Реакцию на пресс-конференцию без преувеличения можно было назвать взрывной.

К моменту её завершения прямую трансляцию смотрели около пятисот тысяч человек, а опубликованная в интернете запись всего за сутки набрала больше десяти миллионов просмотров.

Не получи это дело такого внимания, его вполне могли бы тихо замять.

Третья сторона, убившая дочь Джин Су, доведшая его жену до самоубийства и подделавшая предсмертную записку, так и осталась бы неизвестной, а повторное расследование вообще не началось бы.

Однако по социальным сетям быстро распространились требования провести расследование в отношении военной прокуратуры и военного суда, а также пересмотреть дело Джин Су.

Это не была политическая провокация, рассчитанная на поддержку какого-то конкретного лагеря.

Поэтому с критикой флота выступали люди самых разных политических взглядов.

— Конгрессмен, пристегните ремень безопасности.

— ....

Вашингтон.

Дорогу к Капитолию преграждал автомобиль.

Конрад, глядя на чёрный фургон, со скрежетом стиснул зубы.

Охранники один за другим уже доставали пистолеты и снимали их с предохранителей.

— Уберите оружие.

— Что?

Вскоре дверь фургона открылась, и наружу вышел мужчина в костюме.

Узнав его лицо, Конрад с облегчением вздохнул.

По крайней мере, до насилия дело, похоже, не дойдёт.

Когда мужчина приблизился, дверь машины автоматически распахнулась.

С ухмылкой на лице он забрался на заднее сиденье.

— Давно не виделись, конгрессмен.

— Было бы неплохо, если бы вы поскорее убрали машину с дороги.

— Вы не отвечали на звонки, поэтому у меня не осталось выбора. Я ненадолго. Давайте поговорим.

— ....

Это был известный в определённых кругах лоббист.

Несмотря на молодость, он славился тем, что постоянно носился туда-сюда и одновременно улаживал множество дел. Если кому-то срочно требовалось решить проблему, обычно обращались именно к нему.

Похоже, кто-то весьма влиятельный уже начал всерьёз подгорать и нанял его.

— Боюсь, вы опоздали.

— Но я ведь ещё ничего не сказал.

— Разве вы пришли не из-за заявления с требованием создать специальную следственную комиссию для расследования деятельности больницы Эллисон, военной прокуратуры и военного суда ВМС?

— Н-ну… В общем, да…

Сопляк.

Глядя, как по его лбу струится пот, Конрад едва удержался от смеха.

— Ассоциация ветеранов ВМС выражает серьёзную обеспокоенность. Они просят вас ещё раз всё обдумать ради чести флота…

— Сколько предложили? Давайте сразу к условиям.

— А! Да! Если вы в течение года не будете требовать проведения расследования, они готовы выплатить вам пятьсот тысяч долларов. А если дополнительно объявите, что в заявлении Юлии Штаттерфельт на пресс-конференции были ошибки, добавят ещё пятьсот тысяч…

— Юлии Ким.

— Прошу прощения. Юлии Ким. Да, конечно.

— Мне жаль, но передайте командованию флота мой отказ.

— Что?

Щёлк.

Стоило Конраду холодно отвернуться, как дверь машины снова открылась.

Лоббист утверждал, что действует по поручению Ассоциации ветеранов ВМС, но Конрад прекрасно понимал, что это ложь.

Наверняка командование флота просто пыталось передать ему взятку через ассоциацию.

Приятно видеть, как молодой человек усердно работает, но, судя по тому, что он без разбору хватал и грязные деньги, долго его карьера не продлится.

— В-командовании флота сказали, что условия можно изменить как угодно…

— В командовании флота?

— В Ассоциации ветеранов ВМС…

— Уберите машину. Иначе мы просто её протараним.

— ....

Поняв, что переговоры невозможны, лоббист замолчал.

Он осторожно покосился на Конрада и уже собирался выйти, когда тот окликнул его:

— Эй!

— Вы всё-таки готовы принять предложение?..

— Нет. Просто советую тебе отказаться от этой работы. Иначе можешь пойти ко дну вместе с военными.

