Как быстро летит время.

Прошло уже 10 лет с тех пор, как появился Дайс.

За это время она приложила немало усилий, но не могла сказать, что они стали близки. Тем не менее, назвать их совсем чужими людьми тоже было нельзя.

Она узнала его адрес, отправила множество писем и часто дожидалась его перед домом, чтобы просто сказать "спасибо". Когда все в страхе разбегались, она была единственной, кто продолжал к нему приближаться.

"Может, если я буду стараться, он хотя бы признает, что я существую?"

Это было желанием Хан Юджон — эгоистичным, если судить строго.

Однако она не собиралась на этом останавливаться.

Только недавно она поняла, как использовать свою способность. Так как лично на неё способность не действовала, а после смерти сестры Юджон ею долго не пользовалась, она была не в курсе… Но теперь она поняла: если глубоко задеть самые потаенные желания человека, люди начинают цепляться за эти сны.

Может быть, она даже сможет собрать для него последователей. Может, сумеет развеять его скуку или одиночество.

…И таким образом, возможно, остаться рядом с ним.

Поэтому всё не могло закончиться вот так. Она еще даже не отплатила ему за доброту. Она знала, что он делал пожертвования в детский дом, в котором они с сестрой когда-то жили.

Хан Юджон снова побежала туда, куда указывали предупреждения в новостях.

Раздавались звуки, напоминающие военные действия. Вдали мелькали силуэты сражающихся героев.

— …Дайс…!

В то время как все желали Дайсу смерти, лишь она одна всей душой надеялась, что он выживет. Она топталась на месте, пытаясь разглядеть его фигуру. Больше она ничего сделать не могла. Да и не была способна на большее. Она не могла остановить их битву.

Оставалось лишь молиться издалека. Хотя очень хотелось помочь. Если бы только нашелся способ поддержать Дайса, она бы его использовала.

Она наблюдала за ним целых 10 лет.

Он ведь тоже человек. Если кто-то не встает у него на пути, он не нападает. Он просто не примыкает ни к чьей стороне. Герои, злодеи — ему было всё равно.

Если копнуть в прошлое героев, которых он разгромил, всегда обнаруживались какие-то нелицеприятные факты, как, например, с тем Кентом. Он не нападал на людей бездумно, а использовал свою силу согласно собственной детально проработанной философии. В каком-то смысле он был даже деликатным человеком.

Найдется ли кто-то, кто понимает его лучше, чем она?

— Что такое?

В этот момент сзади раздался знакомый голос.

— …Мпф!

Сильная рука грубо закрыла ей рот.

— Ха… ха… Почему обычный человек делает в таком месте?

Её быстро затащили в узкий переулок. Сердце колотилось как бешеное. Вскоре её развернули и прижали к стене. Рука, закрывающая рот, так и не исчезла.

Это был Дайс.

Он не ослаблял бдительности, тяжело дышал и говорил, даже не глядя на Хан Юджон.

— Ха… ха… Уходи отсюда, не стой тут.

Хан Юджон удивленно схватила его за руку. Впервые они были так близко. Тот, по кому она так тосковала, стоял прямо перед ней.

Вскоре он перевел взгляд на неё. Их глаза встретились.

— …Если ты пострадаешь, Солас будет разочарована.

— …

Безусловно, в нем произошли перемены. Всё его внимание было сосредоточено на Солас. Как она и говорила, даже будучи заклятыми врагами, они оба явно не хотели сражаться друг с другом. Возможно, став сильнее благодаря этому противостоянию, они в итоге стали друзьями?

Рука медленно отпустила её. Дайс снова развернулся.

— Беги по этому переулку. А я в другую сторону…

— …Дайс!!

Хан Юджон не хотела упускать этот шанс. Он выглядел изможденным. Даже если она чего-то не знала, чувствовалось, что сегодня всё иначе.

Хан Юджон, наблюдавшая за ним долгое время, могла легко догадаться, что выпавшие на кубике числа были плохими. Может быть, 2, или даже 3. Наверное, поэтому герои и выжидали момента для атаки.

Она была обязана помочь.

Дайс снова повернул голову и посмотрел на неё. Хан Юджон произнесла слова, которые репетировала тысячи раз.

— …Дайс. Меня зовут Хан Юджон. В прошлом Дайс оказал мне огромную помощь…

— Понял, а теперь быстро исчезни.

Но Дайсу это было неинтересно. Он отмахнулся рукой и снова направился к выходу из переулка. Юджон почувствовала, как сердце падает в пятки, но не сдалась.

— …Я помогу тебе.

— …

— …Я хочу, чтобы Дайс жил. Если… если тебе что-то нужно…

Внимание Дайса снова вернулось к ней. Он моргнул несколько раз, глядя на неё. Похоже, он о чем-то раздумывал.

