Дисклеймер

Данная глава содержит описание тяжёлой и чувствительной темы — вооружённого нападения в учебном заведении, а также сцен насилия, страха и психологического давления. Материал предназначен для совершеннолетней аудитории. Читателям, которым подобные темы могут причинить дискомфорт, рекомендуется воздержаться от прочтения.

Автор и переводчик категорически осуждают любые формы насилия, угроз, нападений на людей, терроризма, экстремизма и причинения вреда себе или окружающим. Ни автор, ни переводчик не поддерживают, не оправдывают, не романтизируют и не одобряют действия, описанные в данной главе.

Содержание главы является частью художественного произведения. Оно не является инструкцией, руководством, советом, призывом, оправданием или пропагандой вооружённого нападения, скулшутинга либо любого иного насилия. Описанные события показаны как трагическое, преступное и разрушительное явление, приводящее к тяжёлым последствиям.

Переводчик не является автором оригинального произведения и не выражает собственную позицию через действия, мысли или реплики персонажей. Перевод выполнен исключительно с целью передачи художественного текста, его сюжета и эмоционального содержания, без намерения побуждать кого-либо к повторению описанных действий.

Любые попытки использовать фрагменты главы вне художественного контекста, в качестве оправдания насилия, угроз, инструкций или призывов к противоправным действиям, категорически недопустимы.

Если в реальной жизни у вас возникли подозрения, что кто-либо может готовить нападение, угрожать людям, причинить вред себе или окружающим, необходимо немедленно обратиться в правоохранительные органы, администрацию учебного заведения или экстренные службы.

Он уже принял окончательное решение.

Оставалось только достать оружие.

Конечно, Питер не ожидал, что это будет просто.

— Угу. Ага. Автоматическая винтовка и пистолет? Конечно, продам, пацан.

— П-продадите?

— Ага. Если всё оплатишь наличкой вперёд.

— …

Нет, оказалось куда проще, чем он думал.

После всей шумихи в Огайо он ожидал, что оружейник будет осторожничать.

Так или иначе, кроме оружия, ему удалось купить ещё и бронежилет.

Теперь всё было готово.

Оставалось только выполнить задуманное.

Заехать на машине в школу, достать оружие и, как было запланировано, убить Вайса и Джейка.

«Только двоих. Только их двоих…»

Я не такой, как остальные массовые стрелки.

Я не психопат.

Я просто убью двух ублюдков, на которых у меня правда есть обида, а потом выйду и позволю себя арестовать.

Питер повторял это снова и снова, будто гипнотизировал сам себя.

Дорога к школе почему-то казалась особенно пустой.

Мчась по безлюдной трассе, Питер сунул в рот сигарету и нажал на прикуриватель.

Вскоре тот выскочил с глухим щелчком.

С-с-с…

Он поднёс прикуриватель к сигарете, и та зашипела, загораясь.

Выпустив дым, машина понеслась дальше по пустой дороге.

***

— Этот сопляк учится в этой школе?

— Наверное…

— Говори точно, ублюдок.

— Ах! А-а!

Оружейник, которому с двух сторон мощно прилетело по голове, едва не заплакал.

Он уже собрал вещи и готовился свалить, но кто бы знал, что босс пошлёт людей и вот так его схватит…

В итоге ему ничего не оставалось, кроме как найти того проклятого сопляка.

— Так. Успокойтесь и послушайте. В Калифорнии винтовки, переделанные под автоматический огонь, незаконны, верно?

— Верно.

— Такое оружие, само собой, стоит минимум в десять раз дороже обычной полуавтоматической винтовки. А этот тип ещё и пистолет, бронежилет и патроны взял. И всё оплатил наличкой. Как думаете, что это значит?

— Не тяни, сука, говори.

— А-а!

Оружейнику пришлось потереть затылок и поправить очки.

Вот же тупые гопники, даже думать не умеют…

— Это значит, что он до безумия богат. Если, конечно, он только что банк не ограбил. Значит, он сопляк из богатой семьи. А значит, в этих краях он, скорее всего, ходит в единственную элитную школу — Святой Каталины.

— И с чего ты это взял?

— А?

— Этот сопляк вообще может быть не учеником. На каком основании ты решил, что он школьник?

— На это тоже есть основание.

— Какое?

— Лицо у него было… юное!

