Дайс продолжал свою деятельность.
Никто по-прежнему не мог его остановить.

Он не спешил проявлять милосердие. Хоть он и вступал в бои не так часто, как другие злодеи, но если дело доходило до сражения, результаты оказывались ужасающими, вплоть до жестокости. Получалось, что у людей со средними способностями не было ни единого шанса даже заявить о себе в противостоянии с ним.

Вслед за этим последовали перемены.
С его появлением популярные герои начали уходить в отставку, а количество абитуриентов, желающих поступить на героические факультеты, сократилось. Именно такой страх Дайс вселял в сердца героев. Говорили, что у них даже появилась внутренняя инструкция: при появлении "6" на кубике Дайса — немедленно бежать.

Мнения об этом явлении разделились.
Звучали опасения, что само появление Дайса делает общество нестабильным, но раздавались и осторожные голоса о том, что он отсеял мошенников, которые были героями лишь по названию.

Хан Юджон, разумеется, придерживалась последнего мнения.
Как бы журналисты ни ругали его, называя безжалостным злодеем, она не могла забыть, как он тогда разозлился ради неё. Она не могла забыть, как он разнес в щепки Кента — человека, который отнял жизнь у её любимой младшей сестры и до самого конца не хотел извиняться.

С тех пор Хан Юджон словно стала одержима Дайсом и начала следить за ним. Найти статьи о нём было нетрудно. Поскольку Дайс стал культовым злодеем, материалов о нём выходило предостаточно.

К тому же он не скрывался за маской, поэтому новости о его местонахождении появлялись каждый божий день.

Хан Юджон исполнилось 27 лет.
В тот день шёл сильный снег. Поскольку Кент ушёл в отставку, она смогла отпустить боль от случившегося с Юрой и теперь жила обычной, достойной жизнью.

— Ууунг!

В этот момент у всех в офисе одновременно зазвонили телефоны. Это было сообщение о чрезвычайной ситуации. Дайс появился неподалёку.

Некоторые коллеги по работе, потирая подбородки, забормотали встревоженными голосами:
— ...Так близко...
— Может, нужно эвакуироваться?
— ...Хм... Но говорят, он не сражается, а просто гуляет...

Хан Юджон тоже вскочила со своего места.
Дайс объявился действительно, действительно близко. Она тут же схватила пальто и направилась к выходу.
— Юджон-щи! Ты куда?
Кто-то окликнул её сзади, но у неё не было сил обращать на это внимание. Шанс подобраться к этому неуловимому человеку выпадает нечасто. Она должна была воспользоваться этой возможностью.

.
.
.

На ходу переводя дыхание, сбитое бегом, она заметила Дайса, идущего вдали. Его было нетрудно обнаружить, ведь вокруг, кроме него, никого не было. В небе виднелся герой, фиксирующий его перемещения.

Они не сражались. Кто станет победителем, было и так слишком очевидно.

"...Ха-а..."

Вдали Дайс вздохнул. Из его рта вырвалось облачко пара. Как всегда, скучающее выражение лица. Тем не менее он наслаждался свежим воздухом и прогулкой.

С момента инцидента с Кентом прошло уже два года.

Хан Юджон твердо решила подойти к нему, но... почему-то это оказалось не так просто, как на словах. Как всегда, она была пуглива, и в голове роилось слишком много мыслей.

Что сказать при встрече?
Начать с приветствия?
Или поблагодарить?
А может, спросить, как его зовут?
Или признаться, что последние два года она смотрела только на него?

Но её пугало то, что будет потом. Она не знала, как отреагирует Дайс и как поведут себя герои. Одного только факта разговора с ним могло хватить, чтобы её посчитали сообщницей и бросили в тюрьму.

А может, он посмотрит на неё как на странную? Если кто-то внезапно подойдёт и начнёт благодарить, не начнёт ли он проявлять осторожность? Он — злодей, которого герои мечтают поймать больше всех остальных. Сложно было представить, что Дайс вот так просто доверится кому-то.