— Кунг!

Раздались голоса приближающихся героев. Времени почти не осталось.

Дайс пробормотал, словно самому себе:

— …Воды.

— …Что?

— Раз так, принеси воды. И оставь её здесь.

Дайс говорил на равных. Сказав это, он снова исчез в тенях.

Хан Юджон вернулась к тому месту меньше чем через десять минут. В руках у неё было несколько бутылок воды и нехитрые закуски. Она тяжело дышала, сердце бешено колотилось при мысли, что она впервые смогла помочь Дайсу.

Звуки битвы стихли. Больше не было слышно, как что-то ломается или взрывается. Проверив новости в реальном времени, она узнала, что они переместились далеко отсюда. Вполне возможно, что Дайс мог и не вернуться сюда. Может, он просто солгал, чтобы она поскорее ушла.

Однако Хан Юджон не покинула место встречи. Она молча ждала Дайса в том самом переулке. Там было темно и сыро, но она продолжала ждать. Почему-то она была уверена, что он придет.

Прошло пять часов. Хан Юджон никуда не уходила, всё так же ожидая. Время от времени она проверяла новости, следя за состоянием Дайса. С каждой минутой он оказывался всё дальше от неё.

И всё же она ждала. Дайс должен был вернуться.

Прошло восемь часов. Часы показывали шесть утра.

— Шу-у-у…

Рядом с присевшей Хан Юджон раздался необычный звук. Она вздрогнула и подняла голову: перед ней стоял Дайс, откручивающий крышку бутылки с водой.

— Ха… ха… Почему ты всё ещё здесь?

Его состояние было хуже, чем раньше. Тут и там виднелись раны, дыхание было тяжелым. Судя по всему, он много потел, так как его одежда промокла. При виде этого сердце Хан Юджон пропустило удар. То, во что она не хотела верить, постепенно становилось правдой. Неужели Дайс действительно здесь сломается?

— …М?

Дайс порылся в пластиковом пакете из магазина, нашел закуску и, слегка улыбнувшись, начал есть. Переведя дух, он сказал:

— Не знаю, чего ты хочешь, но я не собираюсь это исполнять.

— …

— …Да и вряд ли смогу.

Хан Юджон перехватило дыхание. От того, как он говорил, будто смирившись со своим концом, её тревога лишь возрастала.

— …Почему, почему ты говоришь так, будто это конец…

Дайс усмехнулся. Над его рукой возник кубик.

— Тук.

Кубик покатился к ногам Хан Юджон. На нем выпала единица.

Дайс произнес:

— …С самого вчерашнего дня выпадают только 1 или 2.

Почему-то у него было облегченное выражение лица.

— …С этим не победить.

— …Беги… просто беги, Дайс…!

— Кунг…! Кунг..!

Звуки приближающихся героев становились всё громче. Дайс улыбнулся и снова растворился в черном тумане. Вновь раздался грохот ожесточенного сражения.

.

.

.

Хан Юджон снова закупилась водой и закусками и вернулась в переулок. Слова Дайса крутились у неё в голове. Тревога разрослась и превратилась в настоящий страх. Похожее чувство она испытывала после смерти Юры. Это ощущение, будто она осталась одна. Чувство, которое она не хотела переживать снова.

Что будет, если он умрет? Пусть они не были близкими друзьями, но Дайс был её опорой. Она страшилась мира, где его не будет. Одной только мысли, что снова появятся такие герои, как Кент, уже было достаточно.

…Нет, дело не в этом. Просто она не хотела, чтобы погиб Дайс — единственный чистый человек, которого она понимала.

Она подавила все свои эмоции и снова стала ждать. Она знала, что он вернется.

Прошли сутки. Хан Юджон простояла на этом месте все 24 часа. Нет, если считать со вчерашнего дня, прошло уже больше 32 часов. У неё не было намерений сдаваться. Пока битва Дайса не закончилась, она хотела стать для него точкой возврата.

— Шу-у-у…

Снова этот звук теней. Как только Хан Юджон подняла голову, перед ней снова появился Дайс. Появившись, он тут же обессиленно осел на землю.

Тот сильный мужчина был настолько измотан, что не мог стоять. И это было неудивительно — ведь, по слухам, шесть героев, атаковавших Дайса, сменяли друг друга и отдыхали, и только он один сражался без перерыва.

Хан Юджон вскочила и подбежала к Дайсу. Дрожащими руками она протянула ему воду и еду. Дайс молча принял их и, выровняв дыхание, начал утолять голод.

