Глава 132. 8-й ранг (Часть 1)

Тот, кто приблизился к нам с Архиепископом, был юношей с едва уловимым присутствием.

До крайности заурядное лицо, совершенно обыденная аура, непримечательная внешность.

Он выглядел настолько просто — словно человек, которого можно встретить в любой деревне или городке и тут же забыть, — что…

Стоило мне моргнуть или на миг отвести взгляд, как черты его лица тут же стирались из памяти, хотя я стоял прямо перед ним.

Это казалось чем-то большим, чем просто заурядность; в этом чудилось нечто пугающее. Но даже это чувство быстро улетучивалось.

Посреди этого неописуемого, причудливого ощущения раздался крик:

— Назад! Немедленно!

— Капитан Маркс, что вы…

— Вот почему первый ранг — это…! Неужели ты не видишь этого чертова монстра?!

«Чертов монстр?» Этот юноша?

Он выглядел не более чем безобидным и обыкновенным молодым человеком.

Безвредный и простой. Ничем не примечательный. Тот, кого забываешь. Проходящий мимо, не оставляя следа…

— …Ах, простите. Это особенное изваяние, так что ваши чувства могли прийти в замешательство.

— …Изваяние?

— Ну как вам? Неплохо, верно? Название — «Без названия». Я пытался воплотить в камне совершенно обыденное, забытое существование, настолько посредственное, что даже имя его невозможно запомнить.

Значит, это существо, которое так естественно двигалось, говорило и улыбалось, было скульптурой? Разве такое вообще возможно?

Пока я безмолвствовал от недоверия, Архиепископ обнажил свой двуручный меч и бросился вперед, заслоняя меня собой.

И затем, без малейших колебаний…

*Взмах!*

— Осторожнее! Это не самая прочная работа!

— …Проклятье.

Он обрушил тяжелый клинок. Аура меча, сформировавшаяся в мгновение ока, окутала лезвие и ударила по юноше, который якобы был скульптурой, но…

Лишившись руки, юноша продолжал непринужденно говорить. Даже выражение удивления на его лице было странно заурядным. Рука, пораженная мечом, треснула и осыпалась, словно у разбитой мраморной статуи.

Внутри обнажившегося плеча была пустота. Это определенно был мрамор, и все же он пульсировал и двигался, подобно живой коже.

…У меня разболелась голова.

— Не смотри на него прямо. Ты лишь на первом ранге, ты не сможешь сопротивляться ментальной эрозии.

— Что… что это такое?

— На этом континенте полно всякой дряни. Но есть лишь один сумасшедший ублюдок, который представляется как скульптура.

— Неужели…

— Это Скульптор. Какое чудовищное невезение.

Скульптор. Восьмой ранг, известный как величайший чудак наравне с Землемером, и один из сильнейших мастеров Империи.

Он официально числился за Империей, но был безумцем, для которого вдохновение всегда стояло выше долга. С точки зрения властей, он был самым ненадежным среди обладателей восьмого ранга и потому опасным, но из-за природы его способностей они не могли его остановить и в итоге оставили в покое.

Но почему такой человек оказался здесь?

— Хм, а вы весьма умелы. Но слишком банальны. Солдат, переживший трагедию? Это совсем не вдохновляет, сплошное клише, так что вы мне не интересны.

— Что ты здесь забыл, Скульптор?

— Возможно, когда-нибудь я и изваяю нечто столь шаблонное, как вы, но не сейчас. Не могли бы вы отойти в сторону?

Разговор не клеился. Скульптор говорил непринужденно, с улыбкой, но он явно не был заинтересован в полноценной беседе с Архиепископом.

Казалось, Архиепископ его вообще не заботил, поэтому я, будучи его явной целью, уже собирался сделать шаг вперед, но…

— Стой на месте.

— Да? Но…

— Даже разговоры с этим лунатиком — пустая трата времени.

— Но если он продолжит устраивать здесь шум…

— Ты не понимаешь? Никто не заметил, как я применил Ауру меча без разрешения в месте, где пребывает исполняющий обязанности короля.

Ах.

Теперь, когда он упомянул об этом, я понял, что это правда.

— Он сказал, что имя скульптуры — «Без названия». Заурядность, которую нельзя вспомнить даже по имени… Если это так, то весьма вероятно, что и всё окружение сейчас кажется окружающим крайне «обыденным».

— Эй, долго вы еще будете загораживать дорогу? Я начинаю терять терпение.

— Значит так…!!

*Рывок!*

Архиепископ, до этого сдерживавший Скульптора мечом, внезапно схватил меня и бросился бежать.

