43 Горный Король

В то время как Адам, Люз и Хлоя противостояли Кассандре.

В секторе исцеления царил сущий хаос.

— А! Найден раненый! Как я и думал, в подобных случаях незаменим отвар из корня чириля и ягод капи! Причем корень чириля нужно истолочь ровно тринадцать раз, а от ягод капи взять исключительно семена!

— Магический круг жизни... он ведь чертится именно так... верно?..

— Я вознесу молитву Богине, дабы раны затянулись.

Если быть точным, это был хаос, порожденный экзаменом.

Студентов, прибывших на практику в лекарское крыло, оценивали по тому, как они применяли изученную исцеляющую магию. Гвардейцы, предупрежденные командиром Первой дивизии, притворялись ранеными и вместе с профессорами сектора выставляли баллы.

— Использовать только семена ягод капи — решение верное, однако следовало удалить их кончики, чтобы целебные свойства раскрылись в полной мере. Девяносто баллов.

— Сам круг жизни начерчен верно... но если на его сотворение уходит десять минут, не проще ли перенести раненого в храм с помощью магии перемещения? Пока что шестьдесят баллов.

— Пусть я и жрец Церкви Богини, но даже мы не уповаем на одни лишь слепые молитвы. Ноль баллов.

Впрочем, как и следовало ожидать, гладко экзамен проходил далеко не везде. Все-таки эту проверку спешно навязали решением Председателя, внявшего уговорам министра финансов.

К счастью, кое-какие приготовления велись, поскольку настоящий экзамен планировался лишь через две недели, так что дело со скрипом продвигалось, однако некоторые методы лечения оценке не поддавались в принципе.

— Перелом левой ноги, такова вводная, ясно.

— Верно. Каковы ваши действия в данной ситуации?

— Для начала я сделаю надрез.

— ...Что? Нет, стойте! Вы что творите?!

— Да? Но ведь Великий маг учил нас именно такой хирургии...

— Перелом — это лишь вводная! Не надо по-настоящему резать плоть!

Такова была участь студентов, которые вместо магии жизни перенимали у Великого мага искусство хирургии, анатомии и препарирования.

— Профессор Карлайл, как нам поступить? Напасть на то гигантское чудовище прямо сейчас?

— Не мели чуши.

— Но ведь согласно вашему учению, профессор, уничтожение врага — это и есть лучшее исцеление...

— Это правило работает, только когда оцениваешь силы противника. К тому же... мастера 8-го круга уже выступили вперед под предлогом «сдерживания иллюзии», так что вмешательство студентов выйдет за рамки экзамена.

— Что же нам тогда делать?

— Пока рассредоточьтесь и охраняйте сектор исцеления. Если покажется враг, примените те медицинские навыки, что успели освоить.

— Слушаемся!

— ...Проклятье.

То же касалось и учеников, перенимавших у архиепископа Карлайла искусство истинного исцеления (физического воздействия).

Поскольку эти две группы оценить было решительно невозможно, обделенные вниманием студенты пребывали в растерянности и глухом недовольстве, намереваясь сразу после экзамена подать жалобу в учебную часть.

Впрочем, Карлайла грядущие последствия заботили мало.

«И это они называют иллюзией?»

Быть того не могло. Должно быть, эту ложь пустили лишь ради того, чтобы избежать паники среди преподавателей и учеников.

Наверняка все, кто находился на одном уровне с Карлайлом — на 7-м круге, — думали сейчас об одном и том же.

А именно.

«Это чудовище при желании сотрет всю академию в порошок».

Даже если бы вперед вышел сам Карлайл, сильнейший в нынешнем Ордене Желаний, он не сумел бы даже выиграть время. Если само существование твари попирает здравый смысл, то это определенно монстр 8-го круга, о которых ходят лишь легенды.

Даже великая империя-гегемон содрогается при появлении хотя бы одного такого создания, и разве не монстр 8-го круга в свое время уничтожил прежнюю сверхдержаву — Священное Королевство?

В ином случае Карлайл бежал бы отсюда без оглядки, но...

«...Госпожа Верховный лидер».

Руководство Ордена Желаний уже перенесло свою базу в укромный уголок сектора исцеления по приказу нового Верховного лидера, Люз Сперо. Прежний глава, заместитель министра финансов, несказанно радовался возможности снискать покровительство Безумного Дракона.

