— Ха-а, ха-а… Уф…

Миновав массивные ворота старой резиденции Киёмия, я сбавил темп и перешёл на лёгкую трусцу. Территория тут обширная – настоящий особняк, так что от кованой решётки до парадного входа пилить ещё не один десяток метров.

— Фух… Совсем форму потерял. Увидел бы меня сейчас Сержант, три шкуры бы спустил.

«Сержантом» мы прозвали сурового отставника из Сил самообороны, который отвечал за безопасность в главном поместье. Официально такого звания давно нет, но из-за крутого нрава иначе к нему никто не обращался. А по совместительству этот Сержант был ещё и моим наставником по боевым искусствам.

— С возвращением, Кейджи-кун.

— О, спасибо, Саяка.

Стоило мне остановиться у дверей, чтобы перевести дух, как створка распахнулась. На пороге возникла Саяка в безупречной униформе горничной. Она молча протянула пушистое полотенце, и я с наслаждением вытер залитое потом лицо.

— Летние утренние пробежки – то ещё испытание. Солнце едва встало, а уже печёт как в духовке.

— Надо же, отмахать пять километров ни свет ни заря. Впечатляет.

— Погоди-ка! Ты в чей телефон сейчас смотришь?!

Мой смартфон лежал в поясной сумке. Неужели она отслеживает геоданные?! Или высчитала дистанцию по маршруту?!

— Ах, как некрасиво. Даже Господину не подобает заглядывать в чужой экран. Это, знаешь ли, смарт-харассмент.

— Не выдумывай на ходу новые виды домогательств!

— Шучу. Не стала бы я копаться в твоих геоданных. Просто прикинула время твоего отсутствия и решила, что выйдет около пяти километров.

— Зная тебя, Саяка, я ничуть не удивлюсь, если ты реально повесила на меня жучок…

К слову, когда я достал телефон и сверился с трекером, на экране горело ровно пять километров. Моя горничная не только писаная красавица, виртуозно управляющаяся с особняком, но ещё и пугающе умна.

— И с чего вдруг такие порывы? Тебе же ещё в школу идти, небось с ног валишься.

— Я всё-таки лидер фракции. С традиционным танцем у меня туго, так что нужно хотя бы выносливость подтянуть, чтобы на тренировках не позориться.

— Ну, ты же дома только ешь да спишь, лишний раз пальцем не пошевелишь. А я целыми днями ношусь как белка в колесе: готовка, уборка, стирка… Да ещё и ночная работа. Так что моя выносливость растет естественным путём.

— Прекрати вворачивать эти двусмысленные намёки! И вообще, я не просто «ем и сплю», я делегирую работу по дому квалифицированной горничной!

— Ох, ваша правда. Ночная работа выматывает досуха… Сказать, что вы только едите и спите, было крайне бестактно с моей стороны.

— Тебе совершенно за другое нужно извиняться!

Готов повторять это до посинения: я не настолько конченый подонок, чтобы принуждать прислугу делить со мной постель. Даже в те времена, когда я усердно прикидывался ничтожеством, я ни разу не опустился до подобного.

— Я просто шучу. Пытаюсь с самого утра поднять Господину настроение лёгким флиртом.

— Сомнительный способ поднимать настроение…

Пока я озадаченно массировал виски, Саяка легонько подтолкнула меня в спину.

— Иди в душ. Ты уже не тот Кейджи-кун, который играл роль школьного отброса. Появляться в классе, воняя потом, тебе больше не по статусу.

— К чему эти двойные стандарты? Я и раньше не ходил в школу потным! Или ты боишься, что я спину не достану, и жаждешь составить мне компанию?

— Опять маскируешь сексуальные домогательства под нелепые отмазки? Впрочем, я не особо против. Иди первым. Как только морально подготовлюсь… я присоединюсь.

— Эй, я же просто пошутил! Хватит делать такое лицо, будто со слезами на глазах идёшь на эшафот!

— Мне показалось, что Кейджи-кун уже привык к обществу личной горничной, вот я и решила: пора переходить на следующий этап.

— Никаких следующих этапов не предвидится, выдыхай.

Если бы не вбуханный миллион йен и наш жёсткий трудовой договор, я бы уже выставил её за дверь.

Когда я нанимал Саяку, я и понятия не имел о её истинной личности. Хотя нет, если она уйдёт, начнутся проблемы… Серьёзные проблемы. Горничная в этом доме жизненно необходима.

