36 Всем Первым рангам этого мира

— ...Геодезист.

— Ваше Величество, нижайше приветствую вас.

Пока Адам, сам того не желая, налаживал отношения между Драконом-Хранителем и Мечом Пространства.

В ином месте Геодезист преклонил колени.

В отличие от того, как это делал Меч Пространства, его жест был исполнен подлинной искренности.

Впрочем, сочтет ли так принимающая сторона — вопрос спорный.

— Кейнс... должно быть, это он тебя позвал?

— Всё верно. Почтенный Адам призвал меня, но я никак не ожидал встретить здесь и Ваше Величество.

— Тебя звали не от моего имени?

— Нет. У меня есть небольшая связь с почтенным Адамом, поэтому, узнав, что он находится в Имперской академии, я решил нанести визит.

Услышав ответ Геодезиста, девочка, сидевшая перед ним — Киринус, — медленно взяла себя в руки.

Ее не интересовало, как имперский восьмой ранг связался с первым рангом вроде Адама Кейнса.

Более того, Киринус боялась. Самого существования Геодезиста.

Того, кто мог лишить ее жизни легче, чем раздавить насекомое.

— Ваше Величество, я...

— Не поднимай головы.

— ............

— Потому что... я не хочу встречаться с тобой взглядом.

Дело было не в личной неприязни к Геодезисту. Скорее в том, что его сила проявлялась именно через глаза.

Способность Геодезиста измерять всё сущее в мире и даже расшифровывать его суть была, пожалуй, самой опасной среди всех восьмых рангов, даже если не использовалась в бою.

К тому же, процесс не требовал ни времени, ни усилий. Геодезисту достаточно было просто взглянуть, и не имело значения, был ли целью предмет или целое здание.

И, разумеется, люди тоже могли стать объектами этой способности.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Но, строго говоря, это был бессмысленный жест. Как восьмой ранг, Геодезист мог измерить и расшифровать всё в комнате, не прибегая к посредничеству «глаз».

Измерение взглядом было лишь вопросом удобства. Даже лишившись зрения, чувств восьмого ранга и техник измерения, отточенных за всю жизнь, ему было бы более чем достаточно.

Тем не менее, он не стал возражать, ведь это могло успокоить Киринус, пусть и совсем немного.

Геодезист знал, что Киринус до смерти боится восьмых рангов.

— Прибыв в академию, я встретил почтенного Меча Пространства. Почтенный Дракон-Хранитель здесь на правах председателя, это естественно, но я не ожидал увидеть здесь и Меча Пространства.

— .........Ясно.

Даже по текущей реакции было очевидно: Киринус, та Императрица, которую знал Геодезист, не могла быть рада сложившейся ситуации.

Прежде всего, Императрица Киринус никогда не посещала Имперскую академию. Точнее сказать, она ненавидела сюда приезжать.

Причина была проста. В академии находился восьмой ранг — Дракон-Хранитель.

Вдобавок к нему здесь оказался Меч Пространства, а теперь и сам Геодезист — итого трое. Само по себе собрание трех восьмых рангов было исключительной редкостью, но Киринус, которую тошнило от присутствия даже одного, никогда бы по доброй воле не осталась там, где их трое. Обычно она немедленно возвращалась на виллу.

Следовательно, была причина. Повод, по которому Императрица Киринус оставалась в академии даже в таких обстоятельствах.

И Геодезист, кажется, догадывался, в чем он заключался.

— Как поживает почтенный Адам?

— А, э-э?

— Я слышал от почтенного Дракона-Хранителя, что Ваше Величество весьма близки с почтенным Адамом. Как человек, также получивший от него великую милость, я не мог не поинтересоваться.

— В самом деле? Кейнс и тебе помог?

— Это была... огромная помощь. Такая, которую я не забуду до конца своих дней.

Строго говоря, помог не Адам, а духовная эссенция Лины, последнего дракона. Однако следы этого дракона так отчетливо сохранились в Адаме.

Согласно измерениям Геодезиста, Адама вполне можно было считать самим последним драконом. Следы, которые, казалось, пребывали в спячке, были сосредоточены в сердце Адама.

Даже если не брать это в расчет, Адам Кейнс был талантливым человеком, достойным уважения. Одно то, что он невредимым находился подле «того самого» Безумного Дракона, служило достаточным доказательством. И они даже состоят в отношениях?

Геодезист, лично расследовавший дело Адама Кейнса после инцидента в Западной Пустоши, не мог его не признать.

— Вот видишь, я же говорила, что это всё Кейнс! Правда ведь?

— Именно так!

— Я так и знала!