Иными словами, все, что Карлайл обязан был защищать, теперь находилось в стенах этой академии.

Бежать было некуда, оставалось лишь стоять насмерть.

«Жаль, что мне так и не доведется начистить рыло этому Карлу Марксу».

Раз уж все так обернулось, Карлайлу, чьи навыки даже не смогли оценить, ни за что не получить право на проведение старшей лекции. Мысль глупая, но только подобный абсурд и помогал ему хоть немного унять грызущее изнутри напряжение.

И все же, пусть выиграть время он не мог, архиепископ Карлайл оставался истинным мастером 7-го круга. Если не брать в расчет Безумного Дракона, во всей академии он уступал разве что командиру Первой дивизии да декану Билленду.

Тем не менее, Карлайл не спешил вмешиваться. И вовсе не от страха или желания подыграть лжи об «иллюзии».

Просто...

«...Если я влезу, то умру».

Исполинский монстр 8-го круга, медленно приближающийся издалека.

И неосязаемая энергия, поднимающаяся навстречу, готовая поглотить эту громадную тушу, — Карлайл отказывался верить, что все это была лишь чистая ки. Не верилось, что пропасть между ним и существом, способным на подобное, составляла всего один круг.

Карлайл горько, обреченно усмехнулся.

Похоже, за всю свою жизнь ему так и не суждено достичь 8-го круга.

*

Горный Король.

Каждому монстру 8-го круга дают прозвище. Порой разумные твари нарекают себя сами, но чаще всего имена им придумывают обитающие на континенте расы, включая людей.

Имя — это всегда предостережение. Оно указывает на природу чудовища и предупреждает о грозящей гибели. Если учесть, что прозвища великих существ отражают их суть, становится ясно, насколько ужасны создания 8-го круга, чьи имена рождаются исключительно из первобытного страха.

Причина же, по которой этот колоссальный слайм звался Горным Королем, была предельно проста.

Он действительно был величиной с гору.

— Солнца не видать.

— Я уже сомневаюсь, не наступила ли ночь на самом деле.

Пробормотал Скульптор, и Владыка Демонов подхватила его слова. Это не было шуткой: исполинская туша Горного Короля отбрасывала столь огромную тень, что вокруг и впрямь воцарился полумрак.

Сами его масштабы подавляли волю сильнее любого страха. Раскалывать горы, сокрушать вершины — в древних преданиях так часто описывали заклинания или артефакты, но ни одно из них никогда не совершало подобного наяву.

То были лишь метафоры, призванные подчеркнуть сокрушительную мощь.

Однако теперь, когда сказку предстояло воплотить в реальность, Владыке Демонов, Беатрис, оставалось лишь горько усмехнуться.

— Сильные монстры попирают законы природы.

— Матерь Древо Мира однажды поведала мне о тебе, Друид. Она говорила, что ты обрела силу, будучи в теле зверя.

— Большое Древо говорило обо мне?

— Судя по тому, что ты зовешь Матерь «Большим Древом», о твоем происхождении нетрудно догадаться. И все же ответь: я и сама презираю эту тварь, но почему ты считаешь, что она нарушает естественный порядок вещей?

— Сильные чудовища рождаются в борьбе за выживание, и я уважаю их. Но этот монстр — иной.

— Иной?

— От него исходит зловоние великого, но павшего существа... Я чую, что его сотворили искусственно. Он рожден не природой, он существует вне ее законов. Мне претят искусственные чудовища.

— Любопытные слова. Интересно, ведает ли об этом Отчим?

В отличие от людей, зверь и эльф полагались на инстинкты. Друид пылала чистой ненавистью к Горному Королю, а Великий маг эльфов, хоть и не питала к нему личной обиды, пребывала в предвкушении, ведь перед ней предстала тварь того же ранга, что когда-то сожгла Матерь Древо Мира.

Скульптор, Владыка Демонов, Друид, Великий маг.

Легендарные личности, способные в одиночку вести за собой целые государства или тайные ордены, сошлись воедино. Прознай об этом правители континента, их охватил бы ужас перед возможностью мгновенного свержения любой империи.

Впрочем, столь могущественные сущности 8-го круга рождались слишком редко и, как правило, не жаловали общество друг друга.

— Я заберу часть этой туши для скульптур. Не лезьте под руку.