— Неужели вы всерьёз намерены начать расследование против флота?

— Разумеется. Это битва, которую невозможно проиграть. Зачем мне от неё отказываться?

— А…

— Ты собираешься убрать машину или нет?

— С-сейчас же уберу!

Лоббист несколько секунд ошеломлённо смотрел на него, а затем поспешил обратно к фургону.

Общий враг, которого можно было избивать независимо от политических взглядов.

Отсутствие других крупных событий и спокойный информационный период.

Да ещё и все способные гончие уже собрались вместе.

В такой ситуации проиграть было бы почти невозможно.

«Заявление с требованием создать специальную следственную комиссию для расследования деятельности больницы Эллисон, военной прокуратуры и военного суда ВМС».

Конрад ещё раз взглянул на лежавший в руках текст и снова опустил его.

Он перечитывал и заучивал эту речь множество раз.

Благодаря успешной пресс-конференции Юлии дальнейшая работа стала значительно проще.

После внесения предложения о создании специальной следственной комиссии голосование должно было состояться в течение трёх дней.

Сколько конгрессменов сможет купить флот, если он оказался способен предложить в качестве взятки всего миллион долларов?

Поэтому принятие предложения можно было считать практически гарантированным.

— Цк. Три дня — слишком долго.

Три дня.

Для такой закрытой организации, как флот, этого времени было более чем достаточно, чтобы сжечь все возможные доказательства и избавиться от свидетелей.

Вопрос заключался лишь в том, сколько удастся вытащить из оставшегося пепла…

Похоже, в ближайшие дни внезапно умрёт немало людей.

— Мы опаздываем. Увеличить скорость?

— Нет. Едь медленно и осторожно. Лучше опоздать.

— Да.

Стоило поспешить, и с ними вполне мог произойти «несчастный случай».

Чёрный фургон наконец освободил дорогу, после чего машина Конрада медленно направилась к Капитолию.

***

Шлёп.

Перед выходом из самолёта на пол упали крошечные тапочки.

Касс кое-как запихнула в них ноги, мелкими шажками вышла из самолёта и пристроилась рядом со мной.

— Ху-ху-ху. Прекрасное путешествие.

— Правда? Мы ведь почти ничего не делали.

Девяносто процентов поездки заняла дорога, а на Южном… то есть Северном полюсе мы провели от силы десять процентов времени.

Даже пингвинов, которых Касс так сильно хотела увидеть, мы не встретили.

Из воспоминаний остались лишь поездка на собачьих упряжках по снежной равнине, пока мы с эскимосами общались жестами, бесконечные бургеры в аэропортах во время пересадок да фильмы, которые мы смотрели под одним одеялом в самолёте, пока не засыпали.

«Хм? А ведь получилось насыщеннее, чем я думал».

Если теперь оглянуться назад, путешествие и правда вышло неплохим.

И если бы меня спросили, понравилось ли оно мне, я бы без колебаний ответил: да.

— Джин Су. Юлия ждёт. Пойдём скорее.

— Да-да.

Касс взяла меня за руку и потащила за собой.

Сказочное время закончилось.

Пришла пора возвращаться к реальности.

— О? Там показывают Джин Су.

— И правда.

Пока мы ждали прохождения паспортного контроля, Касс указала на экран на стене.

В новостях рассказывали обо мне.

Так называемый «гейт Джин Су».

— Какого хуя…

Вы же говорили, что это будет гейт флота.

Почему скандал назвали моим именем?

Теперь от стыда вообще на улицу не выйдешь.

— Специальная следственная комиссия при Министерстве юстиции, созданная по распоряжению президента, в первую очередь приступила к обыску больницы Эллисон…

Похоже, пока мы развлекались, дело успешно продвигалось.

Видимо, президент решил разорвать отношения с адмиралами, раз теперь даже Белый дом присоединился к избиению флота.

Я наконец осознал, что это действительно превратилось в огромный скандал, заслуживающий названия «гейт».

— Джин Су! Касс! Я здесь!

Выйдя наружу, мы увидели вдали Юлию, которая махала нам рукой.