Она издала тяжелый вздох, пытаясь упорядочить мысли. С чего начать разговор?

В этот момент он заметил закусочную. Дайс шмыгнул носом, оглядел заведение и громко произнёс:

— Эй!

Разумеется, ответа не последовало. Все уже эвакуировались после его появления.
Дайс повысил голос ещё раз:
— Эй!

И снова никакой реакции.

Пожав плечами, Дайс взял себе один одон. Он налил бульон в бумажный стаканчик и, придувая, начал наслаждаться перекусом.

"...Вкусно", — довольно пробормотал он сам себе.

— ...Пф-ф.

Почему-то этот вид показался ей таким милым, что у Хан Юджон невольно вырвался смешок. Разве можно было подумать, что у такого ужасного злодея может быть подобная сторона?

— ...А?

И она сама же удивилась своему смеху. С тех пор как погибла Юра, она ни разу не смеялась. Она даже не помнила, сколько лет назад это было. Ещё один порыв ветра пронёсся в её груди. Для кого-то он был отъявленным злодеем, но для неё он стал тихим спасением.

Стоило один раз рассмеяться, как напряжение отступило. Хан Юджон медленно подошла к Дайсу, который держал палочку с одоном и бумажный стаканчик.

Приблизившись, она осознала, что улица вовсе не была пустой. Горожане, прятавшиеся то здесь, то там, увидели, как Хан Юджон идёт к Дайсу, и начали предостерегающе шептать:
"Девушка...! Не ходи туда...!"
"Кто-нибудь, остановите её...!"

Герой, смотревший на них сверху, тоже громко крикнул:
— О-опасно!
— ...Хм?

Услышав предупреждение героя, Дайс, который как раз доставал кошелёк, повернул голову и посмотрел в небо. Все тут же замолчали и снова попрятались. Окна в магазинах на вторых этажах закрылись. Приспущенные стёкла машин снова поднялись. Двери лавок заперлись. Герой, наблюдавший за Дайсом, взлетел выше, увеличивая дистанцию.

Дайс огляделся и посмотрел на приближающуюся Хан Юджон. Он продолжал жевать еду, не сводя с неё взгляда.

— Герой? — спросил он у Хан Юджон, когда та подошла на определённое расстояние.

Хан Юджон покачала головой.
— ...Тогда кто?

Он был настороже. И это было логично. Все вокруг пытались его поймать, как тут не быть осторожным?

Но у Хан Юджон были другие намерения. Она хотела, чтобы он знал, что у неё на душе. Даже если после этого герои станут её допрашивать. Даже если её признают виновной по какой-нибудь статье. Она хотела передать ему, что он стал её спасением.

Хан Юджон подобрала слова и наконец открыла рот:
— ...Я Хан Юджон. Я хочу поб...
— ...Дайс!!

Но голос Хан Юджон оборвался вместе с яркой вспышкой. На лице Дайса, который только что выглядел до смерти скучающим, расплылась улыбка. Он уже смотрел в ту сторону, откуда ударил свет. Появилась Солас.

Даже выпавший снег начал таять от её присутствия.

И как только появилась Солас, Хан Юджон мгновенно вылетела у Дайса из головы. Он даже не бросил на неё второго взгляда.

Он сказал:
— Давно не виделись, Солас.
— Не делай вид, что мы близки.

После короткого разговора в руке Дайса появился кубик. В мгновение ока Дайс взлетел. Солас исчезла следом за ним.

— ...

Как только они улетели, люди начали по одному выбираться на улицу, где все до этого прятались. Это произошло и в той закусочной, где Дайс ел одон. Хозяин, который, похоже, прятался где-то здесь, прижал руку к груди, вздохнул и пробормотал:
— ...Ох... Хорошо, что всё закончилось на этом...

