46 Министр финансов Адам Кейнс

В обители мертвых, средь могильных плит, взревел стальной дракон.

То не был истинный Драконий Рев, подавляющий саму жизнь одним своим отзвуком, но в этом грохоте таилось не меньше мощи и властного величия.

Лина заставила Кассандру исказиться в яростной гримасе и вперить полный ненависти взор в Рут.

— Если бы не ты, проклятый регрессор!..

— Не твоя ли это вина, раз ты не способна одолеть даже меня?

Разумеется, Кассандра не собиралась безучастно взирать на то, как божество-покровитель возносится к девятому классу; она отчаянно пыталась прорваться, меча колдовские копья и спиральные клинки, стремясь подобраться ближе и раздавить врага.

Однако Рут, разгадав мой замысел, полностью сосредоточилась на обороне, намертво связав Кассандру боем. Сколько бы та ни регенерировала, сколько бы ни восставала из мертвых, ей не подобраться к божеству, пока голова слетает с плеч, а сухожилия на ногах перерублены. Осознавая свою задачу, Рут без устали являла чудеса фехтования, отточенного бесчисленными витками регрессии и горьким опытом.

Переняв мастерство у самого Пространственного Меча и безраздельно владея мощью Тёмного Меча, Рут в боевом искусстве давно превзошла даже мастеров седьмого класса.

Но главное — в её движениях не было ни капли сомнения.

<Изрядное мастерство, а? Даже в мои времена подобных мечников можно было пересчитать по пальцам.>

— Вы...

<Поймешь ли ты, если я назовусь последним драконом? Что ж, я лишь ящер, который тайно поселился в её сердце.>

— Так или иначе, вы ведь на стороне господина министра финансов?

<Разумеется.>

— Тогда этого достаточно.

Даже Лина признала талант Рут, однако та осталась безучастна к похвале, лишь крепче сжав Тёмный Меч и продолжая методично рассекать плоть Кассандры.

Видя это, Лина одобрительно качнула стальной головой, искренне довольная её настроем.

<Совсем еще дитя по человеческим меркам, а ведь насколько благороднее этого ублюдка Юлиуса, не нахожу?>

— Она — владелица Тёмного Меча, о котором вы рассказывали мне давным-давно.

<Тёмный Меч? То-то я чувствую знакомый след... Так он существует на самом деле? Увидь его тот старый ворчливый гном, он бы точно рассудком тронулся.>

— Вот как?

<Ему ведь так и не удалось выковать для него ножны. Будто только вчера он сокрушался и кричал, что непременно преуспел бы, узри он оригинал собственными глазами. Значит, эта смертная и есть регрессор?>

— Всё верно.

<Регрессия... Прошло от силы несколько лет, но её владение клинком поразительно. И ведь при этом она обделена искрой гениальности.>

Лина зрила в корень: Рут никогда не была гением. Она являлась главной героиней этой истории, но сие не делало её одаренной или непобедимой от природы.

Напротив, Рут выделяли лишь её несгибаемая воля и титанический труд.

В первой своей жизни она прошла через сущий ад, проделав изнурительный путь, чтобы остановить меня в тот самый день, когда я предал континент огню.

Да и во второй раз, пусть силы и покидали её, а тело едва держалось, она так и не отступилась.

«Если учесть, какую цену берет Тёмный Меч, это поистине невероятно».

Пускай она не была безупречным, всеведущим регрессором. Вопреки пережитому опыту, Рут поразительно многого не знала; она действовала вслепую, даже когда запускала лавину событий вокруг Соляной шахты. К тому же ей так и не удалось подняться до восьмого класса.

И всё же именно она оставалась героем, стремившимся спасти этот мир, грядущее и меня самого.

Героем и истинным средоточием этого мира.

— Прошу тебя, помоги Рут. В бою от меня мало толку.

<Предоставь это мне.>

Тяжелый металлический лязг.

Стальной дракон и воительница Тёмного Меча встали плечом к плечу.