Я уже начал махать ей в ответ, когда мне на руку внезапно прилетела сумка.

— Ух?!

Тяжёлая сумка придавила руку, и я едва не потерял равновесие.

Кое-как подхватив её, я увидел, что Касс уже со всех ног несётся вперёд.

— Юлия!

— Касс…

Вот же мелкая.

Похоже, она действительно сильно соскучилась по Юлии.

Юлия даже прослезилась и раскрыла руки, собираясь поймать Касс, однако…

— Пингвин!!!

— А?

Касс пронеслась прямо мимо неё и первым делом схватила лежавшую на кресле мягкую игрушку-пингвина.

Юлия уже собиралась разрыдаться, но, увидев взгляд Касс, тут же расплылась в довольной улыбке.

Касс чуть ли не слюни пускала, рассматривая пингвина со всех сторон, а затем крепко его обняла.

На её лице сияло абсолютное счастье.

Я написал Юлии, что по ошибке привёз Касс в Арктику, поэтому пингвинов мы так и не увидели. Видимо, она купила игрушку, чтобы её утешить.

С чемоданом в одной руке и сумкой на плече я подошёл к Юлии и поцеловал её.

— Мы всё-таки в общественном месте…

— Ну и что? Это всего лишь лёгкий поцелуй.

— Но ты так неприлично двигаешь языком.

— Тогда больше не буду.

И что мне делать, если она сама продолжает засовывать язык мне в рот?..

После долгого и глубокого поцелуя мы наконец отстранились и почувствовали на себе окружающие взгляды.

Только тогда Юлия покраснела и отступила от меня на полшага.

— Вам понравилась поездка в Арктику за пингвинами?

— Пингвинов мы не встретили! Зато увидели нечто гораздо более великое!

— Что именно?

— Аврору! (п. С. От беса. северное сияние называют Авророй Бореалис. Это название дали в 17 веке в честь древнеримской богини утренней зари Авроры и древнегреческого бога северного ветра Борея. Южное сияние, соответственно, зовется Авророй Аустралис.)

— Северное сияние? В это время года? Странно.

— ?..

Юлия растерянно наклонила голову.

Почему она так отреагировала?

— Похоже, с гейтом всё прошло хорошо. Я рад.

— Да. Всё продвигалось настолько гладко, что мне даже казалось, будто это сон.

— Спасибо. Огромное тебе спасибо.

Я крепко обнял Юлию.

Так сильно, что её рёбра вполне могли затрещать.

Хотя между нами находились две отличные амортизирующие подушки, поэтому сломать ей рёбра всё равно было невозможно…

Я обнимал её так крепко, насколько сильно любил и был благодарен.

Пока мы стояли так, Касс силой протиснулась между нами.

Какая же милая засранка.

Мы с Юлией одновременно начали гладить её по голове, и на душе стало тепло.

— Опубликованная видеозапись происшествия с Мари Ким продолжает стремительно распространяться по сети…

— Запись происшествия?

На огромном экране продолжался выпуск новостей.

На размытой видеозаписи на заднем плане я увидел знакомый переулок.

Это же точно дорога возле яслей, куда я отвозил дочь.

— А.

— Не смотри…

Тёплая ладонь тут же закрыла мне глаза.

Я хотел убрать её руку и сказать, чтобы Юлия не дурачилась, но почувствовал, как она дрожит.

Послышалось её тихое всхлипывание.

— Обычно я показываю тебе всё… Но это действительно нельзя смотреть. Пообещаешь, что не станешь искать эту запись?

— Обещаю.

Юлия говорила сквозь слёзы.

Я решил сдаться и просто закрыл глаза.

Если она так реагировала, значит, я действительно не смог бы вынести эту запись.

— Срочные новости. В результате обыска больницы Эллисон выяснилось, что там тайно проводились эксперименты над людьми. Сотрудники больницы без согласия извлекали из тел умерших спинной мозг и стволовые клетки, выращивали незаконных человеческих клонов, а затем передавали их исследовательским группам, проводившим эксперименты над людьми…

— ?!..

Я поспешно убрал руку Юлии и уставился на экран.

Блять, что они только что сказали?..