— Сука ты тупая.

— Ах-х! А-а-а!

На него обрушился град ударов.

Да почему они так реагируют, если мой глазомер точен?

По лицу того парня было сразу видно: типичный малолетний гопник, который третий год подряд остаётся на второй год и никак не может выпуститься.

Физиогномика — наука точная, значит, ошибки быть не могло.

— А-а, блять. Зря тащились. Какой, нахрен, ученик? Лучше подробно опиши его машину.

— Машина? Красный старый жигуль. На задних колёсах стояла пневма… Вы вообще знаете, что такое пневма? Ну, это когда колёса ходят вверх-вниз, и машина трясётся так, будто внутри кто-то занимается сексом…

— Знаю, придурок. Ты меня за дебила держишь? Описывай дальше.

— Т-тх-х… И ещё на неё было налеплено куча логотипов разных автомобильных компаний.

— Куча логотипов? Зачем?

— Может, у нынешних сопляков такая мода. Такое, кстати, довольно часто встречается. Эм… вот, вон там одна такая едет.

Гопники повернулись туда, куда указал оружейник.

И правда.

Порш, БНВ, Мерс…

А ещё какие-то вообще никому не известные логотипы вроде Киа и Хёндэ.

Этот красный олдкар…

— Нет, погодите. Блять, это не он?!

Это был красный жигуль.

С гидравлической системой на задних колёсах.

— А-а-а!.. Точно, это он!

— Эй, еблан! Ты сам его видел и сразу не узнал?

— А-а-а! За что волосы-то?!

Перепуганные гопники схватили оружейника за волосы и побежали.

Но догнать машину, которая уже проехала мимо и быстро удалялась, было невозможно.

— Э-эй! Стой!!!

То ли водитель их не услышал, то ли проигнорировал. Машина остановилась у задних ворот школы, шлагбаум поднялся, и она въехала на парковку.

Гопники, тяжело пыхтя, кое-как добежали до шлагбаума.

— Что случилось?

— Подождите… ха… ха… Дайте нам пройти. Нам нужно встретиться с одним человеком.

— Вы родители ученика?

— Что?

— Если вы не родитель, без предварительной записи на встречу пройти нельзя.

— А, да! Родитель! Именно!

— …

Оружейник уверенно выкрикнул это.

Гопники и охранник одновременно посмотрели на него с подозрением.

— Эм… родитель какого ученика?

— Джона.

— Джона кого?

— Ну, того самого. Джона. Высокого и шумного.

— Высоких и шумных Джонов в этой школе человек десять.

— Да! Самого высокого из них!

— Можете назвать полное имя?

Оружейник на мгновение сглотнул.

От этого зависело, попадёт он в жопу или нет.

Если тот сопляк устроит стрельбу с его оружием, по приказу босса его самого аккуратно перемелют в куриный корм.

— Джон Смит!

— Такого ученика у нас нет.

— Чёрт!

Ответ, выкрикнутый с таким азартом, оказался неверным.

Разве в любой школе почти наверняка не должен быть какой-нибудь Джон Смит?

Если бы это была вонючая помойная школа, пропахшая говном до самого дна, там и два, и три Джона Смита никого бы не удивили. Но раз уж это элитная школа, похоже, таких деревенских имён здесь не водилось.

— Посторонних на территорию школы мы не пускаем. Уходите, пока я не вызвал полицию.

— Да ты ж… Это ты всё испортил.

— А вы сами хоть что-нибудь попытались сделать? Я хотя бы попытался в таком юном возрасте стать отцом!

— Какой ещё юный, придурок? По твоей роже кажется, что у тебя уже и внуки есть.

— …

Охранник покачал головой, глядя на троицу, которая, препираясь, уходила прочь.

***

— Когда решишь всё, оставь лист на столе и уходи.

— …

Дверь с глухим стуком закрылась.

Питер растерянно смотрел на тест, лежавший на парте.

Он потребовал разрешить ему снова написать дополнительный экзамен.

И Вайс согласился.

Без каких-либо условий. С готовностью.

Это была совершенно неожиданная реакция.

— Выпуск… Блять, если я только выпущусь…

Если бы он смог выпуститься, то не стал бы делать всю эту идиотскую хрень.

Если бы только можно было избежать взгляда отца, который смотрел на него как на насекомое, он бы не стал стрелять.

