— А-а. Эта прохладная тяжесть… Два года не чувствовала.

Я закрыла глаза, наслаждаясь прикосновением холодного металла к ладони.

Почти два года минуло с тех пор, как я в последний раз испытывала это чувство.

А ведь когда-то я этой штукой…

— Джин, ты чего?

— Предавалась воспоминаниям.

— У тебя есть воспоминания, связанные с ломом?..

— Конечно. Во время беспорядков в Сан-Франциско я вскрыла им не меньше двадцати домов.

— А-а… Понятно…

Давно не держала его в руках, вот и нахлынули воспоминания.

Сколько же тогда раскроили головы смельчакам, которые без спроса полезли грабить уже вскрытые мной дома.

Однажды я с одним лишь ломом одолела мужика, бросившегося на меня с дробовиком. После этого меня даже прозвали Святой Меча Джин.

В общем, лом оказался у меня в руках потому, что на корабле объявили тревогу.

Уииииии!.. Уииииии!..

— Аллан! Ты не можешь выключить эту тревогу?

— Сигнал идёт из грузового отсека. Отключить его можно только там.

— Блять…

Датчик постороннего объекта не умолкал, а красные лампы продолжали мигать.

«Посторонним объектом» называли всё, что двигалось, так что на деле датчик обнаружил живое существо.

В нашем грузовом отсеке находилось что-то живое.

— Аллан, может, просто выдашь нам оружие?

— Пароля от оружейного шкафа никто не знает.

— А-а…

Вот так.

Именно поэтому нам пришлось вооружиться словно пещерным людям.

Поначалу сигнал действовал на нервы, но вскоре я привыкла и перестала обращать внимание. А вот Эш и Гас, похоже, страдали.

Они то и дело вздрагивали, словно кто-то без конца нажимал на кнопку, вызывающую у них припадок.

Аллан держался нормально.

Может, это одна из тех тревог, которые с возрастом начинают звучать особенно мерзко.

— Я из тех, кто по утрам ждёт, пока будильник сам заткнётся, так что мне нормально…

— А мне ненормально. Пошли быстрее выключим.

— Идём.

Эш с сапёрной лопаткой и Густав со стальной трубой двинулись первыми.

Я обменялась с Алланом взглядами и последовала за ними, держа лом.

Аллан немного помялся, тяжело вздохнул и поплёлся следом.

По-моему, после Рейнджера он был самым трусливым ублюдком в команде.

— И всё-таки что там может быть?

— Не знаю. Возможно, в грузовой отсек пробралось какое-нибудь существо, оставшееся на Окейжене.

— Или маленький детёныш плотоядного чудовища, который успел вырасти до гигантских размеров?

— Прошу, не каркай…

Я вспомнила старый фильм, который мы однажды смотрели вместе.

Там уродливый пришелец вырывался из человеческого живота и убивал всех членов экипажа.

Наше положение, конечно, не сильно отличалось. Но хотя бы мерзкая рожа чудовища не лезла нам прямо в лицо, и в этом реальность была лучше фильма.

— Подождите. Сначала договоримся.

Мы стояли перед дверью грузового отсека.

Аллан заговорил, зажав под мышкой шлем от скафандра:

— Что бы ни оказалось внутри, обратно выходим все вместе. Никого не бросаем.

— Чего ты паникуешь? Догадываешься, что там?

— …

После шутливого вопроса Эша лицо Аллана окаменело.

Атмосфера вокруг тоже сразу похолодела.

Похоже, у Аллана действительно были какие-то догадки.

— Аллан. Что такое? Отвечай.

— …

Не обращая внимания на расспросы, он надел шлем и шагнул вперёд.

Его голос донёсся из рации, связанной со скафандром:

— Входим, выключаем тревогу, находим посторонний объект, ловим его и возвращаемся целыми вчетвером. Открываю люк.

— Эй, Аллан! Так что ты знаешь?!

Пока остальные кричали, Аллан схватился за ручку и распахнул люк. Нам пришлось торопливо надеть шлемы.

Когда все четверо вошли, дверь за спиной закрылась с шипением:

Пш-ш-ш…

И отрезала путь назад.