Вернее, она нужна исключительно для того, чтобы поддерживать порядок в огромном особняке, а заодно присматривать за болтливой нахлебницей, новенькой чопорной служанкой и чудаковатой учительницей, которая вечно сюда забредает.

Мои личные чувства и её профессиональные обязанности лежат в совершенно разных плоскостях.

— Ладно, я в душ. Завтрак на тебе. И сделай одолжение, постарайся не убить Марицуджи.

— Марицуджи-сан? При чём тут она, я вообще-то готовлю завтрак в гордом одиночестве.

— Э, погоди, серьёзно?

Не считая вечно пропадающей где-то Маки, мы каждый день завтракаем вместе. И раз уж Марицуджи неизменно сидит с нами за одним столом, я был свято уверен, что она помогает Саяке на кухне.

— Иди уже в душ. Времени в обрез.

— Точно.

Я скрылся в ванной и быстро, но тщательно смыл с себя пот. В наше время безупречная опрятность – обязательное условие для того, кто метит на вершину. Даже этот позер Фуджикава маниакально следит за внешним видом.

Освежившись, я натянул чистое бельё и спортивные шорты, заботливо приготовленные Саякой. Накинул на плечи полотенце и шагнул в коридор.

На календаре значился только июнь, но духота стояла невыносимая. Тело после пробежки и горячей воды все ещё пылало, так что напяливать футболку не было ни малейшего желания.

— И-ик!

— М?

Прямо за дверью я едва не сбил с ног Марицуджи. Хотя видимой работы для неё не находилось, она уже успела облачиться в строгую униформу горничной. Икнув, девушка судорожно закрыла лицо ладонями, заливаясь густым румянцем до самых ушей.

— К-Киёмия-сан… срам-то какой, мамочки мои!

— Срам? Ты о чём вообще?

Не привычно-жутковатый киотский говор сейчас почему-то прозвучал на удивление забавно. И хотя она честно пыталась спрятать лицо за ладошками, её расширенные глаза вовсю сверкали сквозь щелочки между пальцами.

— Г-голый! Вы же совершенно голый! Киёмия-сан, вы что, из этих… эксгибиционистов?!

— Голый? А, виноват. Но штаны-то на мне есть, так что криминала никакого, верно?

— Какой там нет! Верх-то у вас в чём мать родила! Всё ж торчит, как на витрине!

— Сейчас ты больше похожа на торговку из Осаки, чем на киотскую аристократку.

— Да хоть на кого – мне плев… без разницы! Г-главное, прикройте срам немедленно! Разгуливать в таком виде по дому – вопиющее бесстыдство!

— Да не голый я.

Похоже, вид моего обнажённого торса вогнал тепличную госпожу в глухую панику.

— Хотя, если подумать, я ведь и правда впервые расхаживаю перед тобой в таком виде.

— П-попрошу без намёков! Звучит так, будто я перед вами без одежды щеголяла! Я, между прочим, целомудренная дева; светить кожей перед джентльменом – немыслимый позор для дочери дома Марицуджи!

— …Ясно.

Судя по всему, инцидент в Кайкане, когда я случайно застукал их с Маки в одних трусиках, Марицуджи-сан благополучно вычеркнула из своей памяти. Если наследница решает, что чего-то не было, сама реальность переписывается в угоду ее моральным принципам? Удобная суперспособность.

— Виноват, просто взопрел после бега. Сейчас же вернусь к себе и накину футболку, так что не кипятись.

— Д-да, разумеется. В конце концов, это ваш особняк, Киёмия-сан. И не мне диктовать вам дресс-код.

— Да нет, раз уж под этой крышей теперь живут девушки, мне и впрямь стоит вести себя скромнее.

Даже перед Саякой я не позволял себе дефилировать в неглиже – ну, если вынести за скобки тот конфуз, когда она вломилась мыть мне спину. Наверное, просто подсознательно пытался не ударить в грязь лицом перед девчонкой, которая мне нравилась.

— Тем более, мы с тобой, Марицуджи, знакомы с пелёнок, так что…

— Ч-что? К чему вы клоните… – возмущённо начала было Марицуджи, но вдруг осеклась и широко распахнула глаза.

Опустив руки от лица, она сделала робкий шажок в мою сторону.

— Киёмия-сан… а вы весьма недурно сложены, не так ли?

— Всё-таки с детства тренировался. Правда, в последнее время слегка заплыл жирком, вот и решил возобновить пробежки.