Кассандра не могла одолеть Рут, даже когда та сражалась в одиночку. Тень отчаяния на мгновение скользнула по её лицу, но...

— ...Ха-ха-ха. Верно. Быть того не может.

— К чему ты клонишь?

— Ты, последний дракон. Не знаю, каким чудом ты восстала из небытия... но ведь ты не полноценный девятый класс, верно?

<............>

— Подумать только, ведь всё очевидно. Даже собравшись втроем, вы, существа девятого класса, не смогли сотворить артефакт своего уровня, подобный Тёмному Мечу, не так ли? С чего бы теперь, когда эти ничтожные ошметки вновь сошлись вместе, родиться истинному девятому классу?

Кассандра зашлась безумным хохотом. Словно отыскав лазейку в глухой стене безысходности, она смеялась исступленно, являя миру всё свое маниакальное упрямство.

— А значит, у меня есть шанс! Достаточно лишь сжить вас со свету! И тогда ничто больше не преградит мне путь к грядущему!!

Брызнула багровая кровь!

Кассандра полоснула себя по предплечью, разбрызгивая алую влагу. Магия крови пробудилась мгновенно, соткав из багряных струй десятки чародейских копий и кружащихся спиральных клинков.

Одновременно с этим её кровь устремилась к едва восстанавливающемуся бледному силуэту, постепенно вылепливая очертания исполинской фигуры.

<Регрессор, бьемся порознь!>

— Главное — защитите господина министра финансов.

Лина и Рут одновременно бросились в разные стороны. Стальное тело взмыло ввысь, а Рут, окутанная тенью Тёмного Меча, растворилась в ночном полумраке.

В лобовом столкновении одолеть их было непосильной задачей. И потому Кассандра прибегла к совершенно иной тактике.

— Умрите!!!

Грохот сотряс землю!

Направив лавину копий и спиральных клинков, она принялась слепо и неистово засыпать ударами всё вокруг.

Из непрекращающегося потока крови без конца рождалось всё новое оружие. Кассандра выплескивала последние силы в этом безумном неистовстве, стремясь выжечь саму возможность приблизиться к ней ураганной огневой мощью.

В мгновение ока всё пространство заполнилось багровыми клинками. Земля уходила из-под ног, и в этой сумятице Лина среагировала первой.

<Сегодня я свершу свою месть! Неудавшееся ты творение!>

Тяжелый скрежет.

Стальной дракон сделал глубокий вдох. Вопреки тому, что её искусственному телу не требовался кислород, она втянула колоссальный объем воздуха вместе с разлитой в атмосфере маной.

Внешне ничего не изменилось, но стальной остов наполнился бурлящей первородной силой.

Поскольку она сохранила облик дракона, её сильнейший прием остался неизменным.

Причина, по которой драконов величали венцом творения и сильнейшей из разумных рас, крылась вовсе не в их мудрости, магии или физической силе, а в одной-единственной абсолютной власти.

Дыхание, исторгаемое драконом во всю мощь его легких, способно испепелить мага седьмого класса, даже если это пламя всего лишь незрелого детеныша.

И пусть ныне её сила была неполной, этот удар наносило существо, уже ступившее одной ногой на ступень девятого класса.

— Это же...?!

Этого пламени хватило, чтобы обратить в пепел весь частокол кровавого оружия, воздвигнутый Кассандрой.

Кровавые клинки испарились без следа. В воздухе повис удушливый запах гари и железа, пока Кассандра раз за разом сгорала дотла в бушующем вихре разрушительного жара.

— Дра... кон...!!

<Куда слабее, чем в былые времена, но каково тебе? Не слишком ли горячо?>

— Паршивая недоделанная ящерица!

Обугленная до костей Кассандра вновь восстала из пепла, пытаясь сотворить новые копья и мечи, однако из её ран больше не пролилось ни капли.

Ипепеляющее дыхание Лины иссушило саму кровь в её жилах, намертво прижигая раны яростным пламенем.

Лишь теперь Кассандра, разгадавшая чужой замысел, в ужасе распахнула глаза.

