь неважно”.

“О… ничего, старший”.

На безразличный вопрос Иана Рейна опустила голову между коленями.

Нынешняя ситуация была для неё невыносимой.

Не то чтобы он ей не нравился, но ей было слишком стыдно смотреть в лицо Иану.

Знал ли он её чувства или нет, её сердце бешено колотилось.

Как только она собиралась свернуться калачиком, чтобы скрыть звук,

“Вот как? Тогда будь осторожна, когда будешь возвращаться”.

“Ты уходишь?”

“Уже поздно. Уже четыре утра, так что пора возвращаться. Тебе тоже стоит скоро вернуться. Твои родители и друзья, особенно Ариэль, должно быть, беспокоятся”.

Иан встал, стряхивая грязь с одежды.

Иан на самом деле ещё не устал и хотел остаться подольше, но он знал, что лучше уйти.

‘Рейна, должно быть, чувствует себя неловко рядом со мной. К тому же, если она здесь в такой час, её что-то беспокоит’.

Он не знал, почему она так себя ведёт.

Но было ясно, что она в беде.

Он не хотел беспокоить её, пока она пыталась прояснить свои мысли.

Он стряхнул всю грязь и собирался уходить, когда она заговорила.

“Ариэль не имеет значения”.

“Что ты сказала?”

“О, ничего…. Старший, не мог бы ты остаться ещё ненадолго?”

Увидев, как она смущённо крепче сжимает одежду, Иан снова сел.

---

Она попросила его остаться, но они мало разговаривали.

Она вздохнула, подняла голову, будто собираясь с духом, и снова вздохнула.

“Фух….”

Это было всё, что она делала в течение часа.

Рейна продолжала вздыхать, но Иан не делал никаких движений.

Он не знал подробностей, и попытка утешить её могла бы принести больше вреда, чем пользы. Кроме того, они были недостаточно близки, чтобы он был её доверенным лицом.

Поэтому он решил сосредоточиться на том, что ему нужно было сделать.

‘Похоже, между ней и Ариэль какие-то проблемы’.

Рейна сказала, что Ариэль не имеет значения.

Зная, как сильно Рейна заботилась об Ариэль, Иан признал, что её слова были необычными.

В оригинальной истории были времена, когда героини страдали от неосторожных действий Ариэль.

‘Конечно, они позже мирятся и становятся ближе’.

Но пока что всё было напряжённо.

Иан решил сосредоточиться на этом моменте.

‘Может быть, мне стоит подумать о том, чтобы сделать Ариэль носителем для Левиафан’. (п.п. Я без понятия есть ли пол у Левиафан, или он определяеться тем в кого она вселиться, так что буду переводить в женском роде.)

Превращение Ариэль, которую ему нужно было защищать, в носителя демона звучало безумно.

Но это был лучший вариант.

‘Левиафан – самый хитрый враг. Лучше разобраться с ней как можно быстрее’.

Учитывая ситуацию, демоны не могли действовать так безрассудно, как раньше.

Они уже потеряли трёх Демонических Королей, а Демонический Король Лености, их величайшая сила, не сотрудничал.

‘Они не могут идти ва-банк. Они знают, что два Демонических Короля уже пали от меня’.

Демоны поняли, что лобовая атака обернётся для них провалом.

Если бы это не была идеальная возможность убить его, они бы не вышли из Астельгии.

‘Так что, если я использую Ариэль в качестве приманки?’

Если они поверят, что это идеальный шанс убить героя… разве они не будут жаждать этого?

Левиафан, которую Иан встречал в оригинальной истории, не была спокойной.

Она подумала бы, что это идеальная возможность, и показала бы себя.

Другие Демонические Короли могли бы посоветовать терпение, но Левиафан не смогла бы устоять.

‘Да…. Мне просто нужно убедиться, что Ариэль на время отдалится от своих друзей’.

Как старшему брату, мысль о том, чтобы взять женщину его сестры, наполняла его стыдом, но это было необходимо ради Ариэль.

Как только с Левиафаном будет покончено, они смогут помириться и вернуться к прежнему состоянию.

Как только он принял решение, Рейна наконец заговорила.

“Старший. Если ты обидел кого-то из-за недопонимания… будет ли это слишком, если попытаться снова подойти к ним?”

“Недопонимание…”

“Пытаться наладить отношения после причинения боли… это бесстыдно, верно?”

Если кто-то был обижен из-за недопонимания, это было возможно.

Быть обвинённым в том, чего ты не делал, было трудно вынести.

Это действительно была сложная ситуация. Наладить отношения было трудно.

Но это не означало, что это невозможно.