Его состояние стало еще хуже. Юджон сама не заметила, как по её щекам потекли слёзы. Но, прежде чем Дайс успел их заметить, она вытерла лицо и спросила:

— …Может, просто сбежишь? Прошу тебя, ну же, Дайс.

Дайс, в отличие от прошлых раз, устало и сухо спросил:

— …Сбежать? И что потом?

На мгновение ей показалось, что она заглянула в глубь его души, чего раньше никогда не доводилось. Хан Юджон замерла на секунду, а затем с убежденностью выпалила:

— …Жить… нужно жить…!

Но Дайс лишь усмехнулся.

— …И что делать, если я выживу?

Выражение лица, полное усталости от жизни. В этих коротких словах скрывались чувства, которые Хан Юджон не могла измерить. Охваченная этими эмоциями, она не нашла, что ответить. Она даже не знала, с чего начать. Если она скажет что-то не то, это может лишь вызвать его раздражение.

— С такими способностями мне всё равно не сбежать. Герои наверняка знают, что я здесь.

— …

— …Но я должен продержаться хотя бы настолько, чтобы не было стыдно перед Солас.

Он повернул голову. На самое мгновение в его глазах вспыхнул блеск. Он спросил:

— …Где сейчас Солас?

— …

Она не знала, с каким намерением он спрашивает. Она знала, что их отношения изменились, но это были лишь её догадки. Пытается ли он найти её, чтобы атаковать, или же ждет её появления? Они были заклятыми врагами. Возможно, Дайс, осознав, что это его конец, решил выяснить судьбу своего соперника.

Хан Юджон коротко покачала головой. Ходили слухи, что Солас пытается остановить эту битву, но Юджон не была уверена в правдивости этих слов и не знала, что сказать.

От её ответа взгляд Дайса снова потускнел. Кивнув, он поднялся на ноги. Он снова был готов идти в бой. В этот момент Хан Юджон охватило чувство, что это может быть последний раз.

В руках у Дайса завращался кубик. Хан Юджон поспешно схватила его за руку.

— …?

— …Да, Дайс.

Хан Юджон знала: числа на этом кубике меняются в зависимости от настроения Дайса. Когда он сражался с Солас, всегда выпадали низкие числа, а когда он ловил гнилых героев или злодеев — высокие. Быть может, причина того, что сейчас у Дайса выпадают только 1 или 2, заключается в том, что его собственное желание оставить жизнь отражается на числах. Поэтому ему больше нельзя было самому бросать кубик. Ей нужно было сделать это за него.

— …Я… я сама брошу.

Дайс и Хан Юджон на мгновение встретились взглядами. Она выхватила кубик из его оцепенелых пальцев. Что бы ни выпало, это точно будет лучше, чем 1 или 2.

— …

С дрожью в сердце Хан Юджон взмолилась: "Пожалуйста, пусть выпадет большое число".

— Тук. Катится, катится…

Кубик остановился. Число было…

2.

Это ничем не отличалось от того, что выпадало у Дайса. Он просто начал уходить из переулка.

Дайс сказал:

— …Я же говорил.

Хан Юджон в отчаянии воскликнула:

— Е… еще раз…!

Она снова схватила кубик, который бросила лишь мгновение назад.

— …Нашла вас!

В этот момент сверху раздался леденящий душу звук. Дайс и Хан Юджон одновременно посмотрели в небо: через просвет в переулке к ним спускались трое героев. Один из них, приземляясь слишком грубо, задел внешний блок кондиционера.

— Ту-дук!

Крепления обломились, и кондиционер с огромной скоростью начал падать прямо на голову Хан Юджон.

Снова повторилось то же самое, что когда-то произошло с Юрой.

— Пэн!!

Но в этот раз она не оказалась под завалами.

— …Кх…!

Дайс уже стоял перед ней, удерживая кондиционер.

— Шюк!

Трое героев одновременно пришли в движение. Один из них подхватил Хан Юджон — это был тот самый герой, что задел кондиционер.

— Вы в порядке…! Ха… ха… Простите…! Чуть не случилась беда…!

Второй герой в это время топтал кондиционер, который придерживал Дайс. А последний вонзил что-то прямо в живот Дайса.

— Пук…

Она видела, как из раны на животе Дайса хлынула кровь. Даже в этой ситуации Дайс рассмеялся.

— …А…

У Хан Юджон из легких будто вышибло весь воздух. Она помнила эту знакомую картину. Ситуация, где кто-то близкий погибает вместо неё самой. Ситуация, где "герои" спасают её не по-настоящему. От бессилия в этой повторяющейся драме Хан Юджон испытала глубочайшее отчаяние.

Вскоре герой, доставивший её в безопасную зону, вежливо попрощался и ушел. Хан Юджон ошеломленно смотрела на кубик, который бросала сама.