— В-вон оно что. И тем не менее, ваше тело и сейчас выглядит… крайне впечатляюще.

— Чему ты так удивляешься?

С пылающим лицом и странно затуманенным взглядом Марицуджи неотрывно скользила взглядом по моему прессу и груди.

— С-с таким крепким генофондом… сколько же наследников вы планируете мне заделать?

— Тормози! Куда тебя понесло?! Пусть ты и числишься моей невестой, нам ещё рановато думать о детях!

— П-прошу прощения. Лицезреть полуобнаженного джентльмена для меня в новинку, оттого я и впала в лёгкую эйфорию.

— У тебя интонации сейчас, как у сломанного навигатора. Всё, я пошёл к себе, прикрою срам.

— …Ага, зафиксировали. Наследник Киёмия Кейджи затаскивает госпожу из рода Марицуджи в своё логово сразу после помолвки, заставляет её косплеить покорную горничную, а в довесок ещё и трясёт перед ней голым торсом… В копилочку.

— Эй, информатор недоделанный. Давно тут греешь уши? Маки, клянусь, я засуну твой смартфон в микроволновку на максимальную мощность.

— Ой, спалилась.

— Не надо мне тут «Ой, спалилась». Я услышал тебя только потому, что ты бубнила это в полный голос. (И да, ремарка для протокола: никогда не суйте технику в микроволновку).

— Погоди-погоди, я просто прикинула: а что, если прогнать фотку полуголого Кейджи через нейросеть и раздеть его ещё и снизу? Чисто в научных целях, никакого криминала!

— Это уже тянет на статью! Если эти фейки всплывут и кто-то решит, что я домогался до Марицуджи в костюме Адама, её дед спустит с меня шкуру заживо!

— Боюсь, ваша жизнь висела бы на волоске, даже будь вы одеты наполовину, Киёмия-сан… – тихо вставила невеста.

— Если ваша семья такая суровая, какого чёрта они с лёгким сердцем отпустили тебя сюда в качестве прислуги-нахлебницы?..

Я до сих пор не мог взять в толк: клан Марицуджи действительно пылинки сдувает со своей единственной дочери или им на неё глубоко плевать?

— Фу, Кейджи, прекрати.

— А? Что прекратить, Маки?

— Даже если это дипфейк от нейросети, трясти голым задом перед девчонками – это конченое извращение. Разве это не сексуальное домогательство с твоей стороны?

— Это ты ко мне домогаешься, больная! С какой стати меня клеймят извращенцем за то, что вы сами генерируете мои голые фотки без спроса?!

— Скажите, Согано-сан… – вдруг оживилась Марицуджи. – А этот чудо-аппарат под названием «ней-ро-сеть» действительно способен воссоздать… компрометирующее изображение Киёмии-сана?

— Ого, какие мы любопытные, Марицуджи-тян! Не боись, это проще пареной репы. Скармливаешь алгоритму одну фотку Кейджи в полный рост, а умный ИИ сам дорисовывает все недостающие пикантности.

— Стоп-стоп-стоп, Марицуджи! Тебе категорически противопоказано интересоваться подобной чернухой! Будь проклята эта эпоха киберпанка, где любой желающий может разглядывать тебя голым, даже если ты не снимал штаны!

— Да расслабься, я просто стебусь. Ладно, мне пора трудиться. Информаторы с утра до ночи в мыле, знаешь ли.

— А ну стоять, что ещё за работа?!

Но Маки лишь отмахнулась и, насвистывая под нос весёлый мотивчик, бодрой походкой скрылась в коридоре.

Твою мать. Неужели мне теперь придётся параноидально мониторить школьные чаты Сошукана на предмет своих фейковых нюдсов?

Я тяжело вздохнул.

— От этих разборок я устал больше, чем от пятикилометрового кросса…

— Ох, позволите мне проявить о вас заботу?

— Заботу в каком смысле? Марицуджи, ты с самого утра при параде, но у тебя вообще есть какие-то обязанности по дому?

— Честно говоря, понятия не имею… Хиёсака-сэмпай велела мне для начала попробовать навести порядок хотя бы в собственной спальне.

— Мудрое решение. Дай угадаю, ты ведь в жизни тряпку в руках не держала?

— Д-держала! Даже в поместье я выполняла необходимый минимум. Просто у меня совершенно нет опыта в обслуживании других людей.