“Когда люди сталкиваются с сильно запутанной нитью, ты знаешь, что делают большинство?”

“Запутанная нить?”

“Да. Когда нить настолько запутана, что они сомневаются, что её можно распутать, люди обычно разрезают её или выбрасывают и ищут новую”.

Поступив так, они порывают отношения. Они никогда не распутают её и навсегда отдалятся.

“Но если ты потратишь время, ты всегда сможешь распутать нить”.

Было ли это недопонимание или что-то ещё, что запутало нить, не имело значения.

Пока ты её не перережешь, ты всегда сможешь как-нибудь распутать.

“Конечно, спешить не нужно. Если ты не видишь выхода, не торопись и медленно разбирайся”.

Иан не был уверен, что произошло между Ариэль и Рейной.

Но если они потратят некоторое время и попытаются помириться, они, безусловно, смогут разрешить любые недоразумения.

‘Учитывая обычное поведение Ариэль, у неё, вероятно, не так много близких друзей вокруг. Она, скорее всего, примет извинения Рейны’.

Когда с Левиафан будет покончено, организовать момент для примирения будет не слишком сложно.

Иан верил, что Ариэль и Рейна определённо смогут помириться.

Он предполагал, что его слова будут восприняты именно в этом контексте.

Но Рейна интерпретировала их по-другому.

‘Я его неправильно поняла и ненавидела, но он даёт мне ещё один шанс’.

Зная правду, она долгое время была обеспокоена.

Как ей встретиться с ним? Примет ли он извинения от кого-то вроде неё, простой простолюдинки?

Она бесчисленное количество раз думала сдаться, но она сохранила свою решимость и заговорила.

И когда она услышала ответ Иана, все её беспокойства растаяли.

‘У меня всё ещё есть шанс…’.

Но исчезли не только её беспокойства.

Шлёп!

“Ах!”

Возможно, из-за облегчения, деревянный контейнер, который она держала, упал, и его содержимое рассыпалось.

Красные ягоды рассыпались по земле.

“Это…”

“Это зимняя клубника, старший”.

Зимняя клубника.

Рядом с её деревней росла зимняя клубника, и она ела её в качестве закуски с детства. Это была её утешительная еда, то, к чему она обращалась как в хорошие, так и в плохие времена.

Её мать дала их ей, чтобы подбодрить, когда ей было грустно.

Наблюдая, как Иан подбирает одну из ягод, Рейна осторожно заговорила.

“Можешь есть, старший”.

“…”

“Они растут рядом с моим домом… и больше некому их отдать”.

Она колебалась, выглядя неуверенно.

Честно говоря, он не очень хотел их есть. Он просто подбирал их, потому что не знал, что делать с ними, лежащими на земле.

Но видя её такой, он не мог отказать.

‘Она может заплакать, если я их не съем’.

Её самооценка уже была низкой.

Если бы он отказался, ситуация стала бы ещё более неловкой.

Иан откусил зимнюю клубнику.

Он закрыл глаза, чтобы насладиться кислым вкусом, который наполнил его рот.

Рейна внимательно наблюдала за ним.

‘Зачем я это сделала?’

Зачем она предложила ему поесть? Она задавалась вопросом, почему она подняла такой шум.

Будь это она, еды, возможно, было бы мало, но Иан мог бы есть досыта… зачем она так поступила?

‘Ему, наверное, даже не нравится’.

Тем более что зимняя клубника рядом с её домом была немного другой, более кислой, чем сладкой.

Люди обычно добавляли в неё мёд или молоко или делали из неё напитки.

Давать ему что-то с таким противоречивым вкусом… она чувствовала, что совершила ошибку.

“Хорошо. Сильный кислый вкус говорит о том, что это из деревни на окраине Эшлана”.

Её беспокойства мгновенно исчезли, когда Иан кивнул, казалось, удовлетворённый.

“Как ты это узнал?”

“Я хорошо это знаю. Эта область – часть моих владений”.

“Твоих владений…”

“Там много хороших фермеров. Я всегда хотел их вознаградить. Как ты знаешь, наша семья не очень хорошо относилась к фермерам”.

Несмотря на отсутствие поддержки, они оставались преданными. Одно это делало их достойными уважения.

“Возможно, слишком поздно, но я пытаюсь сейчас. Пришло время отплатить им… хотя я не знаю, поймут ли они мою искренность”.

“Я уверена, что поймут”.

Повернувшись на её голос, он увидел это.

“Я верю, что они все благодарны тебе, старший”.

Восходящее солнце ярко осветило её.

“Спасибо, что остался со мной, старший”.

Лицо Рейны теперь украшала яркая улыбка, не похожая на прежнюю.