Окутав всё тело аурой, он быстро увеличил дистанцию, промчался через улицы, заполненные солдатами, и направился к замку, где мы встречались с наследным принцем Зиком.

— Даже с его вмешательством в восприятие, он не может удерживать людей физически. Лучше просто сбежать.

— Кажется, вы довольно много знаете о Скульпторе.

— Что ж, несколько епископов нашего культа стали его жертвами. Он доставил нам немало хлопот, заявив, что хочет создать серию скульптур «Фанатик», и даже нацелился на Лидера Культа и меня. К счастью, он потерял интерес к этой серии, так что мы выжили… но…

*Всхлип.*

Архиепископ, стиснув зубы, продолжал оглядываться в ту сторону, где остался Скульптор, не прекращая бега.

Он поддерживал Ауру меча, не ослабляя бдительности — это была умелая и отточенная реакция.

— Безопаснее всего добраться до наследного принца. Если он на моем уровне, он сможет противостоять ему.

— Но Скульптор — это восьмой ранг. Те обладатели восьмого ранга, которых я знаю…

— Конечно, они все опасны. Но Скульптор — исключение. Он —

— О? Вы кто такие?

Когда мы наконец добрались до замка, одна из горничных, поспешно переносивших вещи, посмотрела на нас с Архиепископом в недоумении.

Посторонние не могли войти без предварительной записи, но здесь появился аномальный субъект, известный как Скульптор. Используя это как предлог, мы могли бы встретиться с принцем Зиком.

— Я Карл Маркс, сопровождаю Ее Высочество Беатрис! У меня срочное дело к принцу Зику.

— Ах, так это вы! Но не лучше ли сначала стать моделью для скульптуры?

— …Что?

— Это изваяние «Чистая горничная». Оно ведь довольно недурно вышло, не так ли?

Так.

Что она только что сказала?

— Приди в себя. Карл… Маркс.

— Капитан Маркс, что происходит…

— Скульптор — самый уникальный среди восьмых рангов. Каждое его изваяние — максимум седьмого ранга, даже не восьмого. Они все еще монстры, но проблема в том, что у него нет основного тела.

— Что?

— Нет основного тела, говорите? Как грубо! Все скульптуры представляют Скульптора! Вы так не считаете?

— Разумеется, это так.

Проходящий мимо стражник…

— Истинная правда.

…пожилой мужчина с доброй улыбкой…

— Именно!

…ярко улыбающийся ребенок…

— Это очевидный факт.

…и даже солдат, похожий на офицера…

Все эти люди, внезапно окружившие нас…

…все они были изваяниями, и…

— Они все… Скульптор.

— Вот почему даже Империя не смогла его остановить. Пока его скульптуры разбросаны по всему континенту, Скульптор бессмертен.

— Как такое возможно? Вы хотите сказать, что не знали о его проникновении, хотя он зашел так далеко?

— Единственные места, где нет его работ — это Императорский дворец, где всегда дежурят восьмые ранги, Королевский дворец Акендельминос, Имперская Башня Магов и Академия Грандис. Совсем недавно в Империи был переполох, потому что дворянин в ранге графа оказался скульптурой.

— Та скульптура была позором. Нелегко создать изваяние «Высокомерный дворянин».

— Ха-ха! Верно. Трудно найти дворянина, который был бы настолько стереотипно заносчив. Было жаль потерять его после того, как я вложил столько сил в его создание.

— Разве тебе не следовало использовать более прочный материал?

— Даже в этом случае в Империи слишком много восьмых рангов, так что рано или поздно меня бы поймали!

— Ничего не поделаешь, искусство ваяния — это череда проб и ошибок.

Горничная, стражник, старик, ребенок, офицер — все они беседовали друг с другом.

Все они были скульптурами и самим Скульптором, но в то же время они не были абсолютно идентичными существами. Каждый действовал в соответствии с целью и вдохновением, с которыми был создан.

И оттого они казались еще более человечными, что внушало ужас. Я до сих пор не мог поверить, что это лишь статуи.

— О боже, мне потребовалось время, чтобы догнать вас.

Даже «Без названия», который наконец настиг нас, пока я стоял в окружении скульптур…

…казалось, мы влипли.

— Разве это не тупик?

— Проклятье. Я не знал, что его изваяния проникли так глубоко.

Что же мне делать? Стоит ли использовать мой козырь?

Я бы не колебался, но если здесь есть и другие скульптуры, кроме этих, возникнут проблемы.