— Я бы сильно напрягся, будь он у тебя. Сложно представить картину, где эталонная госпожа из правящего клана Марицуджи драит чужие унитазы или стирает чужие носки.

— Проблема даже не в навыках. У меня попросту не хватит физической выносливости, чтобы отмыть эту громадину…

— Выносливости, говоришь… Весной мы ведь сдавали кросс на физре. И какое у тебя было время, Марицуджи?

— Я скорее оглашу свой точный вес, чем назову эту позорную цифру.

— Настолько всё плохо?! Разве вес – не главная государственная тайна для старшеклассницы?

Неужели она настолько стыдится своих спортивных результатов, что готова пожертвовать тайной высшего уровня?.. М-да, видимо, с физухой у Марицуджи дела обстоят совсем печально.

— Ну, ту хореографию, что показывала Маки, ты точно не вытянешь… Боюсь, для тебя и просто быстро покружиться на месте – невыполнимая миссия.

— Х-хотя бы на это я способна! А н-ну, смотрите!

— Эй, стой! В этой униформе…

Проигнорировав мой предостерегающий возглас, Марицуджи резко крутанулась вокруг своей оси прямо в длинной, до самых щиколоток, юбке…

— Кья-я!

Издав сдавленный писк, Марицуджи абсолютно закономерно запуталась ногами в подоле и с размаху плюхнулась на пятую точку. Эпичное падение.

— О-о-о-ой… Какая же нелепость…

— Вовсе нет, это было стопроцентно в твоём стиле, Марицуджи. Исход был предрешён.

— Тогда почему вы меня не остан… Ах да, вы же пытались…

— Пытался. В основном для того, чтобы не видеть тебя в столь компрометирующей позе.

— А-а-ах, умоляю, отвернитесь, не смотрите на этот позор!.. Ах!

— …

Кажется, до Марицуджи наконец дошла вся глубина её трагедии. Она сидела на полу, неловко подогнув и слегка раздвинув колени. Длинная юбка предательски задралась, так что теперь не только её бледные бёдра, но и белоснежные хлопковые трусики предстали передо мной во всём своём великолепии.

— В-вы снова увидели моё бельё... Киёмия-сан, теперь вам точно придётся на мне жениться.

— Но я же совершенно не виноват в случившемся, разве нет?

Я бы с радостью её подхватил, но Марицуджи пустилась в этот свой безрассудный пируэт так внезапно, что не оставила мне ни единого шанса.

— И чем это вы тут занимаетесь?..

— А, Саяка.

Обернувшись, я наткнулся на её ледяной, абсолютно бесстрастный взгляд. Саяка подошла вплотную и присела на корточки прямо перед распластавшейся Марицуджи.

— Ясно. Бельё не слишком простенькое, но и без лишней вычурности – в самый раз. Зачёт.

— К-куда это вы смотрите?!

— Как старшая горничная, я обязана инспектировать и такие нюансы. Идеальный фасон призван радовать глаз Господина, не слишком распаляя при этом его низменные инстинкты.

— П-понятно... Значит, настоящей прислуге подобает уделять внимание и тому, что скрыто под униформой?

— Именно. Бери пример с меня. Смотри.

— Ой... Э-этот... розовый цвет – тоже зачёт?

— Да. Идеальный баланс: мило, но без пошлости.

Саяка, всё так же сидя на корточках перед Марицуджи, невозмутимо задрала подол собственной юбки до колен.

Эм, Саяка-сан, вообще-то с моего ракурса никакого «розового» не видно... Так, стоп, дело вообще не в этом!

— Какую же чушь вы несёте! Я ухожу к себе!

— Да-да. Завтрак почти готов, так что жду в столовой, как только приведёшь себя в порядок.

— Понял. Марицуджи, тебе определённо станет легче двигаться, если хоть немного укоротишь подол.

— Ваша правда...

Я протянул Марицуджи руку и помог ей подняться на ноги.

— ...Удивительно галантно. На практике совершить подобный джентльменский жест куда сложнее, чем кажется, знаешь ли.

— Как-никак, Киёмия-сан получил блестящее воспитание, подобающее наследнику знатного рода.

— ...

Да нет тут никакой особой галантности.

Я просто не настолько бессердечен, чтобы перешагнуть через упавшую девушку и молча уйти по своим делам.

Эх... Кто бы мог подумать, что я так адски вымотаюсь из-за вещей, совершенно не имеющих отношения к утренней пробежке.