— Прекрасно, но помни наказ министра финансов. Мы разнесем его в щепки, так что добывай свои материалы сам.

— Я и сильный монстр. Выживет сильнейший.

— Интересно, есть ли у него глаза?.. Должен же быть какой-то орган зрения, думаю, стоит поискать его.

Они даже не пытались договориться о совместных действиях. Но этого и не требовалось.

Четверо мастеров 8-го круга растворились в воздухе, словно испарившись.

Хру-у-уст!

Жуткий треск эхом прокатился по всему телу Горного Короля.

[───!!]

Не имея голосовых связок, Горный Король содрогнулся всем своим исполинским телом вместо крика. Одно это движение породило ураганный ветер и заставило землю содрогнуться, однако мастерам 8-го круга, планомерно уничтожавшим чудовище, было плевать на последствия.

— Хм, вот эта часть подойдет.

Скульптор вонзил резец и замахнулся киянкой, откалывая куски от плоти Горного Короля вопреки всем законам физики. Склизкое тело гигантского слайма должно было спружинить, сведя на нет физический удар, однако инструменты Скульптора таили в себе непостижимую силу.

Пока Скульптор кромсал плоть монстра, по всему телу Горного Короля вспыхнули всполохи магии.

— Хм, похоже, перепады температур ему нипочем. Действительно, чудовище 8-го круга...

Владыка Демонов, впервые в истории континента подчинившая себе первозданную магию природы, одним лишь движением пальца сотворила десятки заклинаний, на которые у магов 7-го круга ушли бы долгие часы.

Пламя и лед расцветали и сплетались воедино; несовместимые стихии и температуры отторгали друг друга, порождая разрушительные взрывы прямо на туше Горного Короля.

Великое волшебство, способное каждым ударом стирать с лица земли крепости, обрушилось на монстра десятки раз в мгновение ока.

— Враг природы, вернись в прах.

Друид более не сохраняла облик человеческой женщины. Она слилась с содрогающейся землей: лишь ее верхняя половина возвышалась над почвой, тогда как нижняя растворилась в самой природе.

На равнине буйно расцвели цветы, устремились ввысь деревья, а из земли стали сотворяться звери и глиняные чудовища.

Зверь, некогда почитаемый как божество, становился сильнее по закону естественного отбора, пока наконец не превзошел рамки собственного вида и не достиг 8-го круга.

Друид лишь исполняла свой извечный долг.

— Похоже, глаз у него и вправду нет.

Самым чужеродным среди них казался Великий маг эльфов. В отличие от остальных мастеров 8-го круга, она безучастно восседала на земляном холме, поднявшемся наподобие трона, словно лишенная всякого интереса к происходящему.

Но и этого было достаточно.

Взмах ресниц.

Взмах, взмах, взмах, взмах.

В воздухе вокруг Великого мага соткались бесчисленные очи. Глаза самых разных размеров, с причудливыми зрачками и радужками, хаотично моргали, наливаясь кровью и роняя багровые слезы.

Зрачки самой эльфийки раздвоились, и в мгновение ока вокруг нее выросла стена из сотен парящих глазных яблок.

Взгляд Великого мага, разделившийся на сотни зрачков — ровно по числу призванных очей, — синхронизировался с каждым парящим глазом.

— Ради Матери Древа Мира и Отчима.

Вспышка!

Каждое око исторгло свое уникальное заклинание, обрушив на врага шквал из сотен разнородных чар.

[────!!!]

Горный Король заворочался, содрогаясь от боли под натиском четырех мастеров 8-го круга. Его движения казались медлительными, но при масштабах целой горы любая неповоротливость с лихвой компенсировалась колоссальной массой и площадью поражения.

Горный Король, доселе напоминавший полусферу, раздался вширь, стремясь раздавить все живое вокруг. В этом не было изящества магии, власти над природой или способности попирать законы физики силой искусства. Лишь первобытная, подавляющая масса и вес, обрушившиеся на мастеров 8-го круга.

Горный Король не был беззащитной грушей для битья. Если подняться на вершину и ударить по ней молотом, разве можно сказать, что ты бьешь гору? Это лишь царапина на камне. Можно раскрошить землю и расколоть валуны под ногами, но для всей горы это останется ничем.

Разумеется, атаки 8-го круга превосходили простые удары молота и походили скорее на ковровую бомбардировку, но даже так стереть гору с лица земли — задача не из легких. Тем более если эта гора яростно сопротивляется.