А через несколько часов пришло известие, что Дайс сломлен.

.

.

.

Не желая верить в эти новости, Хан Юджон направилась к месту боя. Повсюду были следы ожесточенного сражения. Виднелись тела поверженных героев: 7-й, 6-й, 5-й… Те самые герои — один из тех, что пронзил живот Дайса, и тот, что спас её — лежали здесь же. Ориентируясь по ним как по указателям, Хан Юджон бежала дальше. Утирая слёзы, она продолжала путь.

4-й. 3-й. Наконец она нашла даже поверженного Шейка.

Она не хотела в это верить. Не хотела верить в то, что Дайс погиб. Как он мог проиграть, если герои лежат здесь, поверженные?

Дальше тянулся длинный кровавый след. Хан Юджон следовала за ним, словно под гипнозом, и вошла внутрь здания.

— Пак!

— А!

В суматохе она столкнулась с каким-то героем.

— …

— …

Это была Солас. Её руки и одежда были пропитаны кровью, а из пустых глаз текли слёзы. Это была совсем не та Солас, которая всегда озаряла всех своей яркой улыбкой. В одной руке она держала сигарету. Выпустив облако дыма, она посмотрела на Юджон… и прошла мимо. А затем опустилась на пол рядом и снова заплакала.

От этого зрелища Хан Юджон стало не по себе, как никогда раньше. Это выглядело так, будто Солас переживала неописуемые чувства из-за смерти своего заклятого врага. Хан Юджон прошла мимо Солас и направилась вглубь здания.

И обнаружила его.

Поверженного Дайса.

Весь в крови, он лежал неподвижно. То ли Солас позаботилась о нем, то ли он сам так лег, но он лежал в спокойной позе, сложив руки на животе, словно уснул.

Время для Хан Юджон словно замедлилось. Путь к нему казался вечностью.

— …Дайс.

Она снова позвала его по имени. Того, кто гневался ради неё, когда она была на грани безумия. Того, кто мог сказать "нет", кем бы ни был враг.

Хан Юджон опустилась на колени рядом с Дайсом.

— …Дайс, вставай…

Она положила руку ему на плечо и осторожно потрясла.

— …Вставай, Дайс…

Но его тело уже остыло и не двигалось. Она слишком хорошо понимала — он мертв. Слёзы бесконечным потоком лились из её глаз.

— …А… а…

Кого винить? Если бы она выбросила 4, Дайс был бы жив. Если бы она не стояла там, Дайс был бы жив. Если бы она умерла с самого начала, Юра и Дайс были бы живы. Возможно, самая большая проблема — это она сама. Рядом с ней постоянно гибнут люди.

Хан Юджон наконец поняла, почему у Дайса не было привязанности к жизни. Вероятно, он испытывал то же самое, что и она сейчас. Одиночество, пустоту. У неё был Дайс… но у самого Дайса не было никого. Ведь люди всегда избегали его.

И эти герои. Опять. Опять герои. Снова герои отняли у неё самого дорогого человека. Когда ненависть к самой себе перешла все границы, эта ненависть перекинулась на героев.

Теперь она поняла, почему рождаются злодеи. Само существование героев создает злодеев. Даже Дайс, если бы не было героев, никогда бы не появился. Они были корнем всего зла.

— …А… ааа…

Хан Юджон прижала к себе бездыханное тело Дайса. Надо было раньше попытаться с ним подружиться. Надо было не бояться стать преступницей. Но вернуть прошедшее время было невозможно.

— …Э… что?

В этот момент тело Дайса начало ярко светиться. Хан Юджон в испуге обняла его крепче. Нельзя допустить, чтобы с его телом что-то случилось. Она должна была защитить его любой ценой. Это было единственное, что она могла сделать для Дайса, который столько раз её спасал.

— Не… нельзя…!

Его тело светилось всё ярче и ярче. Вскоре Хан Юджон оказалась окружена ослепительно белым светом. Сознание начало путаться.

.

.

.

.

— Ух!

Когда она пришла в себя, то обнаружила, что находится в своей знакомой квартире. Привычная кровать, привычное окно. Привычная траурная фотография Юры.

— Да… Дайс!

Очнувшись, Хан Юджон быстро огляделась, но Дайса нигде не было. Что происходит? Почему она проснулась в кровати? Она включила телевизор, надеясь узнать новости.

— …?

Только тогда она заметила странные детали. Кое-какая мебель "деградировала". Вернулись те вещи, которыми она пользовалась давно. Телевизор был самым ярким тому примером. Она нащупала в кармане телефон. Появился старый мобильник, которым она пользовалась много лет назад.

Недоумение длилось недолго. Она проверила дату.

— …Э?

Она вернулась на 11 лет назад.