Настроение Киринус заметно улучшилось, стоило упомянуть Адама, ее собрата по первому рангу. В конце концов, в представлении Киринус они с Адамом были одним целым.

При мысли: «Это определенно заслуга Адама», ее лицо просияло. Геодезист тоже слабо улыбнулся, склонив голову перед радостью своей госпожи, но...

— ......Однако.

— Ваше Величество?

— ............

— Неужели я допустил какую-то бестактность?

— Нет, дело не в этом. Просто...

Сияющая улыбка Киринус мгновенно испарилась, сменившись отсутствующим выражением, а точнее — еще более глубоким унынием; она тихо сделала жест рукой в воздухе.

Это был знак уходить. Жест страха, слишком жалкий для императрицы, дрожащая мольба.

Увидев это, Геодезист бесшумно двинулся к выходу, втайне сокрушаясь.

— ......М-м?

И тут он смог измерить кольцо на руке, которой Киринус подала знак.

Киринус часто носила артефакты в форме колец для личной защиты, но это кольцо было на безымянном пальце левой руки. Учитывая значение этого пальца, это было странно.

На мгновение забыв о приказе госпожи покинуть комнату, Геодезист задумался, что это за кольцо.

«Неужели это...»

— Геодезист......? Почему, почему ты не уходишь?

— Прошу прощения. Я немедленно ухожу.

Когда Геодезист замешкался, Киринус, поддаваясь нарастающему страху, окликнула его; он тут же пришел в себя и покинул покой. С ее точки зрения, она могла превратно истолковать его заминку как угрозу.

И как только он вышел за дверь, то столкнулся с приближающейся фигурой.

— Почтенный Адам.

— Господин Геодезист, Ее Величество внутри?

— Разумеется. Но что привело вас сюда? Быть может, я могу чем-то помочь, чтобы отплатить за вашу доброту?

— Дело немного запутанное, так что, думаю, лучше будет услышать всё от Дракона-Хранителя и Меча Пространства.

Геодезист, собиравшийся ответить: «Понимаю», на мгновение осекся.

Причина была в том, что Адам, использовавший вежливые обращения к нему и Дракону-Хранителю, говорил о Мече Пространства крайне фамильярно, даже не добавляя уважительного суффикса.

Если подумать, когда он вошел в академию и встретил Меча Пространства, Адам, присоединившийся к ним позже, вел себя с тем совершенно непринужденно. Это походило скорее на неуважение, чем на простоту.

Не в силах понять, как всё к этому пришло, Геодезист снова склонил голову перед Адамом.

— Неужели между вами и почтенным Мечом Пространства что-то произошло?

— Всё сложно, но... если вкратце, Меч Пространства пытался меня похитить.

— Это правда?

— Я вправил ему мозги и сделал своим прихвостнем.

— ......?

Первую часть он понял, но вторая не укладывалась в голове. Поразмыслив мгновение, Геодезист осознал.

Проще было перестать думать. Следы последнего дракона в нем слишком сильны, к тому же он возлюбленный самого Безумного Дракона и при этом первый ранг — разве может он быть обычным человеком? Не было бы ничего странного, даже если бы он сделал своим прислужником кого-то посильнее.

— Понимаю. Тогда я узнаю подробности у почтенного Дракона-Хранителя.

— Мне нужно повидаться с Ее Величеством, так что я пойду.

На руке Адама, которой он махнул на прощание, было кольцо.

Не то же самое кольцо, что у Императрицы Киринус. Но ситуация была еще серьезнее. Потому что на его безымянном пальце левой руки было сразу два кольца.

Казалось, сейчас он надел перчатки, чтобы скрыть это, но от глаз Геодезиста ничего не могло укрыться. Тем не менее, решение спрятать их было мудрым. Любому было ясно, что он чертов многостаночник.

Но почему одно было артефактом, а другое — деревянным кольцом, которое было трудно даже измерить?

Если Геодезист не мог что-то измерить, вариантов было немного. Святая реликвия, Темный Меч или нечто, превосходящее восьмой ранг. Не из Мирового ли Древа та древесина?

Геодезист, чей разум за короткое время несколько раз заходил в тупик, и на этот раз сделал мудрый выбор.

Проще было сдаться.

— Ваше Величество, я вернулся.

— Ке-Кейнс! Я ждала тебя! Я ведь хорошо справилась, правда?!

— Как и ожидалось от Вашего Величества!

— Хе-хе, хе-хе. И это кольцо... спасибо тебе.

Посему.

Даже если он знал, что Адам играет не на два фронта, а на три.

Проще было просто махнуть рукой.

*

Даже такому занятому человеку, как я, из-за событий в Имперской академии требуется время на исцеление души.