Пока я размышлял…

— Так что, может, снова поговорим о ваянии? Карл Маркс, как я уже говорил, вы меня заинтересовали.

— Заинтересовал?

— Если быть точным, меня интересует ваше сердце. Я чувствую в нем нечто знакомое и неприятное. Позволите ли вы мне взглянуть поближе?

«Мое сердце?» Если подумать, он и раньше говорил, что мое сердце выглядит впечатляюще.

И если речь о сердце, имел ли он в виду Ножны Темного Меча или фрагмент священной реликвии?

«Скульптор — это проблема, но будет не меньшей бедой, если Архиепископ узнает здесь о ножнах или реликвии».

Используя козырь, я мог бы обеспечить свою безопасность, даже если противник — Скульптор. Но совсем другое дело, если Архиепископ прознает правду.

Весь Культ Желаний, включая Архиепископа и Милию, тут же нацелится на меня. Опасность — это одно, но потеря раба из финансового отдела и ценного субподрядчика — куда большая проблема.

…Эх, была не была.

— Если пожелаете, я могу стать моделью для вашего изваяния.

— Карл Маркс! Ты с ума сошел?!

— О! Я знал, что на тебя можно положиться! Тогда немедленно…

— Но разве я не должен получить вознаграждение?

— Хм…?

— Глядя на собранные здесь скульптуры, я вижу чудесные произведения. Неужели мастер, создающий искусство такого уровня, не планирует заплатить своей модели?

Я почувствовал на себе взгляд. Архиепископ смотрел на меня так, словно спрашивал: «Что этот сумасшедший ублюдок творит?»

Я мог позволить себе это безумие, потому что у меня был козырь. Если бы Скульптор, разъяренный моими словами, напал на меня, я бы использовал его и сбежал.

Архиепископ? Скульптор сказал, что он ему не интересен. А Маркс и сам мог бы давно сбежать, будь он один.

Пока Беатрис и принц Зик находились в кризисе, моя безопасность была приоритетом.

На мое бесстыдное замечание «Без названия», который до этого лишился дара речи, ответил:

— Теперь, когда я думаю об этом, ты прав. Что вы все скажете?

— «Чистая горничная» считает, что это правильно!

— «Ленивому стражнику» всё равно.

— «Добродетельный старик» полагает, что мы должны принять это со всем благодушием.

— «Невинный ребенок» просто будет улыбаться!

— «Хитрый офицер» чувствует недовольство от столь очевидной провокации, но если это во имя Скульптора, то ничего не поделаешь.

— «Без названия» слишком зауряден, чтобы иметь свое мнение. Значит, единогласно!

…А?

Это что, действительно сработало?

— Я заплачу тебе справедливую цену за работу моделью. Но, кажется, мне будет трудно расплатиться теми скульптурами, что сейчас находятся в королевстве Дельфия.

— Что вы имеете в виду?

— Подождите в мастерской вместе с остальными изваяниями! Я призову других!

Когда «Без названия» улыбнулся и махнул рукой, мы с Архиепископом переглянулись. «Ну и что теперь, сумасшедший ты ублюдок». Что нам оставалось, кроме как следовать за ними?

Мы пошли за горничной, стражником, стариком, ребенком и офицером. Стоило «Без названия» скрыться из виду, как я снова не смог вспомнить его лица.

Погодите, кажется, я что-то забывал.

«…Ах, Беатрис».

Не может быть.

Она ведь не поймет всё превратно… верно?

***

— …Сюзанна, где финансовый директор?

— Его нигде не могут найти. Как и ожидалось…

— Брат… так вот как ты решил поступить?

Беатрис стиснула зубы, выслушав отчет Сюзанны.

Финансовый директор и капитан Маркс, которые отправились на прогулку после стычки с принцем Зиком и бесследно исчезли…

Это было настолько очевидно, что она не смогла сдержать горького смешка.

— Ничего не поделаешь. Пожалуйста, свяжитесь с ним.

— Мне следует известить Его Высочество наследного принца?

— И его тоже, но…

— Да?

— Похоже, мне придется встретиться с герцогом Вэй.

— В-Ваше Высочество!

— Мне нужно поговорить с генералом Картеа. Через него я смогу связаться с герцогом.

В этой хаотичной гражданской войне…

— Подтвердить истинные намерения брата и спасти через него финансового директора — вот мой приоритет.

Беатрис…

— …Потому что королевство может быть уничтожено Безумным Драконом.

…четко расставляла приоритеты.

Помимо гражданской войны, интриг герцога Вэй, принца Зика и их планов…

Остановка Безумного Дракона была для нее задачей номер один.

***