Резкий росчерк!

— Кх-ах?!

— Раз уж ты не умираешь, сколько бы тебя ни кромсали...

Рут, выждав идеальный момент в тени, одним точным ударом снесла Кассандре голову.

— ...я буду резать тебя снова и снова, пока ты не испустишь дух.

— Как ты смеешь, ничтожная регрессорская девка!

— Но если ты сдохнешь от рук этой ничтожной девки, то кто из нас истинное ничтожество?

— Я убью тебя!!

Кассандра, обезумев от ярости, полоснула по собственному телу. Брызнувшая кровь тотчас обратилась в смертоносное оружие, нацелившееся на Рут со всех сторон.

Но Рут не поддалась панике, в её душе не было места суете. Напротив, её разум оставался кристально чистым.

Пусть во второй жизни ей редко доводилось сталкиваться с подобным, в первом цикле такие схватки были её обыденностью.

Не проходило и дня, чтобы она не обнажала клинок, не было дня, чтобы его сталь не омывалась чужой кровью.

И сегодняшний день ничем не отличался от прочих.

Лязг клинков!

Магия крови коварна и вязка. Недостаточно просто отразить удар — пролитая влага вновь собирается воедино, меняет форму и нападает из засады, изматывая жертву.

Копье обращается в спиральный клинок, клинок вырастает стеной, стена свивается в тяжелые цепи, а те вновь оборачиваются острыми копьями.

Этому багровому арсеналу не было числа — десятки, сотни орудий. Прежняя Рут из первого цикла едва ли совладала бы и с парой подобных атак.

Но нынешняя Рут стояла на совершенно иной ступени мастерства.

— Я... главная героиня этого мира.

Рут прошептала заветные слова, что всегда даровали ей силы, заставляя подниматься на ноги, когда хотелось лишь упасть и сдаться.

Отражая яростный натиск Тёмным Мечом, она упрямо шагала вперед.

По ходу битвы её удары становились всё стремительнее. С каждым взмахом она крепла, с каждым шагом оттачивала движения.

Сама того не замечая, она очутилась перед незримой лестницей. Ступенями, что вели за пределы расовых ограничений, позволяя вознестись на новую высоту.

«...Ах».

Отразить абсолютно всё было невозможно. Она намеренно пропускала те удары, что могла выдержать, не обращая внимания на мелкие порезы, покуда те не несли смертельной угрозы.

Вскоре она вся оказалась омыта багрянцем. Опасных ран не было, но кровь, сочившаяся из бесчисленных порезов, густо покрывала её тело. И уже невозможно было разобрать, где чужая кровь, а где её собственная.

В этот миг Рут отчетливо осознала.

Еще немного — и она сумеет взойти на восьмой класс.

— Кх...?!

Изумленное лицо Кассандры, безмолвно вопрошавшее, почему эта девка всё еще жива, слилось в сознании Рут с очертаниями заветной лестницы. Снеси она эту голову — и путь наверх будет открыт.

Но одновременно с этим Рут поняла и другое.

Лязг!

— ...?

Кассандра ошеломленно уставилась на Рут, которая вдруг прекратила натиск и стремительно разорвала едва сокращенную дистанцию.

<Куда это ты смотришь?>

— Паршивая ящерица!

Кассандра вновь обрушила магию крови на Лину, не упустившую возможности атаковать сверху. Благодаря этому у Рут выдался краткий миг передышки.

И этого времени хватило, чтобы заглянуть в собственную душу.

«Если я продолжу, то непременно достигну восьмого класса».

Восьмой класс — это колоссальное могущество. Она встанет в один ряд с величайшими воителями континента, сделается во много крат сильнее. Ей покорится та же вершина, на которой стоял Пространственный Меч, некогда казавшийся недосягаемым в землях Мирового Древа.

Однако...

«Какой прок от восьмого класса в нынешнем положении?»