Хозяин начал убирать пустые палочки, оставленные Дайсом. Тот ушёл, не заплатив. Хозяин перевёл взгляд на застывшую Хан Юджон. Поморщившись, он начал давать советы:
— Девушка. Ты бы хоть новости смотрела. Тот только что был Дайс, понимаешь?
— ...Я знаю.
— Если знаешь, нельзя же так себя вести! Ты хоть понимаешь, насколько Дайс опасен? Количество героев, пострадавших от него, исчисляется грузовиками.

Хан Юджон, сама того не ожидая, начала оправдываться:
— Но я не слышала историй о том, чтобы Дайс причинил вред обычному человеку...?
— Хотела стать первой?
— ...

Хозяин сплюнул, глядя в ту сторону, где скрылся Дайс.
— ...Не думал, что и я понесу убытки.
— ...

Опомнившись, Хан Юджон уже открывала кошелёк.
— ...Я заплачу за него.
— А? Зачем тебе...
— ...Просто примите. Сколько с меня?
— Ну, раз предлагаешь, не буду отказываться. Две тысячи вон.

Почему-то платить за него было совсем не неприятно. Казалось, деньги, которые она копила без какой-либо цели, снова обрели смысл. Хан Юджон вдруг сказала хозяину:
— ...Хозяин, я возьму немного одона тоже.

Она взяла палочку с едой. В этот момент кто-то положил руку ей на плечо.
— ...У вас найдётся время?

Это был герой. Естественно, позже Хан Юджон пришлось ответить на множество вопросов, связанных с Дайсом. В какой-то степени она была к этому готова. Но, к счастью, герои не стали долго её задерживать. Ведь сама Хан Юджон не успела долго поговорить с Дайсом.

Так Хан Юджон потратила несколько лет, преследуя Дайса. Возможности выпадали нечасто, но раз в два года у неё получалось с ним столкнуться. Каждый раз Хан Юджон пыталась заговорить, но таких удачных моментов, как тогда, больше не было.

Несколько встреч взглядами. Один разговор перед той самой закусочной. Но даже этого ей хватало для удовлетворения.

В её сердце зародилось некое чувство, которому было трудно дать определение. По ночам она тяжело вздыхала и искала статьи, связанные с Дайсом.

Она знала о Дайсе больше, чем остальные. Она знала, что в последнее время он повсюду занимается благотворительностью. В глубине души она подозревала, что причина тому — Солас. Раз они заклятые враги, это было неизбежно, но... тот факт, что Солас влияет на Дайса, почему-то не приносил ей радости. Ей даже не нравилось, что во время битв с Солас кубик Дайса порой не мог выкинуть значение выше трёх.

Их отношения менялись странным образом. Они перестали устраивать ожесточённые битвы, как раньше. А порой всё чаще и чаще посмеивались друг над другом при встрече.

Она не знала, как описать это чувство. Оставалось лишь каждый день, тяжело вздыхая, готовиться ко сну.

— Ууунг!

Но в тот день телефон завибрировал особенно тревожным сигналом оповещения. Дайс появился прямо рядом с местом, где жила Хан Юджон.

— Ба-бах.

Одновременно с этим откуда-то издалека донёсся грохот, сотрясающий землю. Было легко догадаться, что начался бой. Но почему сегодня она чувствовала себя такой встревоженной? Может, потому, что сейчас было совсем не то время, когда обычно действовал Дайс?

Подумав, что случилось нечто необычное, Хан Юджон поспешно включила телевизор. Как она и опасалась, по новостям шла экстренная сводка.

Ведущий произнёс:
— Граждане, проживающие в Сеуле, особенно в районе Ёндынпхо. Это не учения. На улицу выходить нельзя. Повторяю: строго запрещено выходить на улицу.

Хан Юджон оцепенело смотрела в экран. Ведущий продолжал своим сухим и чётким голосом:
— В данный момент шестеро героев во главе с Шейком загоняют Дайса в угол.

— Ба-бах.

Снова раздался грохот. Возможно, это был звук её собственного сердца, уходящего в пятки.

— ...Возможно, мы становимся свидетелями конца Дайса.