Питер будто в трансе подтащил стул и сел за парту.

В тот самый момент, когда он уже всё бросил, ему снова дали шанс.

По-настоящему серьёзный шанс.

Питер взял карандаш и уставился в лист с такой сосредоточенностью, какой у него не было никогда в жизни.

— Да ну нахуй! Не буду!

Не прошло и пяти минут, как он разорвал тест.

Чтобы решать, надо хотя бы понимать, о чём вообще написан текст.

А он с самого начала даже к задачам приступить не мог.

Они что, за это время успели сделать дополнительный экзамен сложнее?

Этот старый маразматик и не собирался давать ему выпуститься.

Стоило Питеру прийти к такому выводу, как его внезапно накрыла злость.

— Сука. Ебаная сука…

Бормоча ругательства, Питер пнул дверь кабинета химии и вышел.

Он уже собирался направиться к парковке, но…

Его шаги остановились.

В голове вдруг мелькнула мысль: а правда ли нужно стрелять?

С Вайсом-ублюдком всё понятно.

Но если Джейк просто искренне извинится, этого, наверное, будет достаточно.

Правда.

Дин-дон-дан-дон…

Как раз прозвенел звонок, возвещавший обеденный перерыв.

Питер скрипнул зубами и направился в столовую.

Найти Джейка оказалось несложно.

Он всегда болтал где-нибудь в углу столовой.

Вскоре Питер увидел его в окружении девчонок.

— Фуух…

Он не был так уж сильно взвинчен.

Он просто попросит извиниться.

Из-за твоих бездумных слов я почувствовал себя глубоко оскорблённым.

Поэтому принеси мне искренние извинения.

Нужно было спокойно сказать только это.

Но в тот миг, когда Питер увидел глаза Джейка, смотревшие на него будто сверху вниз…

— Извинись!

Его переклинило.

В следующее мгновение Питер уже бросился вперёд и схватил Джейка за воротник.

— Я сказал, извинись!

— А… э… ну…

Тот мямлил как полный идиот и даже слова нормально выговорить не мог.

Значит, и он не идеален.

Значит, если вот так внезапно схватить и поднять его, он тоже теряется.

Питеру стало чуть легче.

— Вы чей родитель?..

Но после следующей реакции Джейка его лицо резко застыло.

— Что, блять? Ты меня не помнишь?

— Вы, похоже, сильно злитесь, но давайте сначала вы меня отпустите и поговорим. Если вы будете продолжать в таком духе, у вас могут возникнуть неприятности. Если отпустите прямо сейчас, я сделаю вид, что вы не хватали меня за воротник… у-эгх!

Питер от такой нелепости просто отпустил его.

Джейк тут же безвольно отлетел назад и упал.

Выглядело это, без сомнения, жалко, но никакого удовлетворения не принесло.

Он меня забыл.

Он вообще забыл, что такой человек, как я, существует.

Я, блять, из-за ненависти к тебе даже спать нормально не мог.

Злость закипела внутри, и Питер, сжав кулаки, задрожал.

Бах!

Он широкими шагами направился к выходу и пнул дверь.

Голова уже кружилась от ярости, а поле зрения сузилось до предела.

— Я буду стрелять. Блять. Буду.

Сколько денег он вообще потратил на оружие?

Если отец узнает, что он спустил столько денег, то забьёт его до смерти.

Умереть от побоев или от полицейских пуль — какая разница?

Если уж всё равно умирать, лучше умереть, до последнего делая то, что хочется.

Добравшись до парковки, Питер сел за руль и с силой захлопнул дверь.

— Фу-у… фу-у-у…

Он достал трубку и дрожащими руками вытряхнул внутрь кусочек метамфетамина.

Затем медленно начал нагревать её снизу зажигалкой.

Зажав трубку губами и глубоко втянув дым, Питер широко распахнул глаза.

Сделаю, блять.

Сделаю.

Вайс. Джейк.

Я вас убью.

И всё, что мне помешает, тоже убью.

Даже того проклятого сереброволосого мелкого ублюдка, с которым я встретился взглядом раньше.

— Блять!

Швырнув трубку, Питер сразу обошёл машину сзади.

Когда он открыл багажник, внутри валялись бронежилет, винтовка и пистолет.

Теперь колебаться было незачем.

Сначала Питер схватил пистолет.