Нельзя было допустить, чтобы кто-нибудь из нас тайком вернулся в рубку и запер остальных в грузовом отсеке…

— Ого. Здесь всегда было так просторно?

Я давно не заглядывала в грузовой отсек и успела забыть, насколько он огромен.

Больше года мы грабили всё подряд, ценное и не очень, и теперь даже это гигантское помещение было забито до отказа.

Освещение, похоже, сломалось. Сколько мы ни щёлкали переключателем, лампы не загорались.

Пришлось полагаться на фонари, встроенные в шлемы.

Подняв оружие, мы выстроились цепочкой и медленно двинулись по центральному проходу.

— Тихо.

— И правда.

Голоса из рации сопровождались шипением помех:

Ш-ш-ш…

Здесь и правда было слишком тихо.

Трудно поверить, что датчик обнаружил посторонний объект.

— Может, ложная тревога?

— Хотелось бы.

— Наверное, оно тоже затаилось. Тихо сидит и ждёт, пока добыча подойдёт поближе.

— Джин, прошу, хватит нагонять жути…

Живое существо здесь точно было.

И оно пряталось где-то в тишине.

Таков был мой вывод.

Оставалось понять, где именно…

— Может, разделимся и поищем?

— Ты что несёшь?!

— Если будем ходить вчетвером одной цепочкой, провозимся больше часа.

— Вот и ходи больше часа! Ты фильмов ужасов не смотрела? Стоит кому-то отделиться — с ним обязательно что-нибудь случается!

— Да вы что, мужики, все разом обдолбались? Чего так обосрались? Я пойду сюда.

— Эй! Джин! Ты куда?!

Ещё недавно Густав и Эш храбро рвались выключить тревогу, но теперь оба внезапно превратились в трусов.

В конце концов я не выдержала, отделилась от остальных и свернула в узкий проход.

— Фух. Иначе мы никогда не закончим.

Вокруг царила тьма, а стеллажи тянулись далеко вверх. Осмотреть каждый угол было ужасно трудно.

И они ещё собирались таскаться здесь вчетвером…

Я быстро продвигалась вперёд, заглядывая по сторонам, когда…

Скрииип…

Сзади послышался тихий звук.

Знакомый.

Точно так же скрипнула арматура, на которую я наступила по дороге сюда.

Кто-то шёл за мной по пятам.

Сглотнув слюну, я резко обернулась.

— А-а! Мои глаза!

— Убери фонарь!

— А, это вы…

Передо мной тесной кучкой стояли трое трусов.

Вот же придурки.

Зачем было идти за мной, если я специально отделилась?

— Мужики, давайте немного подумаем. А? Вы ведь оружие не для красоты притащили.

— А если там, как ты сказала, плотоядное чудовище? Как мы будем отбиваться этим?!

— А почему не сможем?

Лом и сапёрная лопатка — отличное оружие ближнего боя.

Не понимаю, чего можно бояться с такими штуками в руках.

— Блять, как же вы меня достали.

— Эй! Ты что делаешь?!

Я так задыхалась внутри этой херни, что вообще сняла шлем.

Он сильно ограничивал обзор, а внешние звуки почти не проникали внутрь, поэтому только мешал поискам.

Концентрация кислорода в грузовом отсеке оставалась нормальной, так что опасности не было.

Более того, если в шлеме кто-то внезапно ударит по голове, осколки стекла вопьются прямо в лицо. Возможно, без него даже безопаснее.

Если внимательно слушать, меня вообще не успеют ударить.

— Да разойдитесь уже! Чем мы занимаемся?! Хотите весь день торчать в грузовом отсеке? Я сама распределю. Аллан берёт восточный сектор, Густав — западный, Эш — южный. А я возьму северный.

— Джин, ты показываешь на юг…

— Я знала! Тогда просто поменяемся!

Я не знала.

Ещё немного — и все поняли бы, насколько я безграмотна.

Остальных, похоже, тоже достало, поэтому они один за другим сняли шлемы.

— Но здесь правда ничего нет…

Шла уже десятая минута поисков.