Сражайся с ним один мастер 8-го круга, он не смог бы нанести существенного вреда, даже если бы осыпал тварь ударами целыми днями. Священный рыцарь Священного Королевства погиб не потому, что уступал Горному Королю в открытом бою, а просто потому, что исчерпал все силы на атаки и не сумел заблокировать один-единственный ответный выпад.

Существует поговорка: «Глупый старик сдвинул гору». Она дарует надежду на то, что усердием можно одолеть даже самую непосильную преграду.

Однако люди часто забывают, что ради этого приходится буквально положить всю свою жизнь.

Вот почему даже четырем мастерам 8-го круга следовало приготовиться к изнурительной, затяжной войне на истощение.

— И ты посмел притащить свое грязное тело к нашему с министром финансов дому───

Горный Король не знал. А если бы и знал, поделать все равно ничего бы не смог.

Как уже говорилось, в отличие от титулов великих мастеров, прозвища монстрам 8-го круга дают из страха и в качестве предостережения. И это доказывало, что хоть мастера и чудовища формально принадлежали к одному рангу, между ними пролегала непреодолимая пропасть.

Но порой, в редчайших случаях...

Даже среди мастеров 8-го круга рождаются аномалии.

Те, кто не просто превзошел пределы своей расы на 8-м круге, но обладает талантом и силой двигаться дальше.

Те, чьи имена вселяют ужас и служат предостережением, пусть сами они вовсе не монстры.

— ...Проваливай обратно в ад, тварь паршивая.

Безумный Дракон, он же Мясник.

Мастер боевых искусств 8-го круга, чье имя было соткано из ужаса и трепета, сжал кулак.

И...

Гро-о-охот──!!!

Волна ки, когда-то раздавившая командира рыцарей прежнего Ордена Желаний подобно букашке, взметнулась ввысь.

Энергия, уступавшая Горному Королю в размерах, но достаточная, чтобы сокрушить его, сгустилась, приняв форму гигантского кулака.

И этот кулак, разросшийся до размеров, способных снести горный пик, пришел в движение.

— Цыц, мой материал для скульптуры...

— И это ты называешь «ослаб»?

— Сильный человек. По-прежнему силен.

— Кажется, Безумный Дракон настроен весьма решительно.

Мастера 8-го круга не привыкли действовать сообща, но порой даже они уступают силе, превосходящей их собственное могущество.

Словно сговорившись, все четверо отступили назад, испытывая смесь досады, восхищения, безразличия и смирения.

[───!?]

Звук исчез. Желеобразное тело Горного Короля поглотило даже грохот и ударную волну, которые должны были сотрясти небеса.

Впервые в своей жизни Горный Король ощутил, что его подавляет нечто, превосходящее его как в силе, так и в массе.

И осознал.

[───!!!]

Нужно выложиться без остатка.

— Это еще что...

— Началось. Вот она, истинная суть твари по прозвищу Горный Король.

Неспособное удержать форму под сокрушительным ударом кулака Безумного Дракона, тело Горного Короля распалось на множество частей. Эти фрагменты, сжавшись до человеческих размеров и напоминая миниатюрные копии монстра, начали обретать очертания.

Священный рыцарь в сияющих белоснежных доспехах.

Монахиня с плетью в руках.

Инквизитор с крестом за спиной.

Престарелый первосвященник.

Мечник, сжимающий священный клинок.

Столкнувшись с пятью противниками 8-го круга, Горный Король призвал в ответ пять собственных марионеток того же ранга.

Но прежде чем мертвецы, обращенные в послушных кукол и сохранившие былую прижизненную мощь, успели сделать хоть шаг...

— Выдержал один удар? Ладно, признаю. Среди тварей 8-го круга ты далеко не самый слабый.

И следом:

— Посмотрим, как ты перенесешь второй.

[────.]

Несмотря на то, что он уже придавил Горного Короля исполинским кулаком из чистой ки...

У любого бойца всегда есть второй кулак. И Безумный Дракон сотворил еще одну лавину энергии.

Обрушив ее вниз без малейшего колебания.

Гро-о-о-охот!!!

С гулом, подобным падению метеорита, Горный Король был стерт в порошок.

...Вместе со всеми призванными им марионетками 8-го круга.

Без исключения.

***