Пространственный Меч и прочие великие мастера восьмого класса, превосходившие её во всем, так и не смогли одолеть Кассандру. И то, что сейчас Рут удавалось теснить врага, обуславливалось вовсе не превосходством в силе.

Иными словами, даже если она совершит этот прорыв...

...в их противостоянии с Кассандрой это ничего не изменит.

«Так мне её не победить».

Лина лишь выигрывает время. Её драконье пламя и мощь незавершенного девятого класса, бесспорно, велики.

Но даже этого мало, чтобы оборвать жизнь Кассандры. Прямо сейчас бледный силуэт вновь обретает плоть, и стоит этому «успешному творению» возродиться в полную силу, исход битвы станет предрешен.

Простое затягивание времени бессмысленно. Оно лишь играет на руку Кассандре, даруя ей драгоценные секунды.

Нужен иной путь.

Способ раз и навсегда уничтожить существо, ставшее едва ли не концептуальной сущностью.

«...Но как?»

Будь Рут способна с ходу измыслить подобное решение, она не плелась бы в самом хвосте списка успеваемости Академии в своей первой жизни.

«Если в этом мире и впрямь существует тот, кого зовут главным героем...»

Разве не должен он находить выход из любого, даже самого безнадежного тупика?

Разве не его удел — творить ответы там, где их изначально не существовало?

Рут понимала: эта роль ей не под силу. Она была регрессором, владелицей Тёмного Меча, воительницей на пороге восьмого класса — но творить чудеса из ничего она не умела.

Но был тот, кто мог.

Единственный, кому это под силу.

— ...Господин министр финансов, вы слышите меня?

— Рут? Как ты... откуда этот голос?

— Это обычная телепатия при помощи ци. Знаю, вам сейчас не до того, но мне нужно кое-что сказать вам.

— Да нет... вообще-то, сражается Лина, а я просто сижу в стороне, так что я не занят. Но что стряслось? Ты вся в крови... Тебя ранили?

Слыша искреннюю тревогу в голосе министра финансов, Рут кротко улыбнулась. Улыбнулась, прекрасно понимая, насколько неуместна эта улыбка посреди кровавой бойни.

Адам, её министр финансов, всегда был для нее именно таким человеком.

Тем, один лишь разговор с кем заставлял улыбаться в самые темные времена; тем, кто одним своим присутствием даровал абсолютную уверенность в том, что любой узел будет распутан.

Да.

Он мог разрешить любую невзгоду и сотворить ответ из пустоты.

— Господин министр финансов, нам так не победить. Даже если последний дракон выложится без остатка, а я взойду на восьмой класс, это ничего не решит. Нам нужна иная переменная.

— ...Рут? Почему ты вдруг заговорила об этом?

— И я верю, что этой переменной станете именно вы.

Господин министр, знали ли вы?..

— Вы как-то сказали мне, что я — главная героиня этого мира.

— Рут? Рут!..

— Но главным героем моего собственного мира... всегда были вы.

А потому — прощайте.

Мой самый любимый человек.

Острый стальной клинок с глухим хрустом пробил грудь.

Рут вонзила Тёмный Меч в собственное сердце. То был единственный способ расторгнуть нерушимый контракт с оружием.

Чтобы у Тёмного Меча сменился господин, прежний владелец должен был умереть.

Рут лучезарно улыбалась, чувствуя, как угасает, истончаясь, её связь с клинком.

— Рут?! Что ты творишь?!

— Господин министр финансов...

— Рут! Приди в себя! Слышишь?!

— Позволено ли мне теперь... обратиться к вам...

— Прости, но... зови меня просто по имени.

— Был лишь один человек, которому дозволялось звать меня господином министром... Но его больше нет.

— ...Могла ли я стать для вас этим человеком?

С самой чистой, самой светлой улыбкой в своей жизни Рут повалилась на землю.

Тёмный Меч, лишившись уз с хозяйкой, безвольно завис в воздухе.

Низкий, вибрирующий гул огласил окрестности.

И в тот же миг...

...клинок отозвался резонансом на древнюю реликвию.

***