Я понемногу устала.

Если только оно не шмыгало из одного слепого пятна в другое,мы уже должны были его найти.

Добравшись до конца северного сектора, я наконец обнаружила рычаг отключения тревоги.

Стоило мне его потянуть, и сигнал оборвался.

— Ик?!

— И-и-ик!

— Да что за трусы…

Из рации донеслись испуганные возгласы.

Судя по одним только голосам, они как маленькие дети за которыми бежит насильник.

А когда представляешь, что они принадлежат хриплым мужикам, становится до омерзения противно.

Северный сектор был более-менее чист.

Сколько я ни заглядывала в углы, никаких звуков движения не услышала и ни одного живого существа не увидела.

Если остальные не осмотрели свои участки спустя рукава, значит, тревога действительно была ложной…

Вот же капитан.

Совсем за кораблём не следит.

— Нюх-нюх.

Чёрт.

Я почувствовала запах табака и нашла в углу окурок.

В грузовом отсеке запрещено курить. Какой ублюдок здесь дымил?

Всегда найдётся такой человек, который всё делает наоборот.

Есть нормальная курилка, но нет, обязательно нужно закурить в грузовом отсеке, набитом взрывоопасными материалами…

— А это ещё что?

Рядом обнаружился скафандр.

Да кто же это?

Какой идиот бросил скафандр в грузовом отсеке вместо того, чтобы убрать в хранилище?

— Кия-а-а-ак!

В рации раздался тонкий визг, какой могла бы издать деревенская девушка, на которую напали разбойники.

Лишь через мгновение я поняла, что кричал Аллан.

Что на этот раз?

Наверняка сам за что-нибудь зацепился и теперь устраивает истерику, но проверить всё же стоило.

— Что-то! Что-то только что пронеслось мимо!

— Хватит преувеличивать.

— Я серьёзно! Оно даже скафандр порвало!

Я быстро направилась туда, откуда донёсся крик.

Аллан без остановки визжал и тем самым в реальном времени сообщал своё местоположение, поэтому отыскать его даже в огромном и запутанном грузовом отсеке оказалось нетрудно.

— Хватит врать… А?

— Джин… В грузовом отсеке что-то есть!..

Аллан стоял, согнувшись, и осматривал собственную задницу.

При виде этой идиотской картины я потеряла дар речи.

Но насчёт разорванного скафандра он не солгал.

На заднице зияла дыра, словно кто-то только что полоснул её когтями.

— Нужно держаться вместе. Все в центральный проход!

— Принято.

Ответил Гас.

Но сколько мы ни ждали, Эш не отзывался.

— Да что за хрень? Почему он молчит?

— Эш, ответь! Быстро!

Стоило нам выйти в центральный проход, как Густав выскочил навстречу и присоединился.

В южной части грузы стояли особенно плотно, и проходы между ними были узкими.

Мы подсвечивали всё шлемами, используя их вместо фонарей, и тщательно обыскивали каждый угол.

И тогда в тёмном закутке…

— А! Напугал.

— Ух?!

Мы увидели неподвижно парящий белый скафандр, повернувшийся к нам спиной.

— Эш?

Сколько мы ни звали, он не отвечал.

Остальные так перепугались, что не могли сдвинуться с места. Я отпустила шлем, оставив его висеть в воздухе и освещать угол, а сама медленно приблизилась к Эшу.

И потянула его за плечо…

— А-а! Что у него на лице?!

— Это лицехват! Блять, лицехват!

— Кто толкнул шлем?!

К лицу Эша что-то прилипло.

В тот же миг Густав и Аллан с грохотом отскочили и задели шлем. Свет ушёл в сторону, и нас накрыла тьма.

Даже если это лицехват, прямо сейчас он всё равно не опасен. Чего так пугаться?

Я подтянула шлем поближе и направила свет Эшу в лицо.

На нём сидел чёрный комок шерсти…

— Мяу.

— …

Нет, это был кот.

Чёрный-пречёрный кот, которого с закрытыми глазами и в темноте вообще не разглядеть.

— Эш, да ты ссыкун, блять!..