Конечно, по сравнению с днями в академии Грандис это лишь капля в море, но человеческая душа непостоянна. Тем более, раз уж я планирую когда-нибудь вернуться, нужно хорошенько отдохнуть, пока есть возможность.

Так чем же я занимаюсь в часы исцеления? Чтением? Отдыхом? Сном? Или, быть может, хобби?

Ничем из перечисленного. Разве можно этим исцелиться? Исцеление — это, в конечном счете...

— Кейнс, у меня отличное настроение! Это мой подарок тебе!

— Ваше Величество, разве это не тот артефакт, который вы носите? Такая драгоценная вещь...!!

— Это не имеет значения! Ведь это подарок от меня Кейнсу!

— Ваше Величество!

Зарабатывание денег.

Конечно, сбор взяток в академии — это тоже доход, но с Киринус всё было гораздо проще, так что это было ближе к терапии. Ощущение, будто трясешь копилку, набитую монетами.

Из-за этого Дракон-Хранитель иногда смотрит на меня с подозрением, но я никогда не считал Киринус простофилей.

Потому что я четко осознаю приоритеты.

«Взятки, злоупотребление властью и налаживание связей — всё это важно, но...»

Куда важнее сама Киринус. Всё то влияние и власть, которыми я сейчас наслаждаюсь, проистекают из благосклонности Киринус.

Если бы моим покровителем не была Императрица, Дракон-Хранитель давно взял бы меня в заложники, чтобы выманить председателя. Нет, еще раньше Почетный Император попытался бы использовать меня по полной программе.

В этом и заключается печаль бессильного первого ранга. И хотя Киринус тоже первого ранга, она — Императрица.

Сейчас может показаться, что милость Киринус ко мне безгранична, но, как и моя потребность в отдыхе, человеческие чувства изменчивы. Если я не буду возвращать столько же тепла, сколько получаю, неизвестно, как Киринус на это отреагирует.

Поэтому время наедине с Киринус — это одновременно и отдых, и самый напряженный момент.

— Как и ожидалось от Вашего Величества. Но Ваше Величество, как я, ваш соратник по «первому рангу», могу принять артефакт, защищающий ваше тело?

— Ке-Кейнс.

— Вы ведь носите кольцо, которое я вам подарил?

— У-угу! Конечно!

— Это не артефакт, но в этой вещице заключено мое сердце. Если вы действительно хотите чем-то меня одарить, достаточно будет и обычных украшений.

— Кейнс...! Хорошо, я так и сделаю!

Что ж, теперь, когда я привык обращаться с Киринус, стало легче.

Благодаря этому я смогу получать драгоценности вместо артефактов, которые трудно сбыть за наличные. Чтобы продать артефакт такого уровня, пришлось бы звать гнома, а я слышал, что восстановление их города только-только подходит к концу.

Кстати, почему она носит кольцо на безымянном пальце левой руки? Это ведь не значит то, о чем я думаю? Я ведь могу тебе доверять?

— Но я всё равно хотела подарить тебе что-то получше, если возможно. Ювелирные изделия — это слишком банально.

— Неужели вы не чувствуете те чувства, что я вложил в это кольцо?

— А? Ой, нет! Очень даже чувствую! Сердце товарища, который думает обо мне и беспокоится...

Я и вправду много думал и беспокоился. О цене.

Оно стоило так чертовски дорого, что я вложил всю душу в попытки сбить цену, так что неудивительно, что она это почувствовала.

— Поэтому драгоценностей Вашего Величества мне более чем достаточно. Ведь главное — это ваши чувства.

— Кейнс!

Главное — это рыночная стоимость этих драгоценностей. Раз их дарит Императрица, они не могут быть дешевкой.

Конечно, даже если не брать это в расчет, я был искренен, когда покупал подарок для Киринус. С появлением в академии Дракона-Хранителя, Меча Пространства и Геодезиста Киринус в последнее время пребывает в постоянной тревоге.

Учитывая ее травму, связанную с восьмыми рангами, она, вероятно, хочет покинуть академию сию же секунду. Раз уж я всё это заварил, мой долг — утешить Киринус.

Посему.

— ......Послушай, Кейнс.

— Да, Ваше Величество.

— Ты не мог бы... прекратить это?

— Простите?

— Общаться с этими типами восьмого ранга...

Словно она долго колебалась, прежде чем наконец решилась произнести это.

На слова Киринус.

— Давай... прекратим. Мне страшно.

— Ваше Величество, я защищу вас...

— Я не о себе. Конечно, мне тоже страшно, но куда страшнее то...

— .........

— ......Что они могут причинить тебе боль, Кейнс.

Я.

Не смог ответить сразу.

***